Пурпурный лотос и его учитель Белый кот

Они шичень сражались друг с другом с ожесточением. Так и продолжилось бы, если бы Чэн не обхитрил другого и пользуясь растерянностью Мо Жаня, быстром движением ударил того по месту солнечного сплетения и после со своей ци вырвал из груди того всю его силу, крепко сжимая в кулаке.  Мо Жань тем временем в неверии упал на землю и в ужасе глядел на своё ядро в руках Чэна. Он не чувствовал в своём теле ни капли духовной силы.  — Как ты…? — прохрипел он, кашляя кровью.  В то время внимательно за ними следящие Чу Ваньнин и Сюэ Мэн тоже в изумлении смотрели на Чэня и на ядро энергий в его руках.  Чэн оскалился в сторону Мо Жаня и милостиво решил объяснить: — Моя сила молния и целительства, Мо Вэйюй. Я все эти годы изучил все особенности духовной культуры и меридианов. Научился исправлять полностью иссушенные или заблокированные меридианы культиваторов. И как же вырвать из груди другого совершенствуешься его же ядро силы и переместить его безболезненно на другого. Я соглашусь с тем, что ты был мне достойным противником. Но у меня в рукаве были множество хитрости и это одно из них. Я ведь говорил тебе не смей причинять боль учителю. Но ты так и сделал, не простую боль, очень сильную, на которое нет прощения. Ты пытался сломать его морально. Разве я не говорил тебе, что горько мне заплатишь, если с ним что-то случиться. Вот и твой конец пришел, Мо Вэйюй. — с этими словами он вытащил из своего рукава ханьфу черную пилюлю и присев на уровне другого с силой разжал его челюсть и сунул его в рот Мо Жаня и заставил проглотить.  После встав он поднял свою вторую руку на уровне своего лица с до сих пор сверкающимся ядром другого и открыв рот проглотил его и в тот же миг его глаза и тело засветились пурпуром и он удовлетворенно проговорил: — Какая сила… — после небо стало ещё громче играть молниями.  Когда он вновь посмотрел на Мо Жаня, то увидел, что яд начал действовать. Превращая тело Мо Жаня в кровавое месиво, из всех его цицяо начал безостановочно течь кровь и когда кэ спустя наконец Мо Жань испустил дух, он поднял руки и превратил его тело в пыль, пару раз ударив с молнией.  Всё это время наблюдающий Чу Ваньнин видя смерть Мо Жаня ничего не чувствовал в своём сердце. Он просто смотрел на него пустыми и холодными глазами, даже когда Мо Жань умер смотря в его глаза.  Когда Чэн наконец успокоился, повернулся в сторону своего учителя. В его взгляде не было и былой ненависти, только безграничная любовь и нежность.  — Учитель…? — острожно позвал он.  Чу Ваньнин перевёл свой взгляд на Чэна и недолго думая освободившись от рук ошарашенного Сюэ Мэня двинулся к нему.  Чэн также на встречу начал идти и когда они приблизились друг-другу то маленький лотос не выдерживая немного наклонившись мягко поцеловал другого в губы и когда почувствовал, как ему ответили он одновременно нежно и крепко прижал к себе за талию учителя, усугубляя поцелуй.  Когда им стало не хватать воздуха они прекратили целоваться и теперь только прижимались лбом друг-другу, смотря в глаза напротив.  — А-Чэн… — прошептал Чу Ваньнин.  — Ваньнин, я… — хотел заговорить Чэн, как его перебил учитель.  — Я люблю тебя. — наконец сказал он такие желанные слова на свете.  — Юхэн… я так счастлив. Я тоже тебя люблю. — снова поцеловал его Чэн, абсолютно счастливый.  Чу Ваньнин услышав его слова, почувствовал, как с его души свалился камень. Он так переживал за тем, что чувство Чэня может быть погас за все годы. Но когда тот сказал ответные признание, то почувствовал себя таким счастливым.  Когда они отстранились друг от друга, то старейшина Юхэн вспомнив из-за чего вообще Чэн решил уехать навсегда, почувствовал гнев и с размаху влепил тому пощечину.  Чэн удивлённо посмотрел на учителя, положив правую руку на щеку, в который пришелся удар.  — Это за то, что ты уехал не узнав моё мнение. Кто разрешил тебе покидать меня? Ты умереть захотел?! Знаешь, как я чувствовал себя, после твоего исчезновения? Я искал тебя пять лет! Не благодарный ты идиот! — начал свою гневную тираду старейшина Юхэн, не заметно для себя становясь прежним собой.  Чэн увидев, что его учитель так и не изменился, стал глупо улыбаться, смотря влюблёнными глазами на учителя.  — Чего лыбишься?! Я сказал, что-то смешное, ты идиот! Ты получишь у меня! Решил он уехать, не спросив моего разрешения! Кто тебе сказал, что я просил тебя уехать?! Молчание не всегда бывает знаком согласие, ты скотина! Ты знаешь, как я почувствовал себя виноватым? Да ты даже не стал ждать моего ответа! Как ты можешь быть таким умным и таким идиотом одновременно?! — продолжал он кричать на того и замолк, когда Чэн обнял его прижимая к себе.  — Прости меня, учитель. Я виноват, признаю. Так скучал по тебе, что готов терпеть всё, что ты со мной сделаешь, учитель.  — Думаешь, я могу что-то сделать в моём-то состоянии. — проговорил тихим печальным голосом старейшина Юхэн.  Чэн услышав это нахмурился и выпустив его из объятий решил уточнить: — О чем ты говоришь, учитель?  — Мо Вэйюй… он заблокировал или уничтожил мои меридианы, боюсь я уже никогда больше не смогу воспользоваться с Тяньвэнем. — печально ответил Чу Ваньнин, смотря в сторону.  — Что? — Чэн быстро обхватив руку учителя начал проверять его состояния, выпуская в тело учителя свою духовную силу. Почти сразу он увидел следы отравления и заскрипел зубами: — Этот ублюдок умер слишком легкой смертью.  — Это уже в прошлом, Чэн.  — Учитель, я сейчас же вас вылечу. Я избавлю вас от этого, но это будет больно, вы должны потерпеть. Тогда я смогу полностью забрать этот яд.  — Я могу.  После Чэн вместе с учителем присели на землю и сосредоточившись он начал проводить руками по всему его телу по воздухе и когда собрал всю количеству яда, предупредил со закрытыми глазами: — Приготовьтесь, учитель. Я сейчас потяну яд из вашего тела, буквально вытащу его из вашего тела. — и начал сперва медленно и после быстрым движением полностью вытащил пыль красного цвета из тело другого, заставляя другого застонать от боли.  Но через несколько фэн спустя Чу Ваньнин начал чувствовать, как по его меридианам начал течь огромный поток энергий, который подавлялся все эти пять лет.  Когда он посмотрел на Чэна то увидел, как тот задумчиво наблюдал за красной пылью в своей левой ладони. После сжав в кулаке уничтожил.  — Как ты… Как у тебя это получилось? Мо Вэйюй говорил мне, что я навечно останусь простым человеком. — слегка хрипловатым голосом проговорил Чу Ваньнин. Он за эти пять лет так позабыл, как ощущается его ци, что несколько растерялся, когда его духовная энергия начал заживлять все раны в его теле.  Чу Ваньнин закрыв глаз чувствовал свою ци, когда рядом с ним тяжелым грузом упал кто-то и он открыв глаза увидел прижимающего лбом об пол Сюэ Мэня.  — Учитель, прошу простите меня. Я в прошлом не смог противостоять Мо Жаню. Из-за такого никчёмного ученика, как я, вам пришлось пережить весь ужас творимой этим ублюдком. Я так виноват перед вами учитель. Я и Ши Мэй ведь обещали Чэну, что будем заботиться и защищать вас. Но я так подвел вас и Чэня, мне так стыдно. — чуть ли не плача проговорил Сюэ Мэн, не поднимая голову.  — Сюэ Мэн, на том, что случилось нет твоей вины или ещё кого-то. Мо Вэйюй винил меня в смерти Ши Мэя. Он заставил меня страдать, как страдал он после смерти Ши Минджиня. — с болью в голосе проговорил Чу Ваньнин.  — Но учитель… вы в то время, после разлома между мирами тоже сильно пострадали. Вам нужно было пять месяцев уединения, чтобы восстановиться. Разве вы не рассказали Мо Жаню об этом? — с сомнением спросил Сюэ Мэн, сидя на коленях и глядя на своего бывшего учителя.  — Я… когда я впервые попытался объяснить ему об этом, он не стал слушать, после тем более начал обвинять меня. Поэтому я больше не пытался до него достучаться, понимая, что это бесполезно. — тихим голосом ответил Чу Ваньнин, не желая поднимать взгляда на своих бывших учеников. В тот раз Мо Жань не только изнасиловал его, но и избил до полусмерти, обзывая его лжецом. После он перестал даже разговаривать с ним добровольно.  Мгновение спустя он вспомнил о противозачаточных таблетках и начал рыться в карманных рукавах своего ханьфу и когда нашел с облегчением выдохнул и хотел было положить его в рот, как почувствовал хватку на руке и поднимая взгляда, увидел обеспокоено смотрящего него Чэна и Сюэ Мэня.  — Учитель, что это? Ты ещё чем то болен? — с беспокойством в голосе спросил Чэн.  — Нет, это… противозачаточные таблетки. Я принимал их все эти годы после… после таких встреч. Благо, что они были у меня предостаточно и я сумел скрыть это от него. Может быть я и правда теперь не смогу иметь ребёнка, эти таблетки могут вызвать бесплодие, если принимать их достаточно долгое время. — тихо объяснил старейшина, ни на кого не глядя и наконец проглотив таблетку.  — Учитель вы всегда были… с такими особенностями? — немного побаиваясь спросил Сюэ Мэн, чем заслужил недовольный взгляд Чэня.   — Да, сколько себя помню, я родился таким. В прошлом я узнал, что могу родить ребёнка, когда матушка дала мне противозачаточные средства.  — А вы…  — Хватить Сюэ Мэн. Учителю нужен отдых, твои вопросы подождут. — твёрдым голосом отрезал Чэн и после вставая на ноги, помог Чу Ваньнину. На мгновение задумался и внезапно наклонившись подхватил на руки в свадебном стиле своего ахнувшего учителя.  — А-Чэн? — потрясено уставился на другого, старейшина Юхэн.  — Учитель, позвольте мне позаботиться о вас. — с мягкой улыбкой смотря на него ответил Чэн, направляясь в сторону пика Сишенг.  Чу Ваньнин поднял руку и положил его на щеку Чэна, тот в ответ прижался к его ладони, всё ещё улыбаясь.  Старейшина Юхэн не мог поверить, что спустя столько времени снова увидел своего маленького Чэна, который в данный момент стал сильным и статным мужчиной. Он, как вчера помнит день, когда нашел плачущего малыша в корзинке. Время так быстро пролетело и сейчас перед ним был уже взрослый Чэн, который несёт его самого в пик Сишенг. Когда-то он также носил маленького мальчика на своих руках, не желая расставаться с ним. Как быстро всё поменялось.