Obsession

      Джисон посмотрел на часы и вздохнул. Половина восьмого утра. Чем он занимался…       Вчера на его номер пришло уведомление о том, что он должен явиться в штаб-квартиру охотников на вампиров для регистрации в реестре «посвященных» людей, поэтому сегодня он подорвался ни свет ни заря, чтобы собраться и, с учетом всех пробок, быть на месте в девять.       Почему так рано и почему так срочно? Он не мог ответить. Или не хотел. Да и перед зеркалом сейчас сидел точно не из-за вероятности встретить Минхо. Совсем нет. Просто охотники наверняка захотят его фото в базу данных, и лучше если он не будет потом жалеть из-за своих синяков под глазами или растрепанных волос. Красивым, в целом, быть приятно.       С такими мыслями он уже минут двадцать старательно разглядывал свое лицо на предмет несовершенств, чтобы, при выявлении таковых, мигом от них избавиться.       Он мог бы попросить Феликса, чтобы тот одолжил ему тоналку, которой иногда замазывал веснушки, вот только перед этим ему бы пришлось выдержать напор его вопросов, а это уже было ни к чему. Джисон никому не говорил о том, что произошло. Само прокручивание ситуации в мыслях уже заставляло его чувствовать себя идиотом, куда уж там говорить об этом вслух.       И он честно пытался понять Минхо — тот расследовал убийства, цель у него была благородная, вот только что он там плел про чувства, оставалось неясным.       Джисон просто трезво оценил их недо-отношения и пришел к выводу, что они все еще были друг другу чужими — нормальные диалоги за три недели у них можно было по пальцам одной руки пересчитать, а все, чем они занимались, это целовались и выпивали… Самое то для построения адекватных отношений.       Джисон продолжал думать об этом даже во время поездки в такси. Нервно теребя новый свитер, он мучился от противоречий: молился, чтобы не встретить Минхо, и одновременно с этим безумно хотел его увидеть — прошло всего четыре дня, а он уже скучал.       Поэтому, после мозгового штурма, в огромное здание сеульской штаб-квартиры охотников он зашел уже порядком накрутив себя.       У стойки с информацией его уже ждал охотник, с которым они обо всем договорились. Тот даже не улыбнулся, лишь устало кивнул в знак приветствия и повел Джисона в переговорную.       — Эм, у вас был тяжелый день? — спросил Джисон, пока охотник копался в многочисленных шкафах и искал нужные папки.       Вообще, в переговорной был такой дикий срач, что долгие поиски были не удивительны. Вот если бы охотник сразу достал из шкафа нужный документ…       — Тяжелая ночь, — поправил тот, — к нам прибыло центральное управление, вот и мучаемся теперь.       — Ммм, — кивнул Джисон, не зная, что добавить, но атмосфера казалась такой унылой, что ее просто необходимо было разбавить хоть чем-то, — а над чем вы сейчас работаете? Ловите убийцу?       Охотник обернулся на него и прищурился, словно раздумывая, стоит ли делиться информацией.       — Конкретно я занимаюсь штатными делами, — настороженно ответил он, — вампиров ловит другой отдел.       — Минхо?       — Ты его знаешь? — охотник наконец добыл папку, сел за стол напротив Джисона, выключил компьютер и начал, следуя указаниям из документов, что-то щелкать мышкой.       — Он рассказал мне о вас, поэтому я тут.       — Понял. Тогда я внесу его в твою анкету как источник информации. Кем он тебе приходится?       Джисон замер. Что ему ответить? Никем? Они ведь с Минхо больше не были связаны.       — А это важно?       Охотник выглянул из-за монитора.       — У нас есть соглашение, в соответствии с которым мы можем разглашать информацию только нашим близким, а, учитывая статус мистера Ли, он бы точно не стал его нарушать. Так что?       «Мы можем разглашать информацию только нашим близким» — мысленно повторил Джисон. Судя по тому, что Минхо уже ему рассказал, он очень ответственно подходил к работе, а, значит, его решение не было необдуманным. Джисон нахмурился, раздумывая над ответом.       — Я узнал о вампирах и охотниках не совсем от него. У меня есть друг, который встречается с вампиром, я услышал его разговор с Минхо, и поэтому ему пришлось мне все объяснить.       — Хорошо. Имя друга?       — Ли Феликс.       — О, он тоже должен был пройти регистрацию, но почему-то до сих пор не явился.       — У него там какие-то проблемы, как освободится, обязательно придет.       — Напомни ему об этом, ладно? И, все же, — охотник сощурился, как-то подозрительно поглядывая на Джисона, — кто для тебя мистер Ли? Просто ты зовешь его по имени, вот и стало интересно.       Джисон вздохнул.       — Он глава волонтерского клуба в моем вузе. Я там тоже состою.       Кажется, охотник, не особо впечатлился. Произнеся разочарованное «а», он мигом вернулся к клавиатуре. Дальнейший диалог уже строился в форме вопроса-ответа. Дата рождения, место проживания, место учебы, знакомые среди охотников и вампиров — типичные вопросы, которые сменяли друг друга и все никак не хотели заканчиваться.       — Подожди меня здесь, ладно? Я сгоняю за камерой, сфотографируем тебя, и ты будешь свободен, — спустя минут двадцать произнес охотник, вставая из-за стола, — если что, тут есть видеонаблюдение, так что ничего не трогай.       — Конечно.       Больно Джисону нужно было лезть во все это. К тому же, шкафы выглядели так, словно из них одну бумажку вытащишь, а на тебя вслед за ней целая гора высыпется.       Он уныло осмотрел кабинет и откинулся на спинку стула. Наверное, работать здесь было невероятно скучно.

***

      Когда дверь в переговорную вновь открылась, Джисон почти умудрился уснуть с открытыми глазами. «Слава богу,» — подумал он. Сейчас они быстро сделают фото, а потом он отправится в ближайшую кофейню за крепким американо, после чего, возможно, даже успеет на первую лекцию. Приходить сюда в учебный день оказалось максимально глупо.       — Джисон? — знакомый мягкий голос стал для него полнейшей неожиданностью.       Джисон медленно обернулся, уже зная, кого увидит.       — Привет, — кивнул он, лишь на миг отрываясь от молчаливого созерцания поверхности стола.       Минхо выглядел куда более уставшим, чем в их последнюю встречу. Даже секундного взгляда Джисону хватило, чтобы заметить его потрескавшиеся губы и не свойственную ему бледность — видимо, центральное управление мучило не только офисных сотрудников.       Минхо тихо вошел и приблизился, а Джисон понял, что попал. Потому что у него не получилось отпустить человека, которым он восхищался почти два года и с которым провел замечательные три недели. Одного присутствия Минхо рядом оказалось достаточно, чтобы все его существо потянулось к нему.       — Пришел зарегистрироваться? — Джисон, все так же не глядя на него, кивнул.       — А ты почему здесь? У вас же экзамены начинаются.       — Потому что это моя работа. Учеба нужна как прикрытие или, на крайний случай, как запасной план.       Минхо сдвинул папку с документами и присел на край стола. Неловкость в воздухе стала почти осязаемой.       Джисон хотел взглянуть на него снова, хотя бы потому, что привык любоваться его лицом, но внутренние барьеры не позволяли ему сделать это сейчас.       Он вспоминал чувство уверенности и защищенности, которое дарил ему Минхо. В его глазах тогда он выглядел как кто-то, на кого можно положиться и с кем хорошо было даже молча заполнять ведомости в волонтерском клубе. А его руки… Такие горячие и большие, они дарили тепло и спокойствие, но одновременно с этим заставляли гореть живьем.       Сейчас же Джисон чувствовал разочарование, растерянность и, быть может, легкую надежду? В конце концов, Минхо честно рассказал ему все, включая род своей деятельности, и выразил желание попытаться снова. Что если они попробуют снова? Если Джисон даст-таки ему шанс?       Мозг подсказывал, что это может быть не самой лучшей идеей, но Джисон все же решился.       — Ты сказал, что я стал особенным для тебя, — он поднял голову и посмотрел на Ли, — расскажи мне.       Брови Минхо на секунду дрогнули, выдавая его удивление от неожиданного вопроса, но он тут же взял себя в руки и наклонился к нему.       — Я ведь уже рассказывал тебе, — вкрадчиво произнес он, и, возможно, это был простой отсвет от люминесцентных ламп, но Джисону показалось, что его темные глаза вспыхнули, — я честен в своих чувствах к тебе, и ты очень сильно нравишься мне. Сильнее, чем простая симпатия.       Джисон затаил дыхание, когда Минхо сократил расстояние между ними еще больше. Казалось, будто их губы вот-вот соединятся, но они оба не двигались, из-за чего поцелуй все никак не происходил.       — Что будет, если я скажу, что простил тебя? — шепотом спросил Джисон.       — Разве ты не сказал это прямо сейчас?       — Это другое. Я еще не решил до конца.       — Что ж, — Минхо слабо улыбнулся, — ты узнаешь это, если скажешь.       — Обсуждаете волонтерские дела? — послышалось откуда-то сзади, и Минхо неохотно отстранился, соскакивая со стола.       — Джексон, — раздраженно произнес он, оборачиваясь на вернувшегося охотника, — занимайся своей работой и не лезь в чужую личную жизнь, — охотник в извиняющемся жесте поднял руки, но Минхо, игнорируя его, прошел мимо, останавливаясь только у самой двери, — Джисон, я напишу тебе чуть позже, не игнорируй меня, пожалуйста.       — Хорошо… — не зная, куда себя деть, смущенно выдавил парень.       Джексон, пытаясь придать своему лицу выражение максимального сочувствия, но все равно выглядя слишком довольным, одними губами произнес «прости».       Дверь с глухим звуком закрылась, и в переговорной повисла такая тяжелая тишина, что шкафы, набитые документами, еле выдерживали на себе ее вес.       — Итак, фото для архива?       — Ага.

***

      — Волнуешься? — поинтересовался Хенджин, когда они с Феликсом оказались во дворе дома Тэена.       Утром Феликс-таки вспомнил, зачем изначально пришел к Хенджину, и за завтраком рассказал ему о ссоре Чана и Чонина, свидетелем которой невольно стал.       — Я мог бы догадаться! — простонал тогда Хенджин, зарываясь пальцами в волосы. — Ликс, я серьезно, в боулинге этот запах крови от него сводил меня с ума.       — Ты тоже хотел?       — Нет, меня тошнило. Знаешь, сразу возникал вопрос, как он мог столько выпить, а дальше я неосознанно представлял это все в голове и… Было ужасно.       — Разве это не все равно, как если бы от человека, пахло, например, шашлыком? Он просто готовил его на углях и…       — Ну так пропахнуть дымом и пропахнуть кровью — это же разные вещи. От Тэена практически ничем не пахнет, хотя он пьет через день, а тут представь, такой концентрированный запах.       Феликс в ответ на это поежился и предложил продолжить обсуждение уже после того, как он поест. И в итоге они пришли к выводу, что лучшим решением будет посвятить в это Тэена.       Хенджин говорил, что обычно добирался к нему пешком — так было быстрее, чем на такси или на метро, но перспектива нестись по крышам домов подмышку с Феликсом не прельщала никого.       На дорогу они убили добрых полтора часа, и теперь, когда нужный дом наконец-то предстал перед ними, Феликс слегка притормозил.       — Не волнуюсь, просто не знаю, чего ожидать, — пояснил он, переплетая пальцы с Хенджином, — Тэен же настоящий вампир.       — А я тогда какой? — Хенджин поднял бровь и улыбнулся.       — Ну, ты еще совсем молодой, даже не застал вторую мировую…       — И Царя Гороха.       — Такой разве был?       — Ликс, расслабься, — Хенджин наклонился к нему, прижимаясь щекой к его виску, — все будет хорошо. Тэен помогает охотникам и много контактирует с людьми.       — Я знаю, но восприятие все равно другое. Ты не кажешься мне прям вампиром-вампиром, как будто ты просто человек с суперспособностями, а вот Тэен… Сколько ему вообще лет?       — Сто два года.       Феликс отстранился и вытаращил глаза.       — Сто два?!       Хенджин засмеялся и кивнул.       — Но он современный, так что ты даже не заметишь этого.       — Ладно, но ты же понимаешь, что теперь я буду думать только об этом?       — Думай обо мне, — Хенджин взял его за руку и повел к подъезду, — быстро разберемся с этим, а потом вернемся домой и весь вечер проведем вместе. Ты же останешься сегодня у меня?       — Ага.       — Ну вот и отлично.       Консьерж на входе без лишних вопросов записал их, а дальше начался долгий подъем на двадцать второй этаж и не менее долгая прогулка по длиннющему пустому коридору.       Феликс изучающе смотрел по сторонам и думал о том, что если убрать из этого коридора все освещение, то получилась бы неплохая декорация к фильму ужасов — только призрака в конце не хватало.       — Нам сюда, — Хенджин остановился возле тяжелой металлической двери.       — И как мы войдем? — поинтересовался Феликс, замечая остатки звонка в стене. Тэен убрал его, чтобы больше не открывать дверь охотникам?       — Я помню код, — Хенджин быстро ввел нужные цифры, замок пиликнул, и ручка отщелкнула.       — Знаешь, я все больше начинаю завидовать твоей памяти. Я не могу запомнить даже названия тем, а сессия уже через полторы недели…       — Наверное, это какая-то вампирская способность, я не спрашивал Тэена об этом, — пожал плечами Хенджин, — а если ты так сильно переживаешь за сессию, то можем готовиться вместе, я позанимаюсь с тобой.       — Ага, — Феликс закатил глаза, — вспомни, как мы делали мне реферат, как готовились к контрольной и как ты объяснял мне лекцию. Не имею ничего против твоих методов преподавания, но к сессии буду готовиться у себя в общаге, извини.       По крайней мере, там был Чан, который любил угрожать звонками госпоже Ли, а такую серьезную мотивацию игнорировать уже не получалось.       — Ну, мое дело предложить, — подмигнул Хенджин.       Он открыл дверь, и они осторожно вошли внутрь.       — Тэен, мы пришли!       В ответ была тишина.       — Может, он чем-то занят и не слышит? — предположил Феликс, разглядывая интерьер прихожей и задирая голову, чтобы оценить высокие потолки.       — Вампир и не слышит? — Хенджин фыркнул. — Нет, он должен быть где-то здесь, иначе предупредил бы об уходе.       — Ну мало ли, вдруг что-то…       — Стой, — Хенджин прижал к губам палец, и Феликс затаил дыхание.       Вокруг было так тихо, что он слышал только собственный пульс, но, возможно, Хенджин таки что-то уловил. Вампир прищурился, всматриваясь вглубь квартиры, и сделал осторожный шаг.       — Тэен?       Ответа опять не последовало. Феликс закатил глаза. Квартира пустая — смысла находиться здесь дальше не было.       — Может, подождем снаружи? Все-таки невежливо заходить вот так, пока его нет дома…       И только он хотел потянуться к ручке двери, как перед его лицом что-то пролетело. Феликс моргнул, пытаясь понять, показалось ему или нет, а Хенджин в этот момент резко отскочил от него.       — Черт!       В первый раз он успел увернуться, неосторожно врезаясь в стеллаж и сбивая с него книги, но во второй угадил прямо в чужие цепкие руки.       Все произошло настолько быстро, что человеческие глаза Феликса не разобрали ничего — вот Хенджин стоял рядом, а вот через секунду находился уже в нескольких метрах, да еще и не один.       — О, сейчас уже лучше, — с улыбкой произнес, видимо, хозяин квартиры, и Феликс, раздумывающий над планом побега, удивленно замер. Он точно где-то его видел, вот только где? — Привет, Феликс, надеюсь, мы не слишком напугали тебя?       Хенджин, выпутываясь из его рук, довольно улыбнулся и поправил волосы.       — Мы тренируем мою скорость реакции, — пояснил он, — всего три дня, а уже есть результаты, да?       — Ага, — новый вампир кивнул и снова обратился к Феликсу, — думаю, Хенджин уже познакомил нас заочно, но я все равно представлюсь — Ли Тэен.       Феликс отмер и сделал глубокий вдох.       — Ли Феликс. И можно спросить у вас, мы с вами…       — О боже, без формальностей, — махнул рукой Тэен, — мне даже «аджосси» уже не подходит, так что только по имени и только на «ты».       Ладно, Феликс и правда много надумал по дороге сюда. Ли Тэен не казался таким древним, каким он уже успел его представить, а выглядел вполне себе современно, только как-то слишком… Идеально? В Хенджине тоже было что-то такое. Может, это отсутствие прыщей и ровный тон кожи без единого покраснения? Даже консилером ведь такого эффекта не добьешься.       — Извини, так вот, мы могли где-нибудь видеться раньше? — исправился Феликс, продолжая разглядывать его.       — М, — Тэен задумчиво отвел взгляд, — я работаю в клубе, так что если ты любишь такие места, то, может быть. Как вариант, еще дома у Джонни.       Ну, конечно. Вот, где они пересеклись — похороны. Феликс наконец-то вспомнил, что именно его увидел рядом с гробом, когда искал Хенджина. Неудивительно, что он так выделялся среди остальных.       — Кстати, в холодильнике есть напитки из нашего бара, так что не стесняйся, — Тэен рукой показал в направлении кухни.       Зачем ему, живущему в одиночестве и, со слов Хенджина, не скучающему по человеческому быту, алкогольные коктейли, Феликс уточнять не стал. Только вежливо поблагодарил за предложение, и, не отходя от Хенджина ни на шаг, двинулся за вампирами в гостиную.

***

      — Итак, вы хотите сказать, что знаете вампира, которого никто не может вычислить? — со скепсисом переспросил Тэен, глядя то на Хенджина, то на Феликса.       — Да. Он общается с моим соседом, поэтому я случайно услышал их диалог, — ответил Феликс, ерзая на диване и пытаясь усесться поудобнее, — мой сосед кричал на него из-за того, что он убил Джонни, а потом, уже дома, признался, что чувствует вину за произошедшее. Потому, что он мог как-то влиять на убийства, предотвращать их что ли? Он сам не до конца разобрался в этом.       — Ты уверен, что правильно все понял?       — Тэен, я полностью согласен с Феликсом, — настойчиво произнес Хенджин, — помнишь, я говорил тебе про Чонина, который напал на меня в туалете? Это он и есть. Я тогда не мог понять, почему он так насторожил меня, но теперь все сходится.       — Так тебя и я сначала насторожил, — Тэен скрестил руки на груди, — вы ведь понимаете, насколько это серьезное обвинение? Хенджин, напомни мне, какое дополнение к соглашению здесь работает?       Хенджин задумался, а Феликс, внимательно слушавший каждое их слово, напрягся. Можно ли ему знать это? Минхо не радовало уже то, что он был в курсе о самом существовании соглашения, потому что, как объяснял Чан, люди должны считать вампиров злом, с которым не стоило обговаривать никакие границы. Но это были слова Чонина, так что Феликс не слишком в них верил, а там, мало ли, вдруг так было на самом деле.       — Вампира, который нарушил правило, могут наказать не только охотники, но и другие вампиры?       — Именно. У него есть клан?       — Он говорил что-то о том, — Хенджин нахмурился, вспоминая, что Чонин успел рассказать о себе, — что я не захочу встречаться с ними.       — Тогда это уже дело исключительно вампиров, — Тэен достал телефон и принялся быстро набирать текст. Феликс обернулся на сидящего рядом Хенджина и вопросительно посмотрел на него, но тот лишь пожал плечами. — Если клан Чонина до сих пор не показался, то возможно, его верховный захочет пойти против правил и попытается защитить его.       — А охотники? Если мы объединимся с охотниками, то поймаем его куда быстрее, — не удержался Феликс, — нам надо просто скооперироваться с ними и обо всем договориться.       На слове «мы» Тэен опустил голову и исподлобья взглянул на него.       — Охотники — тоже люди, они вряд ли смогут что-то сделать, если на одной территории сцепятся несколько кланов.       — Он своему клану не нужен. Мой сосед сказал, что сейчас он тут один, так что…       — Давай я сначала найду его и сам с ним поговорю? Не стоит рассказывать о нем охотникам, пока мы точно во всем не убедимся.       — Это же не из-за того, что ты хочешь отомстить? — осторожно спросил Хенджин.       — Это одна из причин. Но если вам так будет проще, считайте, что я забочусь об охотниках — им не придется рисковать понапрасну.       Его предложение казалось слегка странным, но придраться было не к чему.       — Я согласен, — поддержал его Хенджин.       — Ну, я как бы тоже не против, — Феликс пожал плечами, — главное, чтобы его поймали, а там уже не важно, кто.       — Тогда, раз мы все решили, — Тэен вежливо улыбнулся, — Феликс, оставь нас ненадолго, пожалуйста.       И вот тут Феликс нахмурился. Во взгляде Тэена проскочил такой холод, что он почти наяву ощутил, как температура в комнате понизилась. Он украдкой посмотрел на Хенджина, но тот лишь кивнул, поэтому ему не оставалось ничего, кроме как уйти на кухню.       И у него не было ни единого предположения, что Тэен хотел обсудить с его парнем, но зато была твердая решимость обязательно узнать об этом позже.

***

      — Хенджин, скажи мне, что это сейчас было?       — О чем ты?       Как только Феликс вышел, Тэен сразу преобразился. Маска любезности слетела с него и обнажила настоящие чувства — злость и негодование. Хенджин растерянно посмотрел на него, не зная, что успел натворить. Вроде бы ничего, а там мало ли, вдруг случайно нарушил какое-то негласное вампирское правило.       — Ты говорил, что Феликс в курсе твоей сущности, и это было еще более менее приемлемо, но, видимо, до тебя не доходит, что он по-прежнему остается обычным человеком.       — Эм, доходит, — Хенджин нахмурился, — но ты тоже общаешься с людьми, что-то не так?       — Люди, с которыми я поддерживаю общение, во-первых, не знают обо мне, а во-вторых, никоим образом не касаются нашего мира. Нахрена ты втягиваешь Феликса в вампирские разборки? Он намного слабее тебя, не говоря уже о тех, кто состоит в кланах. Как думаешь, что они сделают с человеком, который перейдет им дорогу? Что Чонин сделает с Феликсом?       — Я не втягивал его, — ответил Хенджин, делая шаг назад. Это был второй раз, когда он видел Тэена таким раздраженным, и первый раз, когда это раздражение было направлено именно на него. Легкий страх пробежал по всему его телу. — Ты же слышал, Чонин использовал его соседа, так что он все равно узнал бы.       — Ты сейчас оправдываешься передо мной? Сам говорил мне, что у тебя есть к нему чувства, так зачем позволяешь ему рисковать жизнью?       — Чонин сказал, что не тронет его.       — Чонин — не единственный вампир, кто может им заинтересоваться.       Кажется, злость передавалась воздушно-капельным путем, потому что Хенджин и сам начал заряжаться ей от Тэена. Сжав кулаки, он с вызовом посмотрел на него.       — А что, по-твоему, я должен делать? Он общается с охотником и знает уже трех вампиров, включая тебя.       — Сотри ему память гипнозом.       — Что… — Хенджин, ошеломленный его словами, замер. — Ты сейчас серьезно?       — Абсолютно. Ты же видишь, как он рвется в самую гущу событий. Его там быть явно не должно.       — Но… Я не могу.       — Можешь. Тебе не обязательно убирать все, — продолжил Тэен, подходя ближе, — только то, что ты вампир, а остальные воспоминания можно изменить, это не так сложно.       Он говорил об этом так легко, будто вообще не видел никакой проблемы. И Хенджин снова ощутил, насколько отличается от других вампиров.       Чонин запросто мог убивать людей, а Тэен так же запросто мог манипулировать ими с помощью гипноза.       Еще в их первую встречу, он честно рассказал Хенджину, почему относился к людям более бережно и не спешил сближаться с ними. Все было предельно просто — человек, в которого Тэен был влюблен в начале прошлого столетия, оказался вампиром. И в их отношениях не было ничего подозрительного до тех пор, пока он не обратил Тэена, потому что тогда его влияние ослабло и, оказалось, что большую часть времени Тэен находился под гипнозом, не в силах сопротивляться и действовать самостоятельно.       Этот вампир уже давно исчез, но жизненный урок, который он преподал, было невозможно забыть.       Поэтому, узнав про Феликса, Тэен посоветовал Хенджину не делать ничего, что заставило бы его чувствовать себя притесненным. Но то, что он предлагал сейчас, противоречило этому на сто процентов.       — Разве это не слишком радикально? Я мог бы просто поговорить с ним.       — Хенджин, — ровный тон голоса Тэена напрягал даже больше, чем его тяжелый взгляд, — за свою жизнь я терял многих людей, со многими мне приходилось поступать точно так же ради их блага. И ты должен понимать, что это ждет и тебя. Я ведь сразу сказал тебе, что вампиры и люди пересекаются только в одной точке, поэтому, если ты хочешь быть с Феликсом, то должен быть готов рано или поздно отпустить его. Через пару лет тебе все равно придется заменить его воспоминания или чувства.       Хенджин отвернулся к окну и прикрыл глаза.       — Я не собираюсь делать выбор за тебя, просто хочу, чтобы ты не совершал ошибок, о которых потом будешь долго жалеть, — тихо продолжил Тэен, — надеюсь, ты все же подумаешь над моими словами. А теперь, давай позовем Феликса обратно. Слышишь, он там уже ищет стакан, чтобы подслушивать нас через стену?       Хенджин, чувствуя себя полностью опустошенным, покачал головой. Конечно, он не мог не слышать, а потому собирался позже провести с Феликсом серьезный разговор. Кто-то должен был сказать ему, что комментировать каждое свое действие в голосовых Чану, находясь при этом в квартире с двумя вампирами, такая себе идея.

***

      — Он сказал тебе что-то плохое? — Феликс решился спросить, только когда они оказались у Хенджина дома и сели за учебу.       — Ничего такого, — отмахнулся Хенджин, доставая свою тетрадь, — просто ситуация с Чонином может быть реально опасной, поэтому он попросил нас держаться подальше.       — М, а разве он не собирается со всем разобраться? — Феликс отпил горячий шоколад и открыл на ноутбуке лекцию, разворачивая экран так, чтобы им обоим было удобно.       — Он постарается, но нам все равно не стоит отсвечивать.       Феликс кивнул, а Хенджин сразу понял, что такой ответ его не удовлетворил. Насколько он успел узнать парня, тот, в силу своего неуемного любопытства, все равно попытался бы куда-нибудь влезть, и из-за этого мысли, появившиеся у него благодаря Тэену, все никак не могли стихнуть.       У Хенджина было время, чтобы прикинуть возможные варианты, пока они ехали в такси, но он пришел лишь к тому, что запутался еще больше.       — Ты только посмотри, что ответил мне Чан, — Феликс возмущенно протянул ему телефон.       Хенджин взглянул на переписку. Если говорить кратко, то после всех сообщений Феликса о сегодняшнем дне, Чан завуалированно послал его куда подальше и дал понять, что больше не хочет иметь ничего общего с Чонином.       — И что не так?       — Ну, разве ты бы не попытался сделать хоть что-нибудь на его месте?       — Нет.       — Почему?       — Потому что мне дорога моя жизнь.       Феликс поджал губы и молча уткнулся в тетрадь. Хенджин внимательно посмотрел на него и прикрыл глаза, чувствуя неимоверную усталость.       С самого начала их знакомства Феликс не стеснялся задавать ему провокационные вопросы, и, даже будучи уверенным, что Хенджин собирается убить его, все равно написал первый.       Это была целая серия наитупейших сообщений.       «Я знаю, что ты собираешься убить меня, но, пожалуйста, не делай этого в ближайшее время. Я хочу напоследок увидеться с семьей, а еще неплохо было бы закончить этот семестр. У меня небольшой конфликт с одним преподом, так что мне из принципа нужно вовремя получить у него зачет. Но если ты все же соберешься, то, пожалуйста, предупреди меня заранее. Я все равно не смогу скрыться от тебя, а так хоть успею написать прощальную записку. Обещаю, твоего имени в ней не будет.»       А когда Хенджин прочитал его заключительные причитания о бедном Джисоне который без него не сможет ходить в вуз, ему захотелось найти Феликса, но не для того, чтобы убить, а чтобы увидеть заключение медиков об его адекватности, после чего, если эта самая адекватность подтвердится, дать ему хорошего леща.       Так что он изначально понимал, с кем связывается. Да, его жизнь заиграла новыми красками и изменилась в лучшую сторону, но сейчас ему стало реально страшно.       Если Феликс не будет ничего знать о вампирах, многое ли поменяется? Хенджину снова придется скрываться, а еще они вряд ли смогут жить вместе, иначе как он будет объяснять ему постоянные отказы от человеческой пищи? Между ними появится слишком много секретов.       Но, если принять все минусы, то для них это будет возможность стать обычной парой. Они будут, как все, гулять вечером в парках, а потом бежать сломя голову, чтобы успеть по домам до комендантского часа.       Когда-нибудь, Феликс уломает его выйти на улицу после захода солнца, и они, переполненные весельем и адреналином, будут прятаться от патрульных и записывать сторис в свете фонарей.       А еще Феликс принесет ему свои любимые пирожные, но Хенджин, оправдываясь диетой, уберет свою порцию в холодильник, выслушает длинную речь про рпп, и скажет, что ему осталось сбросить совсем немного.       Будет ли так лучше для Феликса? Встречаться с кем-то, кто тоже не знает, горят ли вампиры на солнце или сияют как Эдвард Каллен?       Тэен верно сказал, что он сам должен принять решение, но было так тяжело понять, какое станет правильным.       Хенджин мысленно досчитал до десяти.       — Феликс, — он потянулся к нему, чтобы привлечь внимание, но тут же отдернул руку, боясь выдать собственную дрожь, — посмотри мне в глаза на секунду.