Le jazz de V

Тэхён отстраняется от губ Чимина. Благоразумие берёт верх. Внутренне заранее сдаваясь, полностью принимает своё поражение. Не может отрицать, что испытывает что-то к этому парню, но всё это — смешно. Ну, куда он со своими вечными загонами и психологическими проблемами? Привяжется сейчас к нему и что потом с этим делать? Где Тэхён со своей апатией и взглядами на мир, и этот жизнерадостный дерзкий парень. Объективно, им не по пути. Вот только ничего из этого Тэхён не произносит вслух, и Чимин, оставаясь в неведении, думает, что всё дело в нём. — Прости, мы не должны этого делать, — говорит хрипло, шёпотом, отводя взгляд, но, тем не менее, поглаживая пряди волос Чимина. — Что делать, Ви? Целоваться? — пытается улыбнуться, но выходит чертовски плохо, глаза наполняются влагой. Неизвестно, на что он вообще рассчитывал. — Пойдём, я приготовлю нам завтрак, — Тэхён пытается взять себя в руки, говорит жизнерадостно, лишь на долю секунды взглянув в глаза. Чимин ничего не отвечает, молча встаёт и идёт в ванную переодеться в свою одежду. Тэхён следует за ним, ждёт у двери, когда парень выйдет. На душе тоскливо, он не знает, что говорить, но когда Чимин выходит, произносит первое, что приходит на ум: — Ты уже уходишь? А как же завтрак? — скрещивает руки на груди, смотря в пол. В глаза смотреть от чего-то совсем не хватает сил. — Я тороплюсь, прости, — тоже не смотрит на Тэхёна, делая вид, что заправляет рубашку. — Ладно, эм… Пойдём, я тебя провожу? Когда они выходят в коридор, Тэхён чувствует подступающую к горлу панику, но всё же произносит от чего-то неприятные ему слова: — Я оставил… Я оставил деньги тут, на комоде, — указывает на купюры, зажатые небольшой бронзовой статуэткой. — Ладно, — тихо произносит Чимин, обуваясь. — Ладно? — Да, Ви! Ладно! — пряди сине-чёрных волос от резкого движения спадают на лицо, когда он выпрямляется перед мужчиной. Произносит слова резче, чем хотел. Прикрывает глаза, вздыхая. Нет смысла сейчас что-то ещё говорить. Надевает пуховик нервно и резко. — Что с тобой? Эй, подожди, почему ты без шарфа? Давай я тебе дам свой, не хватало, чтобы тебя на Рождество продуло. Тэхён, торопясь, копошится в шкафу и достаёт свой синий шарф крупной вязки. Он ему дорог, его когда-то связала мама. Но Тэхёну вдруг нестерпимо захотелось защитить от холода это неразумное создание, которое щеголяет по Манхэттенским улицам с голой шеей. — Так-то лучше, — улыбается так, что уголки глаз приподнимаются вверх. — С Рождеством, Чимин! — глаза немного слезятся, ведь неизвестно, встретятся ли они снова. — Спасибо, папочка, — по доброму, с насмешкой произносит он, неуверенно подходит ближе, целуя мужчину в щёку, — Оу… — Что такое? — спрашивает, неожиданно краснея от такой нежности, когда Чимин отстраняется. — Кажется, я забыл телефон в твоей спальне. — Я сейчас, — босой Тэхён идёт в спальню с чётким намерением обязательно спросить номер у этого несносного мальчишки и будь что будет. В конце концов, жизнь дана лишь раз, бояться прожить её так, как хочется — не правильно. Тэхёну стало понятно, что он совсем не хочет отпускать Чимина, хочет узнать его ближе. Возможно у них что-то получится… Если Санта существует, тогда, вероятнее всего, он исполнил заветное желание Тэхена? Найти среди тысячи лиц то самое, что станет родным его одинокой душе. Не важно, кто он, откуда и сколько они знакомы. Он хочет дать им обоим шанс. Важно лишь то, что Тэхёна к нему нестерпимо тянет. Вот только… Когда мужчина не находит в спальне телефон, то всё понимает. Чимин ушёл… Предпочёл уйти вот так, долго не прощаясь, ничего друг другу больше не говоря...

🎶Meghan Trainor —

I'll be home

❄️

Тэхён выходит из дома лишь к вечеру, наконец-то решившись во что бы то ни стало разыскать Чимина. После его ухода мужчина нашёл деньги, которые заплатил парню, на том же месте. Что-то не клеилось. Почему человек, который продаёт себя, продаёт своё время, не забрал деньги? Тэхён приходит к Рокфеллер центру, туда, где находится огромный парк и каток, заполненные до отказа людьми. Туда, где громкая музыка и волшебная атмосфера рождества. Вот только Тэхёну в толпе совсем не по себе, впервые за долгое время неуютно в обществе людей. Ему бы хотелось сейчас вернуться домой, желательно в обществе Чимина. Но это нереально сделать, найти парня в таком столпотворении. Тэхён не знает ни фамилии, ни где конкретно искать. От счастливых людей на катке у мужчины как-то болезненно щемит в душе и кружится голова. Интересно, а Чимин умеет кататься на коньках? Он ищет Чимина уже больше двух часов. Второе Рождество подряд Тэхён вынужден встречать в одиночестве, а это веский повод проронить пару непрошеных слез. Вся его жизнь за последние годы — словно испытание. Будто его душе нужно каждой зимой пробираться через непроходимые сугробы в абсолютном одиночестве. Тэхён, замёрзнув и устав от нескольких часов поиска, заходит в ближайший к катку бар. Ему бросаются в глаза два влюблённых парня, сидящих за столиком и держащихся за руки. Нет, конечно, Тэхён рад за них, что хоть кому-то в это Рождество Санта подвозит счастье, но что насчёт него? Мужчина вешает куртку на плечики в гардеробе, оставшись в белой водолазке, проходит в центр зала и садится у бара на высокий стул. Глубоко вздыхает. Треплет свои волнистые волосы и говорит подошедшему принять заказ бармену первое, что приходит в голову. Какая разница, что пить. Оказывается заказал виски. Усмехается, думая, как это банально. Осушает бокал, тут же повторяя заказ. Растерянно смотрит по сторонам, бессмысленно это всё. Зачем он вообще сюда пришёл, на что надеялся, найти одного человека в многотысячной толпе? Кроме Чимина, сейчас ни с кем не хочется общаться и тем более заводить новые знакомства. — Бармен, повтори! — поднимает два пальца вверх, привлекая внимание. За барную стойку рядом с Тэхёном присаживается парень, облачённый в костюм Санты. Заказывает глинтвейн. Дыхание мужчины замирает, когда он слышит знакомый до боли мелодичный тембр, в сомнениях поворачивается.

It's beginning to look a lot like Christmas

Ev'rywhere you go

Чимин тихо поет песню, а Тэхен вторит его словам.

Take a look at the five

and ten glistening once again

Это он, чей голос въелся в тэхёново сознание с первой встречи, и ничем его было уже оттуда не вытащить. — Чимин? — Привет, папочка… — улыбается. Он зашёл в этот бар, чтобы погреться, но не ожидал, что встретит Тэхёна, что одним своим видом греет его душу. Сложно не поверить в рождественское чудо, когда единственное, чего Чимин желал, сейчас сбылось. Хотя бы ещё раз сегодня увидеть его… — Чимин, ты что, Санта? — заламывает брови удивлённо, пока в глазах искрится радость. Теперь понятно, к чему вся эта косметика, подчеркивающая и так красивые карие глаза. — Санта, аниматор-фигурист, к твоим услугам, Ви… — Но… — Что? Ты думал, я шлюха? — смеется сдавлено, отпивая принесённый глинтвейн, — О-о нет, я хоть и люблю секс, но не настолько… Ну, если только с тобой и понарошку, — подмигивает. — Но ради чего ты притворялся? — Тэхён разворачивается к нему, пододвигаясь вместе со стулом ближе. — Профессиональный интерес. Сначала так было... Я учусь на факультете психологии, папочка. И стал невольным свидетелем твоего приступа на улице несколько дней назад. Прости, это эгоистично, но я провалил экзамен и хотел изучить тебя, чтобы сдать курсовую, но не учёл того, что ты мне понравишься. Сначала я тебя возненавидел, что ты из-за моего внешнего вида счёл меня проституткой. Ох, ты бы знал, как я злился… Это был просто пиздец! А потом даже стало больно… Впервые бесило то, что кто-то настолько важный и интересный мне не воспринимает всерьез. — Прости меня, малыш. Я такой идиот… — накрывает своей большой тёплой рукой маленькую чиминову, — Может, начнём всё сначала? — касается белого помпона на шапке Клауса. — Я — Тэхён, не совсем уравновешенный и, кажется, очень влюбчивый. Тэхён, который боится быть навязчивым, одиноким и непонятым. Глинтвейн Чимину надоедает так же быстро, как попытки Тэхена всё исправить. Он тонет в этом виноватом взгляде. Тэхён так смотрит на него, как никто в его жизни не смотрел. Начать сначала, он серьезно? Следующим коктейлем становится вкус виски прямиком с губ этого милого папочки Гринча, обжигающий внутренности убойной смесью так долго не озвученных чувств, страсти. На удивление, привкус глинтвейна на губах Тэхёну успешно дает в голову. Чимин прощает. И плевать, что они целуются страстно и влюблённо сидя в баре, что все смотрят на них, перешептываясь. Это их личное рождественское чудо, не важно кто что скажет. — Санта Клаус, а ты где живёшь? — игриво спрашивает, отрываясь от сладких губ, Тэхён, поглаживая парня по щеке, пока тот нежится в его объятьях. — Какой шустрый. А ещё джентльменом прикидывался, — проводит носом от губ к скуле, целуя в район шеи. — Я должен тебе «три тысячи за ночь», — сжимает кулаки на пояснице Санты, в собственных джинсах становится нестерпимо тесно. — Ммм, не думаю, что ты столько стоишь, Ви, — хихикает, отстраняясь. — Вот как, а сколько? — Моя смена закончена, покатаешься со мной на коньках? — гладит лицо мужчины пальцами, смотря в глаза. — Давно мечтал сделать это ради собственного удовольствия, а не на потеху другим. Вот только пойду переоденусь. — Не стоит! Разреши мне покататься с Сантой, а потом проводить его в резиденцию. — Моя на другом конце города. Давай лучше в твою, папочка.

🎶Don't Wanna Dance —

MØ, Ronni Vindahl

Следуя своему плану, двое мужчин сначала катаются на самом большом катке Нью Йорка, под внезапно начавшимся сильным снегопадом. Температура повысилась, стало достаточно тепло, волшебно, по-Рождественски уютно. Каток пустеет в ночное время, освобождая место двум кажется очевидно влюблённым. Тэхён восторженно смотрит на Чимина, показывающего ему на льду прыжки под незнакомыми странными названиями «лутц» и «аксель». Ему до сих пор стыдно, как он смог так ошибиться и принять дерзость и молодость за порок и распущенность. Потом такси и страстные поцелуи, шутки Чимина и ворчание Ви. Снова поцелуи под возмущённые и никому не интересные взгляды водителя. Вопросы Тэхёна, почему у Санты нет бороды и нетерпеливые покусывания Чимина в шею мужчины. Но пока в Тэхёне несколько порций виски — без всякого смущения он позволяет себе кадрить прилюдно юношу. Вот только неизвестно, кто кого кадрит. Чимин весь извёлся от этих ласк прошедшей ночью, когда ложился спать с Тэхёном. Мужчина во сне так страстно прижимал его спиной к своему телу и дышал горячим дыханием в район шеи. К слову, в ту прошедшую ночь Санта уснул только под утро с болезненным ощущением внизу живота. Но сейчас эндорфины и дофамины в крови наполняют его энергией. Санта чуть дольше обычного задерживает на нём внимательный взгляд, упиваясь чувствами Тэхёна. До сих пор не веря, что все это правда. Чимин всегда считал, что этот мужчина — красавчик, а теперь он понимает, что этот красавчик - его. Поплыл. Зайдя в кофейню, Санта и Тэхён долго целуются — прямо у кирпичной стены, так и не дойдя двух метров до лестницы. Целуется Тэхён ничуть не хуже Чимина, и делает это столь же жадно и страстно, как и тот — словно пытаясь съесть эти сладкие губы, пока холодные с улицы руки гуляют под красно-белой шубкой Клауса. Дойдя до квартиры они понимают, что нет смысла ждать, изнывать от желания, поэтому Чимин тут же прячется в ванную. А Тэхён тем временем в спешке расправляет кровать и одним движением стягивает брюки вместе с бельём, чуть о них же и не запнувшись. Неловко, но Чимина хочется до сведенных на ногах пальцев. Тэхён хоть и расплывчато видит мир вокруг себя из-за алкоголя, но всё же улавливает вошедшего спустя время Санту абсолютно без костюма. Перед ним предстает парень в смешных эльфийских гольфах и неизменном сегодня красно-белом колпаке с помпончиком. Вообще-то Тэхён сегодня повёлся именно на эту шапочку. Чего греха таить, и на самого Чимина с этим милым взглядом. Правда, сейчас он совсем не милый. О, чёрт возьми, отнюдь не милый… Когда парень идёт быстрым шагом к кровати, на которой сидит обнаженный Тэхён и смотрит так возбуждённо, по его спине проходят мурашки. Действия Чимина совсем не милые, когда он седлает бёдра мужчины, резко и жадно припадая к губам в углублённом страстном и мокром поцелуе. — Папочка хорошо себя вёл в этом году? — спустя долгие минуты терзания губ, отстраняется. — Заслужил ли ты подарок от Санты? Тэхён кивает, как околдованный, чувствуя себя самым счастливым. Чувствует, верит, что у них с этим безумцем всё будет, что они — это точно надолго. Возможно, в нём говорит алкоголь, а возможно, вера в чудо. В Тэхёне сидит страх повторения, боязнь всё потерять, остаться ни с чем, боль, что его вновь оставят. Но, глядя в сияющие счастьем глаза Чимина, прошлое в этот миг блекнет. Не остается ничего от былых страхов, пока душу латают нежные поцелуи и собирают веру в счастье заново: шаг за шагом, неторопливо, показывая надежду на лучшую жизнь, на возможную любовь… Это ли не безумное рождественское чудо?