Дождь.

      Комната Ники напоминала поле битвы после урагана. Вещи были разбросаны повсюду: кучи одежды на кровати, книги, рассыпанные на полу, кабели от электроники путались под ногами. В центре этого хаоса стоял сам Ники, сосредоточенно упаковывая свои вещи в большой чемодан. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах мелькало волнение, смешанное с толикой печали.       Переезд в Корею – решение, которое он принимал долго и тщательно. Япония, его родной дом, оставалась за спиной. Здесь прошли все его детские годы, здесь были его друзья, его воспоминания, запечатленные в каждом уголке этой комнаты. Но будущее манит его за границу, за море, в неизвестность.       Аккуратно складывая одежду, он натыкался на знакомые предметы, вызывающие прилив ностальгии: потрепанная книга стихов, любимая чашка, на которой небрежно нарисован котик, старая фотокамера отца, которую он бережно хранил и иногда брал с собой на прогулки. Каждый предмет — кусочек его жизни в Японии, кусочек, который он бережно упаковывал и увозил с собой.       В один из отсеков он укладывал фотографические принадлежности: объективы, штативы, фильтры. Фотография — его страсть, его способ выражения, и он надеялся, что в Корее его творческий потенциал расцветет с новой силой.       Закончив укладку вещей, Ники оглядел комнату. Она пустела на его глазах, словно выцветала фотография, которую долго держали на солнце. С одной стороны, его охватывало чувство легкости и ожидания, а с другой — грустная тоска по всему тому, что он оставляет позади.              Он глубоко вздохнул, прикоснулся к поверхности стола, прощаясь с каждым предметом, с каждым воспоминанием. Завтра он отправится в новую жизнь, в неизвестность, наполненную надеждой и волнением. И хотя в его сердце есть печаль расставания, он знает, что это не просто переезд, а переход на новый уровень, на новый этап своей жизни. И он готов встретить его.       Воздух в гостиной был густым от невысказанных слов и сдерживаемой грусти. Ники стоял посреди комнаты, окруженный семьей: мама, папа и младшая сестра. Все они казались немного бледнее обычного, словно их общий цвет выцвел от предстоящего расставания.       Мама крепко обняла его, тихо шепча на ухо слова поддержки и напутствия. Ее руки были теплой и знакомой утешительной гаванью, в которой он всегда находил укрытие. Сейчас этот утес медленно удалялся, но тепло ее рук он заберет с собой.       Папа, обычно сдержанный и молчаливый, положил руку ему на плечо, сжав его в немом жесте поддержки. Его глаза, обычно строгие и наблюдательные, были наполнены тихой гордостью и нескрываемым волнением. Без слов он передал Ники всю свою любовь и благословение.       Его младшая сестра обняла его крепко-крепко, словно пытаясь впитать в себя все тепло своего старшего брата. Шепот ее прощания был перемешан с шуточками, но в них слышались и слова любви, и обещание частых видеозвонков.       Ники чувствовал, как слёзы наворачиваются и на его глаза. Было больно расставаться с ними, с его домом, с его семьей. Но он знал, что это не прощание навсегда. Он обещал часто приезжать в Японию, он обещал всегда быть на связи. Он обещал хранить в своем сердце тепло их любви.       Он обнял их еще раз, крепко и долго, впитывая в себя их тепло и поддержку. Это был тихий, негромкий, но очень значимый ритуал прощания, пропитанный любовью и надеждой. И хотя слезы жалобно провожали его из родительского дома, в сердце Ники было уверенность в том, что их связь никогда не прервется.

───

      Ревущие двигатели самолета были лишь фоном для бури эмоций, бушевавшей внутри Ники. За иллюминатором проплывали огни Токио, быстро сменяясь темной бездной ночного неба. В кармане куртки лежал потертый блокнот, заполненный зарисовками и набросками – его визуальный дневник, полный меланхоличных пейзажей и эскизов мест, которые он надеялся увидеть в Корее.       Этот переезд – кульминация долгих месяцев планирования и тайной надежды. Университет фотографии в Сеуле – осуществление давней мечты, но это была не единственная причина. Он ехал ближе к своему соулмейту, к тому, кто жил в его сердце, но оставался невидимым для всех остальных.       Они никогда не встречались лично, но их связь была невероятно сильной, как невидимая нить, тянувшаяся через океан. Не слова, а чувства соединяли их – совпадения, знаки, синхронность – все говорило о том, что они предназначены друг для друга.       Эта тайна придавала перелету особую интригу. Каждый час полёта приближал его к разгадке, к возможности наконец-то увидеть того, кого он знал лишь по интуиции и неким таинственным знакам судьбы.       Он представлял их встречу, но не смел допускать мысли о неудаче. Мысль о том, что он может так и не найти своего соулмейта в бурлящем городе, была болезненной, но он отгонял ее, сосредоточившись на надежде.       Когда самолет начал снижение, Ники прикоснулся к холодному металлу илюминатора. За ним раскинулся Сеул, город миллионов людей, среди которых находился и его соулмейт. Он знал это точно, как знал, что скоро их пути наконец-то сойдутся. На этом континенте, в этом городе, его долгое одиночество, наконец, должно закончиться. Завтра начнется новая глава, и он готов встретить её.       Сердце Ники колотилось, словно бешеная птица, запертая в грудной клетке. Столько лет. Столько лет виртуальных разговоров, бесконечных сообщений, совпадений, которые казались слишком невероятными, чтобы быть случайностью. Столько лет, чтобы построить в своем воображении образ человека, которого он никогда не видел. И вот, наконец, он здесь, на пороге их первой реальной встречи.       Руки потели, пальцы неуклюже сжимали затертый уголок блокнота с зарисовками. За каждым наброском — фрагмент их виртуальной жизни, каждая линия — отголосок общих шуток и разговоров до рассвета. Теперь эти зарисовки казались бледными отражениями того, что должно было стать реальностью.       Он проверял содержимое своих карманов в десятый раз за последние пять минут: ключи, телефон, кошелек. Все на месте. Но есть что-то еще, что-то намного важнее — это чувство, это волнение, которое заглушало все остальные мысли.       Воздух сгустился, стал тяжелым от ожидания. Каждая мысль разрывалась на тысячи вопросов: а что, если он разочаруется? А что, если их связь растворится под натиском реальности? Что, если они окажутся совсем не такими, какими представляли друг друга все эти годы?       Но эти мысли быстро сменялись надеждой, светлым и нетерпеливым ожиданием. Надежда на то, что их связь окажется еще сильнее, еще ярче в реальной жизни. Надежда на то, что все совпадения и синхронности не были случайностью, а указателями пути к тому, что было предназначено им судьбой.       Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоить сердцебиение. Сейчас, в эту минуту, волнение смешивалось с нетерпением, страх — с надеждой. И эта сложная смесь эмоций придавала предстоящей встрече особую значимость, делая ее не просто знакомством, а началом чего-то нового, чего-то исключительного.

───

      Подготовка к Дню открытых дверей в Университете моделей и фотографов кипела, словно в огромном муравейнике. Каждый факультет, каждый курс готовил что-то особенное, стремясь привлечь как можно больше абитуриентов.       Студенты Факультета Фотографии подготовили выставку лучших работ – от портретной съёмки до захватывающих пейзажей и динамичных репортажей. Отдельная зона была отведена под интерактивную выставку, где посетители могли попробовать себя в роли фотографов с предоставленным оборудованием. Курс свадебной фотографии организовал фотобудку с профессиональным освещением и реквизитом, а курс fashion-фотографии устроил мини-показ с живой музыкой и фотосессией в реальном времени.       Факультет Моделинга сделал показ мод, естественно, был в центре внимания. Студенты демонстрировали одежду от известных дизайнеров и молодых талантов. Курс дефиле подготовил увлекательное шоу с разными стилями ходьбы и постановкой, а курс актерского мастерства вплел в показ небольшие сценки, включая взаимодействие с фотографами. Также был организован мастер-класс по позам и работе перед камерой.       Факультет компьютерной графики. Они представили виртуальную реальность, где посетители могли очутиться на съемочной площадке и попробовать поработать с виртуальными моделями и редактировать фотографии в режиме реального времени. Выставка цифровых работ была поразительна, от реалистичных 3D-моделей до абстрактных артов.       Группа Сону, состоящая из студентов факультета моделинга и актерского мастерства, подошла к организации своего стенда с необычайной креативностью. Вместо статичной выставки, они представили интерактивный перформанс.       Центральным элементом стал мини-театр, украшенный яркими световыми эффектами. Студенты поочередно представляли короткие сценки, в которых демонстрировали различные актерские и моделинговые навыки. Например, один студент изображал задумчивого художника, погруженного в свой внутренний мир, в то время как другой подшучивал над ним, изображая живого и энергичного фотографа.       На большом экране показывали записи прошлых проектов группы, в которых студенты работали как единая команда, дополняя друг друга. Посетители могли посмотреть и видео за кулисами, где видна подготовка к съемкам и репетиции.       Кроме того, группа Сону организовала мастер-класс по импровизации, где любой желающий мог попробовать поработать перед камерой в нестандартных условиях. Они подготовили веселые и необязательные задания, направленные на раскрытие естественности и выразительности посетителей. Участники получали мгновенную обратную связь от студентов группы, получая ценные советы от будущих профессионалов.       Благодаря своему подходу, стенд группы Сону стал одним из самых популярных и запоминающихся на Дне открытых дверей. Они не только продемонстрировали свои навыки, но и создали живую, динамичную атмосферу, заряжая посетителей позитивом и вдохновляя их поступить в университет.       От такой активной жизни Сону отрывается на парочку минут, чтобы узнать, как там дела у Рики, он же сегодня должен был пойти на день открытых дверей. Уже вторая половина дня, интересно, сколько университетов он прошел?       Но сообщения остаются непрочитанными, хотя он отвечает обычно очень быстро.       Хотя, так даже лучше, может, он настолько занят изучением о своем будущем месте учебы, что нет ни секундочки, чтобы ответить.       Ким очень рад, что его истинный уже с детства знает свою мечту и цель, как и он сам. И здесь они схожи.       Сону решил вернуться к работе.       К вечеру студентов становится чуть меньше, чем днем, а листы 2 разделов наоборот наполнены, что пришлось распечатывать еще и даже писать на обратной стороне номера и данные людей, которые хотели сюда поступить.       Их всех записывал Сону, у которого честно уже рука отваливается. Очередь из тех, кто хочет записаться почти закончилась, осталась пара человек и его работа на 5 минут приостановится, пока не придут еще люди.       — Кан Дохун. Все, я записал. — парень, чье имя только что назвали уходит, а Сону даже не поднимает глаз, ведь сейчас опять диктовать и писать.       — Нишимура Рики. — произносят где-то сверху низким голосом и Ким сразу начинает писать.       — Ниши...стоп. — Сону хочет продолжить, но его останавливает имя. Его родное и любимое имя и до разрыва сердца знакомый голос.       —Хен? Чего застыл?       Ким сглатывает, поднимая глаза, неужели...?       Его взгляд замирает на блондине, который слегка наклонился, чтобы его было слышно. Замирает не только взгляд, но и сердце, а вместе с ним и воздух в легких.       — Ники, это ты! — улыбка украшает лицо Кима, а сам он резко встает и обнимает парня.       Вдыхает его запах. Наконец-то он почувствовал, как пахнет любовь.       Ники кладет одну руку на голову парня, а вторую — на спину, поглаживая.       Вот тот, о ком он мечтал все эти годы и стремился. Рики поверить не может, что стоит сейчас и обнимается с ним. Он проделал огромный путь, чтобы быть рядом и ни капли не жалеет.       Сону отстраняется, чтобы взглянуть в глаза парня напротив и видит, как они блестят и разбегаются по всему лицу.       — Ты рядом. — все, что говорит Ким перед тем, как снова обнимет.

───

      Прошел целый месяц со стажерства Яна. Месяц, как они с Чонсоном везде и всегда вместе.       С Чонвоном очень весело и даже интересно, на что Джей изначально не рассчитывал, ведь разница в возрасте удивляет. Но оказалось, что они отличные собеседники, друзья.       Вместе ездят на работу, весь день ходят рядышком и даже возвращаются домой вместе. С 8 утра до 8 вечера они друг с другом.       Сейчас, наблюдая за парнем, который под камерами и яркими светами улыбается и наносит на лицо белый крем, при этом не теряя зрительный контакт с объективом. Убивает харизмой. Это Чонсон у него заметил еще в первые дни.       Джей счастлив видеть, как Ян только-только начинает строить свою жизнь и у него это отлично получается. Чонвон активен и абмициозен, готов принять любую работу и просьбу от персонала. Таких работников один на миллион. И людей тоже. Каким-то образом он запоминает все. Очень внимателен к людям и к своим обещаниям. И Джей вправду не понимает, что с ним.       Чонсон, руководитель отдела маркетинга, всегда гордился своим рациональным подходом к жизни. Карьера, стабильность, четкий план на будущее – вот его ориентиры. Он никогда не позволял эмоциям затуманивать рассудок, особенно в сфере романтических отношений. До встречи с Чонвоном.       Чонвон был полной противоположностью Чонсона. Его энергия била ключом, он был полон энтузиазма и юношеского максимализма, с легкостью находил общий язык с кем угодно. Пак, привыкший к выверенной и сдержанной атмосфере в своем отделе, поначалу воспринимал Яна как приятное, но незначительное дополнение к коллективу.       Но потом началось. Неожиданно. Как тихое, незаметное прорастание ростка в застывшей земле.       Сначала это были мелочи: широкая, ослепительная улыбка Чонвона, искренний смех, который легко заражал окружающих, его неуёмная энергия, которая разбивала холодный панцирь устоявшейся рутины. Чонсон ловил себя на мысли, что наблюдает за Чонвоном с нескрываемым интересом, а сердце стучит чуть быстрее обычного, когда молодой стажер обращается к нему.       Затем пришли более глубокие чувства. Чонсон начал замечать в Чонвоне не только юношеский задор, но и глубину. В его неожиданно взрослых размышлениях о жизни, в его способности сопереживать и поддерживать других. Ян не боялся выражать свои мнения, даже если они расходились с мнением старших коллег. Его искренность, его непоколебимая вера в добро поражали Чонсона, усталого от цинизма и интриг взрослого мира.       И самое поразительное – Чонвон был просто хорошим человеком. Он был вежлив, внимателен, помогал коллегам, не ожидая ничего взамен. Эта простота и искренность стали для Чонсона неожиданным открытием, противовесом его сложному и часто безжалостному миру.       Любовь к Чонвону была не только привлечением к его молодости и энергии, но и поиском чего-то потерянного, чего-то чистого и непорочного, чего-то, что помогало ему снова поверить в добро. Это была любовь к жизни, к надежде, к возможности изменить свой взгляд на мир, глядя на него глазами юноши, полного веры в лучшее будущее. Разница в возрасте теперь казалась Чонсону не преградой, а интересным вызовом, возможностью поделиться своим опытом и научиться у молодого коллеги чему-то новому. Он понял, что его сердце наконец-то нашло свой ритм, и этот ритм пульсировал в такт легкому, веселому, но так нужному ему сердцу Чонвона.       О черт, его победила любовь.       И она сейчас бежит к нему делиться новыми впечатлениями.       — Ты видел, Хен? Я хорошо справился на этот раз? — улыбается Ян, стоя перед Чонсоном, чуть ли не прыгая от счастья.       — Как всегда, ты идеален. — гладит по голове паренька Пак. — Думаю, сегодня ты получишь в подарок коробку любимых пончиков.       — Правда? — кажется, нет, Джей уверен — Чонвон рад выпечке больше, чем своей завершенной работе. — Тогда поедим вместе после работы.       Где-то в конце огромной съемочной площадки зовут Чонсона, на что он вмиг концентрирует внимание.       —Тогда я схожу и куплю нам попить. — Пак быстро кивает и отправляется к работникам, а Ян бежит к лифту.       Чонвон все еще ощущал себя немного потерянным в огромном офисе, полном серьезных и деловых людей. Его мир состоял из ярких красок, задора, в то время как окружающая его атмосфера была преимущественно серой и монотонной. За исключением одного человека – Чонсона.       Чонсон был воплощением спокойствия и уверенности. Его кабинет, хоть и просторный, казался островком умиротворения посреди офисной бури. Ян часто заходил туда с вопросами, и каждый раз ощущал прилив спокойствия от его умиротворенного присутствия.       Вначале это была простая любознательность. Чонвон замечал, как Пак умело решает сложные задачи, как спокойно он общается с подчиненными, как внимательно он слушает и никогда не прерывает. Это была сила и уверенность, которые так отличались от его собственной неуверенности в себе и постоянному стремлению доказать свою ценность.       Но постепенно любознательность сменилась чем-то более глубоким. Ян начал замечать мелочи: добрую улыбку, которая появлялась на лице Чонсона совсем нечасто, но зато была настолько искренней и теплой, что растопляла лед в сердце молодого стажера; спокойствие его голоса, который мог успокоить любой шторм; внимательность к деталям, которая проявлялась во всех его действиях.       Джей был стабильностью в мире Чонвона, который ещё не нашёл своё место. Он был оплотом, к которому можно было прислониться в трудные моменты. Его спокойствие было противовесом к бурлящей энергии Чонвона, его взвешенность – противоядием от его юношеской импульсивности.       В Чонсоне Ян видел не только руководителя, но и наставника, друга, человека, на кого можно было равняться. Разница в возрасте не была для него преградой. Напротив, она придавала их отношениям особую интригу, создавала пространство для развития и взаимообогащения. Чонвон чувствовал себя рядом с ним защищенным, понятым, и это чувство было сильнее всех остальных.       Его симпатия была не просто привлечением к старшему, более опытному мужчине. Это была любовь к уверенности, к спокойствию, к стабильности, к тому, чего ему так не хватало в своём жизненном пути. Это была любовь к человеку, который помогал ему найти свой собственный внутренний мир и успокоить бушующие внутри него волны юношеского максимализма. Это была любовь к будущему, которое он представлял себе рядом с Чонсоном.       Но правильно ли то, что он идет наперекор судьбы?       В мире же полно пар, которые живут не с истинными и все в порядке.       Ян заметил, как с появлением Джея в его жизни он все меньше думал о солумейте. Забыть даже успел. И к лучшему. Так думает Чонвон.       К нему на 1 этаж спускается Чонсон, уже одетый в свое коричневое пальто, которое идеально сидит на нем и подходит под его роль в офисе. А Ян ждет его в белой дутой куртке по пояс, в одной руке держа картонный поднос с напитками, а другой активно махая, как будто они не виделись.       — Сейчас заедем в пекарню. — говорит о планах Джей, когда они уже сели в машину. Он ведь обещал пончики.       — А потом ко мне ужинать. — Ян то ли предлагает, то ли утверждает…. Кто знает, главное, что Чонсон согласен. Они давно не были друг у друга. Кажется, с того момента, как Джей назвал десерт Чонвона тако.       — Ты бы купил нормальную куртку. А то эта еле пояс закрывает. — Ян закатывает глаза, на что Джей ухмыляется, но сразу же цокает. — Задницу простудишь.       — Прям сейчас побегу и куплю, делать мне больше нечего. — казалось, что Чонвон вот вот покажет язык, от чего Паку становится все смешнее и смешнее.       — Ты бы хотя бы шарф надевал.       — На жопу шарфы напяливять это конечно сильно.       — Я же про шею, Янвон. — Мотает слегка головой Чонсон, говоря <О Боже>.

───

      С заходом в квартиру Чонсон сразу ставит напитки и коробку пончиков на барную стойку и только потом принимается снимать с себя пальто, которое Ян помог повесить.       Пока Чонвон возился на кухне, Пак зашел в зал, его взгляд сразу привлекла футболка, висящая на стене.       JUNGWON       ON-LINE       — Он-лайн? Черт, что-то знакомое... — хотел начать новую цепочку мыслей Чонсон, но ее прервал Чонвон, который позвал мужчину.