Сердце на страницах: тень прошлого

      Сидя на одном из подоконников практически пустого корпуса университета, Щербакова привычно перелистывала странички старого дневника. Как и было обещано, к девушке подселили двух соседок-старшекурсниц, которые, видимо, были знакомы уже давно, что заставляло Аню чувствовать себя немного лишней. Поэтому она нередко стала задерживаться после занятий, предпочитая шумной комнате тихие едва-едва освещенные коридоры универа.       Перелистнув очередную страницу, девушка увидела симпатичный набросок, сделанный небрежными, но уверенными линиями карандаша. На нем была изображена мордочка пушистой собаки, которая смотрела своими черными глазками-бусинами прямо на Анну. Помимо рисунка на развороте была только одна запись, которая состояла лишь из нескольких слов.

23.09.2016, пятница.

      Я всегда буду любить тебя, Лана. 22.09.2016.       Злой рок.       Испытывая смешанные ощущения, Аня задумалась над фразой, предполагая, что она может значить. «Лана, это, скорее всего, собака хозяйки дневника» — размышляла девушка. Продолжая мысль, она вдруг осознала: обычно такие слова писали, только если… Но не могла же она погибнуть, верно?.. Но что-то ей подсказывало, что именно это и произошло. Внезапно мысли начали кружиться в ее голове, вызывая бесчисленные эмоции и унося ее в прошлое.       Щербакова вспоминала моменты, проведенные вместе со своим собственным питомцем, которого больше не было с ней. Длинные прогулки по парку, игры во дворе, бесконечные мягкие объятия и верные глаза. Фина, ее собака, была не просто питомцем. Она стала частью Аниной души, верным компаньоном и поддержкой во всех трудностях. Мысли девушки за считанные секунды наполнились грустью вместе с огромной нежностью и благодарностью за все, что любимица принесла в ее жизнь.

***

      Надев наушники и включив один из любимых треков, Щербакова закинула рюкзак на плечо и направилась в сторону выхода, параллельно смотря в телефон и подбирая подходящий для дороги плейлист. Взвешивая все «за» и «против», девушка остановила свой выбор на нескольких композициях, добавила их в очередь и, собираясь убрать телефон, повернула за угол, со всей силы врезаясь в кого-то.       — Тебя что, черт возьми, по сторонам смотреть не учили? — начала было возмущаться девушка, вытаскивая наушники, но, поднявшись, увидела перед собой Александру Вячеславовну Трусову собственной персоной.       — Щербакова, я, конечно, предполагала, что вы не сильно меня жалуете, но пытаться убить-то зачем?.. — язвительно пошутила она, поднимая с пола вещи и потирая ушибленную руку, на которую, по всей видимости, пришелся весь удар. Аня, желая провалиться куда-нибудь или просто исчезнуть, растерянно извинилась и поспешила поскорее ретироваться, тихо прошептав: «Кто еще кого не жалует… Сама-то меня гоняет каждую пару по поводу и без…»       Она не знала, что Трусова все слышала. И уж тем более, девушка даже не подозревала, что Александра, усмехнувшись от слов Щербаковой, легонько улыбнулась, вспоминая первый год своего обучения.

***

      Саша, преодолев несколько лестничных пролетов, уверенно направлялась к кабинету человека, из-за которого она не раз задумывалась о том, чтобы просто бросить все и забрать документы, не проучившись и года. Несколько раз постучав в тяжелую массивную дверь, девушка услышала приглашение войти и, поздоровавшись, остановилась в паре метров от причины своего плохого настроения.       — Этери Георгиевна, могу я кое-что у вас спросить? — решилась заговорить Трусова, начиная нервничать. От Тутберидзе, ее преподавателя по уголовному праву, можно было ожидать чего угодно. Женщина, известная своей строгостью и требовательностью, мрачно оторвала взгляд от документов и кивнула на место перед собой.       — Конечно, садитесь, Александра. Чем я могу вам помочь? — приподнимая бровь, спросила она. Трусова, слегка ерзая под этим пристальным взглядом, сжимала под столом кулаки, набираясь уверенности.       — Я уже несколько месяцев учусь у вас, и… Мне кажется, что вы постоянно остаетесь мной недовольны, смотрите на меня так… строго. Не знаю, может быть, у вас есть какие-то претензии ко мне? — сглотнув комок, подступивший к горлу, вымолвила Саша. Услышав это, Этери Георгиевна подняла на нее удивленный взгляд и поджала губы. «Ну, или вы просто меня ненавидите» — мысленно добавила Трусова.       — Ты права, у меня есть несколько претензий к тебе, — кивнув, начала Тутберидзе, переходя на «ты». — Ты невероятно талантлива, Саша, и я вижу в тебе огромный потенциал. Но я злюсь, потому что знаю, что ты можешь больше и демонстрируешь только малую часть своих возможностей, не используешь свои способности на полную мощность и, говоря откровенно, порой ленишься.       — Но ведь я действительно стараюсь! — возразила Трусова, даже не подозревая, что причиной придирок к ней было именно это. — Я делаю все домашние задания, хожу на все консультации!       — Я это вижу, Александра, и это замечательно. Однако ты не достигнешь успеха, делая лишь необходимый минимум. Важно не только выполнять то, что задано, но и превосходить ожидания, — сложив руки в замок, продолжила женщина, взгляд которой немного потеплел.       — Но если я делаю все, что от меня требуется, почему этого недостаточно? — пыталась понять Саша. И почему именно к ней у Тутберидзе было «особое» отношение? Чем она заслужила этот «подарок»?       — Потому что сделать то, что требуется, повторяю, — лишь необходимый минимум. Я хочу видеть, как ты вырываешься за рамки, проявляешь инициативу, находишь дополнительные материалы для изучения. В твоих возможностях посещать научные семинары и искать пути для саморазвития, с твоим потенциалом не использовать его — просто преступление.       Трусова даже представить себе не могла, что разговор о причинах предвзятого отношения к ней перейдет в обсуждение ее «нераскрытого потенциала». Осознав, что Тутберидзе, скорее всего, права, девушка задумчиво кивнула и уже направилась к выходу, но ее остановил голос.       — Ты способна покорить любые вершины, если захочешь, и я верю в это. Моя реакция является не ненавистью, а всего лишь стремлением помочь тебе раскрыть свой потенциал. И помни, что я всегда готова оказать тебе поддержку и дать совет, подумай об этом.

***

17.11.2016, четверг

      В детстве нам говорят о каком-то абстрактном «долго и счастливо», о «раз и навсегда»… Нам рассказывают сказки, приучают верить в чудеса, а затем сами же разрушают то, что создали. Люди клянутся в вечной любви, строят крепость из фальшивых слов и обещаний, а затем в самый тяжелый момент выбивают из фундамента какой-то небольшой кирпичик, из-за которого рушится все. Они надевают маски, строят из себя героев, жертвуя ради чего-то «особенного» всеми, кроме себя самого. Втыкают в спину самый острый нож при первой же возможности получить что-то для себя.       Неужели в мире не осталось ничего настоящего?..       Злой рок.

***

      Алёна, Аня и Камила, довольно быстро найдя общий язык, уже находились в аудитории, обсуждая неотвратимо приближающуюся сессию. Не то чтобы эта тема доставляла им удовольствие, но нервы перед предстоящими экзаменами все же брали свое: опыт ЕГЭ не прошел бесследно.       У каждой из девушек был свой собственный подход к учебе и экзаменам. Аня, безуспешно пытающаяся избавиться от «синдрома отличницы», намеревалась усердно готовиться. Она никогда не была заучкой, но обладала обширными знаниями, а яркий интеллект и способность легко запоминать информацию помогали справляться с любыми сложностями. Щербакова была воплощением эрудиции и всегда готова была поделиться своими знаниями с тем, кому нужна была помощь. Однако сейчас у девушки возникало ощущение, что весь немалый объем выученной информации неожиданно испарился, и уверенность исчезла вместе с ним.       Алёна, с другой стороны, была уверенной и энергичной и всегда подходила к экзаменам с оптимизмом и уверенностью в успехе. Она была той, кто преодолевал любые трудности с легкостью, никогда не впадая в отчаяние. Но, несмотря на свою позитивную натуру, Косторная тоже испытывала страх перед экзаменами, и сомнения о том, справится ли она, периодически мучили ее. Однако, полагаясь на свою удачу, усердно зубрить девушка все же не собиралась.       Камила, наконец, была трудолюбивой и ответственной студенткой, предпочитая основательно готовиться к каждому занятию, и часто засиживалась над учебниками до поздней ночи. Валиева воспринимала учебу слишком серьезно и всегда стремилась достичь наилучших результатов. Основательная подготовка для нее была важнее, чем собственный комфорт, и она не терпела никаких компромиссов, когда дело касалось ее образования. Хоть она была очень рассудительной и внимательной к деталям, страх перед этими экзаменами был для нее особенно тяжелым испытанием, поскольку она боялась не только собственной неудачи, но и оценок окружающих.       Три девушки, каждая со своими мыслями и переживаниями, делились опасениями друг с другом и решили дальше держаться вместе, поддерживая друг друга и веря в свои силы. За напряженным обсуждением они не заметили, как время перерыва подошло к концу. А Ане предстояло очередное испытание — семинар по уголовному праву.

***

      Трусова уже находилась на рабочем месте, с идеальной осанкой раскладывая на столе документы для пары. «И как она умудряется всегда выглядеть как с иголочки?» — пронеслось в голове у Ани, на что она тут же удивилась собственным мыслям, запрещая себе думать о рыжеволосой бестии. Задумчивый взгляд подруги не ускользнул от внимания Алёны и она, легонько толкнув Камилу, обратила ее внимание на Анну, залипающую на преподавательницу.       Первые полчаса пары прошли на удивление гладко, Александра Вячеславовна, ко всеобщему удивлению, ни разу не вызвала Аню, словно забыв о ее существовании. Спустя еще несколько минут дверь резко открылась, и в аудиторию вошел пожилой мужчина в костюме, пренебрежительно оглядывающий всех студентов.       — Вас вставать не учили, когда входит старший? — гаркнул он, и громкий голос эхом отразился от стен помещения. Троица, недоуменно переглянувшись, пожала плечами и встала следом за остальными ребятами. — Садись!       Все это время Трусова раздраженно смотрела на человека, бесцеремонно прервавшего занятие, прожигая острым взглядом его спину. Она не прерывала его, скептически ожидая, что тот выкинет дальше.       — Меня зовут Валерий Викторович, и теперь я отвечаю за порядок и дисциплину в корпусе, вы совсем тут распустились! Никакого уважения! — от его крика, казалось, тряслись окна, и девушки еле держались, чтобы не прикрыть уши. — Все юноши, начиная со следующего дня, обязаны приходить на занятия исключительно гладко выбритыми, а девушки — только с собранными волосами. Остальные к занятиям допущены не будут, а если ситуация повторится — будем поднимать вопрос о дисциплинарном взыскании.       — Пиздец… — тихо промолвила Щербакова, повернувшись к подругам, которые согласно закивали.       — Раз уж мы говорим о дисциплине и уважении, Валерий Викторович, — холодно начала рыжеволосая, сохраняя беспристрастное выражение лица. В ее же зеленых глазах в этот момент плясали чертики. — Смею заметить, что при прерывании занятия необходимо постучать, поздороваться и извиниться за беспокойство.       По аудитории прошел шепот, студенты отпускали смешки и недоуменно переглядывались, ожидая перепалки, но мужчина лишь что-то тихо прорычал, раздуваясь от негодования. Затем, попрощавшись с Александрой Вячеславовной и проигнорировав всех остальных, он вышел.

***

      Постепенно пара подошла к концу, но, к удивлению Ани, Трусова так ее и не спросила, чему девушка невероятно поразилась. За несколько месяцев преподавательница ни разу не пренебрегала возможностью дернуть Щербакову по какому-либо поводу, а сегодня будто игнорировала ее существование. Троица уже подошла к двери, собираясь отправиться на обед, как вдруг за спиной раздался голос.       — Щербакова, задержитесь, пожалуйста, — уверенно проговорила Александра, на что получила три недоуменных взгляда от подруг. Аня, попросившая их подождать за дверью, кивнула и подошла к столу, оставаясь с преподавателем один на один.       — Что-то случилось? — неуверенно спросила Анна, начиная заметно нервничать. Что Трусовой может быть нужно от нее? Почему она игнорировала ее всю пару, а теперь попросила остаться? Все это напрягало и не давало покоя.       — Я хотела обратить ваше внимание, Аннушка, на то, что у некоторых, в отличие от того мужчины, слух намного лучше. Поэтому впредь, будьте добры, держите свои эмоции при себе, — с ухмылкой заметила рыжеволосая, заставляя щеки Ани покрыться румянцем от всей неловкости ситуации. Девушка из-за стресса даже не обратила внимание на то, как назвала ее преподавательница. — Или хотя бы контролируйте их громкость.       — Я… Я вас услышала, Александра В-вячеславовна, — пробормотала Щербакова, уже повернувшись к двери, чтобы уйти отсюда как можно скорее. Почему-то наедине с Трусовой ей было неспокойно.       — И, Анна, — вдруг добавила рыжеволосая, когда Аня почти вышла из кабинета, — с вашим мнением я, к слову, согласна.