Новогодняя зажигалка

«Мы так любим дешёвые драмы С непродуманными диалогами, Где актёры немножечко переиграли Со вздохами, криками, стонами…»       Что же… Хотелось бы верить, что всё не так паршиво. Что это всё лишь человеческое качество преувеличивать. Но всё и вправду настолько паршиво… Почему-то очень холодно. Наверное, потому что снег. Но дома ещё холоднее, хоть там нет тумана и ветра. Да и почему я назвала эту квартиру «домом»? Мой дом далеко, а эта крохотная квартиртирка лишь дёшевое подобие.       Скоро новый год. Хотя смешно это говорить. Через пару минут пробьют куранты и вокруг будут раздаваться счастливые голоса людей и салюты. А я, держа в руках жвачку со вкусом вишни, смотрю в окно своей квартиры и не хочу туда возвращаться. Наверное, надо было завести хотя-бы собаку или кота, может, тогда я бы хотела вернуться? Чёрт знает. Но там, за этим окном, в крохотных комнатках с безвкусным ремонтом, меня никто не ждёт. Да и, впрочем, я никого не жду. Мой взгляд падает на неприметную, облезшую лавочку, которая когда-то была зелёной, а может жёлтой. Не помню. Никогда не обращала внимание на такие мелочи. Возможно, зря.       В окнах мерцают гирлянды, где-то даже можно разглядеть красивую ёлку, наряженную разными игрушками. Я же даже ветку не соизволила притащить и украсить фантиками из-под невкусных конфет, которые когда-то я отдавала бабушке, и я вправду думала, что она их любила. Какая же наивная. Казалось, это было так давно. Тогда я даже представить не могла, что однажды буду сидеть в чужом городе на улице за пять минут до нового года и не хотеть заходить домой. Чёрт. Лишь бы не заплакать. «Скорей бы всё кончилось, и мы забудем Свой текст и разъедемся по домам, Чтоб в кадр попали опять не те люди, Которых хотелось бы видеть там…»       Зачем я уехала? Что я пыталась доказать? И кому? Почему мне не сиделось там? Дома… А ведь когда звонит мама, я ведь говорю, что всё хорошо, что у меня много друзей, мне не одиноко, не сложно, что я со всем справляюсь. Может, однажды я плюну на всех и уеду туда, где меня ждут? Всё-таки холодно, очень… «Давай, поцелуй меня нежно, насколько Ты можешь, слезу вытри рукавом. Пусть старые камеры вечно рвут плёнку. Мы сможем сыграть это заново…»       Всё же, наверное, я надеюсь, что он сейчас придёт сюда. Что этот придурок, который затащил меня в этот город, заберёт меня и отогреет. Но я сама ответила на свой вопрос. Он придурок. Он отогревает другую, возможно, не ту, с которой я его тогда застала в нашей спальне, возможно, в его объятьях другая. Рыжая. У него никогда не было рыжих. Я сижу на этой лавке. Жую жвачку, смотрю в окна. Паршиво. Чёрт. Всё очень паршиво. Лезу в карман. Достаю пачку дешёвых сигарет и пытаюсь нащупать зажигалку, уже обхватив губами эту проклятую сигарету. — Блять, — громко и вслух говорю я, осознав, что зажигалки в кармане нет. Я даже зажигалку просрала, что тут говорить о жизни…? — Нужно? — доноситься грубый голос. Я поднимаю голову. Передо мной стоит невысокий парень в чёрном длинном пуховике и кепке. В руках у него такая красивая и необычная новогодняя зажигалка. Впервые такую вижу. — Спасибо, — тихо произношу я, взяв красивую вещицу. Парень садиться рядом, тоже достав сигарету.       И вот я вдыхаю этот ядовитый дым. Именно здесь я начала курить. Он приучил меня. Этот город. Этот ебанный город. — Тебе тоже холодно? — неожиданно спрашивает он, поджигая сигарету другой зажигалкой. Она тоже новогодняя. Тоже с какими-то оленями и узорами. А может и с Сантой, а может и с подарком. — Нет, — вздыхая, говорю я, чиркнув зажигалкой. — Почему-то стало теплее. — Зачем-то всегда носил две зажигалки. Никогда не понимал зачем. Теперь понял. Я улыбнулась. Вправду. Стало теплее. — Юнги, — сипло произносит парень, втянув ещё порцию дыма. — Терпеть не могу новый год. Вновь улыбка. И вновь теплее. — МаРу. Я люблю новый год, но не свой. Юнги улыбнулся. Он понял, что я хотела сказать. И снова я втягиваю в себя порцию дыма. Нас никто не ждёт. И мы никого не ждём. «Искусственных слёз нам хватает, но вроде Надо плакать, а мы улыбаемся. Может быть, эти роли нам не подходят И зря мы так сильно стараемся…»       Вот осталась минута до нового года. Он тоже не спешит домой. Он продолжает сидеть со мной на этой облезшей лавочке и курить дешёвые сигареты, чиркая зажигалкой. Юнги тянется к какому-то пакету и достаёт от туда мандарины. Там штучек десять, может чуть больше. Сразу видно, что на одного. Значит, он тоже один сегодня, значит, его тоже никто не ждёт. Юнги пытается развязать пакет. Не получается. Он психует и рвёт его, достав две мандаринки, протянув мне одну. Я докурила, но всё также продолжаю чиркать этой новогодней зажигалкой, приняв мандарин от парня. Странно. Почему-то стало совсем тепло…        И вот, как я и говорила, стали слышны радостные возгласы и салюты. Люди стали появляться на улице, держа бенгальские огни. А мы все также сидим на ободранной лавочке, едим мандарины, а я чиркаю чужой зажигалкой, в надежде, что она озарит мою жизнь… — С новым годом, МаРу. — С новым годом, Юнги. «Честно плачут лишь те, кто ломают и строят. Я прошу, ведь сценарий писали вы. Пообещайте, что наши герои В конце останутся счастливы…»       Не знаю, сколько времени прошло. Не знаю, сколько времени мы морозились на этой лавке. Уже все люди давно разошлись, и даже огни в окнах давно потемнели. Подарки Санта уже подарил, а салаты, наверное, съедены. А мы, улыбаясь, несём какую-то хрень про помидоры и лыжи. Этот Юнги почему-то кажется таким родным. Хоть я его и вижу в первые, хоть он не знает моих родителей, хоть я не лежала с ним в одной постели… Он тоже любит вишнёвую жвачку, но при этом терпеть не может вишнёвый цвет. У него тоже была в этом городе любовь. Такая же короткая, как вкус жвачки. Он тоже не нарядил ёлку. И тоже отдавал бабушке все невкусные конфеты, веря, что она и вправду их любит… С ним стало хорошо, ведь не одной мне паршиво. Туман потихоньку рассеивался, в небе появлялись звёзды. Ветер стих, и стало очень тепло. Я никогда не чувствовала себя настолько в тепле. И это тепло не от новогодней зажигалки. — Пошли ко мне. Посмотрим «Гарри Потера» или «Один дома». Объедимся оставшимися мандаринами и откроем бутылку игристого. Если повезёт уснём в обнимку на диване, если нет - буду спать на полу. — А как же новогодний подарок? — шучу я, вновь чиркнув зажигалкой. Он сжимает мою руку, где находилась эта новогодняя вещь, убрав мой палец с колёсика. — Новогодняя зажигалка сойдёт? «Мы так любим дешёвые драмы Со смешными проблемами нашими Да, играем мы препогано Вот только любим пo-настоящему…»