Умирающий город

      Группа приключенцев, состоящая из воина, плута и пироманта, исследовала подземелье. Вплоне обычное дело, которых у них было множество.       Воин разрубил очередную тварь, выглядящую как сухопутный осьминог на длинных ножках, похожих на веточки, и смахнул пот со лба. Он дико устал. Его кольчужная броня не всегда могла сдержать удары, да и не везде могла, так что раны уже были. С исцелением придётся повременить, а то и вовсе понадеяться на силы организма, ведь денег на помощь целителя может просто не хватить.       Плуту было полегче — он не лез в прямое столкновение, так что ран почти не получил, да и те были очень мелкими, на которые даже бинты тратить не стоит. Проще всего было пироманту — молодому парню лет семнадцати, который из-за шила в заднице решил стать приключенцем, хотя мог прожить спокойную жизнь. — Привал, — покривился и сказал воин, сразу же направившись к рюкзаку.       Следующие минут пять лидер отряда и плут потратили на обработку ран, а маг медитировал, восстанавливая ману. Пиромант даже не заметил, как его что-то очень нежно укололо, будто комар укусил.       Спустя час группа уже выходила из пещеры, из которой валил дым. Обычная процедура полной зачистки, включающая сожжение гнезда этих странных порождений безумного биоманта прошлого.       Уже в приёмной бургомистра города они делили невеликую награду. Из-за засилия монстров торговля и различная промышленность в упадке, не говоря уж о сельском хозяйстве. Город постепенно вымирал. На улицах с каждым месяцем было всё меньше жителей, а оставшиеся выглядели всё более мрачными и уставшими. Присутствие тварей и угроза их внезапной атаки заставляли всех держаться в напряжении, что не могло не сказаться на здоровье. — Как же мало, — покачал головой воин, невольно потянувшись к перемотанному боку, где была ещё и кольчуга разорвана.       Денег не хватит не то что на ремонт, даже на исцеление. Максимум — несколько дней ночёвки и дешёвый варёный картофель с минимумом соли. Бургомистр хотел бы выдавать больше за зачистку гнёзд, но не мог физически — государство просто не хотело вкладываться в регион с большим количеством монстров, что приводило к увеличению их количества. Замкнутый круг, в который попадали многие города, пока аристократы тратили огромное количество денег на междуусобные конфликты. Короля, который мог бы хоть немного приструнить зарвавшихся дворян, не было — он умер, оставив малолетнего наследника, за расположение которого сражались придворные. У королевства настала эпоха упадка.       Тройка приключенцев отправились в привычную дешёвую таверну, в которой они останавливались множество раз. Во время ужина после быстрого совещания они решили, что пора убираться из города. Он скоро станет частью Покинутых земель, это было явственно видно по количеству заказов. Уже многие приключенцы покинули город и эта группа вскоре последует за ними.       Только вот ночь изменила их планы — у пироманта началась лихорадка. Воин и плут не хотели оставлять своего товарища, так что придётся задержаться. Только вот была проблема: у них мало денег. У приключенцев настало время трудного выбора: уничтожать гнёзда без соратника или пойти по скользкой дорожке. Первое опасно, а второе противозаконно. Воин не хотел идти по простому пути, но понимал, что без пироманта они не справятся.       Ну а плут не мешкался и отправился в квартал побогаче. Он без проблем вошёл в один из многочисленных заброшенных зданий и начал проверять, не забы ли сбежавшие хозяева что-то.       Удача улыбнулась ему только на четвёртом доме: он нашёл под одной кроватью мешочек с серебряными монетами. Хватит, чтоб прожить несколько дней, но не хватит на исцеление. Последний оставшийся в городе целитель активно пользовался монополией и задрал цены.       Пока плут искал деньги, воин кое-как ухаживал за пиромантом — менял мокрую тряпку на лбу и иногда обтирал, ну и заплатил за рыбный бульон. Да, так-себе еда, но питательная, да и мясо группе не по карману. Особой пробблемой в ухаживании было опухание ноги, которое медленно расспространялось. Маг явно подцепил что-то из-за простой царапины или укуса насекомого.       Наступила ночь, но пиромант не мог уснуть. Ему мешал нестерпимый зуд, но воля мага удерживала от расчёсывания укуса — он знал, что если поддастся, будет хуже. Утром, когда воин проверил ногу соратника, он не смог удержать истошного крика. Нога мага была покрыта фиолетовыми пузырями, а плоть между ними стала похожей на дерево, такая же коричневая, сморщенная и жёсткая. После быстрого совещания приключенцы решили проколоть пузыри. Только вот после первого же укола сбрызнутого уксусом кинжала случился взрыв. Воина и плута обдало вонючей, будто бы что-то протухло или сгнило, жижей. Лидеру отряда оно даже попало в рот, но он тут же выплюнул. Далее быстрая помощь прошла без удивления, хотя от тошнотворного запаха пришёл хозяин таверны. Единственное везение — что этот мужчина с дряблой кожей чуть не выблевал еду, которую съел, и решил не беспокоить посетителей. Для него слишком отвратительно — даже выгребная яма так не воняла.       После импровизированной операции плут снова отправился на проверку покинутых домов, а воин снова остался ухаживать за больным, на этот раз ещё и ногу промывая. Только вот не прошло и трёх часов, как лидер группы и сам свалился с лихорадкой. В этот раз не было того, кто мог бы помочь ему, так что оставалось лишь надеяться, что плут придёт пораньше.       И плут пришёл, найдя лихорадящего воина с опухшими щеками и мага с ногой, полностью покрытой фиолетовыми нарывами. Поскольку последний здоровый сильно привязался к сокомандникам, он не смог их бросить. Ему пришлось самостоятельно ухаживать на находящимися в полусне соратниками. Только вот он не мог не отметить, что болезнь у пироманта расспространяется гораздо быстрее и почти дошла до живота. Плут, решив не медлить, перетянул ногу мага выше области изменений, взял меч воина и начал рубить. Тупой клинок с трудом пробивал плоть мага, что уж говорить о кости — её пришлось ломать. И именно в момент, когда конечность была отделена, маг пришёл в себя. — Дха... бей... — только и смог проговорить он, как отключился.       Плут не стал слушать явно бредящего парня и перешёл к осмотру воина. И ситуация была, мягко говоря, такой себе: по всему рту были фиолетовые пузыри, которые были и на ноге мага. Плут сжал кулаки и выдохнул. Ситуация была плачевной. Единственное, что он мог делать — надеяться, что соратники сами выздоровеют, и это максимально злило его.       До следующего дня единственный здоровый член группы кое-как ухаживал за двоими больными, наблюдая, как их ситуация ухудшается. Воин уже с трудом дышал от многочисленных пузырей в горле, а у мага плоть по всему телу начала напоминать дерево. Плут же мог только сжемать в бессилии кулаки. Он понимал, что они не выживут, но не мог решиться полоснуть по горлам, дабы облегчить их участь. В какой-то момент он сидя уснул и это была его последняя ошибка. Спустя час после этого ожила отрубленная нога, до этого просто валявшаяся в углу комнаты. С тихим чавком ступня разделилась на пять ножек, похожих на насекомьи, на голени открылись фиолетовые глаза, а на бедре в месте отделения открылся рот с зубами, созданными из осколков костей.       Нога, ставшая противоестественным существом, начала своё движение. Сперва её движения были дёргаными и неумелыми, но уже спустя минуту стали плавными и пугающими. Она двигалась способом, непохожим ни на один, используемый животными, и это лишь подкрепляло противоестественный образ. Будь в комнате наблюдатель, он бы сразу понял, что это нечто явно не может быть природным и является собратом тех монстров, что наводнили окрестности города и деревень.       Конечность, опираясь на ноги-пальцы и иногда рот-бедро, взобралась на кровать и тихо подобралась к плуту. Не будь он настолько усталым, он бы услышал тварь, но усталость не дала этого сделать. Монстр зафиксировался своими мелкими кончностями, поднял бедро и вгрызся в горло единственного здорового в комнате. Приключенец даже вскрикнуть не успел, да и не смог бы — тварь очень удачно раскусила голосовые связки. Плут попытался отцепить существо, но тщетно — оно было слишком сильно. Спустя какие-то пол минуты в комнате остались лишь трое живых: два больных приключенца и нога, которая пожирала труп.       На следующий день хозяин таверны всё же решился войти. Как только он расскрыл дверь, он увидел, как три тела будто бы пытались объединиться в единое целое. Плоть переливалась разными оттенками фиолетового, красного и оранжевого, что создавало гипнотический эффект. Только спустя два часа, за которые трупы слились ещё сильнее, мужчина пришёл в себя. И тут же побежал искать кого-то, кто может разобраться с этим нечто. Но удача была не на его стороне: он споткнулся на лестнице и упал, свернув шею.       Три приключенца были последними посетителями таверны в умирающем городе, а у владельца небыло живых родственников, так что никто не заходил в здание, в котором происходили противоестественные дела.       Три тела слились в единое целое, сформировав кокон, из которого на свет вырвался новый монстр. Он был похож на пухлого и одновременно морщинистого младенца размером с подростка с лицом, покрытым выпирающими сквозь плоть костями и кожей, будто бы сделанной из дерева. Издали его можно было принять за человека, но это был далеко не человек. Это было новое поколение монстров — поколение, что способно одним своим дыханием заражать окружающих.       Монстр дождался ночи, поедая труп владельца таверны, и начал своё шествие по домам, где он ощущал живых. Город умер за одну ночь, но часть жителей этого не понимала. Часть из них разъехались, даже не подозревая, что скоро станут материалом для новых монстров.