Сделка судьбы

Солнечные лучи мягко играли на её лице, словно природа пыталась разбудить её нежно, не нарушая хрупкого покоя. Гермиона медленно открыла глаза, осознавая, что её голова покоится на тёплой груди. Его рука лежала на её талии, будто защищая, не позволяя этому моменту исчезнуть. Она замерла, прислушиваясь к его размеренному дыханию, ощущая, как его сердце бьётся в ритме спокойствия. "Это не сон," — пронеслось у неё в голове. Она закрыла глаза, надеясь ещё немного удержать этот момент. Но мысли, как всегда, были неумолимы. "Что теперь? Это было правильно? Что это значит для нас обоих?" Её пальцы невольно сжались на пледе, и сердце забилось быстрее. Она осторожно повернула голову, чтобы взглянуть на него. Свет скользил по его чертам, подчёркивая резкие скулы и мягкие линии губ. Его лицо, обычно такое уверенное и немного холодное, сейчас выглядело удивительно спокойным, почти уязвимым. "Как он может выглядеть таким безмятежным, когда я буквально схожу с ума от вопросов?" Гермиона не сдержала лёгкой усмешки, но её движение разбудило его. Его рука, лежавшая на её талии, слегка сжалась, и он медленно открыл глаза. Его взгляд, сначала сонный, постепенно стал более осознанным. — Уже проснулась, Грейнджер? — его голос был низким и хриплым, словно утро застало его врасплох. В уголках его губ заиграла лёгкая улыбка. — Обычно ты даёшь людям хотя бы пару минут сна. Она почувствовала, как её щёки начинают гореть, и быстро опустила взгляд. — Я… я просто не хотела тебя будить, — пробормотала она, стараясь звучать уверенно. Его улыбка стала шире. Он приподнялся на локте, не сводя с неё внимательного взгляда. — Слишком поздно. Ты же знаешь, Грейнджер, ты слишком шумная, даже когда пытаешься быть тихой. — А ты, должно быть, эксперт в тишине, — она подняла бровь, встречая его взгляд. — Хотя мне кажется, ты просто не думаешь вовсе. Его глаза сверкнули с привычным вызовом, но в них появилась новая мягкость. — Думаю. Например, о том, как ты выглядишь утром. Особенно после того, как полностью потеряла контроль. Её глаза вспыхнули, и она отвернулась, пытаясь скрыть улыбку. — Ты неисправим, Малфой. Он слегка наклонился, сокращая расстояние между ними. Его голос стал тихим, почти шёпотом. — Но ты не жалеешь, правда? Не пытайся убедить меня в обратном. Её сердце пропустило удар. Его слова, такие прямые и уверенные, обнажили её мысли, с которыми она сама ещё не успела разобраться. Она посмотрела ему в глаза, пытаясь найти в них что-то, что помогло бы ей справиться с этим моментом. Но вместо этого она увидела только искренность. — Нет, я не жалею, — её голос был тихим, но твёрдым. — Но это не значит, что всё станет проще. Он откинулся назад, его лицо стало серьёзным, но взгляд остался тёплым. — Ничего ценного не бывает простым, Грейнджер. Ты это знаешь лучше всех. Её губы изогнулись в слабой улыбке. Она снова повернулась к нему, наблюдая, как солнечный свет играет в его светлых волосах. Она впервые за долгое время почувствовала, что может быть в этом моменте — полностью, без оглядки на будущее. Он протянул руку, его пальцы мягко коснулись её щеки, убирая прядь волос, упавшую на лицо. — Ты удивляешь меня, — сказал он тихо. — Каждый раз. Она засмеялась, не зная, что ещё ответить. Но этот смех был настоящим, лёгким, таким, какого ей давно не хватало. — Ты тоже, Малфой, — наконец призналась она, удивляясь, как легко это было сказать. — Хотя я не уверена, что это в хорошем смысле. Он усмехнулся, но ничего не ответил. Вместо этого он потянулся, взял её руку и мягко сжал её пальцы. Она почувствовала, как что-то внутри неё сдвинулось. Это был не просто момент — это был новый старт. Драко не отпускал её руки, пальцами лениво скользя по её ладони. Его прикосновения были непринуждёнными, но в них ощущалась какая-то интимная нежность, которая заставляла Гермиону замирать. — Ты знаешь, Грейнджер, — начал он, слегка склонив голову набок, — я всегда думал, что ты не способна расслабиться. Даже когда ты не на работе, ты умудряешься превращать всё вокруг в проект. — И ты хочешь сказать, что не прав? — её губы изогнулись в едва заметной усмешке, но она не отняла руки. — Ты ведь сам только что доказал, что я могу быть... другой. Его глаза блеснули, и он медленно наклонился ближе. — Другой? Нет, Гермиона. Ты просто начинаешь быть собой. Её дыхание сбилось, и она почувствовала, как его слова проникают куда глубже, чем она ожидала. Она попыталась отвести взгляд, но его пальцы мягко подняли её подбородок, заставляя снова встретиться с его глазами. — Ты не должна скрываться, — продолжил он, его голос стал ниже, почти шёпотом. — Не от меня. Не от себя. Она тихо выдохнула, чувствуя, как внутри неё зарождается что-то странное — смесь страха и тепла. — А ты? — её голос дрогнул, но она не отступила. — Ты ведь тоже скрываешься, Драко. Всегда прячешься за своей маской сарказма и самоуверенности. Его улыбка стала мягче, но в ней появилась тень грусти. — Возможно. Но сейчас, рядом с тобой, я хочу быть настоящим. Эти слова были такими простыми, но они заставили её почувствовать, как что-то внутри неё трещит и сдвигается. Она медленно провела пальцами по его руке, ощущая, как напряжение в его мышцах постепенно растворяется. — Спасибо, — сказала она тихо, почти неосознанно. — За что? — его голос звучал искренне, и в его глазах она увидела лёгкое удивление. — За то, что ты не боишься видеть меня такой, какой я есть, — ответила она, глядя прямо в его глаза. — Даже если я сама ещё не до конца понимаю, кто это. Драко замолчал, его взгляд был полон чего-то невыразимого словами. Он медленно приблизился, его лоб слегка коснулся её, как будто он пытался передать ей свои мысли без слов. — Ты сильнее, чем думаешь, Гермиона, — прошептал он. — И я хочу, чтобы ты это знала. Каждый день. Её сердце пропустило удар, и она, не думая, потянулась, чтобы обнять его. Его руки крепко обвились вокруг неё, и в этот момент весь мир, казалось, исчез. Оставались только они. — Драко, — прошептала она, её голос был наполнен теплотой. — Ты тоже сильнее, чем думаешь. Они ещё долго сидели, погружённые в молчание, но оно было насыщено смыслом. Гермиона впервые за долгое время чувствовала, что рядом с ним она может просто быть. Драко всё ещё держал её руку, словно боясь, что если отпустит, то момент исчезнет, и всё вернётся на свои места — туда, где снова будет стена между ними. Гермиона смотрела на их сцепленные пальцы, её мысли кружились вокруг того, что он только что сказал. — Ты действительно так думаешь? — она наконец подняла глаза на него, её голос был тихим, почти неуверенным. — О чём именно? — спросил он, наклоняя голову, его голос звучал мягко, без сарказма. — О том, что я начинаю быть собой, — она слегка нахмурилась. — Я не уверена, что знаю, кто я, Малфой. Драко посмотрел на неё пристально, но без давления. В его глазах читалась смесь заботы и понимания. — Гермиона Грейнджер, — начал он, его голос был спокойным и уверенным. — Ты всегда была той, кто идёт вперёд, несмотря на страхи. Той, кто не боится брать на себя ответственность, кто видит людей и хочет сделать их лучше. Ты думаешь, что потеряла себя, потому что кто-то решил, что ты должна быть другой. Но правда в том, что ты всё ещё здесь. Просто тебе нужно позволить себе быть. Она замерла, чувствуя, как его слова проникают глубже, чем она ожидала. Её взгляд снова упал на их руки. — А ты? — она вдруг спросила, её голос был едва слышным. — Кто ты, Драко Малфой? Он усмехнулся, но в этой усмешке было что-то горькое. — Хороший вопрос, — ответил он, откидываясь назад, но не отпуская её руки. — Я много лет пытался быть тем, кем меня хотели видеть: наследником, аристократом, человеком с холодным сердцем. А потом всё разрушилось. И я понял, что не знаю, кто я на самом деле. Он посмотрел на неё снова, его взгляд стал серьёзным. — Но знаешь что? — продолжил он. — С каждым днём я начинаю понимать. Я тот, кто хочет изменить себя. Тот, кто больше не хочет быть пленником прошлого. И, возможно, тот, кто хочет, чтобы его видели... таким, каким он хочет быть, а не каким его представляли. Её сердце пропустило удар. Она не могла отвести взгляд от его лица. Его слова были такими честными, такими уязвимыми, что она вдруг поняла, насколько они похожи. — Мы с тобой оба пытаемся понять, кто мы, — тихо сказала она. — Но, может быть, в этом и есть смысл? Что мы не обязаны знать это прямо сейчас? Что мы можем просто... быть? Его губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Может быть, ты права. Но я скажу одно, Грейнджер: я хочу быть рядом с тобой, пока мы разбираемся в этом. Её глаза наполнились теплотой, и она чуть сильнее сжала его руку. — И я хочу, чтобы ты был рядом, — призналась она, её голос был полон искренности. — Потому что ты помогаешь мне увидеть себя. Они снова замолчали, но это молчание было уютным. Гермиона вдруг поняла, что впервые за долгое время чувствует, что ей не нужно ничего доказывать. С ним она могла просто быть. И, кажется, он чувствовал то же самое. Гермиона откинулась на подушки, задумчиво глядя в потолок. Солнечные лучи мягко освещали комнату, но их теплота не могла развеять напряжение, которое она чувствовала. Драко сидел рядом, лениво играя с прядью её волос, но его взгляд был пристальным, изучающим. — Ты всё ещё думаешь о нём, да? — спросил он наконец, его голос был тихим, но в нём чувствовалось любопытство. Гермиона перевела взгляд на него, её губы чуть дрогнули. — О Роне? — она ненадолго замолчала, словно взвешивая каждое слово. — Думаю. Не так, как раньше, но… думаю. Драко слегка нахмурился, но не отстранился. Его пальцы продолжали небрежно скользить по её волосам. — Думаешь, что? — уточнил он. — Что ты должна что-то ему объяснить? Или что он всё ещё часть твоей жизни? — И то, и другое, — она вздохнула, её голос дрогнул. — Я не могу просто взять и вычеркнуть столько лет. Он был частью моей жизни так долго, что это кажется... неправильным. Но я не могу вернуться. Не хочу. Драко нахмурился ещё сильнее, но его тон остался спокойным. — Ты боишься, что он не поймёт? Или что он не простит? — Боюсь, что он обидится, — призналась она. — Рон всегда был... эмоциональным. Он не умеет справляться с отказами. Я знаю, что это будет больно для нас обоих, но, Драко, я не могу больше жить ложью. Он тихо хмыкнул, но его взгляд стал мягче. — Значит, тебе придётся сказать ему правду. Не то, что он хочет услышать, а то, что должна сказать ты. Ты сильнее, чем думаешь, Гермиона. Она посмотрела на него, её взгляд был полон сомнений. — Ты правда так думаешь? — Я знаю это, — ответил он твёрдо. — Иначе ты бы не была здесь. Не выбрала бы себя. А, возможно, и меня. Её губы дрогнули в слабой улыбке. — А что насчёт тебя? Какие у тебя планы? Драко задумался, его взгляд стал рассеянным, как будто он искал ответ где-то вдалеке. — Я не знаю, Грейнджер. Это впервые за долгое время, когда у меня нет чёткого плана. Но, честно говоря, мне это даже нравится. Всё, что я знаю сейчас, это то, что я хочу продолжать делать то, что делаю. Работать над собой. Помогать другим. И... быть рядом с тобой. Её сердце пропустило удар. Она осторожно потянулась к нему, коснувшись его руки. — Ты действительно это серьёзно? Он посмотрел на неё, его взгляд был удивительно мягким. — Гермиона, я знаю, что не идеален. Знаю, что у нас обоих много прошлого, которое нам нужно отпустить. Но если я чему-то и научился за эти годы, так это тому, что вторые шансы — это дар. И я не собираюсь его упускать. Она улыбнулась, чувствуя, как её сердце согревается. — Тогда начнём с честности. С собой. С Роном. Со всеми. — Согласен, — кивнул он, его губы изогнулись в лёгкой улыбке. — Но, Грейнджер, обещай мне одно. — Что именно? — её брови слегка приподнялись. — Что в этом процессе ты не забудешь о главном. О себе, — ответил он. — Ты так много времени тратила на других. Теперь пришло время думать о себе. Она улыбнулась шире, чувствуя, как его слова проникают прямо в сердце. — Спасибо, Драко. За то, что напоминаешь мне, кто я есть. И за то, что просто... есть. Драко наклонился чуть ближе, его голос стал ниже, почти шёпотом, но в нём звучала уверенность. — Гермиона, я тут подумал… — О чём? — её голос дрогнул, она пыталась разгадать его намерения, глядя в светлые глаза, которые теперь светились озорством. — У нас обоих есть багаж, и, честно говоря, иногда нужно просто сбросить его хотя бы на время. Как насчёт того, чтобы провести выходные где-нибудь далеко отсюда? — его губы изогнулись в лёгкой, но искренней улыбке. — Например, в Испании. Она моргнула, застигнутая врасплох его предложением. — Испания? Ты серьёзно? — Абсолютно, — он кивнул. — Я знаю одно место. Тихое, уютное. С видом на море и лучшей паэльей, которую ты когда-либо пробовала. Нам обоим нужно немного отдохнуть. А ещё... — он сделал паузу, его голос стал мягче, почти нежным, — я хочу провести с тобой больше времени. Без лишних глаз. Без Пэнси и других раздражителей. Её губы дрогнули в улыбке. Это предложение было таким неожиданным, таким... правильным. — Ты знаешь, Малфой, это, пожалуй, самое разумное, что ты сказал за последнее время, — поддразнила она, но её глаза блестели. — Я гений в скрытых предложениях, Грейнджер, — парировал он, поднимая бровь. — Так что, ты согласна? Она сделала вид, что обдумывает, но его взгляд, полный тепла и надежды, оставил ей только один ответ. — Хорошо, Малфой, — сказала она, улыбаясь. — Испания, так Испания. Но если паэлья окажется не такой уж впечатляющей, я буду первой, кто тебе об этом напомнит. — Договорились, — он подал ей руку, словно для скрепления сделки. — Собирайся, Грейнджер. Это будет незабываемо. И хотя в её сердце всё ещё оставалось место для сомнений и страхов, предложение Драко звучало как начало чего-то нового. Чего-то, что стоило попробовать, несмотря на всё, что было у них за спиной.