Чернично-лимонный пирог

– Поздравляю вас, дорогие студенты, – профессор поднимает глаза и обводит взглядом аудиторию. Перед ним сидят два человека, – М-да, я рад, что та много людей почтили нас своим присутствием, – Чан не сдерживает смешка на этих словах, – Ладно, я поздравляю вас с окончанием года и успешной сдачей экзаменов. Остался год – и вы станете полноценными участниками взрослой жизни. Я бы с удовольствием отпустил вас после этих слов, но мне тут ещё четыре пары сидеть, а потом совещание, так что мы проведём с вами презентационный открытый урок. Минхо вздыхает и бьётся головой о свой стол. Профессор только настраивает проектор, а ему уже кажется, что они просидели тут лет двадцать. – Чан, псс, Чан – шепчет парню сидящему впереди. – Чего тебе? – недовольно спрашивает Бан, оборачиваясь. – Ты чего припёрся в последний день? – Минхо искренне интересно. Ему, как старосте, обязательно присутствовать сегодня, у них собрание студ.совета через час. А вот, что тут делает капитан баскетбольной команды, который и так прогуливал всё что можно, отмазываясь тренировками – вот это вопрос. – А ты чего припёрся? Ещё и двадцати минут не прошло, а ты уже задолбал. – Чан огрызается и опять смотрит в сторону доски. – Ну..? – Минхо знает, что нужно чуть надавить и старший расколется. Сто раз уже проходили эту схему : Чан злится, огрызается, дуется, мучается совестью и рассказывает. – Тренер вызвал, – старший побеждённо вздыхает, – сказал, что я обязан присутствовать сегодня, ведь "мальчик мой, я тебе готов хоть жизнь свою доверить, но доверить твоё летнее расписание тебе же я не могу", – Чан каверкает их учителя физкультуры так похоже, что Ли хочет предложить ему из спортсменов в пародисты пойти, – и вот теперь я здесь. Жду, пока мне огласят список каторг на ближайшие месяцы. – Отстойно, чувак, – Минхо надеется, что голос звучит сочувственно, а не злорадно. Видимо, он всё же прозвучал слишком радостно, ведь Чан вскидывает голову и оборачивается. Старший уже открывает рот, но к счастью, профессор его перебивает : – У меня получилось. Надо было в инженеры идти, а не в учителя. Не страдал бы сейчас с вами двумя – он переключает слайды вплоть до какой-то ужасной картинки : пиксельное изображение, которое изначально явно было гораздо меньше, растянуто на весь слайд, Минхо тчетно пытается угадать, что там было нарисовано. – Как вы видете, здесь изображён Инь и Ян, – Минхо на этих словах пораженно вскидывает брови, последнее о чём бы он подумал, глядя на эти пятна – это Инь и Ян. Но, профессору виднее, – Добро и зло, любовь и ненависть, день и ночь. Кстати, какое ваше любимое время суток? – Закат, – уверенно говорит Чан – Рассвет, – раздаётся со стороны Минхо. – Это удивительно, что вы оба выбираете не конкретное время, а пересечение двух состояний... Профессор наверняка говорит что-то и дальше, но парни его больше не слушают. – Закат!? Серьёзно? Когда всё становится отвратительно тёмным? Какой в нём смысл? Ты даже ничего не увидршь, после заката, – Минхо готов отстаивать свою точку зрения. – Рассвет? Когда всё стало ужасно ярким? После того как ты проснулся ни свет ни заря ради того, чтобы увидеть солнце. Ах да, солнце на которое даже взглянуть нельзя без очков.– Чан, видимо, тоже сдаваться не собирается. Вторит ему с необычайной яростью, – А во время заката оно мягкое и разноцветное. И ты можешь сразу поле этого пойти спать. А не мучаться всю ночь ради одного мгновения. – Не правда. Все эти мучения стоят того, чтобы хоть раз в жизни увидеть рассвет. – Чтобы увидеть закат, знаешь ли, не нужно так много жертв. Но вот впечатлений останется гораздо больше твоего глупого рассвета. – И вовсе он не глупый, – Ли знал, что когда-то такой диалог должен был состояться, и у него есть козырь, – Ты знаешь, например, что направление импрессионизма в живописи началось благодаря картине "Восход солнца"? – И что? – Чан не впечатлён, он никогда не был сторонником рисования, – Радуешься, что в мире был ещё один человек кроме тебя, который нашёл в этом хоть что-то интересное? – А может и радуюсь. Ты хоть кого-то знаешь, кто также впечатлялся закатом? – А мне и не надо никого знать. Закат настолько прекрасен, что никто делиться им не станет. – Да? – Минхо считает эту мысль абсурдной. – Да! – Чан считает, что Минхо сам полный абсурд со своим рассветом. – Докажи. – В смысле? – Бан в недоумении смотрит на него. – В прямом. Пошли с тобой на природу с ночёвкой. Ты покажешь мне закат, мы ляжем спать, а потом я покажу тебе рассвет. Вот и узнаем что лучше, – младший самодовольно ухмыляется, – Или ты против? Можешь стразу отказаться, если понимаешь, что закатом никого не впечатлить. – Не дождёшься. Я согласен, – Чан протягивает ему руку, – Планы на сегодня есть? – Никаких, – Минхо протягивает свою ладонь в ответ, но не спешит касаться, – Но помни, что я давал тебе шанс не позориться. – Посмотрим ещё, кто из нас опозориться. В пять вечера у ворот института. – Договорились. Они уверенно пожимают руки, предвкушая свой собственный триумф.

***

– Почему ты не говорил, что это так прекрасно? – Минхо с восторгом озирается по сторонам. Они сидят на пледе, только начало смеркаться, а младший уже не может скрывать свой восторг, – Смотри туда, дома будто бы горят в красном цвете. Глянь на деревья – они же сияют подсвеченные падающими лучами. А речка, ты видел речку – она же как волшебная. Вау – Да, действительно вау, – Чану, впервые в жизни, плевать на закат. Он не может оторвать взгляда от парня сидящего рядом. Минхо на фоне уходящего солнца – самое прекрасное, что он видел за свою жизнь.

***

– Ух ты, солнце только появилось, а животные уже проснулись. Смотри, они будто тянуться к свету, – Чан слегка зевает, но ни капли не жалеет, что им пришлось так рано выбраться из палатки, – А вон цветок распускается, как в замедленной сьёмке, лепесток за лепестком. Глянь, глянь, небо розовое и тучи будто золотые. Как всё светло вокруг. Я беру свои слова назад, это чудесно. – Ты прав, это чудесно, – Минхо залипает на том, как лицо старшего освещается ранним солнцем. Ну его тот закат и те картины. Чан на фоне восходящего солнца – вот это произведение искусства.

***

– Как много звёзд. Какие они красивые. – Я считаю, что ты самая красивая звезда... Слишком слащаво? – Слишком. – Зато правда