Шёпот ливня

Натаниэль с раздражением закрыл ноутбук и потер виски. Проект, который он буквально вылепил по запросам заказчика, только что вернули с пометкой "слишком мило". — Милое?! Ты же сам просил что-то милое! — пробормотал он, бросая взгляд на часы. Офис был пуст — все давно разошлись, а он всё ещё сидел в своём углу, разбираясь с этим идиотизмом. Вздохнув, Нат быстро собрал вещи и, накинув пальто, вышел в холодный, влажный вечер. На улице его встретил проливной дождь. — Ну конечно, — прошептал он, натягивая шарф повыше, чтобы хоть как-то защитить лицо. К счастью, его машина стояла совсем близко. Забравшись внутрь, он вздрогнул от холода и тут же попытался завести мотор. Раз. Два. Три. Вместо привычного урчания двигатель издал жалкий скрежет. — Серьёзно? — Натаниэль уронил голову на руль, сдерживая порыв выбросить ключи в окно. Попытки завести машину не увенчались успехом. Парень потянулся за телефоном, чтобы вызвать такси, но экран холодно мигнул «0%» и погас. — Чудесно. Просто замечательно, — он вздохнул и выбрался из машины, натянув воротник пальто повыше. Лужи растеклись по пустынным улицам, фонари отражали тусклый свет в воде. Нат, щурясь от потоков дождя, двинулся пешком в сторону дома. Шаги эхом отдавались в тишине, как вдруг — будто на десерт — из ближайшей лужи его окатило грязной водой проезжающее авто. — ЧТО ЗА… — Натаниэль с трудом удержался от крика, обмахивая лицо рукой. Вода стекала по его волосам и пальто, смешиваясь с дождём. Машина, даже не замедлившись, исчезла в темноте. — Прекрасно. Просто великолепно, — сквозь зубы прошептал он, устало вытирая лицо рукавом. Рыжий, кипящий от злости, шел, не глядя под ноги, провожая автомобиль гневным взглядом. Но в этот момент он врезался во что-то — точнее, в кого-то. Удар был настолько неожиданным, что Натаниэль потерял равновесие и рухнул на холодный асфальт. Вместе с ним на земле оказался незнакомец. Теперь они, как два идиота, лежали в луже, обменявшись ошарашенными взглядами. — Ты долго собираешься лежать на мне? — голос незнакомца прозвучал раздражённо, но без лишних эмоций. Натаниэль, всё ещё в шоке, моргнул и, наконец, осознал, что произошло. Он был сверху. А под ним — светловолосый парень с острыми чертами лица и пронзительными, настораживающе спокойными глазами. — А ты мог хотя бы извиниться за то, что оказался у меня на пути, — огрызнулся Натаниэль, пытаясь сохранить остатки достоинства. Незнакомец фыркнул, не сводя с него оценивающего взгляда. — На твоём пути? — переспросил он с ноткой сарказма. — Ты врезался в меня, а не наоборот. Рыжий с трудом встал на ноги, протягивая руку незнакомцу, но тот проигнорировал жест и сам поднялся. Теперь, стоя друг напротив друга, они могли оценить друг друга целиком: мокрые насквозь, перепачканные грязью, но оба явно полные сил для продолжения словесной перепалки. — Отлично. Теперь я не только промок, но ещё и выгляжу как идиот, — сухо бросил блондин, обмахивая пальто. — Рад, что мы на одной волне, — усмехнулся Нат, пожимая плечами. Он не мог не отметить хищные черты лица незнакомца и то, как его холодный взгляд словно прожигал насквозь. — Что-то смешное? — спросил блондин, заметив выражение лица рыжего. — Да, — беззаботно ответил Натаниэль, не отводя взгляда. — Ты выглядишь так, будто собирался раздавать лекции о том, как правильно ходить под дождём. Незнакомец прищурился, но с места не двинулся. — А ты выглядишь так, будто твоя жизнь — одно большое шоу с элементами катастрофы, — отрезал он, осматривая рыжего с головы до ног. На секунду воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая только шумом дождя. Затем Натаниэль рассмеялся. — Ладно, ты не так уж и плох, — ухмыльнулся он. — Хочешь, расскажу, как это всё могло быть ещё хуже? — Нет, спасибо, — бросил блондин, развернувшись. — Но если хочешь избежать ещё одного падения в лужу, попробуй смотреть, куда идёшь. Натаниэль проводил его взглядом, всё ещё удивляясь их странной встрече. «Вот же тип,» — подумал он, скрещивая руки на груди и пытаясь понять, что это было. Нат двинулся дальше, но мыслями всё возвращался к загадочному парню. Он пытался разобраться, что так зацепило его. Обычный незнакомец, почти обычная встреча, если опрокидывание кого-то в лужу можно таковой считать. Но что-то заставляло его вновь и вновь вспоминать холодные золотистые глаза. Дождь, казалось, становился только сильнее. Вода стекала по его лицу, капли мерзко шлёпались о плечи, а ветер бросал ледяные потоки за воротник пальто. Натаниэль вздохнул, утопая в мыслях о том, как ещё далеко идти до дома. Вдруг его вырвал из раздумий громкий автомобильный гудок. Нат вздрогнул, резко повернув голову. На обочине стояла машина. В приоткрытом окне он заметил того самого незнакомца. — Садись, я довезу, — коротко бросил он, взглянув на парня. — Что? — Натаниэль застыл, не понимая, правильно ли он расслышал. — Ты промок насквозь, — добавил блондин, с ноткой раздражения. — Или ты собираешься идти пешком в таком состоянии? Натаниэль прищурился, пытаясь понять, издевается он или нет. — И зачем тебе это? — спросил он, не делая ни шагу к машине. — Потому что, если ты умудришься на кого-то ещё налететь, я этого не переживу, — сухо бросил незнакомец. — Садись уже. На мгновение Натаниэль заколебался. Но перспектива идти дальше под проливным дождём была ещё хуже. Он быстро перебежал к машине, распахнул дверь и сел в салон, захлопнув её за собой. — Спасибо, — нехотя бросил парень, скидывая с себя пальто и стряхивая с волос воду. — Можешь не благодарить, — отозвался блондин, выжимая руль, будто проверяя терпение. — Это всё равно не входит в мои планы. — Ну, ты просто душка, — усмехнулся Натаниэль, поворачиваясь к нему. Мужчина только фыркнул и тронулся с места. — Куда тебя везти? — спросил он, глядя прямо перед собой, словно всё происходящее его не касалось. Натаниэль, не сводя с него оценивающего взгляда, наконец ответил: — Угол Мэйпл-стрит и Третьей авеню. Незнакомец коротко кивнул, но на мгновение его взгляд всё же дрогнул. — Хм, — пробормотал он, явно удивившись, но ничего больше не сказал. — Что? — Натаниэль заметил эту реакцию, прищурился и слегка наклонился вперёд. — Что «хм»? — Ничего, — отрезал блондин, бросив на него короткий взгляд, полный раздражения. — Просто ты живёшь буквально через пару улиц от меня. Натаниэль не удержался от лёгкой усмешки. — Правда? Что ж, мир тесен. — Теснее некуда, — сухо заметил парень, но уголки его губ всё же едва заметно дёрнулись. — Знаешь, мне даже немного страшно, что мы не сталкивались раньше, — пошутил Нат, откинувшись на сиденье. — С твоим-то острым языком и моим… мм, не самым удачным вечером. Блондин фыркнул, переключая передачу. — Возможно, судьба решила нас спасти от катастрофы. — Или устроить одну, — задумчиво протянул Натаниэль, глядя на капли дождя, бегущие по стеклу. В машине повисла короткая тишина, но от неё не было ощущения неловкости. Скорее, это было нечто, что позволяло каждому из них обдумать странность этой встречи. — Слушай, — неожиданно начал Натаниэль, нарушив тишину. — А тебя как зовут? А то я так и не спросил когда сбил тебя в лужу. Блондин мельком взглянул на него, прежде чем снова уставиться на дорогу. — Эндрю, — просто ответил он. — Эндрю… — повторил Нат, словно пробуя имя на вкус. — Ну что ж, приятно познакомиться, Эндрю. Мужчина, несмотря на его холодный и отстранённый вид, кажется, был не так уж равнодушен, как старался показать. После нескольких секунд молчания, он всё же заговорил, не сводя глаз с дороги: — А тебя? Натаниэль повернул голову, удивлённый вопросом. — Что «меня»? — переспросил он, чуть приподняв бровь. — Как зовут? Или ты предпочитаешь, чтобы я звал тебя «рыжим ураганом»? — сухо бросил Эндрю, едва заметно дёрнув уголком губ. Нат рассмеялся, слегка покачав головой. — Натаниэль. Но ты можешь звать меня Нат. Или Ураганом, если хочешь. Эндрю на мгновение снова взглянул на него, прежде чем вернуться к дороге. — Натаниэль, — повторил он, словно проверяя, как это звучит. — Звучит хорошо, да? — улыбнулся Нат, не скрывая своего удовольствия. Эндрю не ответил, но его молчание говорило больше, чем слова. Машина плавно остановилась у небольшого жилого комплекса. Натаниэль повернулся к парню, чуть поколебался, но затем, видимо, решив, что хуже уже не будет, предложил: — Хочешь зайти? У меня есть кофе… ну, и что-нибудь вкусное найдётся. Эндрю взглянул на него, не торопясь отвечать. Его золотистые глаза внимательно изучали Ната, словно пытаясь прочитать его мысли. — Ты всегда приглашаешь незнакомцев к себе домой? — наконец спросил он, сдерживая лёгкую усмешку. Натаниэль почувствовал, как по его щекам разлился жар. Он отвёл взгляд, нервно почесав затылок. — Нет! — быстро ответил он, словно защищаясь. — Я… обычно вообще не делаю таких вещей. Это просто… ну, ты же мне помог, довёз… Я подумал… В общем… ладно, забудь, — он махнул рукой, собираясь выйти из машины. Эндрю продолжал молча смотреть на него, а затем уголок его губ слегка приподнялся. — Ладно, — сказал он, неожиданно соглашаясь. Натаниэль замер, обернувшись. — Что «ладно»? — Ладно, — повторил Эндрю, выключая двигатель. — У тебя дома. Кофе. На мгновение Натаниэль смотрел на него, не веря своим ушам, а потом кивнул, пытаясь скрыть своё удивление. — Хорошо. Только предупреждаю, у меня там… ну, немного беспорядок, — быстро добавил он, открывая дверь машины. Эндрю лишь пожал плечами, выходя следом. Квартира Натаниэля оказалась уютной, но не слишком аккуратной — везде лежали мелкие детали: стопка книг на столе, набросанные подушки на диване, пара карандашей, забытых на подоконнике. Элегантность пространства гармонично сочеталась с легким творческим хаосом. Пока Эндрю бегло осматривал гостиную, Натаниэль успел исчезнуть в одной из комнат и вскоре вернулся с тёплым махровым полотенцем и в домашней одежде. На его лице играла лёгкая виноватая улыбка. — Вот, можешь вытереть волосы. Они совсем мокрые, — сказал он, протягивая полотенце. Эндрю молча принял его, бегло глянув на рыжего, который, казалось, слегка нервничал. — Пошли, — продолжил Нат, жестом приглашая следовать за собой. — Я угощу тебя кофе. У меня он отличный. — Надеюсь, ты не хвастаешься, — спокойно заметил Эндрю, следуя за ним на кухню. Натаниэль хмыкнул, его плечи немного расслабились. — Я никогда не хвастаюсь, — ответил он, включив кофемашину. — Просто говорю правду. Эндрю уселся за барную стойку, наблюдая за тем, как Натаниэль суетится у машины. Парень отметил про себя, как легко и непринуждённо он двигался, словно у него был целый ритуал, связанный с этим напитком. — Ты всегда так нервничаешь, когда кто-то приходит в гости? — вдруг спросил Эндрю, не сводя с него взгляда. Нат обернулся, едва не уронив кружку, и смущённо рассмеялся. — Я просто… не привык к таким ситуациям, — признался он, отворачиваясь к кофемашине. — Обычно у меня не бывает случайных гостей. — Значит, я исключение? — холодно уточнил Эндрю, слегка приподняв бровь. Натаниэль обернулся с двумя кружками кофе, одна из которых была в его протянутой руке. — Сегодня всё вышло исключительным. Вот, попробуй. Эндрю принял кружку, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Нат продолжал стоять напротив, ожидая реакции. — Ну? — с любопытством спросил он. — Терпимо, — спокойно ответил Эндрю, отпивая ещё один глоток. Парень фыркнул, опустив взгляд. — Знаешь, ты мог бы хотя бы притвориться, что впечатлён. Эндрю слегка усмехнулся, но не сказал больше ни слова, а просто продолжал пить кофе, наблюдая за Натаниэлем из-под полуопущенных ресниц. На удивление, с Натом было легко. Он не задавал навязчивых вопросов, не пытался забраться глубже, чем хотелось бы. Разговор сам собой тек плавно, словно они уже знали друг друга годами. Они обсуждали погоду, нелепые случаи в жизни, даже странности городского транспорта — обо всём и ни о чём конкретном. Натаниэль оказался удивительно живым собеседником, с лёгкой самоиронией, которая придавала его словам особый шарм. Эндрю слушал, делая короткие замечания, но и сам ловил себя на том, что отвечает чуть больше, чем привык. — Итак, — начал Нат, прислоняясь к барной стойке с пустой кружкой в руках, — я уже рассказал тебе, как оказался на улице в этом потопе. А ты? Что заставило тебя задержаться в офисе до ночи? Эндрю слегка пожал плечами, его взгляд оставался таким же спокойным, как всегда. — Работа. И иногда… люди. Натаниэль фыркнул, поднимая бровь. — Ты так говоришь, будто люди — это самая большая проблема на свете. — Иногда так и есть, — спокойно ответил Эндрю, бросив взгляд на оставшуюся половину своего кофе. — Тогда мне повезло. Ты ведь всё-таки подвёз меня, — ухмыльнулся рыжий, слегка покачивая ногой под столом. Эндрю взглянул на него, на мгновение задержав взгляд на его лице. — Пока не уверен, что это была хорошая идея, — ответил он с лёгкой усмешкой. Нат рассмеялся, его смех звучал легко и свободно, словно даже дождь за окном на миг затих, чтобы не мешать. — Ну, теперь уже поздно жалеть. Ты застрял со мной, — добавил он, подмигнув. Эндрю не ответил, но уголки его губ слегка дрогнули, выдавая тень улыбки. Натаниэль не понял, как они оказались на диване в гостиной, обсуждая дебильное шоу, что играло на экране телевизора. Но если честно, он и не хотел понимать. Всё это казалось сюрреалистичным — словно отголосок какого-то странного сна, который оказался намного лучше, чем реальность. Если бы кто-то сказал ему, что он вот так, среди ночи, будет сидеть в своей квартире с незнакомцем, смеяться над саркастичными комментариями и наслаждаться их странным дуэтом, Натаниэль бы только покачал головой и решил, что этот человек самый большой придурок на свете. Но сейчас... он не мог оторвать взгляда от лица Эндрю, который снова что-то язвительно комментировал про нелепую сцену на экране. Холодные золотистые глаза блондина искрились едва уловимым юмором, а уголки губ подрагивали в слабой усмешке. — Ты серьёзно это сейчас сказал? — наконец выдохнул Нат, чувствуя, как смех снова накатывает. — Кто вообще додумался до такого сценария? — Видимо, люди, у которых слишком много свободного времени, — сухо ответил Эндрю, не отводя взгляда от экрана. — И тебе всё равно хватает терпения это смотреть? — Натаниэль покачал головой, но улыбка не покидала его лица. Эндрю слегка пожал плечами, наконец переведя взгляд на собеседника. — Иногда идиотизм забавнее, чем смысл. Эта фраза заставила Натаниэля рассмеяться ещё громче. — Боже, ты серьёзно умеешь убить любой момент, — проговорил он, утирая слёзы смеха. — Не любой, — коротко бросил Эндрю, наблюдая за ним с чуть заметной тенью интереса. Нат на секунду замер, осознавая, что слова собеседника прозвучали с едва уловимой ноткой двусмысленности. Или ему просто показалось? — Ты самый странный человек, которого я встречал, — пробормотал Натаниэль, всё ещё улыбаясь, но в его голосе звучала не столько насмешка, сколько удивление. — Взаимно, — отозвался Эндрю с едва заметной ухмылкой, его взгляд задержался на рыжем чуть дольше, чем обычно. Натаниэль закусил губу, пытаясь справиться с нахлынувшим странным чувством, которое заставило его сердце пропустить удар. Мелкая дрожь в пальцах стала почти ощутимой, и он нервно провёл рукой по волосам, стараясь найти хоть какую-то опору в этом моменте. Эндрю наблюдал за ним, стараясь сохранить невозмутимость, но внутри его будто скрутило всё узлом. То, как парень покусывал губу, было… слишком соблазнительно. Он отвёл взгляд, но тут же поймал себя на том, что хочет посмотреть ещё. — Ты всегда так делаешь? — неожиданно спросил он, голос прозвучал резче, чем он рассчитывал. — Что? — Натаниэль моргнул, сбитый с толку. — Покусываешь губу, — ответил Эндрю, возвращая взгляд на губы парня. Нат замер, на его лице отразилось лёгкое смущение. — Это привычка, — признался он, чуть пожав плечами. — Не думал, что кто-то заметит. Эндрю хмыкнул, его взгляд вновь задержался на лице собеседника. — Ты слишком заметный, чтобы что-то не замечать, — бросил он, опираясь локтём о спинку дивана. — Это комплимент? — выдохнул Натаниэль, его голос стал немного тише, почти неуловимый. Эндрю не ответил сразу. Вместо этого его взгляд вновь скользнул к губам рыжего, чуть медленнее, чем раньше. Он наклонился вперёд, и в воздухе будто зависло что-то неясное, словно он готов был сделать шаг, но в то же время держался на грани, будто проверяя, как далеко может зайти. — Может быть, — ответил он наконец, его голос стал чуть более низким, едва слышным, словно эти слова были сказаны не только для Натаниэля. Нат, не отдавая себе отчёта, сократил расстояние между ними ещё сильнее, его дыхание стало неровным, почти гипнотичным. — Тогда я думаю, что мне повезло. Не считаю, что ты их делаешь кому попало, — голос парня был слегка хриплым, он не мог скрыть того волнения, которое нарастало внутри. Эндрю молчал, его взгляд не отрывался от губ Натаниэля, каждое движение, каждое дыхание собеседника казались непреодолимым магнитом. Он не мог не заметить, как тот сократил расстояние между ними, как его дыхание стало учащённым и почти слилось с его собственным. В этих мгновениях было что-то почти магическое, как если бы время замедлилось, оставив только их, да и этого было достаточно. Эндрю слегка поддался вперёд, его тело будто подсознательно двигалось, а его голос, едва слышный, будто растворялся в воздухе. — Ты прав. Я не склонен терять время, — его голос стал чуть ниже, как будто это признание было более интимным, чем всё, что он говорил раньше. Натаниэль почувствовал, как его сердце забилось быстрее, словно это признание каким-то образом затронуло самые глубокие струны его существа. Он поднял взгляд, и их глаза встретились снова, но теперь в этом взгляде было нечто большее, чем просто молчаливая игра. Это было нечто, что тянуло их друг к другу, заставляя забыть о границах и расстоянии. Эндрю готов был уже схватить это рыжее недоразумение, но здравый смысл кричал, что пора остановиться. Он медленно отстранился, заставляя себя разорвать это напряжение между ними, и поднялся с дивана. — Уже слишком поздно, мне пора, — произнёс он всё ещё слегка сиплым голосом. — А, да, конечно, — заторопился Натаниэль, вскакивая с дивана и направляясь к двери вместе с ним. Его слова звучали немного нервно, словно он сам не понимал, почему так расстроен этим внезапным уходом. Эндрю, накинув пальто, коротко взглянул на него ещё раз перед тем, как открыть дверь. В его глазах всё ещё было что-то неуловимое, но он ничего не сказал, лишь слегка кивнул и вышел. Дверь закрылась, и Натаниэль остался один. Он облокотился на неё спиной, тяжело выдохнув. — Что я творю... — прошептал он, проводя рукой по лицу. Это было странно. Всё, что произошло за последние часы, казалось одновременно сюрреалистичным и удивительно правильным. Нат рассмеялся, качая головой. — Даже номер его не спросил, — пробормотал он с усмешкой. — Чем мы вообще занимались полночи? Натаниэль провёл пальцами по губам, вспоминая, как его взгляд снова и снова цеплялся за холодные золотистые глаза, которые, казалось, видели его насквозь. Стук в дверь раздался резко, вырывая Натаниэля из размышлений. Он моргнул, словно возвращаясь в реальность, и, не задумываясь, потянулся к двери. — Что на этот раз? — пробормотал он, открывая дверь, даже не взглянув в глазок. На пороге стоял Эндрю. Его лицо было серьёзным, взгляд — тяжёлым, а пальцы слегка подрагивали, словно он до последнего боролся с самим собой, но проиграл. Натаниэль открыл рот, чтобы задать хоть какой-то вопрос, но не успел вымолвить ни слова. Эндрю сделал уверенный шаг вперёд, рука быстро скользнула по шее парня, и он притянул его к себе. Поцелуй был внезапным, горячим и требовательным. Все слова, которые могли бы быть сказаны, растворились в этом мгновении. Натаниэль ответил той же жаждой, не в силах скрыть, как тело откликается на прикосновения. Его руки непроизвольно поднялись, хватаясь за плечи Эндрю, а дыхание стало неровным, тяжёлым. Казалось, что весь мир исчез, оставив только их двоих, их тела, их пульсирующие желания, не позволяющие остановиться. Эндрю не замедлился. Его рука скользнула вниз, и прежде чем Натаниэль успел осознать, что происходит, он оказался подхваченным за бедра и легко прижатым к стене. Тело Эндрю оказалось напротив, горячее, сильное, как и его взгляд. Всё остальное исчезло, когда Эндрю наклонился и снова прижал его губы к своим, на этот раз глубже, более требовательно, словно между ними не было ничего, кроме влечения, которое они не могли больше скрывать. Натаниэль почувствовал, как его тело откликается на прикосновения, его дыхание стало прерывистым, сердце бешено колотилось, но он уже не пытался сопротивляться. Его пальцы потянулись к краю пальто Эндрю, ловко стягивая его и сбрасывая на пол. Ткань шуршала, падая, но для них этот звук был почти незаметным — их внимание было сосредоточено друг на друге. Эндрю тоже не терял времени. Его руки скользнули к рубашке Ната, одним движением распахивая её. Одежда буквально слетала с них, каждая новая вещь, оказавшаяся на полу, казалась шагом к чему-то большему, более глубокому, чем просто физическое влечение. — Ты действительно безумец, — прошептал Эндрю с едва заметной усмешкой, его голос был низким и хриплым, от чего у Натаниэля пробежали мурашки по спине. — А ты только сейчас понял? — ответил Нат, чуть усмехнувшись, но его голос тоже дрожал от возбуждения. Каждое движение, каждый новый поцелуй казались более смелыми, более отчаянными. Их тела тянулись друг к другу, сбрасывая последние преграды, словно всё, что им нужно, — это ощущать тепло друг друга. Эндрю прижал Ната к стене ещё сильнее, его ладони исследовали каждый дюйм обнажённой кожи, оставляя за собой жаркие следы. Натаниэль, не в силах удержаться, застонал, прижимаясь к Эндрю ещё ближе, его пальцы забрались в волосы блондина, слегка натягивая их, вызывая у того лишь более глубокое рычание. Эндрю, чувствуя, как Натаниэль слабеет от его прикосновений, одним резким движением подхватил его за талию. Нат, не успев раскрыть губы, оказался в его руках, крепко прижат к блондинистому телу. В глазах Эндрю горел огонь нетерпения, но его движения были уверенными и властными, он держал Ната как нечто ценное и хрупкое, о чём не хотел забыть. Он шагнул вперёд, не ослабляя поцелуев, губы его скользили по губам Ната, шее, постепенно опускаясь вниз, целуя ключицы. Когда они подошли к дивану, Эндрю, не ослабляя хватки, быстро опустил Ната на мягкую обивку, не отступая ни на шаг. Пальцы его вонзились в талию Ната, поднимая парня чуть выше, а затем, как в медленном танце, руки начали скользить по его обнажённой коже, плавно спускаясь вдоль бёдер. Губы Эндрю вновь нашли шею Ната, и каждое прикосновение к его коже вызывало дрожь. Звуки их дыхания становились всё глубже, а каждый его вздох отзывался эхом в теле Ната. Нат откидывал голову назад, не в силах сдержать тот невыносимый прилив желанья, который переполнял тело. Его губы были приоткрыты, дыхание сбивчивое, словно он пытался проглотить воздух, который исчезал слишком быстро. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал Натаниэль, ощущая, как каждое прикосновение Эндрю разжигает в нём всё больше страсти. Эндрю поднялся чуть выше, чтобы их лица оказались на одном уровне. Он прижался губами к Нату, его дыхание горячо обжигало кожу рыжего, а потом, чуть отстранившись, прошептал, голос низкий и глубокий, почти незаметный: — А может, наоборот? — И, не давая Нату ответить, снова жёстко захватил его губы, целуя с такой страстью, что их тела сливались в одно. Натаниэль чувствовал, как полностью растворяется в руках Эндрю, готовый отдаться ему без остатка. Но когда Эндрю проник в него, это ощущение стало одновременно болезненно и прекрасно, и Нат понял — он пропал окончательно. Этот момент был непреложным, будто мир вокруг исчез, оставив только их двоих, а тело Ната стало немым свидетелем этой неотвратимой близости. — Дыши, — прошептал Эндрю, его голос проник в самое сердце Ната, как нежное касание. Голова парня затуманилась, и он послушно принял эти слова, как простое руководство к действию. Эндрю не спешил. Он остался неподвижным, давая парню время привыкнуть, чувствуя, как тот постепенно расслабляется и принимает его. В ответ на это, его губы скользили по шее и ключицам, оставляя мягкие, почти неуловимые поцелуи, словно не хотели причинить боли, а только дать время для всего, что происходило внутри Ната, и для этого молчаливого признания. Тело Натаниэля не поддавалось контролю, оно требовало большего, и, не в силах сдержаться, он качнул бедрами, чуть сильнее прижимаясь к Эндрю, словно требуя продолжения. Эндрю усмехнулся, его губы скользнули по шее рыжего, когда он, всё так же не спеша, пробормотал: — Такой нетерпеливый... В его голосе звучала едва уловимая издёвка, но движения рук были мягкими, а взгляд — внимательным, как будто он чувствовал каждую вибрацию в теле Ната. Он начал двигаться, плавно и уверенно, наслаждаясь ощущением, как тот реагирует на каждое его прикосновение. Любое движение Эндрю было как музыкальный аккорд, и Нат мог почувствовать, как его тело отзывается на эти импульсы, разгораясь всё сильнее, захватывая их обоих в этом моменте. Эндрю, почти не отрывая взгляда, следил за реакциями Ната, испытывая наслаждение не только от физического контакта, но и от того, как его действия заставляют того теряться в своём желании. Их танец страсти набирал обороты, словно музыка, становящаяся всё громче и насыщеннее. Движения Эндрю становились чуть глубже, но по-прежнему оставались контролируемыми, будто он растягивал этот момент, не давая ему закончиться слишком быстро. Натаниэль выгибался под ним, словно стараясь слиться с ним ещё сильнее. Его пальцы цеплялись за плечи Эндрю, оставляя на коже едва заметные следы, как будто только так он мог удержаться на краю этого бушующего океана ощущений. — Эндрю... — простонал Нат, его голос был дрожащим, едва слышным, но таким наполненным, будто он вложил в это имя всё, что чувствовал в этот момент. Эндрю, словно отвечая, ещё крепче прижал его к себе. Его губы нашли шею Ната, оставляя поцелуи, которые тонули в горячей коже, и с каждым движением его темп становился чуть более настойчивым. Казалось, каждый миг они становились ближе, глубже погружаясь в этот вихрь, где уже не существовало ничего, кроме их двоих. Нат, потерявшись в собственных эмоциях, позволял себе быть уязвимым, отдаваясь этому моменту полностью. Его тело говорило больше, чем слова: каждая дрожь, каждый вдох становился громче, смешиваясь с тяжёлым дыханием Эндрю, пока они оба не потеряли счёт времени. Когда их движения стали с каждым моментом всё более слаженными, когда их тела уже не пытались контролировать друг друга, а сливались в едином порыве, Натаниэль почувствовал, как его сознание ускользает в темноту, оставляя лишь огненные ощущения, бушующие внутри. Эндрю, чувствуя это, прижал его к себе сильнее, его руки крепко обвили талию Ната, заставляя вздохнуть, имя рыжего сорвалось с губ в каком-то почти беспомощном стоне. Это был момент, когда они оба словно затаили дыхание, растворяясь друг в друге. И вот, когда их тела нашли свою последнюю гармонию, Эндрю, с низким и едва слышимым рычанием, завершил их танец страсти. Всё вокруг словно замерло на мгновение. Натаниэль прижался к нему, ощущая, как их сердца бьются в одном ритме, а тело было охвачено огнём, не давая ему ни малейшего шанса на восстановление. Оба вдыхали друг друга, забыв о времени, полностью поглощённые этой бурей. В тишине, которая пришла после, они остались неподвижными, лишь тяжёлое дыхание всё ещё эхом разносилось по комнате, а их тела продолжали ощущать друг друга — каждое прикосновение, каждый взгляд был как обещание. Утром Натаниэль открыл глаза и плавно потянулся, чувствуя, как лёгкая боль в мышцах напоминает о самой сумасшедшей ночи в его жизни. Каждое его движение напоминало о том, что его тело было не таким, каким оно являлось в настоящий момент - и, хотя процесс принёс некоторую боль, в этом и был скрытый контраст наслаждения.. Он глубоко вдохнул и, медленно сев на кровати, бросил взгляд туда, где Эндрю засыпал рядом с ним. Там было пусто. Только мятые простыни, чуть съехавши с матраса, свидетельствовали о том, что кто-то был в этих постелях, но теперь не было ни следа. — Ну конечно, на что ты рассчитывал, Нат? — прошептал парень, чувствуя, как неприятная тяжесть сжала грудь. В голове метались мысли, не давая покоя. Где Эндрю? Почему он исчез? Всё ли было так, как он думал? Словно ожидая ответов, Натаниэль откинул одеяло и, немного прихрамывая, направился на кухню. Он не сразу заметил, как тот, кто беспокоил его больше, чем сама ночная выходка, следил за каждым движением Ната. Блондин стоял у кофемашины, лениво наблюдая за рыжим парнем, его глаза были мягкими, но полными напряжённой внимательности. С утра Натаниэль казался ещё более очаровательным, и он сам не мог бы простить себе, если бы упустил этого парня. Натаниэль поднял взгляд и остановился, внутренне стиснув челюсть. Смесь облегчения и непонимания отразилась на его лице, а Эндрю, заметив это, не сдержал улыбки. — Я думал, ты уже ускользнул, — Нат попытался придать своему голосу более небрежный оттенок, садясь на стул у барной стойки. Эндрю медленно подошёл к нему, его шаги были уверенные и расслабленные. Он подцепил подбородок Ната, аккуратно поднял его лицо, заставив смотреть себе в глаза. В его взгляде было что-то неподдельное — неигривое, но полное силы. — А ты так этого хочешь? — тихий и низкий голос Эндрю заставил сердце Ната застучать быстрее, словно оно вдруг решило вырваться наружу. — Нет, — выдохнул Нат, тяжело сглотнув. Ответ пришёл с трудом, будто его губы не могли произнести то, что он действительно чувствовал. — Тогда ты надолго со мной застрял, — прошептал Эндрю, и его слова, словно прикосновение, проникли в самую душу. — Я не собираюсь тебя отпускать. С этими словами он наклонился и поцеловал Ната. Это был нежный поцелуй, раскрывающий все чувства, которые они скрывали друг от друга. Натаниэль, наконец, отдался этим чувствам, обвив шею Эндрю руками и аккуратно перебирая светлые пряди. Эндрю поднял его на руки, легко и уверенно, не давая Нату опомниться, и понёс в сторону спальни. Тот, смеясь, не смог удержаться: — Ты сумасшедший. — Ты первый уронил меня в лужу, так что не жалуйся, — отозвался Эндрю, рассмеявшись вместе с ним. Их смех наполнил пространство, когда Эндрю осторожно опустил Ната на кровать, а сам лег рядом, как будто все предыдущие моменты и слова потеряли значение. В этой тишине, полной взаимного понимания, они остались в объятиях друг друга. Натаниэль медленно прикрыл глаза, чувствуя, как его дыхание выравнивается, как успокаивается сердце, которое так бешено билось ещё совсем недавно. Он не мог найти слов, чтобы выразить всё, что творилось в его груди. И, возможно, именно в этом и была суть — их молчание говорило гораздо больше, чем любые слова. Эндрю аккуратно провел пальцами по его руке, ощущая, как тот расслабляется, оставляя себя в этом моменте, в их мире. Он не спешил, не торопился, зная, что у них полно времени и всё самое важное, уже здесь. В их взглядах не было ничего лишнего — только тихая уверенность в том, что они нашли друг друга в этом безбрежном мире. Нат чуть приоткрыл глаза, ловя взгляд Эндрю, и в этот момент оба поняли: их отношения не требовали подтверждений, не нуждались в объяснениях. Всё было на своих местах. — Ты не должен уходить, — прошептал Нат, не думая о будущем, давая себе разрешение остаться в этом моменте. Эндрю улыбнулся, его лицо стало мягким, почти нежным. Он провел рукой по волосам Ната, как будто успокаивая парня, его пальцы скользили по коже, оставляя за собой тёплые следы. — Я никуда не ухожу, — ответил он тихо, и его слова стали как обещание, которого было достаточно, чтобы Нату не хотелось ничего больше, кроме как оставаться в этих объятиях. Так, под мягким светом утра, они молча лежали рядом, обнявшись, в тишине, которая говорила больше слов. И, возможно, это было их единственное настоящее — не в словах, не в действиях, а в этом тихом, непрерывном присутствии друг друга. И этот момент, как и их встреча, был без начала и конца.