near the volleyball net

      — Хёнджин, ну ты и мудила. — отозвался, на удивление, тонковатый голос Феликса. Тот подскочил к своему лучшему другу и с разбегу треснул того по носу. Хёнджин аж глаза от удивление раскрыл, наконец переводя взгляд от Сынмина на своего разъяренного друга. В отличии от Кима, что закутался в плед и свесил ноги с кровати, даже не смотря на вошедшего, то Феликс выглядел так, словно сейчас убьет своего друга, закопает или спалит тело, так ещё и по другим людям пойдет. Миловидный маньяк.     — Хэй, успокойтесь, у Сынмин-хёна болит голова. — Чонин шикнул на них и встал с кровати, давая Киму просторные простыни. Ян подошел к Хвану и похлопал по плечу, сразу же забирая Феликса под руку. — Хён, вам нужно поговорить. — и ушел, забирая злого парня с собой. Как только дверь закрылась за ней послышались возмущения Феликса, говорящего, что убьет Хёнджина сразу же как тот выйдет.     — Сынмин? — старший подходит к чужой кровати и садится на корточки прямо перед еле успокоившимся юношей. — Сынмин..  — Я не знаю.. почему ты тогда так отреагировал.. Тогда после празднования, но.. что я сделал не так? — Ким был сильным, он не плакал, он уже все выплакал, да так, что сейчас голова болела нещадно, заставляя жмуриться и делать вид, что все нормально.  — Я был не в себе, — вздохнул старший и уселся на полу возле кимовой кровати. —знаю, что от чувств потерял самообладание.  — Каких, к черту, чувств? — прикрикнул Ким и сразу же схватился за голову, заставляя занервничать Хвана ещё больше. Он сразу же кинулся в сторону маленького холодильничка, доставая таблетки и воду.  — Выпей, — он отдал этот набор в руки младшему и сел рядом на кровать. — прости за то, что заставил чувствовать себя так ужасно.  — Я подумаю. — вздохнул юноша и убрал кружку на тумбочку рядом. — Но каких чувств?       Хёнджину вздохнул, он чувствовал себя ужасно виноватым в произошедшем. Почему он не помог?     — Не так давно.. я видел как ты обнимался и целовался с кем-то под лестницей, — Хван потеребил пальцами свой лонгслив и перевел взгляд на младшего, что кажется дар речи потерял. — Поэтому принял этого мудака за другого мудака. — старший отводит взгляд к окну и он смягчается, пытаясь выглядеть спокойнее. — я приревновал тебя, хотя мы не в отношениях и высказал тебе из-за этого ужасные вещи, так ещё и оставил в сложной ситуации. — теперь он сознался, но облегчение не приходило.  — Вот оно что. — протянул больной Ким и улегся на кровать, рассматривая свои пальцы в слабом свете. — Понятно.  — Прости меня.– Хван слишком неожиданно уселся на колени перед младшим, что тот даже опомниться не успел, как увидел перед собой виноватое лицо, опущенное в ноги. — Хван Хёнджин, я понял тебя, но простить не могу.. — младший выдавил эти слова с уставшим видом и убрал руку со свету, прикрывая глаза. — Можешь уйти? — Сынмин, но.. — он хотел продолжить, но увидел мелко подрагивающие ресницы, так что примолк. — Мне нужно всё обдумать и отдохнуть.    •••     Первая тренировка после праздника прошла в гробовой тишине и только резкие звуки ударяющегося меча разрезали воздух своим свистом. Хёнджин бессмысленно набивал мяч перед тренировочной подачей, он опомнился только тогда, когда в спину ему прилетел другой мяч. Глаза застилал туман и кажется, что ему стоит провериться на качество зрения, потому что после прошедших событий парень начал хуже себя чувствовать. Муть в глазах, пустой взгляд, рассеянность и забывчивость. Иногда он мог столкнуться со студентом в университете и даже этого не заметить. Из-за этого ему много кто высказывал претензии, но он не слушал, подсознательно кивая, при этом ища одну темно-русую макушку. Ким Сынмин появился на тренировке вовремя, тоже не слишком веселый чтобы шутить, так что Ёнджун подошедший к нему сразу примолк. Выглядело странно видеть такого младшего, он буквально искрился раньше уверенностью и всяким спектром эмоций, а сейчас будто вернулся на свой первый курс, где был замкнутым студентом с кучей комплексов.    — На позиции! — прикрикнул Субин и все наконец-то разошлись на свои места. Хёнджин впервые попал в одну команду с младшим на тренировке. Будь это в других обстоятельствах, то он бы уже затискал это смешное, саркастичное сокровище, но сегодняшние обстоятельства делали его виновником всех проблему Ким Сынмина, а он даже не возражал, принимая свой косяк.     Игра началась спокойно, всё-таки после недавнего нужно было медленно входить в раж. Кай из-за того что отвык, потянул мышцу и был вынужден сесть на лавку, а после сидел пол тренировки с надутыми губами. Ёнджун уже меньше пялился на Субина и просто играл, постепенно наращивая свой темп. Сынмин же был рассеян, он не терял мячи, нет, но он смотрел на всё слишком расслаблено и слишком грустно. В его глазах мало чего можно было увидеть, но Хёнджин видел обиду.      После тренировочного раунда, парни разошлись по всему залу отдохнуть, но Ким просто свалился на месте. Сначала Хёнджин подумал, что тот прилег на пол отдохнуть, но после понял, что кажется кое-кому нужна помощь медсестры. Хван бросился к нему, пытаясь самостоятельно привести его в чувство, но мало, что выходило. Пришлось тащить нелегкую тушу Ким Сынмина на своей спине в мед. кабинет.     — Можете пожалуйста его включить? — только после сказанного Хван понял, что сказанул и насупился. — То есть.. ну.. нашатырь? Он упал в обморок. — он ярко жестикулировал, показывая, что находится в полном шоке. Медсестра помогла поднять Кима из сна и перед уставшим, мутным взглядом младшего предстал Хван с растрепанными волосами, хмурящимся лицом и тревожными глазами. Их гляделки прервала женщина.      — Я бы ему рекомендовала отоспаться и отдохнуть пару дней. У него недосып, а ещё кажется он сильно сбросил вес. — обращаясь к Хёнджину сказала женщина и слабо приподняла уголки губ. Студент кивнул и помог подняться на ноги Сынмину, но тот лишь препирался и говорил уйти.     — Хван Хёнджин, убери свои руки. — младший сам себе кивнул, но на Хвана так и не посмотрел. — Я ещё тебя не простил.  — Я знаю, — тут же отозвался юноша и придерживая младшего за плечи, повел в сторону общаг. —  поэтому веду тебя в целости и сохранности в комнату, чтобы ты поспал. — он чувствовал, что и сам скоро в сон ввалиться, но они как раз уже дошли до комнаты, любезно предоставленной университетом, Ким Сынмину и Ли Феликсу.     Весь следующий день Сынмин проспал, а когда проснулся, то увидел около пятидесяти сообщений от Ян Чонина. Сообщения выглядели встревоженными, злыми, грустными и младший явно терпел полный ахуй. Он материл своего хёна, признавался в любви, беспокоился, а это сразу же перекрывало весь гнев Чонина и он сразу же в глазах Сынмина становился душкой. В итоге Ян завалился поздно вечером, притащив с собой ещё и Хёнджина, чем удивил лежащего у себя на кровати Ли. Оказалось, что Хван сам везде по пятам у младшего ходит, выпытывая состояние Ким Сынмина каждую секунду. Беспокоился. Сынмин же был обижен, но эта ситуация его позабавила и в глазах немного полетала нежность, перед тем как заснуть ещё на время.     Когда Хёнджин вышел из-за Чонина, то взору Киму предстал ужас. Симпатичное личико старшего было покрыто несколькими порезами и разбитой губой. Он подрался или что?      — Что с ним произошло? — Ким привстал с кровати, медленно переходя в сидячее положения. Он кое-как сдерживался чтобы не сорваться с места и не начать залечивать чужие раны. Это было бы опрометчиво.  — С ним? Я же тут нахожусь, почему ты игноришь моё существование в этой комна..— его рот прикрыл Чонин, сжимая ладонь на чужих губах, на что старший лишь закатил глаза и выбрался из раздраженной хватки. Ким хмыкнул и скрестил руки на груди, осматривая открытые участки тела. — Так что?  — Он подрался с тем ублюдком опять.. ну и в итоге.. — Ян замялся и перевел взгляд в окно, щурясь. — его отчислили. — Ким Сынмина не хватает. — Хван-дурная-ты-голова-Хёнджие, зачем было драться? Чтобы тебя исключили? Дебил? — он не прекращал, сыпля негодования в сторону своего, пока ещё друга. — Я тебе глаза выколю, будешь такими копейками на меня смотреть, понял?  — Йаа.. Сынмин-а, не я отчислен, а тот подонок. — Хван улыбнулся и прижал палец к чужим губам, заставляя притихнуть и выслушать. — Понял?     Пришлось глупо кивнуть. он сдал себя с потрохами, сдал свою тоску и переживание. Ужасно. Он правда переживал из-за такого состояния старшего, что полез в драку, видимо думая, что так искупит свою вину. И если быть честным, то немного прощения он заслужил. Правда.. не до конца ещё. Глаза разбегались, осматривая все царапинки и ранки на лице. Юноша вздохнул и кивнул, отходя подальше.  — Аптечка в комнате у тебя есть? — Киму было неловко. — Нет. — глупый и не искренний, заразный и жизненно необходимый чудак. — Ты же спортсме.. — в этот раз Хван заткнул Яна и вытолкнул из комнаты. — Ладно, садись. — Сынмин отвернулся и напряг лицо, стараясь спрятать легкую улыбку на такую дурачливость со стороны старшего. За дверью послышались возмущения со стороны блондина, но после Чонин стих, но явно ушел недовольный.     — Где ты его вообще нашел? — Ким посильнее надавил продезинфицированной ваткой по расшибленной губе, но Хёнджин лишь шикнул и потерпел.  — Оказалось он на моем факультете, но на курс младше.. — он нахмурился и просто дал младшему обработать свои ранки. — Вот и нашел, а по итогу он столько про тебя наговорил, что я не вытерпел и просто вмазал ему, ну, а дальше ты догадываешься. — юноша улыбнулся и зашипел, чувствуя колючее чувство у губы и брови. Он просто надеялся, что не выглядит уродом сейчас. — Вот оно как. — Ким хмыкнул и осмотрел обработанное лицо, а после принялся за костяшки пальцев. — В любом случае, а если бы исключили тебя?  — Я просто очень везучий. — довольная лыба поползла по чужому лицу, давая понять весь масштаб довольства. — Ну-ну. — не такой уж и слабый щелбан прилетел прямо в лоб старшему, отчего тот изобразил будто его пулей ранили.  Они оба притихли.     Хёнджин заговорил первый, но он много мялся и метал взгляд по комнате, пытаясь зацепиться хоть за что-то. — Ким Сынмин, прости меня ещё раз. — он сел возле него на полу, укладывая голову на чужое колено. Черт. Сынмин сразу же вспыхнул, вот же наглец, знает куда давить. Хоть Ким и был до чертиков смущен таким положением дел, его лицо стойко не выражало эмоций, как минимум мышечных, хотя кожа была красноватой. Хван выглядел миленько с несколькими пластырями на лице, волосы были кое-как прилизаны, но растрепанны, а взгляд и вправду был искренним.  — Я подумаю, — Ким уложил руку на чужую голову и провел пальцами по чужим шелковистым волосам. Он правда хотел простить, но маленькая обида всё ещё таилась в груди, немного напоминая о себе. — последний кто меня целовал.. был он, а я сейчас себя чувствую униженным из-за этого. — теперь уже покраснели уши, снова выдавая владельца голоса с потрохами. Он понимал о чем говорил, но остановиться не смог. — И если бы ты мог..     Хван аккуратно перехватывает чужие запястья, нежно сжимая в своих ладонях. Он чувствует, что наконец Ким выражает свои эмоции открыто, а не прячется по углам. Ему хватает секунды чтобы примкнуть к чужим губам и совсем невесомо чмокнуть их. Сейчас он понимал, что это был первый их подобный поцелуй. До этого была страсть, страсть и страсть, ну и немного дикости. Сейчас старший казался разнеженным и очень довольным, хотя Сынмин и сам выглядел не лучше. Ему самому пришлось притянуть старшего к себе, совсем немного целуя глубже. Наконец инициатива со стороны младшего, а в сердце все трепыхается от подобного. Целовались они так недолго, потому что в итоге Хван завалился рядом, прижимая младшего к себе под бок, чтобы согреть того своим теплом. Он изредка чмокал его в губы, пока они параллельно обсуждали то, что произошло за время их "разлуки". Оба были счастливы и чувствовали себя уютно в компании друг друга. Нежные поцелуйчики, чужие запястья в руках, большой палец медленно потирает чужую тонкую кожу. В итоге в этот раз первым не выдержал старший, притягивая Кима к себе так, что тому пришлось взобраться к нему на бедра, прижимаясь ближе. Кто ж знал, что когда из губы сомкнуться, поцелуй углубится, а мозг от нежности расплавиться, в комнату зайдут сразу двое, а то есть Ян Чонин и Ли Феликс. Кажется сзади ещё стоял заинтересованный Ёнджнун, который спокойно выглядывал из-за своих друзей. Парни даже не сразу заметили присутствие "чужаков" в этой атмосфере.      — Простите, что мешаем, мы пожалуй уйдем к Чонину. — второй раз за день Яна выталкивают из этой комнаты и они быстро скрываются в другой комнате. Ким замирает и в ужасе смотрит на приоткрытую дверь. Ну как же он забыл? В любом случае, он получил свои заветные, долгожданные поцелуи и объятия.  — Смущаешься, щеночек? — Хван сладко улыбнулся, на что Ким перевел взгляд на искривленные губы.  — Твоими губами. — резко выпалил, стараясь забыть о ранее произошедших событиях.  — Даже так? — он улыбнулся ещё довольнее, прижимая юноша к себе за талию, а после заваливаясь на бок, давая себе возможность уткнуться лбом в чужие ключицы.  — Молчи.  — Хорошо.      В итоге в комфортной тишине они пролежали чуть меньше часа, а после включили фильм, под который в итоге вместе и заснули. Хван мягко поправил спавшие волосы с лица младшего, но лишь покрепче прижимается.       — Отдыхай, Ким Сынмин. - и младший лежал спокойно, приобнимая чужие плечи. Он был таким ласковым, что Хван не удержался, давая себе насладиться важностью этой ситуации. Они стали ближе. Но прощение нужно до конца заслужить.    — Отдыхай..