My dear neighbour

Открыв дверь квартиры, мужчина вошёл внутрь еле волоча ноги, глаза болели, спина и шея ужасно затекли, пока он горбатился за столом несколько часов подряд не вставая. Сегодня был кошмарный завал на работе и из-за этого всему отделу пришлось работать сверхурочно, он даже к Валу не смог заехать. Придется купить что-нибудь сладкое и вкусное, чтобы загладить вину, иначе этот большой ребенок весь день будет дуться и вредничать. «Может, тогда ещё цветы купить? Но какие? Розы я уже покупал, хризантемы тоже, лаванду приносил буквально на днях» — задумался Вокс, пока неспешно снимал с себя одежду, а если конкретнее темно-серый костюм и фиолетовый галстук. Аккуратно повесив костюм на вешалку, мужчина вытащил полосатую пижаму и ненадолго залип на неё. Этот голубой оттенок ткани напомнил ему о полевых цветах возле его старого дома, где он провёл всё своё детство, а потом съехал и больше никогда не возвращался. Хоть жизнь и была к нему жестока, как и отец, Джонсон всё равно помнил и любил то небольшое поле, где было множество разных цветов. Но самыми любимыми всё ещё остаются голубые колокольчики, которые очень любила его мама. Она часто украшала ими свои золотистые волосы, делала две цветочные короны, одну для себя, а вторую для своего маленького принца. Сейчас ему кажется, это полной глупостью, как и говорил отец постоянно закатывая глаза, глядя на нелюбимую жену и нежеланного ребенка, которые по его мнению испортили ему жизнь. Жалкую и никчемную жизнь, которую много лет назад насильно оборвали, как и он когда-то. — Чёрт!.. — перед глазами резко встала картина той кошмарной ночи, которую Вокс старательно пытался забыть, но буквально через мгновение его ноги подкосились и он оказался на полу. — Блять… Блять. Блять! Блять! Блять! Прикрыв лицо руками, брюнет изо всех сил старался выкинуть навязчивый образ «монстра» из головы, но чем больше он думал, тем сильнее она раскалывалась, сводя мужчину с ума. Обняв себя руками, он пытался унять дрожь во всем теле и это мерзкое чувство в груди, будто что-то или кто-то сжимает его душу, пытаясь разорвать. В ушах звенит, дыхание сбилось, а глаза стали мокрыми из-за непроизвольных слез. Прошло много времени с тех пор, как у него была последняя паническая атака из-за стресса на работе. Видимо он слишком расслабился из-за засранца, который не давал ему думать о плохом, но сейчас он в больнице и не может никак ему помочь. Стоило ему лишь подумать об этом, как вдруг Джонсон вспомнил, что всего пару дней назад парень был в волоске от смерти и эта мысль заставила его сердце разрываться от боли. И когда он только успел так сильно привязаться к этому глупому мальчишке. С тех пор, как он появился в его жизни тихие и спокойные дни начали казаться ему ужасно тоскливыми и одинокими, несмотря на то, что он уже давно привык к этому и считал обыденностью. Но всё изменилось, как только сосед постучал в его дверь и попросил немного сахара, хотя если подумать, это скорее всего был лишь предлог познакомиться. Тем более, он почти сразу перешел на флирт и двусмысленные намеки, кокетливо улыбаясь и строя глазки малознакомому человеку, к тому же, мужчине. — Беспечный идиот… — брюнет тяжело вздохнул, постепенно приходя в себя и успокаиваясь. — Если бы это был не я, ему бы давно набили морду. Убрав волосы назад, он сделал глубокий вдох, а потом выдох, попутно вытирая глаза рукавом рубашки. Неприятное чувство всё ещё осталось, но по крайнем мере, Вокс может дышать, встать и уйти в спальню, чтобы упасть на кровать и закрыть глаза. Однако, стоило ему лишь встать на ноги, как вдруг зазвонил телефон, который стоял в другой стороне от кровати. Выбор очевиден. Проигнорировав громкий звон, мужчина молча направился к кровати, забив на пижаму и душ, он слишком устал физически и ментально, чтобы что-то делать. Когда затих телефон, Джонсон зарылся лицом в подушку и одеяло, приняв позу эмбриона, который прячется от всех. Этот мир слишком страшный и жестокий по отношению к хорошим людям, его родители тому доказательство, но к счастью или к сожалению он ужасный человек, который притворяется хорошим. Жить гораздо легче, когда ты нравишься людям, но при этом держишь дистанцию, чтобы никто тебя не трогал. Этому Вокс научился живя в большом общежитии с другими студентами, у которых всё ещё играли гормоны и шило в жопе, прямо как у звонящего, который решил позвонить второй раз. — Меня нет дома… — фыркнул он, закрыв уши подушкой, но когда этот урод позвонил в третий раз, мужчина с тяжелым рыком встал с кровати и направился к телефону, по пути проклятая ублюдка. — Алло? Кто это? И какого черта вы звоните мне, так поздно? Надеюсь, кто-то умер, иначе… «Вокси» — из трубки послышался знакомый кокетливый тон и испанский акцент» — Вал? Какого хрена? — всё ещё немного рыча поинтересовался черноволосый, зачесав челку назад. — Что-то случилось? «Это у тебя что случилось? Ты сегодня не пришёл в больницу, — Вокс услышал жалостливый голос парня и раздражение вмиг ушло. — А я ведь ждал тебя и специально стащил второй пудинг. Шоколадный» — Прости. На работе был завал, я не смог сбежать, но завтра я обязательно зайду. Тебе привезти что-нибудь? — он слегка улыбнулся, когда Вал задумчиво промычал. — Может сладости? Или твой любимый стейк? Сделаю всё, что захочешь. «Что захочу, значит? — в его голосе послышался азарт и интерес, который должен был напрячь соседа, но наоборот рассмешило. — Тогда, я хочу поцелуй. Поцелуй меня при встрече и на прощание» — Как скажешь, — ухмыльнулся Джонсон, прижавшись спиной к стене. — Что-то ещё? «Вишневый пирог и хорошо прожаренный стейк, — добавил юноша, а после фыркнул и начал жаловаться на больничную еду. — Тут всё такое пресное и безвкусное. Я держусь только благодаря пудингам» — Ага, но потерпи ещё немного. Кстати, что доктор говорит? — спросил он, скатившись по стене вниз. «Что будет мучить меня ещё два дня, но вроде как, я в норме. Скоро должны выписать, — фыркнул темноволосый, явно устав от всего этого. — Черт, я скучаю по своей квартире и ещё по тебе» — Мм, — мужчина загадочно промычал в трубку, но при этом улыбался как идиот. Словно ему снова стало двадцать пять, именно в этом возрасте он впервые влюбился в мужчину. Сейчас у него схожие эмоции, но с разницей в двадцать лет. «А ты скучаешь по мне? Хоть немного?» — усмехнулся Валентино, почти не надеясь получить ответ от старика с ледышкой, вместо сердца. Но ему как-то удалось растопить лёд между ними. — Да, мне очень тебя не хватает, — спокойно ответил Вокс, и его чистый голос звучал так нежно и тепло, из-за чего парень завис на несколько секунд. «…понятно, — еле слышно пробормотал он и его лицо сейчас явно горит алым, даже ярче, чем фонари в ночное время. — Завтра у тебя выходной?» — Конечно. Суббота ведь, — хмыкнул черноволосый, глядя на календарь, который висел на противоположной стене. «Тогда приходи утром и проведи со мной весь день, пока время посещения не закончится» — довольно твердым тоном сказал юноша, будто это не просьба, а приказ. — Да, Вал, — подчинился мужчина. «Хорошо. Тогда до завтра. Целую» — тихо проговорил он, а после повесил трубку, когда на заднем фоне послышались шаги. Видимо медсестры вернулись. — Пока, — но в ответ лишь гудки. Поставив трубку на место, Джонсон всё ещё сидел на полу, держась за грудь и сжимая ткань белой рубашки. Ощущение будто его сердце вот-вот разорвется на части, но это не паническая атака, это кое-что гораздо хуже. И брюнет это прекрасно осознает, он чувствовал тоже самое двадцать лет назад. — Чёрт, ну я попал… — с горечью усмехнулся сорокапятилетний мужчина, который по уши влюбился в двадцатилетнего парня. — Вот ведь мелкий засранец.