Исцели меня

Гермиона не верила своим глазам. Из серого Лондона, зима в котором представляет вереницу дождливых дней, она переместилась в настоящую сказку: припорошенный снегом лес и горы с белоснежными шапками. Вокруг была настоящая зима. Мерлин, в последний раз она видела подобное, когда училась в Германии — там зима была временами даже суровой. Долго ведьма такую погоду, впрочем, не могла выносить, и все же вырываться хотя бы на пару дней было бы неплохо. Снег хрустел под ногами, пока они дружно двигались ко входу, на деревянной веранде их с улыбкой встречал Вэйланд. — Добро пожаловать в Болгарию! Прохладно здесь, да? Все приветствовали друг друга по очереди, и хотя она не видела Вэла неделю, за которую они обменялись лишь одним письмом, дарить ему объятия прямо при всех она сочла дискомфортным. Гермиона лишь кивнула, скромно улыбаясь и получая из его рук ключ от комнаты. Как оказалось, этот стадион был выделен специально под игры с «гостями», как их все здесь называли, а потому было построено два небольших дома на три-четыре комнаты, чтобы вместить основной состав и запасных игроков. Грейнджер же повезло больше всех. В то время как парни будут жить как в школе: несколько человек на комнату, ей, как единственной женщине, выделили полностью отдельную спальню. Это радовало, ведь ей не придется слушать симфонию храпов — достаточно лишь наложить заглушающее на помещение. Когда они оказались в светлом фойе, то тут же наткнулись взглядом на такую же толпу: команду-соперника и начальство клуба. Гермиона сразу же выцепила из толпы мужчин знакомое лицо, и губы сами по себе растянулись в улыбке. Только вот вместо короткостриженой макушки она увидела отросшие темные волосы, а на привычно голых щеках - щетину. Они не виделись так давно! Виктор выделялся из общей массы еще и ростом, однако… Она нашла его не там, где рассчитывала — Крам стоял чуть в стороне от своей команды, рядом с владельцем команды и главным тренером, судя по всему. Кроме того, он был одет вовсе не в тренировочную форму, как все остальные, а в скроенный по крепкой фигуре костюм. На груди поблескивал тренерский значок. Мерлин милостивый!.. Что же еще, черт возьми, она пропустила? И почему он сам не написал?! Ведьма стояла, в шоке уставившись на него и игнорируя стандартные обмены любезностями. Все эти речи касаемо игры ее мало волновали, главное узнать, где целительский кабинет, выход на поле и ее временное жилье. Заметив, очевидно, что она откровенно пялится, Виктор сдержанно кивнул, давая понять, что он тоже заметил ее присутствие, а затем вернул все свое внимание текущему разговору. Тем временем, ее мозг пытался лихорадочно обработать поступившую информацию. Она была шокирована не самим фактом того, что Виктор стал тренером — он был великолепным игроком, все это знали, а потому продолжением карьеры была именно эта должность. Больше удивляло то, что он бросил карьеру спортсмена так рано. Так, ладно. У нее будет возможность разузнать обо всем лично, причём довольно скоро. Сосредоточившись на происходящем вокруг, ведьма влилась в общий поток, уже направляющийся на экскурсию. В целом, местный стадион по размерам мало чем отличался от их собственного, разве что внутри расположение кабинетов было иным. Самым логичным Гермионе показалось то, что целительский кабинет оказался ближе всего к выходу на поле — с одной стороны, и к раздевалкам — с другой. А еще она буквально кожей ощущала, как магия потрескивает в воздухе: здесь были такие же сильные защитные чары и антиаппарационный барьер. И хотя по закону и установленным правилам это было не обязательно, со слов Джинни Грейнджер узнала, что многие команды — в основном те, кто мог себе это позволить, — пользовались этим, чтобы обезопасить команду от пронырливых журналистов и фанатов. Ну и, конечно, чтобы никто не жульничал, ведь использовать палочки на поле было строго запрещено. Время пролетело слишком быстро, как ей показалось, и вот они уже стояли в своем «доме». Весь интерьер был выдержан в природных оттенках — дерево, зеленый мох. Встречала их просторная гостиная, разделенная на зоны большими диванами и широким потрескивающим камином. — А мы, оказывается, соседи, Грейнджер. Голос, пророкотавший прямо над ухом, заставил ее дернуться от неожиданности, бормоча под нос далеко не цензурные ругательства. — Разве тебя не учили не подкрадываться со спины, Малфой? — возмутилась Гермиона, поворачиваясь к нему лицом и скрещивая руки на груди. — А я не всегда следую правилам, — нахально протянул он, вытаскивая из кармана маленький чемоданчик и по взмаху палочки возвращая ему натуральный размер. За ним последовали спортивная сумка и метла. — Уже представляешь, как будешь наслаждаться отдельной комнатой? — Жду не дождусь. Должны же быть хоть какие-то привилегии. — Это несправедливо, вообще-то. — Малфой скривился, словно действительно был раздосадован происходящим. — Будь ты игроком, то была бы в таких же условиях, как и остальные. Гермиона вскинула брови, торжествующе улыбаясь: — Но я не игрок. — А… — Тебе очень хочется поболтать? — Она взглянула на часы, прикидывая в уме, сколько у нее осталось времени. — Прости, просто у меня запланирована встреча, а до нее я хотела бы хотя бы немного раскидать вещи. — Конечно, Грейнджер. Не задерживаю. Вытянув руки в сторону коридора, он отвесил ей шутливый поклон. Серые глаза были прищурены, словно он пытался прочитать ее мысли. Могло ли ему быть любопытно, куда она направляется?.. Нет. С чего бы. В последние дни она уже перестала удивляться вздорным мыслям, посещающим голову. Ключ как по маслу провернулся в скважине, и перед Гермионой предстала скромных размеров спальня на трех человек: три односпальные кровати, три тумбы, небольшой шкаф и что-то вроде рабочего стола в углу. На окнах трепыхались цветные вышитые занавески, которые были, вероятно, местным колоритом. Судя по всему, душевая была общей. Что ж, пару дней этот нюанс можно и потерпеть. Не заморачиваясь и выбрав кровать у стены, ведьма принялась за дело.

***

— Виктор! Через мгновение она оказалась в медвежьих объятиях старого друга. Казалось, что за те годы, что они не виделись, он стал еще выше и шире в плечах, хотя, казалось бы, куда еще больше?! — Гермиона. — Теплое дыхание зашевелило волоски на ее затылке. — Рад тебя видеть. — А я как рада! — воскликнула она, отстраняясь и заглядывая в знакомое лицо. — Мерлин, сейчас я отчетливо понимаю, что нужно встречаться чаще! Виктор пожал плечами. — Всегда находятся дела поважнее. — Но и о друзьях нельзя забывать, — возразила Грейнджер. — Нельзя. — А ты все так же немногословен. — Из ее горла вырвался смешок. — Письма намного более… обстоятельны. — Не думаю, что я сильно изменился с тех пор, как мы не виделись. — Это нам еще предстоит узнать! Каков план? — Мы можем пройтись по деревне, посетить сувенирные лавки или же сразу пойти в кафе — поесть и поговорить в более комфортной обстановке. Признаться, все предложения казались ей привлекательными. Однако времени было не так много — до вечерней тренировки оставалось около четырех часов, но Гермиона была уверена, что разговоры затянутся надолго. — Наверное, от полноценной прогулки я откажусь — не так много времени, да и будет чем заняться в утро перед отъездом. Но… можно зайти в пару магазинчиков возле кафе? Чтобы не сильно отвлекаться? Она вперила в него вопросительный взгляд. — Можно. — Виктор коротко кивнул. — Пойдем. Что ж, ей предстояло вновь привыкнуть к его манере поведения и немногословности. Сама Гермиона любила поболтать, особенно на интересные ей темы — и очень явным это становилось в обществе близких, ну или хотя бы более-менее знакомых людей. Они двинулись чуть дальше по той же улице, где расположилось и их временное жилье. Грейнджер сразу поняла, что деревня довольно маленькая, но при этом очень живописная и наполненная различными сувенирными лавками, магазинами и кафе. Возможно, это все из-за того, что чуть дальше, в тех же горах, был укромно спрятан небольшой горнолыжный курорт для волшебников. Она читала, что тот построен на манер магловских, разве что вместо электричества все держалось на магии и заклинаниях. Они зашли в небольшую мастерскую, где на стенах висели расшитые яркими узорами скатерти и занавески — совсем как в выделенной ей комнате! — на прилавках лежали скатерти поменьше и тканевые салфетки, вышитые все теми же необычными орнаментами. В самом углу в воздухе даже парила пара манекенов в традиционных нарядах. — Здравей! — Из-за шторы показалась фигура тучной женщины с жизнерадостной улыбкой на лице. — Избрахте ли нещо? Гермиона озадаченно посмотрела на Виктора, совершенно не понимая, чего от нее хотят. Он склонился ближе, поясняя: — Здесь далеко не все знают английский или какой-то еще язык, только заклинание перевода, но я сам тебе все объясню. — О, отлично. Незнакомый язык казался ей крайне странным набором звуков, ощущающихся на слух немного грубовато. — Она поздоровалась и спросила, выбрали ли мы что-то, — пояснил Виктор, еще раз окидывая взглядом помещение. — Но… не думаю, что тебе что-то здесь приглянется. — Нет-нет! Это очень красиво на самом деле. Я бы купила что-нибудь на память — даже если пользоваться не буду, останется приятное воспоминание. — Она улыбнулась женщине, проходясь вдоль прилавка и скользя кончиками пальцев по цветастым кисточкам и выпуклой вышивке. — К тому же… Я знаю одну женщину, которая точно оценит такой сувенир. Гермиона была уверена, что Молли понравится что-то подобное, ведь она сама собственными руками мастерила многие вещи, что делали Нору еще уютнее. Виктор кивнул. — Обычно среди маглов такая продукция изготавливается на… как же это… на фабриках! Волшебное же сообщество в нашей стране мало и не столь прогрессивно, поэтому все делается вручную, как дань традициям. — И капелька магии, конечно? — Она лукаво улыбнулась, примерно представляя, как это работает. — Конечно. По итогу она приобрела в лавке небольшую вышитую салфетку для себя и большую скатерть для обеденного стола в Норе. Далее они зашли в небольшой магазинчик, как оказалось, с продуктами. На прилавках лежали сыры, колбасы и другие мясные деликатесы; на полках рядами ютились баночки со специями, чем-то вроде консервации и варенья, как она могла предположить на первый взгляд. — Здесь тоже все домашнее. Многие туристы очень проникаются местными блюдами и стараются увезти что-нибудь съестное с собой. — Имаме най-пресния и ароматен кашкавал! — Ее внимание тут же перехватил очень громкий и говорливый продавец, тут же начавший уговаривать ее на покупку. Для этого не нужно было знать язык — хватало заискивающего тона. — Тебе не обязательно вестись на все, что они предлагают. — Виктор усмехнулся. — Сейчас он рассказывает про традиционный сыр — кашкавал. Он сделан из козьего и овечьего молока и используется во многих блюдах. Еще здесь есть пряная колбаса, покрытая благородной плесенью, тоже деликатес; можно купить соль с разными травами и специями, очень популярно земляничное варенье. А вон там, — он указал на маленькие баночки, перевязанные бечевкой, — местная закуска из перца и томатов — лютеница. Бывает разной остроты. Гермиона слушала его с открытым ртом. Не то чтобы она была гурманом, однако любила узнавать что-то новое вне зависимости от области этих самых знаний. Она прошлась по помещению, рассматривая товары и мысленно прикидывая, что бы могло пригодиться. Ведьма хотела купить что-то не только себе, но и друзьям, возможно, родителям. В конце концов, она была ведьмой и могла увести с собой все, что захочет — достаточно одного простенького заклинания уменьшения. Немного подумав, она приобрела сыр для посиделок с Джинни — подруга была тем еще экспертом; соль с паприкой, тимьяном и пажитником для мамы и миссис Уизли, так как обе любили готовить. А отцу достанется баночка этой необычной лютеницы — он всегда был любителем острого, несмотря на то, что это абсолютно всегда сказывалось на его слабом желудке. А кафе она заходила с парой объемных, хоть и облегченных пакетов. Мерлин! А это ведь всего два магазина! Гермиона была наслышана о хорошем местном вине и о том, что многое было связано с розами. В ее планы входила еще как минимум одна прогулка, а она уже повела себя расточительно! Хотя, с другой стороны, для близких не жалко… Тряхнув головой и прогоняя раздражающие мысли, она направилась к столику, который занял Виктор. Кафе почти пустовало — помимо них за одним из столиков сидела пожилая пара и парень у барной стойки. Слава Годрику, что официантка говорила с ними уже на привычном английском. — Пожалуйста, вот ваше меню. Позовите, как будете готовы сделать заказ. Однако еще одна проблема настигла ее уже на следующем этапе. Меню хоть и было так же переведено, но названия блюд совершенно ни о чем ей не говорили. Оно было простеньким и не слишком уж обширным, но это совсем не облегчало задачу. Заметив ее замешательство, Виктор нарушил тишину, откладывая свой буклет. — Позволь тебе посоветовать? — Да, пожалуйста. Она раскрыла между ними меню, укладывая его прямо на стол. Он указал на одну из первых картинок: — Я думаю, что далеко не все местные блюда придутся тебе по вкусу, поэтому расскажу о самых популярных среди гостей. Это — баница, проще говоря, слоеный пирог. Классическая начинка, это яйца и брынза, но бывают и мясные варианты. — Его взгляд пробежался дальше по списку. — Еще есть гювеч — мясное рагу, пататник — тоже что-то вроде пирога: из картофеля и сыра, но также, как и с баницей, начинки могут быть разными. И… еще могу предложить Таратор — это холодный суп на кислой молочной основе. Вкусное блюдо, но не думаю, что ты захочешь есть его зимой. — Оу… — Глаза Гермионы бегали от одной картинки к другой, пытаясь увязать описание и внешний облик блюда. — Пожалуй… Как ты говорил — панитса?.. Она пыталась выговорить незнакомое слово, но, судя по тому, как Виктор сморщил нос, вышло скверно. Гребаный Мерлин. — Баница, — поправил он. Стоило отдать должное — хотя бы не смеялся. — Мясная? — Нет. Ты говорил, что в классической начинке брынза? — И яйцо. — Он кивнул. — Тогда это. И черный чай. Подозвав официантку, он сделал заказ, и они принялись ждать. Наступил тот момент, которого она жаждала больше всего — разговоры. — Итак, — протянула она, подаваясь вперед и складывая ладони домиком. — Ты — тренер. Как так вышло? Виктор неопределенно пожал плечами. — Верно. Это… не было запланировано, но было хорошим решением. Я в этой должности уже полгода. — Но почему? — Она удивленно вскинула брови. — Ты ведь уже долгие годы был одним из самых востребованных игроков в мире! Я… не думала, что ты бросишь так рано. — Я и не бросал. После одной из последних травм мне предложили оставить команду и перейти в тренерский штаб. Я летал много лет, Гермиона. Начальство начало бояться, что в какой-то момент я перегорю и покину спорт насовсем. Было решено, что мне лучше начать готовить себе замену, ведь у меня за спиной большой опыт, который необходимо передать. — И ты так просто согласился? Мне казалось, что тебе нравится летать, когда-то это было твоей страстью. — Ничего не изменилось — я до сих пор летаю в свободное время, а иногда и играю на тренировках с ребятами. Отказаться от места в команде оказалось… куда проще, чем я ожидал. — Взгляд Виктора потеплел, а губы тронула легкая улыбка. — Сама знаешь, у меня появилась семья. И теперь она всегда ждет меня дома, а будучи тренером я могу уделять ей больше времени. Гермиона раздраженно хлопнула себя по лбу. — Мерлин, Райна! Точно, как я могла забыть! — Она надеялась, вспомнила имя, которое упоминалось в письмах, правильно. — Мы с ней познакомимся? Она будет на завтрашней игре? Ты столько писал о ней! — Я был бы рад познакомить вас, но нет, она не придет, — он замялся на миг. — Видишь ли, она не очень хорошо себя чувствует. Магическая беременность бывает сложной. Шокированно распахнув глаза, ведьма осела в своем кресле. Вовремя к столику подплыли чашки с чаем, и она тут же поторопилась смочить горло. — Ты станешь отцом?! — воскликнула она. — Святая Моргана, и это друг, называется?! Вопреки возмущенному тону, она подскочила с места, потянувшись к нему через стол и крепко обнимая. Губы растянулись в широкой улыбке — она была счастлива за него, ведь знала, как Виктор любил свою жену и был рад создать свою семью. Несмотря на то, что они редко виделись, письмами обменивались постоянно — они делились даже сокровенным, что удивительно. Хотя, возможно, так было даже проще — поддерживать и помогать на расстоянии. — Уже через три месяца, — довольно пояснил он, приосанившись. — Полгода? — потрясенно прошипела Гермиона. — И ты даже не написал?! — Я хотел. Но ты написала сама, и когда я узнал, что через полтора месяца мы сможем встретиться, я решил придержать новость до личной встречи. Собственно, как и новость об уходе из команды. — Мерлин… Даже не верится. — Протяжно вздохнув, она подперла щеку кулаком. — Почему-то за последний год все только и делают, что женятся, выходят замуж и рожают детей! — Быть может, просто пришло время? — Виктор вопросительно изогнул кустистую бровь. — Сама знаешь, в волшебном мире никто не тянет с такими вещами. В отличие от тех же маглов. Однако же это и не значит, что ты должна делать то же самое. — Не должна. Второй раз за всю их встречу он тепло улыбнулся, протягивая руку и сжимая ладонь. — Гермиона Грейнджер никогда не была как все. Как твоя жизнь, Гермиона? И как так вышло, что ты оказалась здесь? Глядя в доброе лицо, что светилось искренним участием, она ощутила, как к глазам подступили слезы. И краны словно сорвало. Ее жизнью и внезапными изменениями действительно интересовались лишь Гарри с Джинни и семейство Уизли. И, если задуматься — это было так мало. В такие моменты, как этот, она отчетливо осознавала, что не была такой уж сильной. Ей так не хватало поддержки. Принесли блюда, и Гермиона принялась за свой увлекательный и длинный рассказ.

***

Драко чувствовал дикое раздражение. После экскурсии по территории, на которой им предстояло жить ближайшие три дня, им показали поле и раздевалку, которая будет закреплена за командой. До вечерней тренировки все были предоставлены сами себе: кто-то пошел по сувенирным магазинам, кто-то решил, что лучше всего отдохнуть перед игрой, а самая бесстрашная компания направилась прямиком в местный паб. Конечно, ребята звали его с собой, однако Драко решил, что пить не стоит, даже если в сумке валяется пара пузырьков Антипохмельного. Он расслабится завтра, когда они обыграют этих самоуверенных кретинов. А потому Малфой просто блуждал по трем несчастным улицам, из которых и состояла вся волшебная деревня. Они были где-то в горах, в каком-то Национальном парке, если он не ошибался. Не то чтобы Драко было сложно запомнить названия, просто некоторые из них были до ужаса смешными и непонятными. Погода не особенно радовала — в горах было намного холоднее, легкий мороз пощипывал щеки, ледяной ветер пробирал до костей, забираясь под мантию, а снегопад лишь усиливался. Да уж, если погода не изменится — а здесь она была крайне непостоянной, — то во время игры им придется несладко. Подняв воротник повыше, он осматривался вокруг. Из паба доносились разговоры и громкий смех, дети носились от дома к дому с непонятными ему игрушками, обычные жители шли по своим делам, бросая на прибывших любопытные взгляды. Жизнь кипела даже здесь, где весь населенный пункт можно было обойти за полчаса. Так он и наткнулся на Грейнджер. Так вот, значит, какие у нее были запланированы встречи. Драко увидел ее в одном из окон уютного кафе, ровно в тот момент, когда радостная улыбка озарила лицо, и она накинулась с объятиями на огромного болгара. Если он правильно узнал, это был Крам. Он хмыкнул, когда что-то крайне неприятное заворочалось в груди от развернувшейся картины. Тряхнул головой, осознавая, что пялился на них слишком долго, и, сунув руки в карманы, пошел дальше. Интересно, что обо всем этом думает Фокс? Или он вообще не в курсе, с кем обнимается его девушка? Да и в отношениях ли они вообще? Гребаный Салазар… Он видел их вместе довольно часто, однако ни разу не задавался этим вопросом. Да какого хрена вообще?! Не облегчила состояние и тренировка, во время которой холодный ветер и колючие снежинки устремлялись прямо в лицо. В таких обстоятельствах согревающие чары на одежде не справлялись в полной мере. Драко надеялся, что это остудит его пыл, но все было напрасно. Грейнджер, как и всегда, провела диагностику, а затем уселась на пустые трибуны в компании Фокса, начиная о чем-то рассказывать, активно при этом жестикулируя. Он старался не смотреть в их сторону, потому что его начинала обуревать непонятная злость. Ведь с ним она общалась так же. Всю последнюю неделю, драккл ее подери. И теперь, после столь тесного взаимодействия, когда все ее внимание растрачивалось только на него одного, он ощущал неправильное чувство собственничества. Неуместное. Она была чужой женщиной, если он правильно понимал. А потому просто не имел права даже на безобидные размышления.

***

Он нашел ее в общей гостиной — ведьма растянулась в кресле у камина, держа в руках книгу. Ее кудри были влажными после душа, а из одежды — тонкая футболка и мешковатые шорты почти до колена. — Малфой? — ох уж этот удивленный голос. Раздражение, что так и не покинуло его даже к вечеру, продолжало зудеть. Он не знал, зачем вообще появился в поле ее зрения, хотя прекрасно понимал — он надеялся встретить ее в доме. Собственное идиотское поведение не совсем поддавалось логике. Вернее… поддавалось, однако выводы, к которым он приходил, были крайне печальными. Ему хотелось заговорить, горло словно бы разрывали изнутри невысказанные слова, но он не знал, как начать беседу. Как объяснить, зачем он вообще выполз из своей комнаты, если должен уже спать, ведь завтра игра? Обычно в таких ситуациях Малфой действовал проверенным способом — всячески язвил. — Что, Грейнджер, решила вспомнить былое? Он бесцеремонно рухнул на соседний диван, впиваясь цепким взглядом в лицо, полное замешетельства. — Ты про книги и общую гостиную? — ее брови изогнулись в удивлении. — Я про Крама. Казалось, вот этот поворот ее действительно шокировал. Ведьма нахмурилась. — Виктор? — Ага, разве не он был твоим ухажером на четвертом курсе? Звезда квиддича и Чемпион кубка. Грейнджер на миг замерла, отложив книгу. Драко будто бы слышал, как крутятся шестеренки в ее голове. Как он, блять, вообще завел эту тему? И зачем? Однако показывать трусость и давать заднюю было уже поздно. Нужно было идти до конца. Да и ему действительно было любопытно. Самую малость. Только вот вместо того, чтобы начать оправдываться, как он предполагал, ведьма разразилась громким хохотом. Опомнившись, Драко окутал комнату пологом тишины — ребята уже спали, да и разговор принял слишком уж интересный поворот. — Ты… — Грейнджер продолжала задыхаться от смеха. Ее щеки вмиг покраснели, а в уголках глаз даже сверкнули слезы. — Мерлин милостивый! Я и Виктор? Ты же несерьезно сейчас?! Его брови сошлись на переносице, когда Драко попытался понять, чем вызвана такая реакция на его вопрос. — Вы же встречались в Хогвартсе какое-то время, почему бы и нет? Что мешает? — А мешает, Малфой, — протянула она, все еще дрожащим голосом, — его жена. Виктор уже целый год счастлив в браке, а через несколько месяцев станет и отцом. Почему ты вообще об этом подумал? Каков придурок. Драко на миг прикрыл глаза, внутренне простонав от досады. Язык — его враг, видит Салазар. — Просто было бы странно, что Фокс вообще не беспокоится о том, что его благоверная разгуливает с бывшими парнями. Казалось, ее карие глаза стали размером с галлеон. — Вэл? Причем тут… — Грейнджер сглотнула, отводя взгляд. Она казалась сбитой с толку. — Мы не… мы не встречаемся. — Да вы же как попугаи-неразлучники в нашем кафетерии, да и уходящими вместе я вас видел не раз, — Драко продолжил выкладывать факты, с любопытством склонив голову и наблюдая за ней. Веснушчатые щеки снова краснели, только вот уже не от смеха. Явно не от него. — Мы… присматриваемся друг к другу. — Два месяца? — Он смерил ее скептическим взглядом. — И что с того? Это нормально — присматриваться к человеку, если есть определенные… намерения… — Так намерения есть? — Это… Драккл тебя подери, Малфой, с чего вообще вдруг такие вопросы? И… И с чего вы вообще все взяли, что я встречалась с Виктором в Хогвартсе? Мы просто общались! Ее резкий переход на другую тему был бы очевиден даже ребенку. Однако Драко решил не давить — ведьма выглядела натурально потерянной и немного выбитой из колеи, и ухудшать ее состояние или затевать ссору он не хотел. Да и ответов на ее вопросы не было — сначала необходимо было найти их самому. Поэтому он выбрал тактику отступления. — Слухи, Грейнджер, слухи. — Встав с дивана, он провел рукой по мягкой спинке, насмешливо глядя в ее лицо. — Доброй ночи. И двинулся в сторону коридора, не обращая внимания на недовольный бубнеж за спиной. Это был самый идиотский разговор в его жизни, и все же он принес немало пищи для размышлений.