Эгоист.

«Если вы хотите иметь то, что никогда не имели, вам придётся сделать то, что вы никогда не делали.»

Коко Шанель.

❲ ❳ ∞ ‹ ┊ ➹ ੈ♡‧₊˚ ↱ ᵕ̈ ↷ ೃ ╲ ╱ 彡 ✥

В глазах всё размывалось, словно в них залили масло. Слёзы стекали по опухшим то ли от ударов, то ли от напряжения из-за улыбки, щекам. Если ранее парень сопротивлялся даже изнуряющим ласкам, утомляющим до дрожи в ногах, то сейчас сходил по ним сума, с каждым днём желая их всех больше и больше. Очередной клиент покинул комнату, кинув пачку крупных купюр в измазанное всевозможными телесными соками тело. Пересчитав их, он выдохнул и разочарованно произнёс: —Всего тридцать тысяч... — он выдохнул, встал с кровати и подошел к зеркалу, поправляя блондинистые волосы, некоторые пряди которых налипли на лицо и тело, — неужели я настолько испортился... Парень осмотрел своё грязное тело, по которому стекали капли семени (уже непонятно, чьей именно) и пота. Это тело было мечтой каждого мужчины, любой дамы, у которой либидо выше, чем обычно. Ни единого лишнего волоска на бледной, блестящей коже, казалось, что ничего лишнего не было, будто это тело лепила сама Афродита, стараясь над ним больше остальных. Но то, что творилось в душе обладателя этой чудесной обёртки... —Интересно, как там господин Аль-Хайтам? — Задумчиво произнёс тот. От этого имени содрогалась каждая клетка тела, сердце стучало быстрее, а к щекам подступал жар. В конце концов именно с ним он впервые почувствовал на вкус плотские утехи...

***

Аль-Хайтам открыл глаза, прижав руку к голове, которая болела так, будто по ней ударили чем-то очень тяжёлым. —Твою мать... в какое дерьмо меня занесло на этот раз? — Спросил сам себя Хайтам, поднявшись с кровати, — пиздец. Аль-Хайтам находился в комнате, больше похожей на вип-комнату в стриптиз клубе: вокруг всё обшито красным бархатом, либо позолоченными узорами. Кровать находилась напротив двери, что одновременно было удобным, но также и весьма некомфортным, главное, чтоб дверца запиралась. Справа от кровати, прижатой к стене, словно девятиклассница на выпускном, находился огромный шкаф-купе из дуба с зеркалом на одной из выдвижных дверей. Освещение было тоже скучноватым: тусклый, жёлтый светильник, прикреплённый к стене, еле-еле давал хотя бы минимальную возможность что-либо развидеть. —Я в дешёвом мотеле? — Прохрипел Аль-Хайтам и открыл шкаф, — откуда у них мои вещи?! — Возмутился тот. Аль-Хайтам увидел записку, приклеенную к одному из его пиджаков. Сорвав её, мужчина вслух прочитал её: —Ты попал в элитный бордель, Аль-Хайтам. Здесь каждому даётся своя роль: либо "Лев", либо "Лань". Объяснять подробно не надо, думаю, что и так понятно, что Лев - это доминант, а Лань - это подчинённый. Как думаешь, какая роль выпадет тебе? Для этого нужно лишь пройти пару испытаний. Сможешь ли ты выдержать их? Душевное равновесие или падение до низа? Станешь ли ты ангелом, что спасёт чью-то душу или же демоном, что низвергнет невинного в ад? — Слова комом встали в горле Аль-Хайтама. Он разорвал бумагу в клочья, разбросав то, что от неё осталось, по всей кровати. Аль сел на кровать, прижав ладонь к переносице. Он мог жить обычной жизнью богатого бизнесмена: купаться в миллионах долларов, пить дорогой алкоголь, наслаждаться времяпрепровождением с Нилу и ни в чём себе не отказывать. Если бы не этот... Кавех. Это имя не вызывало ничего, кроме всепоглощающей ярости, но в то же время лёгкого трепета где-то глубоко в душе и жалости. За всего-навсего несколько месяцев оба прошли больше, чем Ал-Хайтам за всю жизнь. С какой-то стороны мужчина был даже благодарен Кавеху, что тот развеял его серые будни. А поводы найти секретаря теперь увеличились; вместо личной выгоды, дабы не потерять репутацию кампании, теперь мужчина хочет вернуть его как друга, коим Кавех стал лишь после того, как пропал. Но точно ли другом? Этот секретарь носился за Хайтамом несмотря на посылания куда подальше, либо просто пренебрежительное отношение по отношению к нему. Кавех терпел все выходки своего босса, почему? Аль-Хайтам понять этого не мог. Хотя, может быть, всему виной то, что вместо Нилу его разум заполнен секретарём? —Нет, чушь какая... — Хайтам усмехнулся и лёг на кровать, посмотрев в потолок, — я и влюбиться в парня? Тем более в Кавеха? Какой абсурд... Аль-Хайтам думал об этом довольно давно. После того раза у него дома, когда те переспали по пьяне, а Кавех, будучи трезвым, всё сразу же забыл по просьбе босса, Аль-Хайтам начал понемногу доверять секретарю. И не только как работнику. Кавех стал его единственным другом после Нилу и это, в какой-то степени, спасало Аля от затяжной депрессии, перед которой он стоял буквально на краю пропасти. Он жаждал Кавеха. Здесь и сейчас, но не как тело, которое можно использовать и бросить, но как человека, подушку для слёз, а может и что-то большее. Сколько придётся потратить времени на то, чтобы понять, что происходит в душе Аль-Хайтама? Он не знал точно, но понимал, что перед встречей с Кавехом, перед серьёзным разговором с ним и, желательно, в Индии, он не сделает точный выбор в сторону своих чувств.

***

Аль-Хайтам пробыл в этом борделе уже около недели. Выяснилось, что ему выпала роль "Лев". Его это не сильно радовало, а больше напрягало. К нему приходило множество "Ланей" по вызову, дабы выполнить заказ своего "хозяина", но ни один не привлекал Аля по-настоящему. В очередной раз, когда Хайтама оповестили о том, что прибудет новая "Лань", мужчина, стоя перед зеркалом в своей комнате, поправил воротник рубашки. —Этот парень, он... особенный. — Произнёс сутенёр, стоя рядом с Аль-Хайтамом. —Я до сих пор удивлён, как не заработал ЗППП. — Хайтам мельком взглянул на мужчину с презрением и сел в кресло, которое стояло чуть левее от входной двери, закинув одну ногу на другую. Мужчина предпочёл проглотить это оскорбление и поспешил выйти, оставив Хайтама наедине с тусклым освящением, клонящим в сон и ароматом дорогих духов с феромонами. Он лишь на секунду закрыл глаза... —Господин... — послышался тихий голос, Хайтам поднял голову и открыл глаза. Перед ним стоял полуобнажённый парень высокого роста в короткой, белой, кружевной ситцевой юбке и длинной футболке, которая доходила тому до колен, цвета кофейной пены. Тонкие, гладкие ноги были обтянуты белыми чулками, а если поднять голову выше, то можно обнаружить завитые на концах пшеничного цвета волосы, аккуратно лежащие на плечах. И всё это можно было смести на совпадение, если бы не взгляд красно-карих глаз, который нельзя было ни с кем спутать. Да что уж взгляд, голос, что ударился по стенам комнаты, хоть и был тихим, заставил сердце замереть. —Кавех? — В недоумении спросил Аль-Хайтам.