Пьянящая чувства

Валахия, март 1511 года Густые серые облака низко нависали над дворцом господина Влада Тынэра, как будто природа разделяла его тяжёлые мысли. Он стоял у окна в своих покоях, наблюдая, как его семилетняя дочь Анна с лёгкостью и радостью играет в саду. Через месяц ей исполнится восемь лет, и уже тогда её судьба, словно вырезанная из камня, будет неумолимо запечатана. На столе перед Владом лежал свиток с печатью Османской империи. Его края были иссечены временем и тронуты следами пальцев — господарь перечитывал письмо десятки раз. В нём султан Баязид II предлагал союз: его внук, шехзаде Сулейман, возьмёт в жёны Анну, а взамен налоги, которые изматывали Валахию, будут существенно уменьшены. Влад тяжело вздохнул и сжал кулаки. Ему, как правителю, нельзя было отказаться — это могло привести к ещё большим бедствиям для страны. Но как отец он чувствовал, будто предаёт свою дочь. Отправить её в чужую страну, в руки другой веры, отнять у неё родное имя… Это было невыносимо. После долгих часов размышлений Влад наконец взял перо и написал ответ. В нём он подтверждал согласие на брак, добавив, что Анна отправится в Османскую империю сразу после своего восьмого дня рождения. Перо дрожало в его руке, а сердце разрывалось на части.

***

Валахия, 18 апреля Праздник, устроенный в честь восьмилетия принцессы Анны, затмил собой всё, что прежде видела Валахия. На улицах лились веселье и радость: из пушек палили в небо, в воздухе раздавались звуки народных песен, а простолюдины получали еду и монеты. Горожане танцевали и пели, считая, что господарь просто решил одарить их щедростью. Никто не знал, что за этим торжеством скрывается прощание с маленькой принцессой. Во дворце атмосфера была совсем иной. Тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихими шагами слуг, окутывала его залы. Анна сидела в своей комнате, окружённая матерью и братьями. Её золотисто-коричневые волосы были аккуратно заплетены, а платье, украшенное тончайшим кружевом и жемчугом, сияло так же, как её детская улыбка. Но под этой улыбкой прятались сомнения — девочка чувствовала, что этот день особенный не только из-за праздника. Её мать, едва сдерживая слёзы, обнимала дочь и шептала: — Ты так быстро растёшь, милая. Помни, где бы ты ни была, мы всегда будем любить тебя. Анна, ещё не понимая всей серьёзности предстоящего, прижалась к матери и тихо спросила: — Почему все так грустят? Но ответа не последовало. Только мрачные взгляды её родных говорили о том, что путь назад будет невозможен. Когда наступил вечер, и народ продолжал веселиться, в покоях принцессы Анны царила тишина. Её мать, с трудом сдерживая слёзы, укладывала дочь спать, в последний раз гладя её по мягким, ещё детским волосам.

***

Валахия, 19 апреля С рассветом дворец наполнился приглушённой суетой. Слуги готовили карету для долгого путешествия, а мать Анны последний раз помогала ей одеться. Её платье, украшенное вышивкой золотом, блистало в утреннем свете. Её тёмные волосы были уложены в сложную причёску, как у взрослой женщины, хотя перед родными она всё ещё оставалась ребёнком. Рядом лежал небольшой сундук с её вещами — совсем немного для жизни в новом доме. Когда семья собралась проводить Анну, Влад подошёл к дочери. Он опустился на колени, чтобы встретиться с ней взглядом, и положил руку на её плечо. Влад в последний раз обнял дочь, пытаясь запомнить каждую деталь её лица. Он хотел сказать ей много слов, дать советов, но в горле стоял ком, и всё, что он смог вымолвить, это: — Анна, — сказал он, стараясь говорить твёрдо, хотя голос слегка дрогнул. — Помни, кем ты рождена. Ты дочь Валахии. Пусть они называют тебя иначе, но в твоих венах течёт наша кровь. Анна кивнула, слабо улыбнувшись, хотя не до конца понимала смысл его слов. Карета тронулась, и девочка оглянулась на своих родных. Она видела, как мать держится за отца, братья стоят чуть позади, их лица полны печали. Постепенно их фигуры исчезли из виду, и Анна осталась одна со своими мыслями и страхами.

***

Османская империя, Июнь После долгого путешествия, через горы и реки, карета наконец достигла Османской империи. Впервые Анна увидела чужую культуру: величественные минареты вздымались к небу, базары шумели многоголосой толпой, а запах специй смешивался с ароматом жареного мяса. Это был совершенно другой мир, яркий и незнакомый. У ворот дворца её встретили. Перед ней стоял юный шехзаде Сулейман — высокий, с уверенной осанкой, хотя его взгляд казался прохладным. Анна смутилась, опустила глаза, чувствуя себя маленькой и потерянной. Первым испытанием стало крещение в новой вере. Её настоящее имя — Анна — было оставлено позади. Теперь её звали Гюльфем, «Роза счастья». Она покорно склонила голову, но в её сердце раздавался тихий протест. Анна осознала, что здесь, в Османской империи, она должна стать не только женой шехзаде, но и кем-то большим. Если судьба благосклонна, она станет женой будущего султана, а значит, её голос сможет звучать не только в её сердце, но и в стенах этого чужого дворца. Но пока она стояла перед Сулейманом, ощущая на себе его взгляд, Анна поняла: путь к этому будет долгим и тернистым. Её жених, юный шехзаде Сулейман, оказался вежливым, но отстранённым. Анна чувствовала себя маленькой фигурой в огромной игре, где она была лишь пешкой на доске великих держав. Но в глубине её сердца жила надежда: если ей суждено стать женой будущего султана, то, возможно, когда-нибудь она сможет что-то изменить.