По фамилии Вэнь

      Юй Цзыюань — младшая дочь Главы Ордена Юй. Про таких говорят «Она — у себе на уме». Очень долгое время Цзыюань приходила на не совсем приличные встречи, назначенные Главой Вэнь. Они встречались уже второй год. Юй Цзыюань последнее время носила расклешенные платья и сарафаны, чтобы скрыть весьма постыдный факт, ставший плодом этих встреч. Она носила ребенка от Вэнь Жоханя.       Но их счастью не было суждено случиться. Глава Ордена Юй принял решение помолвить свою последнюю дочь с молодым Главой Ордена Цзян. Юй Цзыюань сохранила спокойное выражение лица, стоя в кабинете своего отца, но как только она вышла оттуда, она судорожно коснулась стены и пошла вдоль стеночки к своим покоям. Возражать и перечить Главе Юй, когда решение уже принято — было бесполезно. Таким образом на следующий день состоялись смотрины. Цзыюань на отрез отказалась одевать более стройное платье по понятной причине. Об этой тайне знали только две ее личные служанки.       Это встреча с самого начала была странной. Цзян Фэнмянь принес для нее букет лотосов. Она вздернула бровь и совершенно не хотела с ним любезничать. Откровенно говоря она хотела сказать о помолвке Главе Вэнь, дабы тот забрал ее, да пусть хоть силой. Но Фэнмянь улыбался так, что сердце девушки отбивало ранее неизвестный ею ритм. Помимо этого она поставила условие для их свадьбы, она должна была быть не раньше, чем через год. Фэнмянь растерялся от этой просьбы, но быстро согласился. За этот срок Цзыюань должна была родить и решить, что дальше она будет делать.       Шло время, девушка к своему же большому несчастью получила свою первую любовь и это не был отец ее сына. Когда ей стало слишком тяжело долго ходить без видимых на то последствий, она сидела безвылазно в своих покоях. С Главой Вэнь она также не виделась давно, опасаясь, что ее положение кто-то может увидеть. Глава был слишком занят, чтобы приходить, а матушки уже давно не стало.       Перед тем как родить девушка отпросилась на долгую ночную охоту. В покрове ночи ее верные служанки, переодевшись в простые ханьфу, наняли повозку. Юй Цзыюань и сама вышла в черном ханьфу. Они уехали в соседний город и там девушка родила в арендованном небольшом домике у берега озера. Служанки отправили письмо Главе Вэнь, когда малыш родился на свет. Юй Цзыюань назвала малыша сразу двумя именами Ваньинь и Чэн. Однако она не знала, какую тому давать фамилию. Вэнь Жохань немедля сорвался с места сразу, как получил известие. Юй Цзыюань, имея сильное золотое ядро, уже успела отойти от родов к его прибытию.       — А-Юань, — Вэнь Жохань низко поклонился женщине, что сидела на подушке, — Как твое самочувствие? — единственный вопрос прозвучал от Главы Вэнь. Конечно, Жохань прекрасно знал о помолвке и знал, что его возлюбленная не могла с ним без опаски связаться раньше.       — Все в порядке, Жохань, ты возьмешь нашего ребенка к себе на попечение? — Цзыюань никогда не любила ходить вокруг, да около.       — Хорошо, ты в любой момент сможешь навестить его, но я позволю себе вопрос. Ты намерена согласиться с этим навязанным браком? Если будет нужно, то я применю свою власть.       Цзыюань сильно нахмурила брови. — Сейчас Орден Вэнь — Слаб. Я не знаю, как отреагирует Цзян Фэнмянь, он кажется тихой мышкой, но как известно, в тихом омуте водятся черти. Не лезь в это дело, Жохань, — твердо и уверенно произнесла Юй Цзыюань.       — Это действительно то, чего ты хочешь? В моих силах поставить мой Орден выше всех прочих, А-Юань.       — Да, это, чего я хочу. Я сохраню все то, что было между нами в тайне.       Жохань грустно посмотрел на ребенка в свертке, прижимая его к себе, молча вышел из дома, встал на меч и улетел в Цишань.       После свадьбы перед брачной ночью Цзыюань сказала о том, что не невинна, при этом попросив сохранить это в тайне в обмен на то, что позволит Цзян Фэнмянь выбрать себе одну и только одну наложницу. При этом он обязался всегда уделять внимание своей жене и не принижать ее. Этой наложницей почти сразу стала Цансэ Санжень. Однако Глава Цзян не приходил к ней ни в одну из ночей. Юй Цзыюань родила ему три дочери Цзян Яньли, что была нежна, как цветок, Цзян Юань, которая была точной копией своей матери не только внешне но и по характеру, и наконец Цзян Лин, что взяла по ровну и отца и от матери. Цзян Фэнмянь ужасно любил своих дочерей и это было известно всем, однако ему нужен был наследник, а его жена рожала только дочерей. После последнего ребенка Цзян Фэнмянь пришел впервые к своей ноложнице. Он находился подле нее столь же постоянно, как возле жены, пока та была беременна. На свет родился мальчик и назвали его Цзян Усянем. Мальчик внешне был почти полностью похож на свою мать, за исключением светло серых глаз и улыбки отца. Характер же был полностью от наложницы.       После его рождения Фэнмянь потерял интерес даже к своей наложнице, предпочитая дела Ордена общению с женщинами. Так что в скором времени Цансэ Санжень удалось подружиться с госпожой Пристани Лотоса. Цансэ старалась быть к ней доброй, открытой и всегда предлагала совместный чай. По немногу госпожа начинала оттаивать, но не малую роль в их дружбе сыграло пренебрежительное отношение Цзян Фэнмяня к Цансэ Санжень тоже. Цзыюань, когда поняла, что ее он игнорирует тоже пустила истерический смешок. Ее муж способен игнорировать такую красавицу и умелицу, а также мать его наследника. Фэнмянь замечал только своих детей, особое внимания уделяя наследнику.       Вэнь Жохань тоже женился спустя год после отказа Юй Цзыюань. Помимо Вэнь Ваньиня у него появилось еще двое сыновей — Вэнь Сюй и Вэнь Чао. Ваньинь вырос настоящим красавцем с ярко-фиолетовыми глазами, что были похожи на цвет аметистовых глаз его матери. Его лицо также было невероятно похоже на лицо матери, также он унаследовал ее характер, который при воспитании Вэнь Жоханем обострился в разы. Парень вырос просто невероятным грубияном, он стал раним, но его самомнение можно было также черпать ложками. Когда Вэнь Жохань услышал, что Фэнмянь пренебрёг Юй Цзыюань, то напал на него во время ночной охоты под предлогом разбирательства между Орденами. Он смертельно ранил Главу Цзян. Цансэ еле вытащила Фэнмяня с того света. Только Юй Цзыюань поняла истинную причину нападения на мужа, однако она не была этим довольна, так как уже успела привязаться к Главе Цзян, несмотря на все его пренебрежение к женщине. ***       Спустя 16 лет Орден Цишань Вэнь организовал соревнования по охоте за нечистью для всех орденов. И по стечению самых нелепейших стечений обстоятельств стрела наследника ордена Вэнь попадает на долю секунды раньше в нечесть, чем стрела Цзян Усяня. Вэнь эффектно спрыгивает с ветки с красными искрами исходящими от артефакта тысячи лиц, что Вэнь Чэн преобразовал в кольцо на своем указательном пальце подобно Цзыдяню матери. Конечно же Вэнь знал чей он сын на самом деле. Его отец рассказал ему об этом, как и то, что мать отвернулась от него только. Да, Вэнь Чэн прекрасно понимает, что если бы он остался подле матери то был бы грязным пятном позора и был бы всеми порицаем. Сейчас он живет гораздо лучше, чем мог бы, но это не отменяет того факта, что мать бросила его и отказалась от него. У нее в любом случае была бы возможность связаться с Владыкой Вэнь и устроить со своим сыном хотя бы одну встречу. Так же как и знал, как новый хахаль ее матери, он же Глава Цзян относится к своей жене. Он знал как слухи, так и правду, что поведал ему отец. Поэтому он носил этот жесточайший артефакт на руке, почти что издеваясь над всем орденом Цзян. Этот артефакт мог менять свою форму по желанию владельца, но на эти преображения расходовал до неприличного много духовных сил. Хотя Цзян Чэн никогда никому не говорил о нем, а оборачивал его лишь в Цзыдянь, подобно тому, что был у его матери. Но это были далеко не все возможности артефакта. Цзян Чэн издевательски оскалился, глядя на фиолетовый салют в небе:       — А говорят, что молодой господин Цзян преуспевает по всем стезям заклинательства, хах, — он перевел взгляд на Усяня с острой жаждой крови в своем взгляде, от такого у большинства пробегались мурашки, но не у Усяня, у него лишь возникло неприятное чувство.       Цзян Усянь уже хотел ответить ему, но адепт резко дернул его за рукав:       — Пойдем, Шисюн, он не стоит того.       Цзян Усянь уже уходил обратно, еле сдерживая себя, но из-за ехидного смешка Вэнь Ваньиня все-таки не выдержал и круто развернулся к нему вновь, отчего длинная фиолетовая лента взметнулась вверх вместе с юбкой от фиолетового ханьфу: — Эй, ты, в кого ты такой дерзкий?       — В кого? — усмехнулся он, скалясь и выражая всю пренебрежительность к Ордену Цзян лишь оскалом, — Это известный факт, в своего отца! Вэнь Жоханя! Только теперь Цзян Усянь понял, что имел дело с Вэньским ублюдком.