Братья Чон

      С кухни через открытую дверь доносилась музыка. Папа готовил ужин и слушал радио, где крутили все самые жаркие хиты и новинки попсы. Омега наклонился и вытащил из-под кровати весы. Скинул с себя тапочки и кофту, в которой ходил дома, встал и, тяжело выдохнув, посмотрел на цифру на экране.       — Что там? — раздался детский голос. Брат свесился с кровати и уставился на перевернутые цифры. Он и обычные-то ещё плохо знал.       — Опять! — Чимин взмахнул руками, стараясь ударить воздух посильнее и упал на кровать, несчастно взвывая. — Опять набрал. Два килограмма. Когда успел-то.       — Хён, хён! Я тоже хочу веситься, — омежка затараторил, неправильно произнося слова, и спрыгнув с кровати, встал на весы и закрутился туда-сюда, не давая числу замереть.       Пока ребенок игрался с весами, Чимин обреченно смотрел в потолок и никак не мог понять, что делает не так. Сколько он ни пытался, а стоило немного похудеть, как лишние килограммы возвращались через пару недель. Активный образ жизни, ограничения в еде и вечные диеты не спасали. Он правда пытался держаться, но не получалось. После тренировки ему страсть как хотелось наброситься на самую жирную и калорийную еду, какую может позволить себе его друг. Тэхён ест жареное, никогда не читает состав продуктов и не смотрит калории и бжу, он вообще не думает о том, что ему можно, а что нельзя, и это придётся обрабатывать.       Иногда Чимин срывается. Например, когда отец приносит его любимый торт к чаю. Они садятся семьей за стол, и омега хочет съесть один небольшой кусочек, но не замечает, как кусок превращается в два. Друг в курсе его проблем, а родители не знают. Нет, они, конечно, замечают, что их сын следит за фигурой, но даже не подозревают, что глубина переживаний и количество тех тараканов, которые сидят в его голове, намного и намного больше, чем кажется на первый взгляд. Папа о чем-то догадывается, Чимин уверен, не может не видеть, что с его ребенком что-то происходит, а вот отец точно не подозревает о его проблемах, касающихся еды. Иначе реже бы выбирал его любимый торт и не позволял бы себе делать некоторые комментарии, которые так задевают Чимина. Он не пытается задеть нарочно, но на сердце глубокими следами остаются фразы вроде «омега должен быть красивым» или «ты у меня такой красавец» именно в тот период, когда он в минимальном весе.       Чимин переворачивается на живот и отгоняет братишку от весов, заталкивая их обратно под кровать. Омежка что-то бурчит, но быстро обо всем забывает, подходя к столу брата и разглядывая его косметику, которую Чимин опять не убрал.       Если бы дело было только в одной фигуре.       В последнее время он так часто вспоминал слова Кея, сказанные однажды в машине Тэхёну. Про штукатурку, про то, что он красивый без нее настолько, будто всё-таки накрашен. Красивый ли и Чимин без косметики? Без ровного тона, подведенных карандашом глаз, без искусственного румянца и ярких алых от тинта губ? После сказанных альфой слов он не появлялся перед парнями без косметики. Просто не решался. Он просыпался, когда они еще несколько раз оставались в гостях у Чонов с ночевкой, бежал в ванную с косметичкой и кроме привычных умываний тратил дополнительно еще минут десять, чтобы оформить лицо.       Чаще, чем мог бы себе признаться, он сравнивал себя с Тэхёном. Завидовал. Мысля примитивно и говоря простым языком, тем, которым папа общается с младшим сыном, объясняя ему, как устроена жизнь, зависть — плохое чувство. Зависть разъедает изнутри, привносит разлад в любые отношения. Он любит Тэхёна, он прекрасный друг, но как не завидовать, Чимин не понимает. Как не плакать ночью в подушку, когда рядом тот, кого природа полюбила больше, чем его? Как вечно не возмущаться и не пытаться раскрыть ему глаза? Омега такой красивый, он без ограничений наслаждается вкусной едой, обладая при этом потрясной фигурой, его лицо не обсыпает прыщами от сладкого и молочки. Его привлекательная внешность существует с живым умом, но он совершенно отказывается этим пользоваться.       Да будь Чимин на его месте! Он бы так этими альфами крутил! Его бы не снедали вечные комплексы, он не думал бы о том, не потёк ли макияж и не бежал во время вечеринки в туалет, чтобы его подправить.       Не было бы той натянутой улыбки и напускной уверенности, когда в компании знакомых омег обсуждали сплетни о том, что какой-то мальчик с первого курса ходит в туалет после обеда и суёт два пальца в рот. У него бы не дрожали руки, скрытые рукавами свитера от переживаний о том, что кто-то может узнать, что и он промышлял подобным.       Бывало. Сейчас нет, он смог отойти от этого, но раньше, когда он был младше, а именно заканчивал старшую школу и был страстно влюблен в одного парня, который любил исключительно худых парней, словно айдолов, сошедших с экранов, он чуть не довел себя до страшного состояния, выворачивая каждый раз желудок после еды.       В компании Джея омега чувствовал себя комфортнее всего, когда дело касалось еды. Обедать с ним проще. Не приходится думать о том, что в тарелке у человека напротив совершенно другая еда, мысли не бегут быстрее него и не рассчитывают на глаз примерную пищевую ценность. И не нужно переживать о том, как он будет выглядеть в чужих глазах. Он уверен, что ему не зададут вопросов о том, почему он ест так мало или такую еду, он не услышит, что он и так прекрасно выглядит, потому что для окружающих он всегда невероятный красавчик. Смотря вечером в зеркало у себя в комнате, он так не считает.       Они не говорят об этом вслух, но Чимин знает, что Джей его понимает. И про себя, тихо-тихо на самом краю души радуется, что он не один, что есть кто-то такой же как он, кто может его понять.       Папа зовёт ужинать, потому что еда уже готова. Братишка срывается с места и бежит на кухню, а Чимин кричит, что он не голоден и закрывается у себя в комнате. Ему опять хочется сорваться и съесть всё, что только появится перед глазами. Он думает написать Тэхёну, чтобы отвлечься, но не решается, вспоминая, что друг должно быть всё ещё на свидании. Пишет Джею, а потом ещё и звонит.       — Привет, — чуть хрипло и тихо отвечают с той стороны.       — Ты спал? Я тебя разбудил?       — Задремал, сделал перерыв от проекта и глаза сами собой закрылись.       — Прости, — виновато.       — Не парься. Хорошо, что ты разбудил меня, нужно сегодня закончить работу, — Джей зашуршал одеялом, поднимаясь с кровати. — Как твои дела?       — Нормально. Настроение правда куда-то пропало, — Чимин растянул пухлые губы в улыбке, ощущая, что в груди разливается тепло и нежность, когда он слышит голос альфы. Ещё парочку минут разговоров и он поправится, ему станет лучше, легче на душе.       — Непорядок, — Джей вернулся за стол и пошевелил мышкой, пробуждая компьютер от спящего режима. — Нужно тебя развеселить. Встретимся через пару часов? Можем сходить куда-нибудь.       — Правда?       — Да, — альфа притих на минуту. Раздавался только скрип клавиш клавиатуры. — Хочешь в клуб? Или бар. Ты же любишь выпить и потанцевать.       — Серьезно? — Чимин лег на спину и задергал ступнями от переполняющего его счастья. — Ты ведь не любишь вечеринки. Даже с Кеем редко ходишь, а со мной сам предлагаешь?       — Ну ты мой омега, а не брат, — Джей усмехнулся. — Я пить не буду, но компанию для танцев и объятий с радостью составлю. После прошлых посиделок с пивом как-то больше не хочется пить.       — Боишься, что опять начнешь буянить?       — Если серьезно, то да. Я вообще не переношу крепкий алкоголь. Мне не нравится то состояние, которого я достигаю, если много пью. Очень стыдно извиняться утром перед людьми, которых обидел ночью и сказал им что-то не то, — признался Джей не без тяжести на душе. Таких моментов в жизни было не так уж и много, но каждый очень ярко отпечатался в памяти. Он мог лечь ночью спать и внезапно вспомнить, что несколько лет назад в пьяном угаре оскорбил какого-то знакомого, перед которым так и не извинился. — Если бы я ещё не помнил себя пьяного. Не поверишь, но я досконально помню всё: что сделал, что сказал. От этого не легче.       — Хорошо, что ты осознаешь это, — ответил Чимин. Омега сел на постели, отвёл телефон от уха и посмотрел на время. — Значит, через пару часов встречаемся и идём в клуб?       — Да. Сделаю проект, соберусь и часам к девяти буду готов. Я заеду за тобой.       — Отлично, — омега приободрился. Он подошёл к шкафу, открывая дверцы, и рассматривая одежду, решал, в чем лучше появиться сегодня перед парнем. — Джей.       — Что?       Чимин замялся. Ему так сильно хотелось выразить свои чувства, дать понять, что захватывает всё его существо, когда Джей говорит с ним, поблагодарить альфу за то, что он рядом и поддерживает, но сказать, что он любит его, омега не решался. Не был уверен, стоит ли, на том ли они этапе отношений, когда люди признаются в подобном. У них все только начинается, рано ещё говорить столь громкие слова, но что-то сказать хотелось, жизненно необходимо сказать слова, которые альфа поймет.       — Да так, ничего, неважно. Потом как-нибудь скажу.       — Ладно, — слегка растерянно ответил Джей. — Целую.       — И я тебя, — сказал Чимин, завершая вызов.       Омега уставился на список звонков, где верхней строчкой стоял исходящий звонок контакту, записанному как «любимый». Да, он из тех, кто записывает свою вторую половинку как любимый, ставит рядом сердечко или даже несколько. Он точно не запишет никогда его как просто Джея. Даже если расставался с альфами, то предпочитал записывать их номера как бывший с пропиской козел, мудак, идиот. Тех, с кем он расходился совсем на плохой ноте, сразу блокировал, поэтому их номеров у него в контактах не числилось.       Чимин засуетился, побежал на кухню, сказал родителям, что уйдет развлекаться и помчался обратно к себе, нужно ещё успеть привести себя в порядок. Сходил в душ, сделал прическу, нанёс макияж и придумал образ. Еле-еле успел к девяти. В последние минуты примерял кольца и не мог решить, какие именно надеть.       — Сильно не напивайся, — папа выловил сына в коридоре и поцеловал в щеку. — Тебя ждать домой или на всю ночь уходишь? Кстати, с кем идёшь? Хосок или ребята с тобой? Кстати, как дела у Сокджина?       — У ребят все хорошо, но нет, не с ними, — сказал Чимин, судорожно надевая ботинки. — Пока не знаю, но даже если не приду домой, то утром обязательно отпишусь.       — С тем альфой, про которого говорил ТэТэ, и с которым ты ходил на свидание?       — Может быть, — уклончиво ответил омега, поправляя пряди волос перед зеркалом.       — Если что, то мы с отцом ждём, когда ты приведешь его знакомиться.       — Пап, не торопи события, — Чимин тихо цокнул и закатил глаза, вызывая смех родителя. — Ты в своей голове уже выдал меня за него замуж и нянчишься с внуками?       — Почти. Пока только с одним.       Чимин попрощался и резко побежал вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. Когда он вышел из подъезда, то машина Джея уже стояла во дворе. Омега чуть ли не впрыгнул в машину, сел рядом с Чоном и, не говоря ему ни слова, потянулся к губам альфы, приветственно целуя.       — М-м, — промычал Джей в поцелуй и после спросил: — Настроение улучшилось?       — Да. Если поцелуешь ещё раз, то станет более чем отличным.       Чимин прикрыл глаза, отвечая на сладкий поцелуй с привкусом ягодного блеска для губ, который он нанес.       — Что это? — Джей облизал губы, улыбаясь и смотря на омегу игриво. Вновь придвинулся, чмокая губы омеги, чтобы распробовать химический вкус ароматизаторов.       — Кажется, малина. Но теперь ее не осталось.       — Нестрашно. Твои губы и без блеска прекрасны. Особенно, когда мы целуемся. Когда целуемся без блеска даже приятнее.       — Я могу не красить губы, если тебе не нравится, — сказал Чимин. Он был готов сделать, что угодно, стоило Джею только велеть.       — Как хочешь. Ты для себя в первую очередь это делаешь.       — Да? — Чимин отстранился, сел нормально и пристегнулся, задумываясь. — Джей?       Альфа переключил внимание на дорогу и тронулся с места, выезжая со двора. Он мельком глянул на парня, ожидая продолжения вопроса.       — А тебе вообще нравится, когда я накрашен?       Джей взглянул на омегу ещё раз и кивнул.       — Ну да, красиво. Что с косметикой, что без, ты красивый. Просто, когда накрашен, то выглядишь ярче и выразительнее, а когда нет, то по-домашнему и уютно. И то, и то мне нравится.       — То есть, если я буду без косметики, то буду нравиться тебе также?       — Что за вопрос? — они остановились на светофоре, и Джей вцепился взглядом в парня. Он не предполагал, что подобные вещи нужно проговаривать вслух. — Конечно. Мне же не твоя косметика нравится, а ты сам. Можешь даже не бежать утром в ванную, чтобы накраситься. Конечно, если тебе доставляет это удовольствие, то беги. Я же не знаю, вдруг у тебя такое хобби, рисовать у себя на лице.       — Так ты замечал? — к щекам прилила краска.       Чтобы смутить Чимина нужно постараться, но когда дело касается каких-то мелочей, о которых он думает, что другие люди не подозревают, а те оказывается знают, то смущается побольше того же Тэхёна, который чуть ли не задыхается и не сгорает заживо в присутствии заинтересованного в нем альфы.       — Я же не слепой. Думаешь, что не пойму, когда у омеги на лице есть макияж, а когда нет?       — Многие альфы удивлялись, когда видели меня без косметики, — тихо, будто по секрету сказал Чимин. Вспоминать об этом не очень приятно. — Спрашивали, не заболел ли я.       В груди начинало тянуть, и хотелось съежиться до одной маленькой точки, когда он во всех подробностях, словно наяву, видит перед глазами удивленное лицо его бывшего, считающего, что естественный макияж, на который иногда уходило больше времени, чем на яркий или вечерний, вовсе не макияж, а чистое лицо омеги.       — Ну и придурки. Забудь. Люди настолько привыкли к вылизанности фоток в инстаграме, что не воспринимают друг друга в реальности настоящими. Огромные корпорации продают нам красивые картинки, но в жизни всё иначе.       Загорелся зелёный свет, они вновь поехали.       — Ты прав, — спустя минуту молчания под спокойную мелодию новой песни какого-то популярного айдола сказал Чимин. — Но поверить и принять это всё равно тяжело. Хочется быть таким же идеальным, как в инстаграме.       — Для меня ты уже, — Джей положил руку на колено омеги и ободряюще похлопал. — Серьезно, ты красавчик. И с этим красавчиком я буду танцевать и обнимать всю ночь. Так что гони любые мысли из головы. Нахер их, как говорит Кей. Будем просто кайфовать.       — Да, — кивнул Чимин и накрыл ладонь альфы на своем колене, поглаживая пальцами. — Будем кайфовать.       Добравшись до клуба, первым делом пошли в сторону бара, чтобы выпить. Чимин закинул в себя три шота и закусил долькой лайма, а Джей, как и обещал, отказался от выпивки и выбрал на этот вечер какой-то безалкогольный, но слишком сладкий коктейль. Приятного оказалось немного. Кея бы такое ещё устроило, но точно не его. Потусовавшись у бара, плавно перешли на танцпол. Сегодня они приехали не бухать, а повеселиться, хорошо провести время и подвигаться под любимые зажигательные треки.       Танцевали много, под разнообразную музыку, но их близость оставалась неизменной. Джей заключил тело омеги в крепкие объятия, покачиваясь под чуть более плавные мелодии. И крепко держал его ладони, когда оба скакали как сумасшедшие, стоило мотиву смениться на более энергичный. Позже Чимин ещё выпил, и алкоголь стремительно побежал по крови. Омега пьянел, все больше веселел и становился откровеннее в движениях.       Когда он прижался бедрами к Джею, альфа тяжело выдохнул, жалея, что пьян из них только Чимин. Внутренний джентльмен не позволял воспользоваться подвыпившим омегой и разложить его на какой-нибудь плоскости, несмотря на то, что в штанах уже позорно стояло, стоило Чимину только прижаться к нему чуть сильнее.       — Джей, — протянул омега.       — Кажется, тебе уже хватит.       — Хэй, я хочу тебя, — Чимина развернулся и, покачиваясь, то ли от стоптанных от танцев ног, то ли от алкоголя, прильнул к парню и потянулся к его губам, но когда не получил ответ, то нахмурился и отстранился. — Ты чего? Не смей говорить, что и ты меня не хочешь!       Глубоко в душе он так и не отпустил тот случай с Кеем.       — Нет, всё не так, не надумывай, — альфа опустил руку на ягодицы парня и вжался в омегу, давая понять и оценить, как он хочет его. — Только не в клубе. И ты пьян. Не будешь жалеть?       — Мы встречаемся, — казалось, Чимин совсем не мог понять, что останавливает Джея взять его прямо тут, посреди танцпола в ночном клубе. — Пьяный ты посмелее.       Джей хмыкнул. Альфа крепко взял парня за ладошку и потянул в сторону выхода из клуба. Они протиснулись сквозь разгоряченные тела молодежи и выбрались наружу, в ночную прохладу и свежесть. Джей подтолкнул Чимина к машине, и омега, посмеиваясь, быстро зашагал к автомобилю, заводясь все больше.       Когда Джей сел, на его колени забрался Чимин. Альфа отодвинул сидение назад, чтобы было больше места, и с наслаждением погрузился в томный страстный поцелуй. Омега скользнул ладонями по шее альфы, уложил одну на его щеку, а другой нашел место на макушке, цепляясь пальцами за волосы.       — Блять, трахни меня прямо тут, — прошептал Пак в губы парня и утянул его в очередной поцелуй. Он оставил его волосы и схватился пальцами за ремень, пытаясь расстегнуть, но был остановлен чужими руками. — Ну что ещё, Джей?       — Дома. На кровати. Не здесь.       — Почему? — возмутился Чимин и недвусмысленно поерзал задницей по паху парня. — Я не доеду до дома.       — Хочу разложить тебя в своей постели и медленно, без спешки, чувственно иметь, пока ты не свихнешься от удовольствия, — ответил альфа, говоря Чимину на ухо и прижимаясь губами к его скуле. — Такой ответ тебя устроит?       — Амх! — заинтересованно, но с нотками глубочайшего разочарования вздохнул Чимин.       Он хотел тут и сейчас, но то, о чем говорил Джей, заставляло взволнованно ёрзать на нём сверху. От одной только мысли сзади стало влажно, и Чимин, совладав со своим сиюминутным желанием, вернулся на пассажирское сидение.       — Поехали, — он потянулся к ремню и пристегнулся, плотно сводя колени и смотря на парня.       Джей усмехнулся, вернул сиденье в нормальное положение и пристегнулся. Он повернул ключ зажигания, и автомобиль взревел, надавил на педаль, и машина сорвалась с места, рассекая ночные улицы города в направлении к дому. Ему точно прилетит штраф за превышение скорости, потому что ещё никогда в жизни он не гнал так быстро, как сейчас.       Они вломились в квартиру, захлопывая дверь, и с порога накинулись друг на друга со страстными неудержимыми поцелуями. Продвигаясь по коридору, чуть не споткнулись о стоящую в проходе обувь Кея. Этот парень как всегда раскидывает свои кроссовки.       Что-то с грохотом упало с комода на пол, и Чимин виновато засмеялся в губы альфы. Он скользнул руками под рубашку парня, оглаживая бока и спину и удовлетворенно промычал, ощущая широкие ладони на ягодицах. Они медленно шагали к комнате Джея, не в силах оторваться друг от друга хоть на минуту. Омега сделал ещё шаг и ойкнул, напоровшись на что-то. Точнее на кого-то.       Джей оторвался от губ любимого и поднял голову, стараясь что-то разглядеть в темноте.       — Стоишь тут как призрак. Подглядываешь что ли? — спросил старший.       — Да больно надо, — хмыкнул Кей. — Я признался Тэхёну.       — Пропади, ты сейчас совсем не в тему, — Чимин слегка пихнул альфу, желая освободить дорогу.       — Погоди, — Джей обнял Чимина, поглаживая его поясницу, и заинтересованно посмотрел на брата. — А Тэхён что?       — Кажется, мы теперь тоже вместе, — Кей засветился ослепительной улыбкой. — После картинга и рестика гуляли, а потом пошли к нам и смотрели кино. Мы уснули, но кто-то припёрся и расшумелся.       — Прости, братишка, и поздравляю, — Джей пожал Кею руку и подмигнул.       — Потом поболтаете, мальчики, — Чимин всё-таки отпихнул Кея и потянул своего парня в комнату.       — Ты с ним понежнее, Джей, чтобы не орал слишком громко, а то Тэ разбудите, — тихо кинул вслед Кей и ушел обратно в зал к спящему Тэхёну, посмеиваясь себе под нос.       Только оказавшись в комнате Джея, ещё не успев до конца закрыть дверь, Чимин потянул с себя кофту и снял ее, откидывая куда-то в сторону и не слишком заботясь, где она окажется.       — Не спеши, — постарался остудить омегу Джей, но ничего не вышло.       — Я и так столько ждал, пока мы в машине ехали, — хмыкнул Пак, притягивая альфу к себе за ремень. Он накрыл ладошкой его возбуждение и сжал, массируя под удовлетворённые вздохи. — А если ты ещё собрался меня медленно иметь, то давай пропустим часть с долгими прелюдиями и перейдем к самому главному.       — Ты нереальный, Чимин, — только и сказал Джей, позволяя омеге на какое-то время вести процессом.       Он затянул Чимина в очередной поцелуй, пока омега расправлялся с его ремнем и молнией на джинсах. Одежда полетела на пол и два юных разгоряченных тела остались в одном белье. Джей повалил Чимина на постель. Омега довольный улыбнулся, промурчал что-то неразборчивое и развел колени в стороны, призывно покручивая бедрами.       — Я очень хочу своего альфу, — он приоткрыл розовые зацелованные губы и кончиком языка вызывающе прошёлся по нижней, дразня.       — У меня ощущение, что я оказался в порнушке, — рассмеялся Джей, садясь между разведённых ног омеги и поглаживая его колени и скользя к бедрам. — Ты ведёшь себя как развратный и распущенный мальчишка.       — М-м, — Чимин взял альфу за руку и повел ладонью парня по своему животу, к груди и выше. Он прижался щекой к пальцам и потёрся, как маленький ласковый зверёк. — Такого мальчика нужно наказать.       Язык скользнул по пальцам альфы, облизывая. Раскрытые губы подхватили два пальца и вобрали в рот, смачно облизывая и смачивая слюной. Он втянул щеки и насасывал пальцы, с игривой искрой смотря в темные глаза альфы.       — Блядство, — промямлил Джей. Отвести взгляд от развернувшегося представления он не мог. Фантазии заходят дальше облизывания пальцев, воображение подкидывает картины, в который язык омеги ласкает его возбуждённый член, а не пальцы. Он погружает пальцы губже в рот омеги по самые костяшки, а тот только и рад. Чимин несильно прикусывает фаланги, ощутимо, но не настолько, чтобы было больно, и юрким языком зализывая укус. — Снимай трусы.       Омега с радостью подчиняется. Он приподнимает ягодицы, не выпуская пальцев изо рта, и приспускает белье. Второй рукой Джей подхватывает эластичную резинку и стягивает последний элемент одежды. Ощутимо хватает омегу за бок, вынимает пальцы из его рта и переворачивает на живот, шлепая по оттопыренной заднице. Он разводит половинки и мокрыми от слюны пальцами входит во влажный от естественной смазки проход омеги сразу двумя.       Чимин мычит, подминая под себя подушку, и сводит аккуратные брови, от чего на лбу образовываются складки. Поначалу не слишком приятно. Возбуждение отходит на пару секунд, но стоит Джею пару раз шевельнуть в нём, вынуть и вогнать глубже пальцы, как желание возвращается с новой силой. Выступает больше смазки. Джей не слишком церемонится, не тянет и активно разрабатывает его задницу, но с должной осторожностью, следя за реакцией, чтобы ни в коем случае не сделать ему больно. Альфа, оглаживая ягодицы ладонью, ведёт по спине и спускается ниже, проводя по внутренней стороне бедра. Совершая круговые движения, растягивает мышцы, исследует горячие стенки, обволакивающие и сжимающие.       Он вынимает пальцы, разводит их в стороны и смотрит, как густая прозрачная смазка растягивается тонкими нервущимися ниточками. Парень нажимает подушечкой пальца на розовую дырочку и массирует, размазывая смазку вокруг прохода. Чимин лежит, уткнувшись лицом в подушку, негромко мычит и постанывает. Ягодицы вздрагивают, мышцы внезапно сокращаются, будто вот-вот сведёт судорогой.       Джей вводит в юношу три пальца и склоняется над его спиной, целуя каждый позвонок, словно пересчитывает и боиться пропустить хоть один. Касается горячими губами лопаток и прикусывает тонкую кожу на задней части шеи. Входит во вкус.       — Джей, — Чимин поднимает голову и заглядывает себе за плечо, стараясь разглядеть альфу. — Я готов.       — Точно? — Джей подхватывает его подбородок и сильнее выворачивает голову, чтобы поцеловать. — Правда готов? — спрашивает и ускоряет движение пальцев.       Пак удивлённо раскрывает глаза, вцепившись взглядом в альфу, и кусает губы, ощущая жгучий жар наслаждения сзади. Пальцы двигаются быстрее, хлюпают в разработанном проходе и почти полностью выходят, чтобы в следующее мгновение полностью погрузиться в нутро омеги. Приятно. Безумно. Но мало. Чимину нужно больше. Ему не хватает одних пальцев. Ему нужен толстый и горячий член, который заполнит его до конца, займет его и умело оттрахает, чтобы ноги потом не держали, и он не мог ровно стоять.       — Да! Да! — сказал чуть громче Чимин, подмахивая бедрами навстречу пальцам, от чего Джей остановился и вынул пальцы, но приступать к дальнейшим действиям не спешил. — Джей, пожалуйста! Трахни меня уже.       — Хорошо, но, Чимин. — говорит альфа, слезая с кровати и отходя к столу, чтобы из ящика достать презерватив. Не хватает тумбочки у кровати. — Тебя попросили быть тихим, не кричи.       Омега взвыл.       — Тебе нравятся тихие омеги? — спросил Чимин, все ещё лёжа на животе с оттопыреной задницей.        — Мне нравишься ты, дело не в тихих омегах. Шумоизоляция в квартире ужасная. Я уже успел убедиться в том, что если стонать слишком громко, то все прекрасно слышно, когда Кей приводил омег.       Джей вернулся на кровать, сбросив белье, и несколько раз провёл по возбуждённому члену, с наслаждением прикрывая глаза. Раскрыл презерватив, раскатал по члену и приблизился к омеге. Он ложится рядом с Чимином на бок и тянет его на себя, прижимая спиной к груди. Подхватывает его ногу под коленом и входит плотью в омегу.       Чимин протяжно стонет и откидывает голову назад, растягивая губы в блаженной улыбке. Джей оставляет ласковый поцелуй на его волосах и толкается глубже, до конца. Как и обещал, неторопливо, не срываясь на бешенный темп, он ритмично ведёт бедрами, входя толстым членом в омегу и шлепая яйцами по подтянутым ягодицам. Чимин вжимается в него, пытается крутить задницей, ощущая, как эластичные стенки расходятся под напором парня, как его плоть пробивается в него и умножает удовольствие. Приятная нега захватывает все тело. В голове пустота и лёгкость от выпитого алкоголя и приятных ощущений. В голове Джея немногим больше, несмотря на то, что он не пил.       Чимин поднимает руку и заводит ее назад, пальцы погружаются в темные смолянистые волосы парня и сжимают, оттягивая. Джей хрипит на ухо, опаляя кожу горячим дыханием. Не спешит, торопиться некуда. Он с силой толкается в омегу, давая в полной мере ощутить себя, прочувствовать полноту и ширину, позволяя насладиться распирающей изнутри живой плотью.       Чем ярче становится наслаждение от каждого толчка, тем сильнее пробирает растекающееся по телу удовольствие. Чем невыносимее становится ждать и чем ближе подступает конец, тем быстрее становится Чон. Альфа почти укладывает омегу спиной к себе на грудь и ускоряется. К хлюпанью смазки, шлепкам друг о друга двух взмокшие тел, прибавляется отяжелевшие дыхание обоих, их стоны и скрип прогибающегося матраса. Чимин не может сдерживаться. Каждый толчок выбивает из него ещё более громкий стон, но на пике удовольствия он будто немеет и не выдает ни звука.       За секунду до мышцы сокращаются, натягиваются как струна, и в нем взрывается огромный яркий фейерверк. Перед глазами плывут цветные круги и черные пятна, а Джей последний раз ощутимо толкается и обмякает со стоном и сорвавшимся голосом. Чувствует то же самое. В момент он ощущает каждую клеточку своего тела. Кончики пальцев на руках и ногах покалывает, все волосы на теле и даже на голове приподнимаются, будто для них больше не существует гравитации. Он изливается в презерватив и выскальзывает из омеги.       Когда насыщенное удовольствие утихает, и в теле остаётся приятная слабость, он фокусирует взгляд и видит испачканный семенем живот омеги. Альфа целует парня в мокрый висок и вылезает из-под него, укладывая спиной на постель. Всё в том же ящике стола находятся салфетки. Презерватив он выкидывает в урну для канцелярского мусора. Он заботливо вытирает сперму с омеги и чмокает разомлевшего парня в губы.       — Я даже протрезвел, — еле ворочая языком, выдал Чимин, чем только развеселил альфу.       — Спи. Уже поздно.       Джей выкинул салфетки, поднял с пола кучу из их одежды, кинул ее на стул и лег рядом. Чимин покрутился, вытаскивая из-под себя одеяло и очень быстро заснул под влюбленным взглядом своего альфы.