Радио Бунтарь

И в обычный день школа довольно сильно покрыта оранжевым, из-за того, что ее талисманом является лиса, но сегодня коридоры и классы школы заполонил оранжевый цвет. Эндрю, конечно, не стал придавать свою готическую эстетику, но на рюкзаке у него весит небольшой значок с лисой, который он нашел в студии, а под его грубыми и массивными ботинками, которые добавляют ему еще два дюйма роста, прячутся ярко оранжевые носки с апельсинчиками. По дороге в столовую его догоняет Кевин в оранжевой рубашке и Рене в мягком вязаном кардигане с тыквами. «Эндрю, ты слушал вчера Бунтаря по радио? Папа отказывается говорить мне, кто этот анонимный диджей и грозился отобрать ключи от машины, если я попытаюсь выслеживать его у студии.» — Кевин строит грустную мордашку, набирая себе в поднос овощи. Если честно, Эндрю не ожидал, что так много людей будет слушать Бунтаря. Почти вся школа сегодня была в оранжевом. Во всей столовой не было никого, без элемента оранжевого. Он мельком смотрит на стол напротив и видит, что даже Элисон изменила своему барби стилю и надела оранжевый топ. Рядом с ней сидит Нил, чьи волосы просто ужасно конфликтуют с его яркой толстовкой музыкального кружка. Кевин продолжает свою слегка смахивающую на одержимость речь: «Я собираюсь пропустить голос Бунтаря через распознаватель голоса, — Эндрю вскидывает на это бровь, садясь за их привычный стол у самого окна, с которого открывается прекрасный вид на спину Нила. Он может смотреть на нее весь обед, представляя как это он обнимает его за талию или держит за руку. И никто другой не узнает об его мыслях. Иногда ему везет и он видит не только спину. Боже, он такой глупый гей. — Что? Может я смогу вычислить его не оставшись без машины и тогда он наверняка согласится придти ко мне на подкаст или…» Мечтательную и слегка пугающую речь Кевина прерывает близнец Эндрю, плюхающийся на сидение. Он в оранжевом поло. Эндрю не видел его с утра, потому что его первый урок отменили и он благополучно спал, пока злящийся на раннее утро Аарон топал по дому. Да, близнецы совершенно не были жаворонками. Он разглагольствует о биологии и Кейтлин, которая сегодня обедает с командой черлидерш. «Земля вызывает Эндрю! Эй, хватит меня игнорировать!» — Аарон машет перед его лицом рукой, перекрывая прекрасный вид на Нила, который наклонился, чтобы что-то объяснить своим друзьям в их конспектах. Эндрю переводит взгляд на свою надоедливую копию: «Что?» «Где ты вчера пропадал, мы же договорились поиграть в видеоигры?» «Я был с мамой на работе, мне нужно это для моего проекта для класса журналистики» Аарон сужает глаза, но Кевин говорит быстрее: «ТЫ ВЧЕРА БЫЛ НА РАДИО? Это значит ты видел Бунтаря и можешь сказать кто это?» «Ээ, не могу, он заставил всех в студии подписать договор о неразглашении, чтобы оставаться анонимным и все такое», — Эндрю даже не соврал, лишь так, слегка не договорил. Аарон прерывает все, что Кевин хотел начать говорить: «Надеюсь ты вчера сделал все свои дела, потому что Ники обещал позвонить сегодня в пять.» Эндрю по опыту знает, что если звонит Ники, то это на несколько часов. С тех пор как их двоюродный брат два года назад уехал в университет в Германии, они видели Ники только на еженедельных видеозвонках и летних каникулах. Несмотря на то, что Ники может часами говорить не о чем, Эндрю все равно скучает по нему, даже если его образ угрюмого подростка не позволяет ему показывать это. Именно Ники он впервые рассказал о том, что он гей, когда тот уже три года жил с ними, потому что его гомофобные сектантские родители выгнали его в тринадцать лет из дома, когда узнали, что он поцеловал мальчика из их прихода. Ники всегда был рядом, поэтому Эндрю сложно это говорить: «Нет, мне нужно еще больше материала, так что я сегодня снова еду на студию. Я позвоню ему в выходные.» — Аарон кривит губы, но ничего не говорит.

***

*кнопка «в эфире» горит красным* —Привет народ из Пальметто Хай, в оранжевой одежде вы супер. Я видел даже кардиган с маленькими тыквами. Это круто. Но вот что не круто, в школе конфискуют вещи, директор Морияма даже пытался забрать мой телефон. Но вот, что я заметил, кое-кого эта эпидемия не касается. Забавно, правда? Люди, нас лишают не только песен в наших плейлистах, нас решают саундтрека нашей жизни. Музыка преследует нас куда бы мы не пошли и они хотят забрать это у нас. И мы позволим им это сделать? Или мы все изменим? Завтра в восемь утра прервите все свои дела и потанцуйте. *кнопка «в эфире» гаснет*

***

Несмотря на свои мотивирующие речи по радио, Эндрю не собирается выставлять себя на посмешище, так что он просто сидит и топает ногой в такт песни из какого-то телефона. Рядом странно дергается Кевин, пытаясь кружить Рене. Сквозь музыку пробивается шум громкоговорителя: «Это Храм знаний, а не танцев!» — раздается противный голос Рико, сопровождающийся писком микрофона. — Каждый, кто слушает Бунтаря будет отстранен, а тебе Бунтарь советую сдаться сейчас или тебя ждет радиомолчание.» В классе быстро убираются телефоны и все рассаживаются по местам. Эндрю слегка ухмыляется, он еще покажет этой школе радиомолчание. Он не убирает ухмылки, когда пытается как бы невзначай посмотреть на ряд, где сидит Нил, и чуть не давится, когда замечает, что голубые океаны уже направлены на него. Он все это время смотрел на него? Почему Нил-на меня пускают слюни все в школе-Джостен смотрит на Эндрю? Эндрю переводит свой взгляд на доску и до конца урока старается удержать его там, даже если все еще чувствует, как в его голове прожигают дыру.

***

Сегодня достаточно тепло, чтобы обедать на улице. Он один, поскольку Рене на собрании зоозащитников, а Кевин на встрече выпускного комитета. Эндрю перелистывает очередную страницу «Американской трагедии», когда к нему за стол кто-то садится. Не кто-то, а сам Нил Джостен. Из его рюкзака, который он закидывает на стол, выпадает футляр с диском. Эндрю не знает, какого хрена он тут забыл и почему сверлил его взглядом весь урок, но поднимает футляр, крутя его в руке, пока Нил снова начинает смотреть на него, ничего не говоря. Черт, у него даже подноса с собой нет. «Это демка вашей группы?» — Эндрю все еще не понимает, что происходит, но может если для того, чтобы говорить с ним уверенне, Эндрю представит Нила гол.. Нет, отмена! Не хватало только покраснеть и начать заикаться, когда у него появилась возможность впервые иметь нормальный диалог с объектом его желаний. «Да, мы пробуем новое. Я бы хотел больше экспериментировать в музыке. Слушай, ты же дружишь с Кевином, можешь нас познакомить, может он согласится дать своему отцу покрутить это на радио?» А, ясно, Нил пришел не поговорить с Эндрю, а попросить о дружбе с дурацким Кевином. «Не знаю, Ваймак сейчас очень занят всем этим продвижением Бунтаря и другими радио вещами, да и Кевину нельзя приближаться к радиостудии, если ему нужна машина», — Эндрю снова возвращается к книге, пытаясь понять, получит ли Клайд заслуженное наказание за убийство Роберты. Он чувствует, как на противоположной стороне стола для пикника аккуратно двигаются. Эндрю поднимает глаза и, конечно, Нил достает из своего рюкзака ланч. Он, типо, собрался сидеть здесь с Эндрю и есть? Какого хрена? Ладно, Эндрю просто проигнорирует его, он рос с братом близнецом и очень болтливым кузеном, у него черный пояс по игнорированию людей. «Знаешь, тебе не обязательно сидеть здесь со мной, когда ты уже получил ответ на свой вопрос. Скачи к своим маленьким друзьями.» Нил проглатывает кусок сэндвича и посылает Эндрю хитрую ухмылку: «А если я хочу сидеть здесь с тобой просто так?» Эндрю молится всем богам, в которых он не верит, чтобы сейчас не выглядеть как помидор. Он просто бросает на Нила раздражённый взгляд, ну он очень надеется, что у него получается раздраженный взгляд, а не глаза-сердечки, и возвращается к книге. До конца обеда никто из них ничего не говорит, когда Нил уходит, он не забирает диск с собой.