Наглый учёный и его миленький студент

«Ну Джон, ну там такая кирка!»:Сказал Уильям и уцепился за рукав халата учёного, пока тот стоял в своей лаборатории и что-то делал, склонившись над широким белым глянцевым железным столом, захламлённый всякой всячиной. Лололошка попытался убедить его еще раз, он посмотрел на него щенячьими глазками и надул щёки. Но Джон был слишком занят своими проводками и микросхемами, отвлёчен что бы заметить хоть что-то вокруг себя. Когда учёный работал, он полностью отдавал себя делу, и не замечал ничего и никого. Даже кого-то настолько близкого как Уильяма. Сейчас этот самый Уильям, кстати, пытался выпросить себе новенький инструмент. Будто Харрис был его личным кошельком, хотя, судя по его доходам, скорее личным банком. Ма-а-аленькой странностью Лололошки было то, что он почему то постоянно рвался прочь из Хенфорта, рубить деревья, крушить камень и кромсать свинюшек, будто он в каменном веке, а сзади не стоит город, в котором можно купить все что пожелаешь. Джон смирился с такой странностью. Заботливо оплачивал все штрафы и оберегал студента от тюрьмы, «вежливо» просил полицию заминать и бросать в дальний ящик все дела о браконьерстве и незаконной вырубке лесов. Хотя, у Харриса были и свои странности. Никто «обычный» не смог бы создать новую жизнь, автоматонов. А ещё быть настолько душным и надоедливым, это тоже, да. Два сапога пара. С тех пор как они начали встречаться, прошло некоторое количество времени. Теперь Лололошка был второкурсником. С помощью своего невероятного везения и невероятной пробежки через все кабинеты и преподавателей в конце года что бы закрыть двойки, Уильям смог не вылететь пинком под зад из университета. Почётный эколог. В лаборатории было холодно, безумно холодно. Джон, даже не пытаясь отцепить от себя студента, так как знал что это бесполезно, смахнул с лба капли пота и продолжил возиться в механизмах, почти непонятных Лололошке. Студент обиженно надулся, но не получив реакции сдался и отступил назад. Он опёрся об стол, заваленный хламом и инструментами и осмотрел помещение. Лаборатория, где «безумный» гений Джон Дейви Харрис проводил свои эксперименты находилась под землёй. Единственным кто знал про его эксперименты с новой жизнью и бесонные ночи наполненные вознёй с автоматонами был Лололошка. Это конечно, очень сильно льстило Уильяму, но ночью хотелось спать, а не смотреть как твой единственный и ненаглядный каждую ночь проводит в холодной лаборатории под землёй. Наконец, Джон обернулся на него. Он вытер лоб от пота и слегка приспустил очки на переносицу, глядя на Уильяма. — Ты разве не видишь что я занят? — Без злобы сказал Джон. Лололошка закатил глаза. До одного места ему эти занятости, у него тут дела поважнее. — Ну Джон, кирка... — Внезапно, учёный резким движением протянул ему что-то. Это была кредитная карта. — Ну купи что тебе там надо. — Бросил он и кинул кредитку в Лололошку, возвращаясь к работе. — О-o... — Довольно протянул Уильям и его губы растянулись в хитрой ухмылке. Если волшебная палочка в виде кредитки сама падает ему на голову, с лёгкого движения руки мистера Харриса «Гения, миллиардера, филантропа» он должен, просто обязан использовать это как ему вздумается. Ну, пока лимит не кончится. Но он же не собирается покупать страну, так что всё в норме. — Пока-пока! — Сказал Уильям и вышел из лаборатории, преисполненный воодушевлением от предстоящих покупок. Всё что он захочет, абсолютно всё. Ха, и пусть подавятся те кто говорил что он ничего не добьётся! Его встретила тихая улица. Лаборатория находилась в бедном и пустом районе Хэнфорта, тут почти никто не ходил. Идеальное убежище. Тёплый летний день и лёгкий приятный ветер. Ощущается совсем иначе после холодного помещения под землёй. Первым делом он решил направиться в торговый центр. И скупить всё что он раньше не мог скупить. Одежду, технику, инструменты и артефакты, да он мог купить весь ТЦ сразу!

***

— К оплате 30.000 ST, мистер Дейвисон... — Нервно проговорил кассир. С довольным видом Лололошка приложил карту к терминалу, оглядывая кучи товара что он нагрёб. — Погодите, а какой ПИН-код... — Улыбка спала с его лица.