Случайный и странный вопрос в 2PM

Для облегчения чтения внесено выделение текста: Чанбин — обычный Чан — п̲о̲д̲ч̲е̲р̲к̲н̲у̲т̲ы̲й̲ Сынмин — жирным курсивом Джисон, как и в основной истории — курсивом Минхо, как и в основной истории — жирным шрифтом

***

Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲, ̲ ̲2̲1̲: ̲1̲9̲)̲: ̲ ̲К̲т̲о̲-̲т̲о̲ ̲в̲и̲д̲е̲л̲ ̲с̲е̲г̲о̲д̲н̲я̲ ̲Ч̲а̲н̲б̲и̲н̲а̲? ̲ Минхо (чт, 21:20): На обеде его не было, мне пришлось есть наедине с Сынмином Минхо (чт, 21:20): Нет ничего хуже, чем слушать его бредни весь обед Сынмин (чт, 21:23): Я тебя и слова не сказал Минхо (чт, 21:24): Это было невыносимо Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲, ̲ ̲2̲1̲: ̲2̲5̲)̲: ̲ ̲В̲е̲р̲н̲ё̲м̲с̲я̲ ̲к̲ ̲Ч̲а̲н̲б̲и̲н̲у̲ ̲Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲, ̲ ̲2̲1̲: ̲2̲5̲)̲: ̲ ̲О̲н̲ ̲б̲ы̲л̲ ̲н̲а̲ ̲п̲а̲р̲а̲х̲? ̲ Минхо (чт, 21:26): Возможно Сынмин (чт, 21:26): Наверное Сынмин (чт, 21:27): Мы за ним не следим, к сожалению Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲,̲ ̲2̲1̲:̲2̲8̲)̲:̲ ̲Я̲ ̲д̲у̲м̲а̲л̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲з̲а̲с̲т̲а̲н̲у̲ ̲е̲г̲о̲ ̲в̲ ̲с̲т̲у̲д̲и̲и̲,̲ ̲н̲о̲ ̲е̲г̲о̲ ̲т̲а̲м̲ ̲н̲е̲ ̲б̲ы̲л̲о̲,̲ ̲к̲а̲ж̲е̲т̲с̲я̲,̲ ̲у̲ж̲е̲ ̲д̲в̲а̲ ̲д̲н̲я̲ Сынмин (чт, 21:29): У него творческий кризис? Минхо (чт, 21:30): Этого не может быть Минхо (чт, 21:31): У него всегда несколько миллионов идей треков про еду Минхо (чт, 21:32): Кстати, его музыка теперь кажется мне не такой хорошей, когда я услышал настоящее искусство Чанбин (чт, 21:33): Где ты, интересно, его услышал, умник? Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲,̲ ̲2̲1̲:̲3̲4̲)̲:̲ ̲Ч̲а̲н̲б̲и̲н̲-̲а̲ Чанбин (чт, 21:34): Прости, Чан, у меня сегодня было несколько важных дел, поэтому я не смог вовремя ответить Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲,̲ ̲2̲1̲:̲3̲5̲)̲:̲ ̲Н̲и̲ч̲е̲г̲о̲ ̲с̲т̲р̲а̲ш̲н̲о̲г̲о̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲у̲ ̲т̲е̲б̲я̲ ̲с̲л̲у̲ч̲и̲л̲о̲с̲ь̲?̲ ̲Т̲ы̲ ̲в̲е̲д̲е̲ш̲ь̲ ̲с̲е̲б̲я̲ ̲н̲е̲о̲б̲ы̲ч̲н̲о̲ ̲в̲с̲ю̲ ̲н̲е̲д̲е̲л̲ю̲ Чанбин (чт, 21:36): Ничего, я стараюсь тренироваться и соблюдать режим, наверное, я слишком погряз в этом Сынмин (чт, 21:37): Не перегружай себя (у тебя всё равно ничего не выйдет) Минхо (чт, 21:37): Сынмин вещи говорит, наконец-то Минхо (чт, 21:37): Точнее, первая часть фразы - верная, а за вторую предлагаю его забуллить Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲,̲ ̲2̲1̲:̲3̲8̲)̲:̲ ̲Х̲о̲р̲о̲ш̲о̲,̲ ̲ч̲т̲о̲ ̲т̲ы̲ ̲в̲ ̲п̲о̲р̲я̲д̲к̲е̲ ̲Ч̲а̲н̲ ̲(̲ч̲т̲,̲ ̲2̲1̲:̲3̲9̲)̲:̲ ̲Я̲ ̲х̲о̲т̲е̲л̲ ̲п̲р̲е̲д̲л̲о̲ж̲и̲т̲ь̲ ̲в̲а̲м̲ ̲р̲е̲б̲я̲т̲а̲,̲ ̲з̲а̲в̲т̲р̲а̲ ̲п̲о̲с̲и̲д̲е̲т̲ь̲ ̲в̲ ̲б̲а̲р̲е̲ ̲в̲о̲з̲л̲е̲ ̲у̲н̲и̲в̲е̲р̲а̲,̲ ̲м̲о̲я̲ ̲с̲е̲с̲т̲р̲а̲ ̲в̲е̲ч̲е̲р̲о̲м̲ ̲в̲ ̲н̲ё̲м̲ ̲в̲ы̲с̲т̲у̲п̲а̲е̲т̲,̲ ̲э̲т̲о̲ ̲е̲ё̲ ̲п̲е̲р̲в̲о̲е̲ ̲в̲ы̲с̲т̲у̲п̲л̲е̲н̲и̲е̲,̲ ̲х̲о̲ч̲у̲ ̲в̲д̲о̲в̲о̲л̲ь̲ ̲п̲о̲с̲м̲е̲я̲т̲ь̲с̲я̲ ̲н̲а̲д̲ ̲н̲е̲й̲ Минхо (чт, 21:40): Ауч, пап, вы жестоки Минхо (чт, 21:40): Но мне нравится твоя идея, давайте проведем вечер пятницы, как нормальные студенты, а не кучка задротов, как обычно Сынмин (чт, 21:42): Если я не приду, вы сильно расстроитесь? Минхо (чт, 21:42): Мы будет только рады Сынмин (чт, 21:43): Тогда нужно идти

***

Джисон (пт, 16:07): Ты представить себе не можешь Джисон (пт, 16:08): Кто-то ночью ограбил всю полку с чаем Джисон (пт, 16:08): Не могу понять, как мне на это отреагировать Джисон (пт, 16:09): На полке всегда стояло около десятка упаковок с разными вкусами чая Джисон (пт, 16:10): Но теперь вся полка пустует, и меня распирают внутри два чувства — злость и любопытство Минхо (пт, 16:34): Кто-то решил получить нобелевскую премию? Джисон (пт, 16:37): Какими тропами ход твоих мыслей привел тебя к этому умозаключению? Минхо (пт, 16:37): Всё просто, я считаю, чай высшим благом и дарованной нам свыше благодетелью Джисон (пт, 16:38): Не буду отрицать, что чай это благо. Именно сейчас он мне слишком нужен Джисон (пт, 16:39): По дороге в общежитие я купил булочки на пару, мне совестно есть их с кофе Джисон (пт, 16:40): Поэтому я решил возыметь один пакетик из студенческого запаса, ведь это общий (!) запас Джисон (пт, 16:40): Но кто-то забрал весь чай!!! ВЕСЬ Джисон (пт, 16:42): Должен поклясться, ещё два дня назад чай существовал на законном месте, потому что мы с Феликсом сплетничали под него Джисон (пт, 16:43): Кто эти ублюдки, своровавшие чай!!! Я повешу их головы на общажном заборе! Минхо (пт, 16:47): Из-за отсутствия чая ваш мир деградирует, это плохо, но Минхо (пт, 16:48): Тебе ли брать ответственность за отсутствие чая и пытаться возместить убытки, становясь героям и возобновляя новый запас? Джисон (пт, 16:49): Нет, этого я делать не собираюсь Минхо (пт, 16:50): Горжусь тобой! Джисон (пт, 16:51): Я сейчас же пойду в магазин, куплю СЕБЕ чай, а потом грамотно напишу записку с угрозами и прикреплю её на шкафчик, когда-то наполненный чаем Минхо (пт, 16:54): Я назову детей в твою честь! Джисон (пт, 16:55): Хорошо, Минхо, спасибо тебе за разговор, убегаю в магазин! Минхо (пт, 16:55): Если нужна будет помощь с написанием угроз, то обращайся, я в этом профессионал! Джисон (пт, 17:44): «Тварь, которая своровала общий запас чая, отравись им, сука» Джисон (пт, 17:44): Достаточно угрожающе? Минхо (пт, 17:45): Ну угроза чувствуется, сойдет Джисон (пт, 17:46): Зачет, сейчас приклею это на шкафчик Джисон (пт, 17:50): Готово! Это бунт, чувствую себя хо-ро-шо Джисон (пт, 17:51): Сегодня пятница, а завтра у меня отработка, но это не помешает мне сегодня натанцеваться в сопли Джисон (пт, 17:52): Хёнджин устраивает танцевальный батл прямо в квартире, это будет что-то Минхо (пт, 17:53): Ваши тусовки удивляют меня с каждым разом всё больше и больше Джисон (пт, 17:55): Ничего не сравниться с тем разом, когда мы играли в ОБЫЧНУЮ «правду или действие» Минхо (пт, 17:56): Чем всё кончилось? Джисон (пт, 17:58): Мы выбили табуреткой окно Минхо (пт, 17:58): … Джисон (пт, 17:58): Табуретка упала на голову в усталь пьяному парню Минхо (пт, 17:59): ??? Джисон (пт, 17:59): И потом этот парень вместе с дружками ещё два часа долбился в дверь, желая нас этой табуреткой прибить Минхо (пт, 18:01): Что за хуйня???? Это возможно??? Минхо (пт, 18:01): Вы отбитые!!! Но Минхо (пт, 18:02): Это круто! Это блять круто!!!!!! Джисон (пт, 18:03): Спасибо-спасибо, это наша любимая история Джисон (пт, 18:04): Если ты когда-нибудь познакомишься с моими друзьями, они точно расскажут тебе её пару раз Минхо (пт, 18:05): Я с радостью послушаю её ещё раз Минхо (пт, 18:06): Чем всё закончилось? Вы вызвали полицию или парни ушли сами? Джисон (пт, 18:07): Не люблю эту часть, и обычно её приукрашаю, но тебе, так уж и быть, расскажу горькую п р а в д у Джисон (пт, 18:07): Мы испуганные забились в угол дальней комнаты и молились, чтобы дверь нас не подвела Минхо (пт, 18:08): ЛоЛ, я ожидал подобного Джисон (пт, 18:08): Забавно вышло, Феликс хотел им навалять, но мы его остановили Минхо (пт, 18:09): Ох, ты забираешь у меня всё время Минхо (пт, 18:09): Ещё чуть-чуть и я опоздаю на встречу с друзьями Джисон (пт, 18:09): Ого, ты сегодня тоже не сидишь дома? Минхо (пт, 18:09): Мы идем смотреть выступление Ханны — сестры Чана — в бар Минхо (пт, 18:09): Давно не бывал в таких местах, не знаю, что надеть Джисон (пт, 18:10): Я чувствую, что у тебя точно есть офигенная рубашка, закатай рукава и надеть штаны свободного кроя — беспроигрышный вариант, когда не знаешь, что надеть Минхо (пт, 18:13): Это выглядит действительно неплохо Минхо (пт, 18:14): Я ещё надел водолазку под рубашку Минхо (пт, 18:14): Сюда бы украшений, но у меня их нет Джисон (пт, 18:15): Должно быть, ты горячо выглядишь, в моей голове уж точно Минхо (пт, 18:16): Спасибо за совет. У меня есть время только расчесать волосы и почистить обувь, поэтому убегаю, желая тебе удачного танцевального батла, порви их всех! Джисон (пт, 18:16): Желаю тебе отлично повеселиться, пока!

***

      После нескольких часов танцев у Джисона онемело всё тело. В голове до сих пор звучали биты последнего трека, который они, кажется, включали больше пяти раз, чтобы окончательно определить победителя.       К чему-то конкретному они так и не пришли. Громко кричали, доказывали, почти задыхались без сил, но в итоге танцы настолько сильно их вымотали, что каждый для себя решил, что он лучший, и всё на этом успокоилось.       Когда вечер плавно перешел в ночь, и на часах пробила полночь, Джисон сонно оглядел гостиную. На телевизоре убавили почти всю громкость. После уматывающего батла было принято решение включить фильм и спокойно, без лишних движений продолжить посиделки. На экране мелькали кадры какого-то боевика, у Джисона начала пульсировать голова, пока он пытался вглядеться в фильм.       В гостиной остался только он и Феликс. Хёнджин с Чонином, должно быть, ушли спать в свою спальню. Джисон, задремавши, пропустил момент, когда они ушли.       Рядом на диване, свернувшись в клубок, с приоткрытым ртом, как раз спал Феликс. Его поза показалась Джисону ужасно неудобной, поэтому он встал и попытался за ноги вытянуть Феликса во весь рост на диване, чтобы он не спал, скрючившись, словно креветка, на одной половине.       Феликс даже не проснулся, когда Джисон приподнял его голову, чтобы положить под неё диванную подушку.       Искать в темноте пульт, желания не было, поэтому Джисон просто выдернул шнур из розетки. Телефон, что нашелся на кофейном столике, показывал двадцать процентов заряда. За весь вечер сообщения пришли лишь из группового учебного чата и пары пабликов, на которые он был подписан.       Джисон рефлекторно зашел в чат с Минхо. Он уже перестал замечать, как начал так делать по привычке. Ему становилось тепло внутри, когда он имел возможность написать Минхо и получить от него ответ.       Возможно, дело было в том, что Минхо был сплошной тайной, он был пазлом из образов и фраз, чем-то личным, только для Джисона. О нём не знали ни друзья, ни родные. Поэтому это вызывало в душе Джисона бурю эмоций и чувств, словно он хранит очень хороший и приятный секрет.       А может быть дело было в другом. В голову всё чаще стали лезть мысли о том, как они с Минхо познакомились совершенно случайно из-за пьяного спора, как продолжили общаться, стали друзьями, и теперь поддерживают связь и переписываются, делясь друг с другом самым разным, каждый день.       Это грело что-то внутри, и Джисону всё больше казалось, что им суждено было встретиться, начать общаться.       Он зашел в диалог и пролистал последние сообщения. Иконка вверху показала, что Минхо был в сети чуть больше получаса назад. Джисон подумал, что тот, должно быть, спит. Уже за полночь, а, как Джисон смог подметить, Минхо всегда ложился до двенадцати и после этого времени сильно злился, если его кто-то будил.       Джисон порылся в рюкзаке, который всегда таскал с собой, и нашел в нём зарядку. Перед тем, как уйти из комнаты, он кинул быстрый взгляд на Феликса. Тот расслабился на диване, обняв себя руками. Недолго думая, Джисон нашел на полу у кресла плед и накинул его парню на плечи.       Покачиваясь в темноте в попытках ничего не разбить, он прошел на кухню. Из открытого окна по комнате гулял сквозняк, поэтому Джисон вздрогнул, когда очередной порыв ветра настиг его.       Поставив телефон на зарядку и ещё раз проверив уведомления, Джисон со вздохом приземлился на стул со стаканом воды в руках. Настенные часы размеренно тикали, не позволяя окунуться в чарующую тишину ночи полностью.       В голову не лезла ни одна мысль. Глаза изучали плитку на полу и огни соседнего дома за окном. Мозг не хотел подмечать делали, поэтому Джисон сидел, словно в прострации. Такое с ним часто случалось после насыщенных эмоциями моментов. Маленькая передышка была необходима, чтобы освободить голову.       В крови ещё тек алкоголь, размывая картинку. Хотя его уже давно не перло от пары рюмок, как это было поначалу, легкая дымка всегда присутствовала.       Ему было хорошо и спокойно, от чего он даже тихо захихикал.       Ведомый небольшой сонливостью, Джисон опустился на кафельный пол. Плитка была холодной и твердой, но это не помешало Джисону лечь на неё и облегченно расслабиться.       Не в первый раз он спит на полу. Кажется, за всё время, что у Хёнджина и Чонина была эта квартира, он смог поспать на всех полах и прочих горизонтальных поверхностях, что были в ней. Ему не было противно, и у него не болели кости после ночей, проведенных не в теплой кровати. Он даже считал это своей суперспособностью, потому что стоило Феликсу один раз так сделать, после он целую неделю ныл о том, как у него болит спина.       Единственный минус — его обычно будили пинками. Но и к этому можно было привыкнуть.       Джисон, обдуваемый сквозняком, вот-вот бы провалился в глубокий сон, если бы не загудевший на столе телефон.       Сквозь пелену дремы он не сразу понял, что именно гудит. Ещё понадобилось время, чтобы встать и окончательно прийти в себя. Джисон еле-еле нащупал телефон, продолжающий гудеть, и посмотрел на экран.       Глаза фокусировались через силу. Джисону пришлось проморгаться пару раз и продрать глаза. Только когда телефон перестал гудеть, а в уведомлениях выплыл пропущенный, Джисон смог прочитать номер.       «Минхо»       Понадобилось ещё полминуты, чтобы до сонного и до сих пор пьяного мозга Джисона дошло случившееся.       Не веря своим глаза, он ещё раз перечитал имя контакта. Для Джисона свойственна невнимательность, но, кажется, именно сейчас совсем не тот случай.       Прочитав имя звонившего несколько раз и точно убедившись, что это именно Минхо, он зашел в диалог с ним. Иконка вверху показывала, что контакт в сети. Джисону тут же пришло два сообщения. Минхо (01:15): Джисон Минхо (01:15): Ты спишь? Минхо (01:15): Ответь мне пожалуйста       Джисон не думая больше и секунды, нажал на иконку звонка.       За те три гудка, что успели прозвучать, прежде чем ему ответили, у Джисона сердце забилось с запредельной скоростью.       Джисон сразу услышал отдаленный звук басов и шуршание одежды, когда Минхо принял звонок.       — Алло? Минхо, что случилось?       Джисон не понимал ничего. Находясь в сонном и не трезвом состоянии, его мозг соображал особенно плохо. Он уже успел подняться с пола и сесть на стул, сосредотачивая всё внимание на телефонном разговоре.       — Минхо? — на том конце были слышны лишь отдаленные хлопанья дверьми и клубная музыка. — Джисон.       Минхо наконец-то ответил. И то, с какой интонацией он это сделал, заставило всю душу Джисона сжаться. Его голос дрожал, было слышно сбитое, тяжелое дыхание.       — Что? Что случилось, Минхо, не молчи! Ты плачешь?       И, кажется, с каждой секундой алкоголя в организме Джисона становилось всё меньше и меньше. Он не заметил, как левой рукой вцепился в край стола.       — Я в клубе с друзьями, — тихо и медленно говорил Минхо. — И тут парень. Он—       Джисон чуть ли не выронил телефон. В голову в одно мгновение залетело несколько сотен мыслей и каждая хуже предыдущей.       — Он что-то сделал? Минхо, он что-то сделал? Говори адрес, я приеду.       Нервы накалились в голове Джисона до предела. Он вскочил со стула, выдергивая телефон со шнура, принялся нервно мерять шагами комнату. В мыслях был только Минхо и способы ему помочь. Он судорожно перебирал в голове варианты, сколько может стоить такси в другой город, за сколько он сможет туда добраться. Может быть поезд? Или попросить знакомых?       Минхо в трубку шмыгнул носом.       — Нет, он ничего не сделал, о чем ты мог подумать, — также ломко ответил Минхо. — Он просто угостил меня, и, кажется, пригласил на свидание. Он дал мне свой номер. Намекал, что я ему нравлюсь? Весь вечер. Но я—       На этом Минхо прервался и разразился рыданием.       — Как я могу?! Это неправильно!       Джисон с трудом мог разобрать его речь. В один момент от сердца отлегло, что с Минхо не случилось ничего противозаконного, но в другой на душе заныло, когда Минхо начал усиленно плакать.       — Тише, успокойся. Дыши со мной, хорошо? Дыши со мной.       Если честно, Джисон сам не мог спокойно дышать. Но ради Минхо он хотел стойко держаться и быть опорой.       — Твои друзья всё ещё с тобой? Может лучше найти Чана?       Джисон судорожно вспоминал, почему Минхо вообще оказался в клубе, кто ему мог помочь, если его нет рядом.       — Нет. Я не пойду к Чану, — бормотал сквозь тяжелые вздохи Минхо. — Он посчитает меня сумасшедшим.       — Почему? Что-то всё же случилось?       Джисон едва ли что-то понимал, ему хотелось кричать, просить ответы, но он лишь ходил кругами по кухни, пытаясь успокоиться.       — Я ненормальный, — казалось, уже спокойный Минхо вновь разрыдался.       И хоть Минхо считал себя ненормальным в данном случае, Джисон чувствовал, что сам начинает терять рассудок. Паникующий собеседник на проводе не давал четких ответов, а Джисон с горечью осознал, что именно так приходиться операторам служб спасения.       — Боже, не плачь, пожалуйста, — Джисон сам чувствовал, как слезы вот-вот хлынут из его глаз. Он умирал внутри от бездействия. — Где ты сейчас?       — В туалете, — пискнул он через слезы.       — Хорошо. Ты не хочешь идти к друзьям. Может тогда на улицу? — Джисон пытался звучать уверенно. Но как можно, если сейчас он уверен лишь в том, что у него совсем этого не получилось. — Туалет не лучшее место, да? Можешь выйти на улицу?       Минхо на том конце, должно быть, задумался над предложением Джисона.       — Да, да, я попытаюсь это сделать. Хочу выйти на улицу.       Дальше Джисон мог слышать только громкую музыку и разговоры вперемешку с криками. Было отчетливо слышно, как дверь за Минхо закрывается и он оказывается на улице.       — Джисон? Я вышел, — позвал он.       — Хорошо. Теперь давай по порядку, — вздохнул Джисон для начала. — Что-то произошло? Почему ты плачешь?       Настенные часы уже натикали без пятнадцати два часа ночи. Джисон внимательно ждал ответа Минхо, пока тот прерывисто дышал в трубку.       — Джисон, мне страшно, — признался он через какое-то время. — Со мной что-то не так?       Совсем не ожидая такого ответа, Джисон нахмурил брови.       — Что ты имеешь в виду?       Минхо долго не мог дать внятного ответа. Он говорил отрывками, и по доносящимся до Джисона звукам, боролся с очередным приступом слез.       — Это неправильно, — единственное, что он повторял достаточно чётко, чтобы Джисон мог расслышать.       — Что неправильно? — Джисон ни в коем случае не злился на Минхо. Тот прибывал в паническом состоянии и то, что он не может внятно говорить, не доставляло Джисону дискомфорта. Но он чувствовал, что сам упускает какую-то важную деталь, которая помогла бы ему успокоить Минхо.       — Как я реагирую на намеки от парней, — наконец выдохнул Минхо, в конце срываясь на тихие всхлипы.       — Погоди. Голова начинала гудеть снова. Джисону было сложно уловить все мысли, образовывающиеся у него в одну секунду. Они петляли и каждый раз казалось, что вот-вот всё соберётся в цельную картину, но Джисон отвлекался на конкретные детали, от чего уже почти готовая картина распадалась на несвязные мысли.       — Тот парень был навязчив? Он хотел от тебя чего-то?       — Нет, — сквозь слезы сказал Минхо. — Он предложил мне сходить на свидание. И, кажется, это слышали все!       — Он тебе не понравился? Это твой знакомый?       — Нет! Джисон, он парень! Я испорчен!       Минхо кричал и плакал, пока у Джисона что-то ломалось внутри. Что значит "испорчен"? Испорчен потому, что его на свидание позвал парень?... Ему это не неприятно. Ему не нравится своя же реакция на предложение парня.       Похоже, он всё понял. У Джисона пронеслись перед глазами все те моменты, когда он флиртовал с Минхо и говорил двусмысленные вещи. Для него это была безобидная шутка, но для самого Минхо то, как он на это реагировал, было напоминанием.       Напоминанием того, что ему нравятся парни. Но это ему самому совсем не нравилось. Он противен сам себе из-за того, что предложения романтического плана от других парней не вызывают в нём отвращение. Это, должно быть, наоборот вызывает в нём интерес. Он бы хотел этого, но это же по его словам не правильно. Поэтому он боится себя и абсолютно не принимает.       Выходит так, что он абсолютно не толерантен к себе. Чувствует страх из-за того, кто он есть. И каждое взаимодействие с парнями, что флиртуют с ним, это лишь подтверждение, что он испорчен.       Он хочет с этим бороться или, скорее всего, хочет от этого спрятаться, отгораживаясь от всех триггеров, таких как шуточные подкаты или намеки. Но у него ничего не выходит. Должно быть, он хотел бы реагировать по-другому, но он каждый раз понимает, что чувства совершенно противоположны.       — Минхо, — задушено выдохнул Джисон. Ему невероятно хотелось сжать Минхо в сильных-сильных объятиях. Ему хотелось поддержать Минхо, помочь ему принять себя.       — Всё хорошо, — сказал он после паузы. — Ты не испорчен. Я так не считаю, слышишь?       Джисону почти физически было больно слышать рыдание по ту сторону. Минхо, вероятно, так страшно и противно от самого себя. Конечно, он испытывает противоречивые чувства и не может от них избавиться.       — Но это же неправильно, — опять повторил он.       — Скажу тебе, ты не прав, — произнёс Джисон самым успокаивающим тоном, на который был способен. — С тобой всё в порядке. Это твои чувства, твои симпатии и влюбленности. В них нет ничего неправильного.       Джисон говорил и говорил. Повторялся бесчисленное количество раз, но продолжал словами поддерживать Минхо, старался отгородить его от негативных мыслей.       Сам же Минхо, отписавшись Чану, что неважно себя чувствует из-за громкой музыки, направился домой. Джисон всю дорогу сопровождал его по звонку.       Слезы выплакались, Минхо только продолжал шмыгать носом, но больше не плакал, что Джисона несомненно радовало. Постепенно успокоившись, они перешли на более отрешенные темы, пока Минхо ехал в такси.       — Ты бы знал, как я испугался, когда ты позвонил, а потом начал плакать! — уже спокойно без паники и слез рассказывал Джисон.       — Прости, — рассмеялся в динамике Минхо. — Но и я так испугался. Мне сложно это понять.       За более чем час, Джисон смог достаточно подробно объяснить Минхо, почему он такой же обычный парень, как и миллионы других. Но, конечно, настолько тяжелые раны за один вечер не рассасываются. Было понятно, что у Минхо только начинается тернистый путь принятия себя. Джисон счастлив, что послужил толчком к его началу.       На несколько секунд они оба замолчали.       — Как к этому отнесутся друзья? А родители? — тихо спрашивал сам себя Минхо.       Кажется, именно эти два вопроса волновали его больше других. Джисон искренне боялся расспрашивать.       — Твои родители. Они —       — Нет. Я знаю, что они толерантны, — прервал его Минхо, Джисон выдохнул. — Но совсем другое дело, когда твой собственный сын такой.       Джисон сам никогда не сталкивался с внутренней гомофобией. У него самого процесс принятия себя произошел ещё в начале старшей школы. Он сразу рассказал об этом и друзьям, и родителям, чтобы долго не затягивать. Ему тот час стало легко и спокойно, когда он за очередным семейным ужином признался, что его привлекают и парни тоже.       Он часто думал о том, как его поступок на самом деле был импульсивен и не обдуман, но в итоге возымел положительный эффект. Родителям понадобилось время принять Джисона, они справились с этим без шумных скандалов и никому ненужных сцен. Чему Джисон по сей день был благодарен.       И с самой старшей школы Джисону не приходилось переживать внутренние испытания, касающиеся принятия его сексуальной ориентации.       Вдобавок ко всему у него всегда было полно квир-друзей. Хёнджин с Чонином начали встречаться незадолго до выпуска. Они всегда поддерживали его, и, смотря на их совместную жизнь, Джисон всегда радовался, как они идеально подходят друг другу, мечтая когда-нибудь найти и своё счастье.       Но, похоже, Минхо замкнул в себе всё, что касается этого. Он закрылся, позволяя вечному страху — быть отвергнутым, — заполонить себя. Его триггерили комплименты и заигрывания от парней, возможно, он думал, что они понимают его истинную природу, которую он так хотел скрыть, поэтому шугался и боялся.       Джисону было сложно представить, как он жил с этим, никому не рассказывая, борясь с собой всё время.       — Всё наладиться, — выдавил из себя Джисон, уже черпая на донышке слова утешения.       Он чувствовал, как мало делает, как мало говорит, что нужно оказать Минхо больше поддержки.       — Я тебя принимаю, разве это уже ни что-то? — Усмехнулся Джисон. — Я знаю, какой это большой шаг — рассказать хоть кому-то, поэтому я очень горжусь тобой! Минхо, ты отлично справляешься.       На том конце Минхо шмыгнул носом, проговаривая гнусавое «спасибо». Кажется, он был слишком смущен словами Джисона.       — Мне тоже парни нравятся, — признался он после нескольких секунд молчания, чтобы подтвердить, что он знает, каково это. До этого они с Минхо не обсуждали сексуальные предпочтения, и смысла в этом не было. Но сейчас Джисону хотелось показать, что он не один.       — Я вообще-то думал, что это было понятно—       Его прервал Минхо:       — Тебе нравятся парни? — произнёс он удивленно.       Джисон хмыкнул в трубку.       — Девушки тоже, если ты об этом, но. Неужели, я похож на гетеро? Как это исправить?       Джисон уверенно разряжал обстановку. Минхо уже вовсю смеялся с его неуместных фразочек, а тот наслаждался радостью Минхо.       — Но, — начал Минхо после очередного приступа смеха. — Ты говорил друзьям, как они отнеслись к этому? А родители?       — О, это скучная история. Я друзьям рассказал в начале первого курса, когда мы шли к остановке после пар, — поведал Джисон. Он почти никогда не вспоминал эту историю, потому что она действительно была не такой уж и занимательной, как другие истории их дружбы. — Хёнджин тогда всю дорогу ныл, что я его копирую, представляешь! Это было забавно.       — Погоди, — выдохнул в динамик Минхо, не понимая, — Хёнджин… он?       — Что? — пришла очередь удивляться Джисону. — Я тебе не говорил, что он и Чонин встречаются?! Со старшей школы эти двое ебут мне мозги своими романтичными соплями, счастливые суки! И я тебе никогда про них не рассказывал?!       — Ты говорил, что они живут вместе.       Джисон стукнул себе по лбу со всего маха. Ведь, может, расскажи он раньше про этих двоих, то Минхо было бы легче признаться ему в своих переживаниях. Возможно, не случилась бы сегодняшних слез и дрожащего в панике голоса, если бы Минхо сразу знал, что может незамедлительно обратиться к Джисону.       — Черт, я дурак. Они встречаются со старшей школы, — и хоть история знакомства двух друзей невероятно увлекательна и забавна, Джисон подумал рассказать её позже. — Я разве не делал намеков? То есть, они настолько любовники, что я не мог не жаловаться тебе на них.       Минхо молчал, кажется, переваривая полученную информацию. Как Джисон понял, тот уже умылся, расстелил постель и сейчас они просто болтали, пока он лежал в кровати.       — А родители?       — Тоже скучно, — пожал плечами Джисон. — Да, приняли не сразу, но я так-то угрожал им уйти из дома. Поэтому, — протянул он, — у них не было выбора.       Джисон был всегда рад родителям, за то какие они. Даже когда Джисон совершал на голову отбитые поступки, они мирились с этим и помогали ему вернуться в уравновешенное состояние.       Минхо удовлетворённый ответом промычал. Он не спешил отвечать, и Джисон не мог найти хотя бы ниточку разговора, чтобы за неё зацепиться и продолжить. Как раз вовремя на том конце послышался ёмкий зевок. — Думаю, пора ложиться спать, — подытожил Хан, бросая взгляд к часам. Уже действительно было поздно, особенно для Минхо, поэтому, раз уж разговор не клеился, он решил дать Минхо время обдумать случившееся и отоспаться. Всё же куда приятней на свежую голову раскладывать мысли по полочкам.       Звук второго зевка рассмешил Джисона. Минхо промычал в трубку, уже и без того засыпающий.       — Всё наладиться, а сейчас тебе нужно хорошенько отоспаться. — Джисон чувствовал себя взрослым, укладывающим ребенка в кроватку. — Давай, бай-бай.       — Спокойной ночи, — прошептал Минхо, постели зашуршали. — Спасибо, что ответил. Не знаю, что бы делал без тебя.       — Не за что, Минхо, — улыбнулся он. — Спокойной ночи.       После этого они отключились. Джисон сполз по стенке обратно на пол, где лежал до этого. В голове продолжала кататься вереница мыслей, которую он пытался всеми силами заглушить.

***

Джисон (сб, 11:37): Доброго утра Джисон (сб, 11:37): Как настроение? Джисон (сб, 11:38): Надеюсь, после вчерашнего ты меня не заблокируешь Джисон (сб, 11:38): Знай, это будет очень больно, я буду плакать в подушку две недели, если ты меня бросишь :( Джисон (сб, 11:39): Поэтому жду твоего скорейшего ответа! Минхо (сб, 12:22): Привет Минхо (сб, 12:22): Что ты успел себе надумать? Я не собираюсь прекращать с тобой общение, наоборот Минхо (сб, 12:23): По-моему, мы стали ближе, чем никогда Минхо (сб, 12:23): Как я могу тебя оставить, когда ты узнал мою тайну и принял её? Минхо (сб, 12:24): Я тебе всё ещё безмерно благодарен Джисон (сб, 12:25): Я ничего такого не сделал Джисон (сб, 12:26): Всё же да, возможно, я немного паранойю, хотя это твоя черта Минхо (сб, 12:27): Я не параноик. Джисон (сб, 12:28): Все вы так говорите Джисон (сб, 12:29): Так, как твоё настроение? Не хочу показаться навязчивым, но я не собираюсь так просто забивать на этот случай Минхо (сб, 12:34): Всё хорошо Минхо (сб, 12:35): Буду честен, у меня начинается мелкая дрожь от воспоминаний событий вечера, но я пытаюсь с этим справиться Минхо (сб, 12:36): То есть, я действительно кое-что понял, но у меня чувства, будто меня разделили надвое. Одна часть понимает, другая не принимает Джисон (сб, 12:39): Один из главных шагов сделан — ты признался хоть кому-то, двигайся, как твое сердце считает правильным Джисон (сб, 12:39) Горжусь тобой! Минхо (сб, 12:40): Боже, Джисон-психолог нравится мне больше всех Джисон (сб, 12:41): Это ты ещё не видел Джисона-в-постели Минхо (сб, 12:41): О, я уже чувствую, как моя реакция на твой флирт меняется Минхо (сб, 12:42): Только не понимаю, на какую… Минхо (сб, 12:42): Это странно Джисон (сб, 12:43): Всё постепенно, Минхо Джисон (сб, 12:44): Мы кирпичик за кирпичиком выстроим твою внутреннюю толерантность, не спеши Минхо (сб, 12:44): Ох, как сложно Минхо (сб, 12:45): Чан усыпал меня вопросами с утра пораньше, и какого-то хрена, мои отмазки — просто захотел уйти, в этот раз не сработали Минхо (сб, 12:46): А вдруг он всё слышал? Видел? Почувствовал? Минхо (сб, 12:47): Что-то точно случилось, почему же он мне не верит… Минхо (сб, 12:47): Он даже хотел приехать!!! Это предпоследняя стадия! Джисон (сб, 12:48): А какая последняя? Минхо (сб, 12:49): Он приезжает, и вот тогда Минхо (сб, 12:50): Лучше не знать его методов. Джисон (сб, 12:50): Ого, он хорош Минхо (сб, 12:51): Ёбаный в рот он звонит по видеосвязи Джисон (сб, 12:52): Что? Ты серьёзно? Джисон (сб, 12:53): Минхо? Джисон (сб, 12:54): Оу, черт Джисон (сб, 12:54): Да ты не один параноик Джисон (сб, 12:54): Вы там все такие!