Пурпурный лотос и его учитель Белый кот

Человек похитившего наследника ордена Юньмэн Цзян направлялся всё дальше и дальше от верхнего мира культивирования. Его звали Юй Бэйфэнь. Когда он был далёк от главных сект из верхнего мира, подслушал в один из трактиров разговор горожан. Там он и узнал о нижнем мире культивирования и о неком Бессмертном Бэйдоу, который стал самым могущественным старейшиной пика Сишенг олицетворяющий справедливость и честность среди остальных мастеров. Этот человек был стройным и элегантным внешне, с аурой святости, с лицом, созданным с потрясающей красотой. Так он и узнал об этом старейшине и решил, что там он и оставить этого ребёнка. Никто не догадался бы проверить нижний мир культивирования потому, что культиваторы верхнего мира считали нижнего мира отвратительным и опасным из-за того, что он находился в области переполненным духами и монстрами из-за своей близости к Царству Призраков. Юй Бэйфэнь узнав от людей где находится пик Сишенг немедля отправился в путь уже на следующий день на гору в провинции Сычуань. Когда он прибыл, ему встретился один из старейшин пика Сишенг по имени Сюаньцзи. И он отвлекая этого человека беседой, между делом узнал, где живёт Бессмертный Бэйдоу. После наплевав всякую чушь отправился дальше, попрощавшись с этой старейшиной. Место где проживал Бессмертный Бэйдоу назывался Павильон Красного лотоса, расположенный на южной вершине пика Сишенг. Через кэ спустя Юй Бэйфэнь наконец пробрался в этот павильон и сразу же почувствовал на территории резиденции барьер и он спешно поставил на землю корзинку в котором находился наследник и после бросив последний взгляд на просыпающего малыша быстро убежал с места не оглядываясь назад. Чу Ваньнин сразу же узнал о вторжение и немедленно отправился на поиски нарушителя его спокойствия. Когда он подходил к одному из прудов малиново-красных лотосов, заметил небольшую корзинку. И он прищурившись медленно и осторожно направился в его сторону, подозревая, что ему эту корзинку с чем-то внутри подсунули особенно храбрые ученики пика Сишенг, и если что-то внутри него каким-то образом нападёт на него, то он обязательно найдёт того, кто всё это устроил и сломает их ноги. Когда до корзинки осталось не очень далеко из него послышался плач маленького ребёнка, который превратился в рыдание беспокойного малыша. Чу Ваньнин резко остановился из-за крика ребёнка, и после быстрым шагом приблизился к корзинке и с опасением заглянул внутрь, действительно, там находился малыш, который выглядел слишком крохотным для годовалого ребёнка, скорее всего недавно родился, который теперь плакал навзрыд. Он почувствовал, как его сердце смягчилось увидев этого маленького ребёнка и он присев на колени, осторожно вытащил его из корзинки и прижал к себе мягко улыбнувшись к малышу. — Что же ты здесь делаешь, малыш? Неужели, люди стали настолько жестокими, что оставляют собственных детей? — проговорил он нежным голосом и аккуратно погладил щеку малыша с кончиками пальцев, когда ребёнок неожиданно ухватил его за указательный палец, крепко сжимая своей крошечной ручонкой, он удивился и после мягко улыбнулся смотря на теперь успокоившему ребёнку на своих руках с его серо-фиолетовым цветом глаз. — Твои глаза прекрасны. — прокомментировал старейшина Юйхэн. После он решил обыскать корзинку в поисках что-нибудь. И нашёл записку: «Бессмертный Бэйдоу, этот ребёнок сирота. Я нашёл его в деревне которая был уничтожен из-за мести одного человека и забрал с собой. Но я не могу о нём позаботиться, ведь я тяжело болен. Когда я услышал из уст горожан о могущественном старейшине пика Сишенг, о Бессмертном Бэйдоу, я решил оставить этого мальчика с вами. Его имя Чэн, как «чистый». Надеюсь вы о нём позаботитесь.» — Значит ты сирота? — посмотрев на мальчика в своих руках, проговорил Чу Ваньнин. Он сомневался, что сможет позаботиться о маленьком ребёнке. Что же говорить, если он и о себе толком и не умел заботиться. А здесь речь идёт о живом маленьком существе, о котором нужно тщательно позаботиться. Чу Ваньнин решил завтра отнести ребёнка к Сюэ Чжэнъюн, лидеру Пика Сишенг. Сейчас он отнёс маленького Чэна в свой павильон. С решением отнести ребёнка к Сюэ Чжэнъюн прошла неделя. Чу Ваньнин с каждым днём отклонял своё первоначальное обещание. Он в течении этой недели научился тому, как ухаживать за ребёнком с помощью утащенных книг из библиотеки Пика Сишенг. И всё это время он вполне справлялся с кормлением малыша раздобыв для него козье молоко на каждый день. Чу Ваньнин за это время успел привязаться к ребёнку. К тому же малыш сам охотно находился рядом с ним, улыбаясь и иногда капризничая. Сам Ваньнин может быть за эту неделю больше улыбался, чем за всю свою жизнь вместе взятых. Пару раз лидер пика Сишенг спрашивал у него, в чём же причина его приподнятого настроения. Но он всегда отмалчивался, ничего не объясняя. Сегодня он решил наконец отнести маленького Чэна к лидеру Пика, понимая, что он никак не годится к роли родителя для этого очаровательного ребёнка. Когда Чу Ваньнин вышел из своей резиденции на него все глядели из-за того, что на его руках находился маленький ребёнок. Он даже пару раз услышал, что, кто-то проговорился о том, как он не убил этого ребёнка. В это время он в своём сердце почувствовал горечь и еле держал свою невозмутимую выражение лица. Сюэ Чжэнъюн увидев его с малышом в руках очень удивился и поспешно встав со своего места приблизился к старейшине Юйхэн и спросил: — Юйхэн, кто этот ребёнок? — Он, сирота, кто-то оставил его на территории моей резиденции неделю назад. В корзине в котором он находился я нашёл записку. Там говорилось, что у этого ребёнка никого нет и его имя Чэн, как «чистый». Я позабыл принести его к вам раньше. — объяснил Чу Ваньнин, тщательно контролируя свой голос и выражение лица. — Ох… а как ты всю эту неделю присматривал за ним? Ты даже о себе толком не заботишься. — подколол его лидер, не заметив как его слова больно ударили по самооценке старейшины Юйхэн. — Это вас не касается, главное он жив и здоров. Я принёс его сюда в надежде, что о нём позаботиться ваша супруга. — твёрдым голосом объяснил Чу Ваньнин. — Хорошо, хорошо. Дорогая? — позвал лидер Пика свою жену. Несколько фэн спустя пришла Мадам Ван: — Ты звал меня дорогой? О? Кто этот малыш? — сразу заметила мадам Ван малыша на руках старейшины Юйхэн. — Он сирота и Юйхэн принёс его к нам, чтобы мы о нём позаботились. — объяснил Сюэ Чжэнъен. — Ах, конечно. — с этими словами мадам Ван приблизилась к Бессмертному Бэйдоу и попыталась забрать из его рук малыша, но ребёнок крепко ухватился за одеждой Чу Ваньниня, не желая отпускать. Сам Юйхэн заметив этого одновременно нежно и твёрдо отцепил маленькие ручонки малыша и мягко вложил на ожидающие руки Мадам Ван маленького Чэна, тот закапризничал и в последний момент вцепился за указательный палец Чу Ваньниня, не желая отпускать его и начав плакать. — Ох… кажется, он привязался к вам, старейшина Юйхэн. Посмотри, как он не хочет, чтобы вы уходили. — заговорила Мадам Ван. — Я не могу о нём заботиться. Как и говорил Сюэ Чжэнъюн, я даже о себе не могу должным образом позаботиться. — ужалил он словами, лидера Пика Сишенг. — Юйхэн… — попытался что-нибудь сказать лидер. Чу Ваньнин наконец отцепив свой палец от ручки Чэна повернулся назад и отправился прочь из дома лидера Пика Сишенг ни разу не оглянувшись, даже если слышал душераздирающий плачь малыша. В то время маленький Чэн ещё громче заплакал не видя рядом с собой человека в белом. Весь вечер Мадам Ван пыталась успокоить ребёнка, но тот замолк только тогда, когда уснул устав плакать. Так прошло два дня. Всё это время малыш не желал находиться рядом с этими незнакомыми людьми, успокаивался когда был сыт и спал. В остальное время не переставая плакал. На третий день Мадам Ван решила вернуть этого ребёнка к старейшине Юйхэн. Поэтому она отправила ученика за ним, чтобы тот немедленно пришёл в дом к лидеру Пика Сишенг. Чу Ваньнин и сам не был спокоен за эти два дня, беспокоясь и скучая по маленькому Чэну. Поэтому быстро направился в дом Сюэ Чжэнъюн, когда за ним пришёл ученик Пика Сишенг. Когда он наконец прибыл к дому лидера, то увидел в руках Мадам Ван плачущего Чэна и сам не выдержав приблизился к ним. Малыш Чэн увидев в поле зрения белые одежды начал тянуть свои маленькие ручки в сторону Чу Ваньниня. Юйхэн не теряя времени взял на свои руки малыша, крепко и нежно прижимая к себе, пытаясь успокоить его, поглаживая по маленькой спине и шепча что-то. Малыш узнав голос наконец начал успокаиваться и теперь просто икал. Когда Чу Ваньнин немного отстранил его от себя, чтобы посмотреть на лицо малыша, тот смотрел на него с опухшими глазами от слёз и притянув свои ручонки к лицу Юйхэн, начал его трогать и впервые снова улыбнулся за эти два дня. За взаимоотношением этих двоих наблюдали Мадам Ван и Сюэ Чжэнъюн поражаясь, смотря на ребёнка. — Поразительно. Этот ребёнок ни разу не успокоился после твоего ухода, Юйхэн. — нарушив момент, заговорил лидер пика. Чу Ваньнин сразу подобрался, услышав голос лидера. — Мой муж говорить правду. Этот малыш не хотел находиться рядом с нами, я это поняла. — объяснил Мадам Ван. — Да, Юйхэн. Кажется ты нашёл себе такого же капризного ребёнка, как ты сам. — со смехом заговорил Сюэ Чжэнъюн. Чу Ваньнин перевёл свой испепеляющий взгляд на лидера и ответил: — Я ухожу, до встречи лидер Пика, Мадам Ван. — и направился прочь из дома Сюэ. После ухода Юйхэн, заговорил глава: — Иногда мне кажется, что Юйхэн умеет по-настоящему испепелять любого своим взглядом. Его взгляд становится таким ужасающим, когда он смотрит вот так. Что мне самой становиться чуточку страшно. — поёжился он. — Ты конечно нашёл сравнивать его с маленьким ребёнком, обзывая его капризным. Поэтому сам виноват, что удостоился такого взгляда. — проворчала мадам Ван, после уходя в сторону кухни. Сюэ Чжэнъюн протестуя, направился следом за своей супругой.

В то время Чу Ваньнин наконец прибыл в свою резиденцию. Он по дороге старался не обращать своё внимание на шепчущих за его спиной учеников. Когда наконец остался один на один с малышом, посмотрев на него улыбнулся: — Ты скучал по мне? Я признаю, что скучал по тебе. Если кто-то увидит, как я веду себя с ребёнком, то боюсь меня обзовут сумасшедшим. — поцеловав маленькие ладони малыша, проговорил старейшина. Маленький Чэн в ответ рассмеялся с детским восторгом смотря на взрослого. — Кажется только ты и можешь смотреть на меня с таким восторгом. Когда ты подрастёшь, надеюсь, что ты не будешь презирать меня. — с грустью в голосе заговорил Чу Ваньнин.