Исцеление котёнка

      Девятнадцатое сентября встречает Тэхена яркими лучами солнца — их не скрывают даже плотные молочные шторы. Ткань поднимается от легкого ветерка и впускает в комнату свежий воздух. Осенняя прохлада колючками проходится по коже, покрывая лодыжки мурашками. Омега сильнее кутается в одеяло и жмурится. Трель будильника жестоко разбивает последние остатки сна.       Тэхен с закрытыми глазами нащупывает телефон рядом с подушкой, нажимает на все кнопки подряд, но промахивается, случайно прибавляя звук.       — Блять, — ругается он и приоткрывает левый глаз. Нажимает на заветное «отложить» и падает назад, вымученно простонав.       Тэхен лениво зевает, откидывает одеяло в сторону и сразу ежится от холода. Нехотя встав на ноги, идет закрывать окно. Вдыхает свежий воздух и стаскивает вязаную кофту со стула, чтобы первое время было тепло.       Он постоянно забывает закрывать окна на ночь, из-за чего по утрам каждый раз борется с теплой кроватью и холодной комнатой. Будильник снова звенит, отчего омега злится, нажимая на «отменить».       Тэхен медленно чистит зубы, стоит под горячей водой в душе, потупив взгляд в пол, и ломает голову, пялясь в шкаф. Ближе к обеду погода вновь разыграется, и достигнет двадцати шести градусов. С недавних пор омега не может ходить в приталенной одежде, а прикупить большие вещи еще не успел. Он размышляет довольно долго, примеряет тонкие футболки, которые плотно облегают талию. Тэхен жмурится, чувствуя, как паника разливается по телу. Он резко стягивает очередную вещь, бросая на пол, а после и вовсе в мусорку.       Объемная кремовая толстовка смотрится куда лучше. Тэхен уже предвкушает, как будет страдать из-за жары. Он надевает белые свободные легкие штаны и расчесывает волосы, из-за чего те электризуются, топорчась в разные стороны.       До выхода остается пять минут. Тэхен судорожно собирает шоппер. Учеба началась около трех недель назад и опаздывать на пары пока что страшно. Хочется показать себя с наилучшей стороны, заслужить уважение и доверие преподавателей.       Тэхен все еще чувствует себя скованно. Последний семестр в школе он и вовсе не появлялся — его перевели на домашнее обучение и только подготовка к экзаменам помогала отвлечься. В университете он потихоньку делает первые шаги к социализации и пока что справляется без срывов и панических атак. Большой перерыв дома и общение со специалистами все-таки дали свои плоды — теперь он не шарахается, когда чувствует запахи альф и не боится отца. Ну, может только чуть-чуть, где-то глубоко внутри.       В университет Тэхен ездит с собственным водителем, исключительно омегой. Его родители здорово тратятся, но с Тэхеном другой исход никто обсуждать и не собирался. Они половину своей зарплаты отдают на жизнь своего единственного сына, ибо такой кошмар переживать больше никто не хочет.

***

      Чонгук выходит из студенческой столовой, в которой приятно пахнет едой. Солнце освещает парк внутри университета, заставляя щурится. Он опускает солнцезащитные очки на переносицу и усмехается нелепой шутке Хосока. Начало учебного года проходит весьма беззаботно, только входные контроли в первую неделю заставили напрячься. Коллоквиумы еще нескоро, поэтому можно спокойно отсыпаться на лекциях, а потом нагонять материал за ночь до самостоятельной.       В коридорах расхаживают опаздывающие студенты и бедные потерявшиеся первокурсники. С начала пары прошло двадцать минут, но, к счастью, преподаватель по философии понимающий и отмечает на второй половине лекции.       — Видел первокурсников? Они до ужаса взросло выглядят сейчас. На прошлой неделе склеил на вечеринке омегу, на вид двадцать один минимум, а оказалось, что семнадцать! — искренне возмущается Хосок, активно жестикулируя. — Я, блять, чуть не поседел там!       Чонгук давится смешком и поднимает удивленный взгляд на друга.       — Ты серьезно? — переспрашивает он. Обреченный взгляд Хосока говорит сам за себя. — А как узнал?       — Его друг шепнул мне, пока я ходил за ромом и каким-то коктейлем. Я еще и спаивал малолетку!       — У-у-у, пакуй вещи, — смеется Чонгук и засовывает руки в карманы чёрных джинсов. Сверху такого же цвета футболка без принта, которая обтягивает накаченные руки и торс. Левая рука полностью забита татуировками.       Чонгук чувствует ненавязчивый запах карамели и притормаживает, глазами пробегаясь по пустому коридору. Взгляд цепляется за омегу, очевидно, первокурсника. Тот что-то ищет в телефоне, хмурится и оглядывается вокруг. Аккуратные черты лица и пухлые губы приковывают взгляд, а небесно-голубые пряди постоянно спадают на лоб омеги, поэтому он засовывает руку в шоппер и достает разноцветные заколки в форме звёздочек. Чонгук, плененный чужим видом, кивает Хосоку в его сторону и направляется к омеге, наблюдая за чужими нервными движениями. Белые штаны и кремовая толстовка с рисунком идеально дополняют образ. Чонгуку хочется тупо залипать, проигрывая в голове глупые подкаты, уровня: «вашему папе зять не нужен?».       — Потерялся? — спрашивает Чон. Голос звучит слишком громко для тихого коридора, поэтому омега вздрагивает, роняя несколько заколок. Поднимает взгляд вверх, встречаясь с уверенными, почти черными глазами и замирает. Альфе начинает казаться, что сзади него стоит кто-то страшный.       Чонгук замечает миниатюрный вид омеги — тот достает ему лишь до подбородка. Альфа опускает взгляд, смотрит на разбросанные заколки и присаживается на корточки, собирая их. Омега отходит на шаг, когда Чон берет заколку рядом с его кроссовком. Чонгук быстро собирает с пола звездочки и поднимается, протягивая руку, в которой лежат украшения. Он нагловато рассматривает профиль незнакомого омеги, пока тот привлекательно хлопает глазами, глядя в ответ, и долго гипнотизирует ладонь Чонгука, будто старается оттянуть неизбежное. Через минуту все же несмело забирает заколки, стараясь не касаться чужой руки. Не рискнув в такой обстановке продолжать цеплять волосы, омега закидывает их в передний карман желтого шоппера, усыпанного различными значками.       Чон умиляется ему. Этим влажным губам с ранками от частых покусываний из-за тревожности и легким голубым волосам, что небрежно уложены — омега действительно смахивает на ангелочка. Еще немного и Чонгук, кажется, сойдет с ума. В голове возникает вопрос: «не больно ли падать с небес?», но решает промолчать.       Хосок гипнотизирует взглядом сразу двоих тормознутых, еле сдерживая смех.       Омега делает очередной вдох и хмурится, а после и вовсе отшатывается. Чон застывает на пару секунд. Похоже, одежда все-таки пропахла сигаретным дымом.       — Нет, всё нормально, — тихо говорит омега и крепче сжимает лямку шоппера, вновь хлопая ресницами, а сердце Чонгука пропускает удар. Нельзя быть настолько невозможным, он, кажется, влюбился с первого взгляда, очарованный чужой красотой.       — Не бойся, я не кусаюсь, — издает короткий смешок и замечает, как напрягается омега. Альфа аж оборачивается, но сзади, кроме скучающего Хосока, никого нет.       Омега делает шаг в сторону, начиная уходить, а Чон неосознанно протягивает руку, но останавливается на полпути.       — Не трогай, — строго говорит тот, разворачивается и сбегает. Просто берёт и уходит, не пофлиртовав, не дав свой номер. Нет, с Чонгуком сегодня точно что-то не так. Он задумывается и оборачивается на кашляющего Хосока, который наконец взрывается и начинает смеяться вслух.       — Что? — поднимает бровь Чонгук, выразительно глянув на друга.       — Ты напугал его, — вслух произносит очевидное.       — Это я, блять, понял.       Чон Чонгука ещё не отшивали.