Crying in the Pillow.

Леви ждет Эрена на диване в гостиной. Он помыл кружку и поставил ее на место и теперь ему нечем занять руки. Солнце подползло к горизонту, и теперь Леви может разглядеть красивые винтажные постеры разных рок-групп в тонких черных рамках на стене позади. Вау, на Led Zeppelin даже есть автограф! — Мне нужна помощь с пластырями, — Эрен заходит в комнату, и Леви оборачивается к нему, но тут же отводит взгляд, чувствуя, как разгораются розовым щеки. — Ух ты, полегче, принцесса, а то еще подумаю, — Эрен подходит ближе и берет Леви за подбородок, заставляя посмотреть в глаза, — что отвечаешь взаимностью, — Эрен подмигивает ему, и, господи боже, теперь, когда порезы не кровоточат и закрыты бежевыми пластырями, оторвать взгляд от его тела становится невыносимо тяжело. Его кожа такая гладкая, и мышцы выглядят так, будто их высекли из мрамора и облили золотом. Эрен бросает Леви пачку с пластырями, и Леви распаковывает их, пытаясь избежать большей неловкости, но лишь создает ее, когда встает, оказываясь зажат между диваном и этим телом. Щеки горят, а пальцы теребят пластыри, пытаясь распаковать их, когда Леви видит принт на них. — Это Hello Kitty? — Он поднимает взгляд, и Эрен так близко. Каждая из его татуировок-змей обвивается вокруг Леви и вьется по его телу жаром, не прикасаясь, и Леви хочет провести по ним в ответ. — Никому не рассказывай, — Эрен говорит предельно серьезно, и Леви вздыхает, открывая один и шлепая его на самый очевидный большой порез в центре груди. — Мне все равно никто не поверит, — он бросает это с вызовом, и Эрен вновь делает это: берет его за подбородок, так нежно и так аккуратно, будто забывается и не сдерживается, а потом отпускает, и горечь растекается по языку вместо сладости поцелуя. Эрен разворачивается спиной, и Леви тихо охает. Каждая из татуировок, надписи, рваные символы, орнаменты, все повреждено порезами. Леви морщится и распаковывает второй пластырь. — Прости, — шепот срывается с губ, и Эрен легко оборачивается к нему, и его плечи двигаются с глубоким выдохом. — Не извиняйся, — Леви видит, как злость проходится по мышцам спины напряжением и наклеивает пластырь. — Я виноват, и я буду извиняться, — Леви говорит это, приклеивая еще. Пачка заканчивается слишком быстро, и пара мелких порезов остается открытыми, но Эрен отмахивается. — Ты дашь мне постельное белье или типа того? — Леви указывает на диван, когда Эрен разворачивается, и он хмурится, не понимая. — Ну, знаешь, я собираюсь спать здесь и… — Леви теряет всю решимость под зеленым взглядом и сжимает в руках обертки от использованных пластырей. — Он не раскладывается, — Эрен говорит так, будто Леви идиот. Медленно и мягко. — Я имею в виду… Я помещусь. Я же… не такой большой, как ты, — Леви вздергивает брови, когда понимает, что взмахом руки указал прямо на член Эрена, и тот хмурится так, будто не верит в то, что ему послышалось. — То есть… — Не такой большой? — Леви вспыхивает пожаром. Скулы горят, и жар растекается по всему лицу, телу и доходит холодным потом до кончиков пальцев. — Я имел в виду… Эрен, — Леви звучит так отчаянно, что Эрен не выдерживает и прячет его в объятьях снова, и это ощущается так хорошо, что Леви с шумом выдыхает. — Все хорошо, принцесса, я рад, что ты впечатлен моими размерами, — Эрен усмехается, и Леви чувствует, как он устал. В этих объятьях так легко расслабиться. — Пойдем, нам нужно несколько часов крепкого сна, — теплые касания стекают на руки, и Эрен идет спиной вперед, держа Леви за запястья. — Обещаю не приставать. Хочешь разные одеяла? — Эрен склоняет голову вбок, и Леви качает головой. Никаких разных одеял и диванов. Окей. К черту его одежду и сон, где ему явно будут сниться кошмары. Он собирается взять таймаут от всего этого. — Прости, что втянул тебя во все это, — Леви говорит это, садясь на кровать, когда Эрен выдает ему сухую футболку взамен той влажной после душа, что на Леви. Леви быстро переодевается, пока Эрен отворачивается к шкафу, и это почти не-неловко. Эрен надевает черную футболку с кошмарным рисунком какой-то расчлененки, но выглядит чертовски уютно в ней с распущенными волосами, чьи кончики еще не досохли. — Ты выглядишь… — Леви хочет сказать «горячо», потому что это правда. Хочет исправить себя на «уютно», но боится показаться глупым. В голове так много эпитетов, и Леви краснеет все больше от каждого из них, так что просто заваливается на кровать и шумно и со стоном выдыхает, перебираясь на другую сторону кровати. Эрен тихо смеется и ложится рядом, накрывая их одеялом, и Леви проваливается в сон быстрее, чем успевает подобрать лучший эпитет.