Crying in the Pillow.

Эрен стягивает кожанку и ботинки, уходит на кухню, где оставляет их десерты и добывает кофеварку с верхней полки, пока Леви просто следует за ним, бессмысленно повторяя его действия. Он теребит край крафтового пакета из кофейни, пока Эрен не разворачивается спиной к плите и не складывает руки на груди в ожидании. На нем белая футболка — та же, что он надел с утра, и Леви видит собственный засос на его шее прямо возле линии тату. — И почему ты сказал Жану и Армину, что мы не вместе? — Эрен звучит разбито. Он даже не пытается прятаться за маской безразличия, и Леви понимает, что пришло время снять свою. — Я не ожидал этого вопроса, — Леви садится на стул перед Эреном, и свет вытяжки делает его силуэт просто огромным. — Но все равно ответил так, а не иначе, — Эрен не двигается, но Леви видит, как напряжение бродит по его плечам. — Потому что я испугался. Потому что ровно так же, как я хочу быть с тобой я тебя боюсь, — Леви выдыхает последнее, потому что кислорода на чувства не хватает. Горло болезненно сводит, и Леви отпивает свой кофе, чтобы начать функционировать нормально. — Боишься меня? У тебя какие-то проблемы с чувством самосохранения, да? — И вот теперь Эрен по-настоящему злится. Леви слышит, как его голос становится ниже и тише, и он забирается в каждый уголок помещения, заполняя его и не давая вздохнуть. — Ты делаешь это даже сейчас, — Леви говорит это безжизненно и тихо. Он не ожидает услышать смешок. Это ранит мгновенно, и Леви впивается взглядом в улыбающееся лицо Эрена, и тот шлепает себя ладонью по лбу, а затем проходится ею по всему лицу, шумно выдыхая. — То есть, меня ты боишься, — еще один смешок проскальзывает с его губ будто неосознанно, и он неверяще качает головой. — А Эрвина Смита нет? Или Даррена Уильямса?! — Эрен выключает кофе и отворачивается от Леви, и с этим разворотом Леви ощущает будто пощечину. Он встает на ноги и тяжело дышит, сжимая кулаки, пока Эрен беспечно делает свой кофе без грамма чертового сахара и гребаного молока, и Леви чувствует, как от обиды и злости горят его щеки. — А ты думаешь, это так легко — вычислить, кто из парней сумасшедший?! — Леви не ожидает, что Эрен развернется к нему снова. Он понимает, что они стоят безумно близко, и что хочет ударить Эрена слишком сильно. Злость закипает внутри и разливается по телу, а взгляд Эрена непроницаемый и холодный, как лед. — Думаю, что, раз ты поступил в Оксфорд благодаря своему уму, — Эрен касается его виска кончиками пальцев, — то мог бы догадаться, что я не причиню тебе вреда, — Эрен проводит линию к челюсти Леви, чтобы привычно взяться за подбородок, но Леви шипит и отворачивается, и Эрен убирает руку. — Потому что если бы я этого хотел, я бы уже это сделал. Эрен усмехается вновь, взяв свою кружку кофе и делая глоток. Леви тяжело дышит и борется с ним взглядом, в конце концов сдаваясь и опуская взгляд. — Это трудно, Эрен, — Леви выдыхает, и расправляет затекшие в кулаках пальцы. — Ни черта это не трудно, Леви, — Эрен склоняет голову вбок, будто издевается, и Леви закипает вновь. — О чем вы говорили с Армином? Потому что у меня есть предположения, и вся эта ситуация стала такой абсурдной именно из-за этого! — Леви чувствует, как злость клокочет в горле, ревность обжигает щеки, а страх скручивает желудок. Он боится ошибиться. Боится, что снова сделают больно. — Это просто было триггером, и ты это знаешь, — Эрен отпивает большой глоток кофе и ставит чашку на стол. Звук керамики о дерево столешницы означает перемену, и Леви боится и ее тоже. — Но если ты хочешь знать, о чем мы говорили с Армином, я расскажу, — Эрен не двигается, опираясь ладонями на столешницу и совсем немного отклоняясь назад, что дает Леви возможность стоять так близко. Потому что с той же силой, что он боится огня, он нуждается в его тепле. Леви кивает, поджимая губы, и Эрен ласково улыбается. — Он признался мне в чувствах. Мы дружим с самого детства, и он сказал, что поступил в Оксфорд из-за меня. Сказал, что не рассчитывал на взаимность, потому что считал, что я не способен на любовь, — Эрен улыбается, и Леви попадается в плен его взгляда, что теплеет с каждой секундой. — А потом увидел, как я отношусь к тебе. Леви знал, что Эрен это скажет. Знал, что Армин это заметил. Все это заметили. Но это все равно вышибает пол из-под его ног и весь воздух из легких. — А потом вся эта чушь, и я хотел догнать тебя сразу, а Армин пытался меня остановить. И я его… — Эрен пожимает плечами, отводя взгляд, и Леви осознает, что следы на его нижней челюсти и плече — это следы драки. — …предупредил, чтобы он не смел лезть в наши с тобой отношения, — Эрен вдыхает и выдыхает, собираясь с мыслями. — Какими бы они ни были. Леви понимает, что кулаки вновь сжаты. Ногти впиваются в ладони, а все чувства переворачиваются и вращаются в груди, как лавина, становящаяся все больше с каждой секундой. — Ты понимаешь, что я после тебя ни с кем не смогу быть? — Леви сдается. Выдыхает и выплескивает все, что есть прямо на Эрена, потому что он сможет это выдержать. Он подходит совсем близко, и Эрен с готовностью встречает его в свои объятья. — И не надо, — его шепот ощущается теплом, в котором Леви нуждался. Он прижимается щекой к груди и дышит-дышит-дышит, пока первая волна страха безвозвратности не пройдет. — Эрен, — Леви не знает, почему звучит таким нуждающимся. Он цепляется за его футболку и притягивает Эрена к себе, потому что какой идиот вообще выражает чувства словами, когда есть поцелуи? И Эрен встречает его губы мягко и тепло. Леви отступает, чтобы сделать судорожный вдох, а затем целует вновь, снимая все ограничения, что так усиленно расставлял в своей голове. Поцелуй жадный, жаркий, и Леви углубляет его, обнимая Эрена и чувствуя, как руки Эрена двигаются по его талии на спину, а затем опускаются на бедра. Эрен прикусывает его нижнюю губу, заставляя остановиться и сделать судорожный вдох, ухватившись за его футболку. — Я не собираюсь трахаться с тобой без отношений, — Эрен говорит это, задыхаясь, и Леви видит, скольких сил ему стоило остановиться вот здесь и вот сейчас, чтобы сказать это. — Вау, ты собираешься манипулировать мной? — Леви понимает, что сам едва дышит, а желание забраться Эрену в штаны настолько сильное, что в висках стучит. — Я не отпущу тебя, — Эрен говорит это тише. Увереннее. Тверже. И вместе с тем отчаяннее и терпеливее, будто на самом деле это неправда. И Леви должен знать наверняка. — Это же неправда, — он говорит это, видя, как внутри Эрена что-то разбивается. — Я позволю тебе уйти, если ты захочешь, — Эрен берет его за руку, и Леви ощущает боль от той неожиданной нежности, с которой Эрен это делает. — И не стану тебя удерживать силой, — Эрен притягивает ладонь Леви к лицу и целует ее, и Леви приходится прикусить губу, чтобы не треснуть от всепоглощающего тепла. Он сглатывает, следя взглядом за тем, как Эрен осторожно оставляет поцелуи, окружая его запястье. — Но я не хочу никого другого, кроме тебя. И всегда буду хотеть только тебя, — он смотрит Леви глаза, преданно и безумно нежно. Леви кивает, сглатывая этот ком в горле, потому что он не готов к тому, что чувствует то же самое. Не готов и безумно боится, потому что это ощущается, как прыжок со скалы без страховки. Но Эрен не боится и будет рядом, так что Леви вдыхает и выдыхает его смелость. — Я чувствую то же самое, — Леви кивает, разворачивая руку так, чтобы поймать ладонь Эрена в плен. — Если не больше, — он улыбается, и Эрен качает головой. — Сомневаюсь, — он улыбается, наклоняясь и целуя Леви в щеку. — Начнем с непринужденных отношений, а там посмотрим? — Эрен добирается поцелуями до уха, и Леви кивает несколько раз, пока ладонь Эрена стекает от его груди к низу живота. — Да, звучит отлично, — Леви едва удается это выговорить, пока поцелуи Эрена становятся все более чувственными и жадными, сводя его с ума.