Близнецы

Сколько прошло времени Аарон не знал. Год? Два? А может и целая жизнь пролетела, пока он сидел в чëртовой запертой ванной. Эндрю отвечал. Он и правда сидел за дверью и слушал весь бред Аарона и его неудачные попытки выпросить дозу. Ники переодически заглядывал к близнецам в комнату, но не задерживался долго. Он успел только интересоваться состоянием Аарона, а после Эндрю выставлял его за дверь. Принять что-нибудь хотелось до боли. Аарон толкал дверь, бился об неё и кидал консервы (ни одну он так и не открыл). Ответом было тихое "я понимаю, потерпи". Да что Эндрю понимает? Аарон готов сейчас же провалиться под землю, лишь бы ему дали немного наркоты. Злость на себя, на мать, на Эндрю. Даже на Ники. Аарон нёс сущий бред о том, как он всех ненавидит и лучше бы у него никогда не было семьи. Ники это очень сильно задевало, но он лишь улыбался и отвечал, что любит Аарона в любом состоянии. Эндрю же вздыхал и думал тоже самое. Аарон бы убил себя за такие слова, будь он в здравом уме. Но все приступы агрессии Аарона быстро испарялись. Миньярд быстро уставал от них и бросал попытки выбраться. Его накрывало волной чувств, с которыми он не справлялся. Не хотелось уже ничего. Тоска, уныние и чувство безысходности не давали Аарону спокойно мыслить. Страх будущего, непринятие настоящего и прочие негативные мысли. Аарон винил себя, ненавидел, обвинял во всех вселенских бедах. Он не видел смысла в своём существовании. Зачем? Для чего? Миньярд не мог сосредоточиться на одной мысли, как тут же появлялось множество других. Он пытался ухватиться хоть за одну, но не мог. Голос Эндрю доносился будто из другой реальности. Как-будто Аарон находился в своеобразном куполе, отделяющем его от мира. Но и на голосе близнеца он сосредоточиться не мог. Не всегда улавливал мысль или понимал смыл сказанного братом. Аарон чувствовал, как его покидают силы. Кажется он скоро умрёт. Нужно поесть, но аппетита совсем нет, как и желания двигаться. Ники говорил что-то о важности периодического приёма пищи, но Аарон не слушал его. Эндрю только называл его идиотом и просил... слезть? пролесть? А, наверное поесть... Плевать, Аарон не собирается двигаться. Не собирается ровно до того момента, пока не начнётся новый приступ агрессии. И всё по-новой. Аарон раздражительный и злой на весь мир. Но в первую очередь на себя. Он яростно пытается выбраться, но ничего не получается. Тело ослабло, ноги еле держали, а желание что-либо делать быстро пропадало. Когда это всё уже закончится? Аарон готов отдать всё что есть в его жалкой жизни, лишь бы это побыстрее закончилось. Состояние Эндрю было не лучше. Он не отлипал от двери ни на секунду. Лишь делал перерывы, чтобы сходить в туалет. Блондин даже душ не принимал, а еду ему приносил Ники. Эндрю ел только для того, чтобы не сдохнуть, еле запихивая в себя еду. Брат не ел, значит и он не будет. Жаль, что Ники его позиции не разделил, тоская ему еду и воду. Хотя сам Хэммик тоже плохо ел и спал. Ники и Эндрю с болью в сердце слушали крики и истерики брата, но понимали, что ему нужно через это пройти. Для его же блага. Жаль, что сердце этого не понимало и обливалось кровью от каждого обидного слова и болезненного крика. Эндрю шептал слова поддержки и понимания. Плакал вместе с Аароном и сдерживал крики, когда кричал тот. Он не спал всё это время, как и близнец. Он буквально чувствовал ту боль, что испытывает брат. Или это его собственная? Тогда настолько тяжело сейчас Аарону? Продолжались приступы и перепады Аарона ещё дня три. Потом стало ещё хуже. Кричать и плакать просто не оставалось сил. В горле было сухо. Тело болело от синяков, которые Аарон оставил на нём, когда пытался выбраться. Наружу не хотелось. Хотелось сдохнуть. Умереть прямо тут и не мучиться. И плевать на всё. Даже дозы хотелось меньше, чем наконец-то встретить смерть. Аарон перевёл взгляд на осколок разбитого в гневе зеркала, который сейчас валялся прямо напротив него. Бледная кожа и тусклый, безжизненный взгляд. Вокруг глаз огромный тёмные круги. Впалые щëки. Кажется Аарон сильно похудел. Блондин отвёл взгляд. Плевать. На всё сейчас плевать. Его точная копия, сидящая за дверью выглядела точно также. Близнецы оставались похожими даже сейчас. Ники оставалось только позвонить Эрику и рыдать в трубку, слушая успокаивающий голос возлюбленного. Ещё совсем чуть-чуть. Им осталось продержаться совсем немного.