Клубника и Сигареты

— Ты просто сейчас умрёшь! — Я почувствовал, как чья-то пятая точка приземлилась на кровать рядом с моим лицом. — Да, Клаус, — недовольно пробурчал я, — если ты ещё хоть раз так сядешь, ты точно меня раздавишь, и я умру. Мой брат покосился на меня с некоторым удивлением, как будто сам он об этом не догадывался. — Ну ты как всегда, номер Пять. Ты вообще понимаешь хотя бы, что произошло? Что я только что узнал? — с особым акцентом добавил он и улыбнулся. Я нахмурился: — Видимо, сейчас ты мне расскажешь. — А ты хочешь? — Клаус, единственное, что я сейчас хочу — это чтобы ты убрал свою тощую задницу от моего лица. Тот покачал из стороны в сторону: — А ты, я смотрю, любишь на чужие задницы заглядываться? С чего ты взял, что она у меня тощая? Может, я её каждый день качаю. Я закатил глаза: — И язык ты свой каждый день качаешь. Ближе к делу. Пару секунду в комнате было всё ещё тихо. Я наконец нашел в себе силы подняться на локте и улечься на кровати чуть более удобно. После вчерашних событий моя голова раскалывалась, я чувствовал себя так, будто перепил, но не мог же я опьянеть от того неловкого поцелуя с Эйданом. Хотя… что-то мне подсказывало, что мог. — Ты в курсе, что Эйдан вчера не провёл эту свою девушку домой? — Она не его девушка, — тут же инстинктивно поправил Клауса я и заставил себя замолчать. — А ты откуда знаешь? Вот она мне сказала, что они встречаются. — А ты нашёл себе идеального собеседника по интеллекту. Зачем ты вообще с ней говорил? Четвёрка смутился, но затем продолжил, как ни в чём не бывало: — Потому что она сюда пришла, и она думала, что Эйдан с тобой. Эта фраза заставила меня громко закашляться. Когда другие люди вспоминали Эйдана, это было совсем не то же самое, как когда его вспоминал я, и почему-то мне от этого становилось стыдно. — Со мной? Почему со мной? — Я задал ей тот же вопрос, и угадай, что? — Клаус поглядел на меня с таким выражением лица, которое можно было описать только фразой «я всё знаю». — Я, блин, не представляю, — чуть нервно ответил я и прикусил нижнюю губу, стараясь избежать того, чтобы смотреть на своего брата. — Она считает, что вы с ним стали чуть ли не лучшими товарищами, значит, ты провёл его домой. — Как это вообще связано между собой? — Не поверишь, я подумал точно так же. — Подумал? Удивительно. Ты прямо не перестаешь меня сегодня шокировать. — Я стараюсь. Так вот, я сначала тоже так посчитал, но потом я вспомнил, что вчера ты вернулся в отель очень поздно, и я как-то всё это приплюсовал… Я перебил его: — С математикой у тебя всегда было плохо. Неужели ты в самом деле подумал, что то, что я вернулся домой поздно, это знак того, что я провожал этого идиота? Мне надо было увести его от этой темы как можно скорее, потому что, если бы он в самом деле начал проводить своё расследование, он бы смог опровергнуть меня на раз два. — Представь себе. Чем ещё ты мог заниматься? — Может быть… может быть, я просто хотел найти тебя. — Ты? Меня? Я бы скорее поверил, что ты возрадовался тому, что я потерялся. — А вот и нет, — я покачал головой из стороны в сторону. — Я вообще-то за тебя жутко перепугался, ты где был? Клаус пожал плечами: — Да так, решил прогуляться. В разных местах был, много чего видел. — Чего, например? Он улыбнулся так, как улыбался только в детстве, когда затевал что-то, не совсем разрешённое отцом: — А это ты мне скажи.