Amorous strike

      Чонин откинулся на кресле и прикрыл глаза. Он устал. За день было столько забот, что и пообедать не успел. Сначала водил две свои группы в галерею на выставку импрессионистов, потом принимал экзамен ещё у двух групп первого и второго курса. А после заполнял электронные журналы, проверял презентации выпускного курса. И только сейчас заметил, что уже почти пять часов вечера. Скоро нужно будет забрать Чимина с тренировки, и ужин дома не готов. На краю сознания отметил щёлкнувший замок.       — Можно?       В кабинет вошел Хёнджин и прошёл ближе к его столу. Взгляд скользнул по его рубашке и короткой прическе.       — Входи. Новый образ тебе очень идёт. Не жалко было постригаться? — устало спросил Ян.       — Нет, — улыбнулся младший. — Я подумал и решил, что ты абсолютно прав. Мне нужно стать более взрослым и серьёзным.       — Не стоило. Я тебя не принуждал, — пробормотал Чонин, снова прикрывая глаза.       — Но я и сам этого хочу. — послышалось несколько шагов, нос учуял приятный шипровый аромат его парфюма. — Устал?       — Да. И мне нужно уже бежать. Наверное, придётся вызвать такси.       На его плечи опустились ладони Хвана, огладили до шеи, вернулись назад, немного сминая пальцами, что даже через ткань рубашки чувствовались так хорошо. Теплые мурашки побежали по спине, странное томление окутало всё тело. Вдруг его горячее дыхание обожгло кожу за ухом, губы легонько коснулись краешка уха, которое тут же покраснело.       — И зачем такси, если я могу отвезти тебя туда, куда только пожелаешь! — тихо на грани слышимости проговорил Хёнджин.       — Мне нужно забрать Чимина с тренировки. Ты правда можешь помочь? — спросил Чонин.       — Хён, ты во всём можешь на меня положиться. Я хочу, чтобы ты доверял мне, как я доверяю тебе.       — Ты меня совсем не знаешь. Но у нас впереди много времени для этого.       — Поехали? — напомнил Хван.       — Да, точно, — кивнул Ян, — только закрыть всё нужно. И поспешить, потому что ужин ещё готовить.       Хёнджин помог ему закрыть кабинет и проводил до своей машины. Чонин сел в авто и пристегнулся, расслабляясь на переднем сидении. Была приятна забота младшего. Вроде так просто: лёгкий массаж, предложение подвести, нотки нежности в голосе. Так давно этого не было в жизни. Да, наверное, никогда не было. С Чиён всё было так легко и там не шла речь про серьёзность или какие-то глубокие чувства. Но Хёнджин давал ему столько всего другого. То, что есть между ними, очень крепкое, несмотря на то, что прошло лишь несколько дней.       Хёнджин перестраивался ради него. В нём чувствовалась такая спокойная сила. А уж смена имиджа достойна отдельного восхищения. Было приятно осознавать, что такой парень, как Хван Хёнджин, способен вот на такие метаморфозы ради него. И сейчас, пожертвовав своим временем, везёт его за сыном. А Чимин так обрадовался неожиданному гостю, что кинулся обниматься. Странно, Чонин раньше такого за ним вообще не наблюдал. Обычно сын холодно относился к новым знакомым, а тут прям сама доброта. И Хёнджин отвечал тем же. Весь путь двое младших весело переговаривались и Чонин немного отвлёкся. И не сразу понял, что направляются они совсем не к дому. Очнулся, только когда машина остановилась на парковке напротив входа в ресторан.       — Хёнджин, что это значит? — протянул Ин.       — Ну, ты же сказал, что не успеваешь приготовить ужин, — улыбнулся Хван. — Не беспокойся, хён. Мы просто поужинаем, как друзья.       — Но это дорогой ресторан…       — Прекрати. Мне хватит средств, чтобы вас угостить. Пойдём. Чимина, ты будешь стейк или грудиночку на гриле?       — Грудиночкуууу! — воскликнул мальчик, выскакивая из машины вслед за Хваном.       Вот чёрт! Их с поклонами проводили за столик с прекрасным видом на набережную реки Хан, подали меню. Стараясь не смотреть на цены, Чонин сделал заказ для себя и сына.       — Расслабься, хён, это просто ужин, — прошептал младший. — Здесь же нет ничего такого. ____________________________       Крис стоял у бара и сосредоточенно смотрел перед собой. Там — за угловым столиком ресторана — сидел младший сын его начальника. Что здесь делает Хёнджин? Да ещё и в странной компании: какой-то молодой мужчина лет тридцати и мальчик лет семи-восьми. Что это значит? Уверенными шагами Бан пересёк зал, миновав галерею столиков, остановившись прямо около младшего Хвана. Тот поспешно промокнул рот полотняной салфеткой и поднялся со своего места.       — Хён, добрый вечер. Вы здесь с отцом? — напрягшись, уточнил Хёнджин.       — Привет. Можешь расслабиться, я ужинаю со старшим братом и невесткой, — усмехнулся Крис. — Не представишь своих спутников?       — Да, конечно! Я совсем туплю. Это Ян Чонин — мой преподаватель и замечательный отец этого молодого человека по имени Чимин.       — Тебя сегодня ждал отец в офисе.       — Я поздно закончил в библиотеке, а после предпочёл пообедать в приятной компании, исключая скучные документы, — протянул Хван младший.       — Мы позже поговорим, Хёнджин. Приятного вечера!       Крис вернулся за столик к брату. Мысли не оставляли его. Он всё думал и думал. После ужина, пол ночи и на следующее утро. Слишком кардинально Джин поменял образ. И, увидев его преподавателя, теперь Крис понимал из-за кого именно. Это всё слишком очевидно. И то, как парень улыбался своему спутнику. Неужели младший влюбился? Причем влюбился настолько сильно, что пошёл на такие экстренные меры. Похоже на этот раз все серьёзно, потому что этот самовлюблённый мальчик раньше только заботился о том, сколько девочек поимел, а сейчас отстриг длинные волосы, которыми гордился, и променял вечно рваные обтягивающие джинсы на классический образ.       Стоит ли сообщить его отцу? Или не нужно беспокоить его? Может, это просто очередное увлечение и не больше? Но уж слишком серьёзное в этот раз. Приняв решение, все-таки позвонил Хёнвону.       — Господин Хван, у меня есть к вам серьёзный разговор по поводу вашего сына, — сказал Крис.       — Ты прям читаешь мои мысли, — серьёзно произнес старший.       — Я про изменения в поведении Хёнджина, про смену его образа.       — А также про огромные траты. Вчера в галерее он купил картину за сорок тысяч. Я хочу попросить тебя собрать досье на причину этих изменений, поскольку мне это уж не нравится.       — Я вас понял, господин. Вплотную займусь этим с понедельника. Меня прикроет Ёнвон, — сказал Бан.       — Я полагаюсь на тебя, Крис. _________________________       — Ну, я пойду, хён. Уже так поздно, — грустно сказал Хёнджин, поднимаясь с места.       — Подожди, — остановил его Чонин, вставая рядом. — Чимин уже спит, и я хотел поговорить.       — Да, конечно. Спрашивай, я на всё отвечу.       — Пойдём в спальню. Тут не совсем уместно.       Удивился странной просьбе, но всё равно пошёл за ним. Старший увёл его в свою спальню и сел на краешек постели, приглашая его присоединиться, что в конечном итоге Джин и сделал. Было заметно, как Чонин нервничал. Перебирал пальцами ткань брюк.       — Тебе нужно немного успокоиться. Я же не съем тебя. Если тебе неудобно, то мы можем перенести этот разговор на более позднее время. Если ты, конечно, не задумал послать меня, — тихо произнес Джин.       — Нет-нет! — возразил Ян. — Наоборот, я хотел бы попросить прикоснуться ко мне. Было так приятно, когда ты разминал мои плечи там в аудитории.       — Ты уверен, что действительно хочешь?       — А ты нет? Я… прости, я не должен был.       — Нет, должен был, — уверенно сказал Хван. — И я хочу тебя коснуться. Ты позволишь мне кое-что показать?       — Для этого и позвал тебя, — еле слышно сказал Чонин.       — Тогда доверься мне… закрой глаза.       Хёнджин удостоверился, что старший смежил веки, после чего поднялся на ноги и присел на колени между разведенных ног Чонина. Взял руку старшего, расстегнул манжету, обнажая хрупкое запястье, поднёс ко рту и припал губами к нежной бархатистой коже, украшенной венками, лизнул языком, задирая выше, прошелся цепочкой поцелуев почти до локтя. Затем то же самое проделал и со второй рукой, обнажая предплечья, прихватывая губами кожу, немного массируя пальцами. Первый стон слетел с его губ, такой тихий, будто приснился.       Огладил его торс через рубашку от шеи до талии — по груди, поджавшемуся животу — пока не достиг ремня на его брюках. Потянул кончик, вытаскивая из шлевок, расстегнул пуговицу, затем молнию, поглаживая сквозь тонкую ткань затвердевший орган. Внезапно Чонин открыл глаза и перехватил его руку.       — Что ты делаешь, Хёнджин? — хрипло произнес старший.       — Хочу сделать тебе приятно, хён. Или тебе не нравится? — уточнил Джин. — Просто скажи, если не чувствуешь наслаждения.       — Нет-нет! Мне так приятно! Просто ещё никто… никто не делал для меня такого.       — Просто откинься немного и получай удовольствие. Обещаю, что не сделаю тебе плохо. Касайся меня, я разрешаю тебе всё…       Чонин осторожно кивнул и скользнул ладонью по его плечу. Хёнджин вернулся к первоначальному плану. Смело вытащил чуть опавший член, сжимая пальцами. Наклонился ниже, слизывая соленую капельку выступившей смазки, после чего решительно обхватил головку губами, спустился ниже по стволу. Двигался так медленно, вдыхая через нос, облизывал язычком внутри, дразня уздечку. Из-за чего почувствовал усилившуюся хватку чужих пальцев на своём плече, услышал протяжный стон. Сосал жёстче, доставая до глотки. Сам возбудился не на шутку. Хотелось нырнуть рукой в собственные боксеры, уделив внимание своей нужде. Но он не посмеет.       Это их первая близость. И Хёнджин не хотел ничего испортить. Даже если все закончится минетом — он не расстроится. Ведь можно потом сходить в ванную комнату и позаботиться о себе. Главное сейчас доставить удовольствие Чонину, чтобы доказать ему то, что он может и главное хочет быть рядом в любом качестве. Конечно, может, Джин и торопится, но у него было огромное желание раздеть его, облизать его, отдаться ему. Он продолжал, работал усердно головой, слушая тихий скулёж и нетерпеливое «ещё», что так страстно отдавалось в любящем сердце.