Страницы университетской жизни

Сегодняшний день радует Хонджуна не только тёплыми лучами солнца и приятно шуршащей листвой деревьев, но и тем фактом, что прямо сейчас он идёт к дому Сонхва. Наконец наступила суббота, в которую Хонджун и Сонхва договорились пойти на свидание. Омега последние дни сидел дома, смотрел за Киёном и долечивал его, и, по словам Сонхва, ребёнок уже полностью выздоровел и в понедельник пойдёт в детский сад. Хонджун рад, что Киён больше не болеет, и, конечно, тому, что Сонхва вновь будет ходить в университет, а значит он и Хонджун будут чаще видеться. От этой мысли альфа, кажется, сейчас взлетит к небу на невидимых крыльях. Хонджун звонит в домофон и, открыв дверь, через одну лестничную ступеньку поднимается на второй этаж. Дверь квартиры открывает ему, как ни странно, Сонхва. — Привет, Сонхва, — Хонджун, переступив порог квартиры, вручает омеге букет пионов и бесшумно вдыхает запах клубничного мусса. — Это тебе. — Привет. Спасибо, — Сонхва принимает букет и мягко улыбается, чувствуя приятный аромат цветов. — Мне очень приятно. — Папочка, а кто пришёл? — из-за угла выглядывает Киён. — Дядя, это Вы! Маленький альфа чуть ли не врезается в Хонджуна и обнимает его, а тот садится на корточки и достаёт из рюкзака пакетик. — Держи, это тебе. Киён хлопает глазками, смотрит на Сонхва, как бы спрашивая у него разрешения и, увидев в ответ кивок, берёт пакетик в руки. Он благодарит Хонджуна и аккуратно заглядывает в пакетик, тут же светясь от счастья. — Это краски с кисточками! — Не просто краски, а специальные краски, которыми можно расписывать одежду. — Спасибо, дядя! — Киён, зови меня хёном, — Хонджун треплет Киёна по копне волос, слыша его звонкий смех. — Спасибо, хён! — То-то же, — Хонджун выпрямляется, а Киён бежит в свою комнату, чтобы получше рассмотреть подарок. — Он у тебя такой очаровательный. — Знаю, — Сонхва нежно улыбается и целует Хонджуна в щёку, что алеет от его действия. — Спасибо. — Да не за что, — только и может сказать Хонджун, краснея уже двумя щеками. — Твой папа приехал? — Нет, он должен… Входящий звонок на телефоне Сонхва не даёт ему договорить. — О, а вот и он, — омега отвечает на звонок. — Да, пап. Альфа видит появившееся на лице Сонхва удивление; глаза омеги бегают по коридору, иногда задерживаясь на Хонджуне. — Хорошо, я приеду за тобой, — с уст Сонхва срывается вздох. Он завершает звонок и смотрит на альфу виноватым взглядом. — В общем, у папы что-то случилось: то ли водитель такси приехал не на тот адрес, то ли ещё что-то — я не совсем понял его. — Не переживай, Сонхва. Съезди за ним, а я пока посижу с Киёном. — Ты правда не против? — Конечно не против, — Хонджун поднимает уголки губ. — Поверь, когда вы приедете, квартира будет цела. — Хорошо, — омега тихо хихикает. — Тогда скажу Киёну, что останется ненадолго с красивым хёном. Альфа на это забавно моргает.

***

К дому подъезжает такси, из которого выходят двое омег. Один из них, кстати, чем-то очень недоволен. — Нет, ну я всё равно понять не могу, как тот идиот перепутал адрес?! — Тэн достаёт из салона машины небольшую сумку и сдерживается, чтобы не хлопнуть дверью. — Так сложно переспросить название адреса что ли? — Пап, успокойся, — Сонхва вздыхает с улыбкой, держа в руках вторую сумку папы. — В итоге всё же ведь нормально. — Нормально? Таксист перепутал адрес, я потерял свой любимый веер, а мой внук, — Тэн на мгновение смолкает. — Кстати, я так и не понял, с кем ты оставил Киёна. — А, ну... с Хонджуном, — Сонхва поджимает губы, открывая дверь ключом, и заходит в подъезд за папой. Они приехали домой позже, чем Сонхва ожидал; он надеется, что Хонджун не будет злиться или расстроен из-за упущенного времени их свидания. — Хонджун? Это не тот альфа, которому ты помогал по учёбе? — Тэн выразительно выгибает бровь, останавливаясь на половине пути. Сонхва лишь кивает. — Так, Сонхва, я не понял, вы встречаетесь что ли? А мне почему не сказал? — Ты действительно хочешь поговорить об этом прямо в подъезде? — омега слегка краснеет, когда видит выходящего из квартиры соседа, что косится на них с интересом. — Да, ты прав, не стоит говорить об этом в подъезде, — Тэн хитро улыбается, а Сонхва всем нутром чувствует, что тот что-то задумал. — Поговорим об этом в квартире. С Хонджуном. Не успевает Сонхва и глазом моргнуть, как Тэн выхватывает из его руки связку ключей и доходит — точнее, добегает — до квартиры. Тэн с большим энтузиазмом открывает дверь и заходит внутрь, а Сонхва молча молится, чтобы тот не сказал ничего лишнего. Его папа, если захочет, всю душу из человека вытянет и узнаёт всю правду о нём. — Киён, сладость моя, дедушка приехал, — негромко говорит Тэн и, бросив сумку в коридоре, прислушивается, но в ответ слышит лишь тишину. Тэн приоткрывает дверь в детскую комнату, в которой чувствуется слабый запах мускуса, и замирает в проходе, не произнося ни слова. Сонхва, оставив вторую сумку в коридоре, подходит к нему и становится сбоку. Его сердце заходится трепетом и обволакивается теплом от картины, представшей перед ним и Тэном. Хонджун и Киён спят на мягком ковре чуть ли не в обнимку, вокруг них лежат листы бумаги, кисточки, и даже маленького размера футболка, которая раньше была белой, а теперь расписана цветами и узорами. Сонхва нежно улыбается, любуется сопящими под нос альфами и видит, как Киён жмётся к Хонджуну. Сонхва и подумать не мог, что его сыну понравится альфа, к которому омега испытывает нечто большее, чем просто симпатию. Тэн же хмыкает и задумывается. — Ладно, одобряю я этого твоего Хонджуна, — он смотрит на Сонхва и кивает на альф. — Давай, буди своего ненаглядного и идите… куда вы там собирались? Ой, ладно, не важно, только не допоздна.