(Не) правильная омега

— От тебя вкусно пахнет, — смущенно признался Дима, изучающе внюхиваясь в запах альфы в местечке между шеей и плечом. Вася терпеливо позволял ему это, вальяжно откинувшись на спинку дивана и нежно поглаживая свою омегу по спине и ягодицам. Тяжесть Димы на коленях ощущалась даже приятно. Парень был теплым, мягким и тоже весьма вкусно пахнувшим. Слегка наклонившись вперед, мужчина вкопался носом в его волосы, вдыхая сладковатый аромат цветущей и готовой к активному гону омеги. Видимо, Дима совсем перестал сдерживать себя, позволяя своему запаху распространиться по квартире. — Мой родной, ты тоже обалденно пахнешь. Знаешь, как новая тачка. — Как тачка? — удивился Масленников, даже на миг оторвавшись от изучения шеи партнера, чтобы с недоумением взглянуть ему в лицо. — Так и хочется тебя объездить, — слегка посмеявшись от растерянного лица Димки, пояснил Вася. — Но и быть нежным, чтобы не навредить такой красоте. Увидев на лице Димы смущенное понимание, Вася улыбнулся и вновь притянул его к себе, но только так, чтобы можно было легко коснуться губ, в затем и шеи омеги губами, оставить на бьющейся от усилившегося сердцебиения жилке пару горячих поцелуев, слегка прихватить зубами, но только на чуть-чуть, чтобы не было больно. Руками обхватив бока Димы, Вася поудобнее умостил его на своих коленях, проник ладонями под одежду, чтобы нежно огладить каждый сантиметр горячей кожи, успокоить, расслабить напряженные мышцы. Губы тем временем коснулись ключиц и, задержавшись на этом участке, пару раз проделали путь от линии подбородка и обратно. Тихие вздохи со стороны Масленникова придавали уверенности. — Кажется, на нас до сих пор много одежды, да? — поинтересовался шепотом Вася, когда спустя пару минуток нежных поглаживаний и поцелуев поймал невероятно поплывший и разомлевший взгляд Димы. Тот что-то утвердительно кивнул и тут же принялся за одежду партнера, стараясь дрожащими в нетерпении пальцами расстегнуть на нем пуговицы рубашки. Вася одобрил эти действия омеги поцелуем во влажный висок и в свою очередь принялся за его одежду, а именно за штаны. Запустив под влажноватую от естественных выделений ткань обе ладони, мужчина медленно потянул ее вниз. — Да… нгх! — тут же встрепенулся Дима, чье тело мгновенно обуяла нетерпеливая дрожь. Каким-то чудом сумев расстегнуть рубашку автоблогера, Масленников сам прильнул губами к его груди, желая тоже не только получать ласку, но и дарить ее в ответ. — О, — низко выдохнул Вася, когда стянув штаны Димы до его колен, обнаружил, как все трусы омеги были мокрыми от обильно выступавшей смазки. — Мой хороший! — пробормотал он и аккуратно провел пальцем по влажной ложбинке между ягодицами прямо сквозь ткань нижнего белья, с улыбкой подмечая, как партнер податливо тянется за прикосновением. — Ты весь уже течешь в нетерпении… А я ещё медлю… Ничего сейчас мы это исправим… Потерпи ещё немножечко, мой хороший. И я нежно возьму тебя в твою текущую дырочку. Ты ведь хочешь этого? — Да, — тут же тихо отозвался Дима и в подтверждении своих слов качнул бедра назад, чтобы ощутить как палец альфы слегка надавливает на вход. — Ммм… да, х-хочу! — Умница, — довольно протянул Василий и, не вынуждая партнера долго ждать, окончательно стянул с него трусы. Взгляду альфы открылся вид на крепкие и упругие половинки, которые так хотелось смять в руках, что, впрочем, мужчина и сделал, начиная разминать ягодицы Димы ладонями и не забывая касаться манящей дырочки посередине пальцами. Вдоволь насладившись мягкими полушариями, мужчина перешел к более активным действиям, с нажимом проведя указательным пальцем по рефлекторно сжавшемуся влажному анусу. Дима крупно вздрогнул, когда мужчина на пробу толкнулся на одну фалангу внутрь. Его пальцы тут же судорожно сжались на плечах партнера, но также быстро и отпустили потревоженную кожу. — Извини, — тихо и виновато пробормотал Масленников, и Вася почувствовал как уже его ладони нервно, но мягко пробежались по его спине и плечам, будто извиняясь за несдержанную реакцию и принесенную мимолетную боль. — Всё хорошо, — шепнул в ответ мужчина и, вновь чмокнув омегу в висок, в свою очередь положил на его спину ладонь, чтобы ближе прижать к себе. Слегка покружив кончиком пальца в анусе Димы, Вася вытянул его наружу и, набрав побольше белесой жидкости в ложбинке между ягодиц партнера, решительно, но аккуратно под тихий сладкий вздох со стороны Масленникова ввел палец уже до конца. — Хорошо? — поинтересовался мужчина, когда спустя пару минут аккуратных поступательных движений так и не дождался от Димы каких-либо одобрений или протестов. Парень вообще не двигался в его руках, лишь сильно взмок и иногда чуть сжимал рубашку на плечах партнера подрагивающими пальцами. Масленников чуть кивнул и всё же совершил небольшое движение: положил голову на подставленное плечо, ткнувшись носом в горячую шею Васи своим прохладным носом. И вновь затих, лишь иногда с тихим вздохом выдыхая не через нос, а через рот. Вася тем временем уже вовсю орудовал в доверчиво предоставленной ему попке двумя пальцами, подготавливал горячие стеночки к принятию третьего, а то и четвертого гостя. Когда и те уже свободно скользили внутри, заставляя дырочку издавать весьма возбуждающие хлюпающие звуки, Василий решил, что пора. В последний раз глубоко втолкнув пальцы внутрь, мужчина слегка прокрутил их, специально задевая набухший узелочек нервов внутри, и, все-таки услышав от вновь вздрогнувшего Димы тихое и неуверенное «Ох!», вытащил их. Свободной рукой слегка развернул голову омеги к себе за подбородок, смял податливые суховатые губы парня в долгом, успокаивающем поцелуе. Ладонями подхватил партнера под бедра, вынуждая его рефлекторно схватиться за свои плечи, чтобы в следующий момент можно было легко поднять Диму на руки и, сделав несколько тяжелых шагов по направлении спальной комнаты, мягко опрокинуть его на прохладные простыни кровати. Нависнуть сверху, не прерывая поцелуя, практически лечь на омегу, тем самым предоставляя ему возможность почувствовать себя защищенным рядом с собой. Провести теплыми ладонями по горячей коже спины, погладить, расслабить отвердевшие от напряжения мышцы, спуститься ниже, пройтись по бедрам, окончательно стянув ненужные сейчас тряпки на пол, чуть потянуть наверх, чтобы заставить Диму крепче обхватить себя за пояс ногами. Притереться своим возбуждением о влажную, растраханную пальцами дырочку, слегка надавить… Дима не сопротивлялся, но и особой активности тоже не проявлял. Когда его тело коснулось простыни, а затем тяжелое, но, о боже, так одурманивающе пахнувшее вожделенным самцом тело навалилось сверху, парень почувствовал как становится тяжело дышать. Сердце быстро-быстро забилось в грудной клетке, а вся решимость, напротив, куда-то вдруг испарилась, заставляя переживать. «Будет больно», — отдалось где-то в подкорке, и Дима неосознанно задрожал в ожидании всего наихудшего. Но Вася был так непривычно заботлив, нежен и осторожен с ним, он так старался, чего стоил только переход с гостиной в спальню, что парень не позволил себе как-либо показывать ему, что все не хорошо. Ну, как не хорошо? Просто Дима забыл предупредить сразу, а потом как-то было уже неловко, что омега из него ещё более никудышная, чем казалось в начале. Ну не мог он полностью расслабляться и погружаться в необходимое состояние беспамятства, как делали остальные представители данного вторичного пола. Возможно, виной всему был его разум, всегда грузивший своего хозяина следственно-причинными связями или ещё что, но Дима просто физически не мог заставить себя вести себя спокойно и расслабленно и не думать о том, как же глупо он наверняка выглядит сейчас. Ведь парень понимал, что совсем не походит на остальных омег. Особенно в области телосложения. С таким внешним видом, по мнению, сука, всех, он должен бы быть альфой… Но чего нет, как говорится, того нет. Не смотря на внешнее, внутреннее составляющее у Димы было вовсе не альфовским, а более чем мягким и нежным, ранимым, но вот, жаль, демонстрировать это было некому, да и как-то стыдно, неправильно, что ли… Даже сейчас хотелось не строить из себя спокойного героя, а прижаться к заботливой альфе, поластиться, попросить ещё немного ласки. Правда Васе Масленников бы в этих переживаниях уж точно не признался. Ведь как считал Дима, это было бы полнейшим свинством с его стороны. «Смотри какие мы нежные! Он так старается, а ты!.. Не можешь даже немного потерпеть, — услужливо подкидывал внутренний голос, заставляя уши стыдливо пунцоветь. «Будь благодарен, что кто-то обратил на тебя внимание и сейчас тратит свое время и силы, работая за двоих. Да и не ври, что этого не хочешь. Всего аж трясет в нетерпении быть кем-то помеченным". Поэтому вместо того, чтобы ныть или как-то привлекать внимание к своему внутреннему состоянию парень зажмурился и сжал в пальцах простынь, если что готовясь на ней срывать все свои эмоции. Получить крепкий, горячий член между ног — желание номер один для омеги в течке. Дима, как бы ему не хотелось в этом признаваться, тоже не был исключением. Правда с партнерами ему до Васи совершенно не везло. Из-за неудачного внешнего вида для омеги мужчины-альфы просто не обращали на него внимания, а девушки, по весьма понятной причине, не могли ему ничем помочь. Кроме, разве что, Полины, которой, несмотря на некоторые события, Дима был сердечно за всё благодарен. Ведь она искренне стремилась помочь, подоминировать, а потом ещё и честно призналась в причине разрыва отношений, не стала играть комедию по типу: "мол, дело не в тебе"... Вася был первым альфой, заставшим Диму поверить, что и у него есть шанс на нормальное омежье счастье, в виде надежного, понимающего партнера. И Масленников не хотел его подводить, довольствуясь тем уровнем внимания от альфы, который тот хотел ему дать, тот уровень, что был справедливо заслужен. И вот шуршание одежды, затем и простыни. Вася снова наваливается сверху и томно шепчет на ухо, согревая кожу горячим дыханием: — Готов, родной? Конечно, Дима совершенно не готов, но всё равно снова едва заметно кивает, позволяя мужчине вновь поцеловать себя и слегка поменять свое положение, а именно, повинуясь движениям сильных рук, подтянуть раздвинутые широко ноги ближе к груди. — Умница, — снова прошелестел Вася и, накрыв губы Димы своими, еще раз притерся головкой своего немаленького органа к входу, улавливая сладкую, нетерпеливую дрожь омеги. Пробный толчок. Дима поспешно закусывает губу, так как, черт, это действительно очень больно. Аж до мгновенно выступивших на глазах слез. Пальцы судорожно вцепились в тонкую ткань, сжимая ее едва ли не до треска. — Тшшш, потерпи немного, лисёнок, — видя состояние любовника, нежно зашептал тогда Вася, поглаживая подрагивающее тело. И видимо это немного сработало, так как через пару тихих вздохов, Дима сумел даже заговорить. — Лисенок? — удивленно и хрипло пробормотал он. Иногда очаровательно-ласковая болтовня Васи откровенно вводила его в ступор. — Ага. Лисёнок, хитрющий такой, пронырливый. — Вася улыбнулся, почувствовав, что партнер сумел все-таки отвлечься от неприятных ощущений внутри. Придерживая парня за бедро, он чуть сильнее отвел его ногу в сторону и плавно толкнулся глубже, вынуждая задумавшегося Диму несдержанно всхлипнуть. «Пронырливый?» — несколько непонимающе повторил Масленников какое-то неприятное слово. Естественно Василий вряд ли хотел его задеть, ведь входило оно в состав необидных, даже наоборот, но все равно от этого остался какой-то непонятный осадочек. Правда задуматься над этими ощущениями у Димы не было времени, так как боль в анусе никуда не делась и своей пульсацией настойчиво давала о себе знать. Оно и логично… первый раз всё-таки. Плавный толчок, хотя казалось куда ещё глубже?! Дима сильнее прикусывает губы и жмурится. Больно. Но он должен держаться, ведь такого поведения от него, вероятно, ожидают. — Всё пройдет, всё скоро пройдет, — ласково лопочет Василий. Его шепот внезапно щекочет ухо, вынуждая Диму вздрогнуть. — Дыши, родной, дыши… Ты узенький совсем, поэтому и больно. Отпусти себя, позволь своему телу расслабиться. Тебе сразу станет легче. Большая, горячая ладонь зарывается в волосы, нежно и ласково поглаживает. Чужие губы вновь начинают порхать по коже, оставляя легкие поцелуи на лице, шее, плечах. И Дима действительно чувствует, как ему становится легче. Чтобы не заставлять своего партнера ждать, он судорожно вздыхает и на пробу качает бедрами ему навстречу. Анус вспыхивает новой вспышкой режущей боли, но Дима, сжав зубы, пытается игнорировать это, повторяя это действие снова и снова, пока Вася не останавливает его, улегшись сверху и слегка придавив своим телом. — Подожди, не спеши, — поймав напряженный взгляд Масленникова, прояснил Вася и, перед тем, как продолжить поцеловал его, будто бы желая тем самым приободрить и успокоить. — Давай пока на этом остановимся.