Один на двоих

Университет в понедельник был подобен Аду. Сонные студенты бродили как зомби после бурных выходных. Студенческий зомбиапокалипсис, не иначе. Тэхён вспомнил дораму, которую они смотрели с Чимином. Вот точно так же, только людей не жрут. Омеги прорывались сквозь толпу. На Киме были всё те же очки, широкие штаны и оверсайз толстовка, которая скрывала его тело. Охуенное тело. — Бля, я боюсь, что он меня узнал, — шептал Тэхён, чтобы его слышал только Чимин. — Что будет-то, если узнают все?! Они заняли свои места на заднем ряду. Кима всего потряхивало, он искал глазами Чонгука, но того, слава богу, пока не было, во всяком случае в его поле зрения. — Тэ, успокойся, он же по-любому не на лицо смотрел, да и оно было скрыто под маской. Не думаю, что он будет бегать по университету и искать омегу с ярко-зелёными глазами. Просто выдохни. Но выдохнуть ему не дал Чонгук, что зашёл в аудиторию, а за ним и его брат с Сону. Чонгук кинул взгляд на Тэхёна, немного задержавшись на его глазах, прикрытых очками. Чону показалось, что он уже где-то видел их, но не мог понять где, либо его просто глючит. Тот омега из клуба очень запал ему в душу, и при воспоминании о его теле и движениях приходилось спускать пар вручную. Хотя у него был омега. — Ты чего застыл, бро? — сбоку подошёл Чонмин, хлопнув старшего по плечу. — Что до такой степени всё хуёво, что уже на мышек заглядываешься? — Отъебись, недоросль, — прошёл Гук вглубь аудитории и занял свое место. Рядом сели Сону и Чонмин. А Тэхён с Чимином пересели на передние ряды, тихо о чём-то переговариваясь. Тэхён чувствовал на себе прожигающий взгляд Чона-старшего, но боялся обернуться. В его голове била набатом только одна мысль: «Лишь бы не узнал». — Чимин, я чувствую, как он на меня смотрит, — тихо проговорил Тэхён, скрестив руки на парте и положив на них голову. — Кто? — не понял Пак и обернулся, чтобы понять, о ком говорит друг. — Чонгук. Да не смотри ты, он же поймёт! — шикнул Тэхён, ударив омегу по плечу. — Ауч, больно! Бля, Тэ, ты совсем с катушек съехал? Ну видел и видел. Он не узнал тебя. Иначе он бы тогда уже подошёл к тебе, — Чимин смотрел на Кима в непонимании, потирая ушибленное место. Сону положил свою наманикюреную руку на плечо Чона-старшего, пытаясь привлечь к себе его внимание. Чонгук обернулся на омегу и, подняв левую бровь, вопросительно посмотрел. — Милый, ты совсем не обращаешь на меня внимания, — писклявым голосом пропищал Сону. Ему очень не понравилось, что альфа смотрел на эту ошибку природы по имени Тэхён. Чонгук скинул руку О с плеча и снова вперился взглядом в спину Тэхёна. «Ну почему его глаза мне кажутся знакомыми? Ты уже сходишь с ума, Чонгук. Не может эта мышь оказаться тем горячим омегой». Чонмин проследил за взглядом брата, поняв, куда он смотрит, и так же вопросительно перевёл взгляд на старшего. Альфа не будет отрицать, Тэхён тоже привлёк его внимание, но чтобы и брата тоже, это было удивительно. Вкус Чонгука всегда отличался от вкуса Чонмина. Старший предпочитал красивых омег, зачастую в его постели бывали даже модели с обложек глянцевых журналов. Но ни один омега не задерживался доль, чем на неделю-две. А Тэхён… Он тихий, одевается в шмотки, которые больше его. Чем он смог зацепить брата, Чонмин не понимал. Надо было выяснить. Преподаватель отвлёк младшего от разглядывания мышки, спрашивая о том, все ли сделали домашнее задание перед экзаменами, читали ли нужную литературу или нет? Попадос. Чонмин не читал, он все эти дни гонял по городу, забыв про всё, кроме скорости.

***

Как только прозвенел звонок, Тэхён, запихав в портфель тетради и учебники, сорвался с места. Но далеко ему не суждено было убежать — его догнал Чонмин. Схватив омегу за капюшон, он прижал его к стене, блокируя выход руками по бокам. Тэхён затрясся, поправил свои очки дрожащими руками и посмотрел на альфу. — Эй, мышка, ты куда так спешишь? — ехидная улыбка расползлась у того на лице. — Че… чего те… тебе надо от меня, Чон? — заикаясь, спросил омега. — От тебя мне нужны только твои мозги, — Чонмин указательным пальцем ткнул в голову Тэхёна — Ты сделаешь за меня домашку, мышонок. — Чего? Я не буду делать. — Будешь, или я выебу тебя прямо тут, у стены. За то узнаю, какая мышка в постели, — Чон приблизился к его лицу, обжигая губы горячим дыханием. — Или я расскажу всем твой секрет. Конечно, Чонмин не знал никакого секрета Тэхёна, но поиграться-то хотелось. — Отпусти меня, Чон, — в голосе появились предательски неуверенные нотки. — Сам делай себе домашку или шлюху вашу попроси, — омега оттолкнул альфу, и тот попятился назад, ударяясь об подоконник. Низкий рык вырвался из Чона-младшего. Он отошёл от окна, сверкая красными глазами. Злость взяла своё. Да как он посмел? Какая-то замухрышка его толкнула, да ему чуть ли не в ноги падали. А тут… сжав пальцы в кулак, он замахнулся на сжавшегося омегу, дабы ударить побольнее, но был сбит своим братом. Чонгук яростно рычал, сбивая костяшки о лицо близкого человека. — Я тебя, сука, предупреждал, я тебе говорил, чтобы ты не трогал омег! Охуел, Чон~и? — Ещё удар. Он бил брата, не рассчитывая силы, и лицо Чонмина превратилось в месиво. Чонгука еле оттянули от младшего. Сону пищал как резанный, но не лез. А то ещё и ему достанется. А Тэхён? Тэхён сбежал, как трус. Но он ничего не мог сделать. Позже он поблагодарит Чонгука, но не сейчас.

***

Чонгук опять сидел в том самом клубе и хлестал коньяк. Несколько часов назад он избил родного брата просто потому, что увидел, как он замахивается на Тэхёна. Он сам не знает, что на него нашло. Ярость взяла вверх, он не мог допустить, чтобы Кима обидели. Чонгук даже послал нахуй Сону, что лип к нему после происшествия. Сев на свой байк, он укатил в клуб. Но и тут его ждало разочарование. Он снова хотел увидеть того омегу, что задел не только его член, но и сердце, но менеджер сказал ему, что танцор взял отпуск на неопределённый срок. Как бы Чон не пытался уговорить его или дать денег, тот отказывался, говоря, что вся информация о работниках конфиденциальная. И теперь он сидит за стойкой бара и пьёт бокал за бокалом. Альфа вздрогнул, когда сзади его обняли чьи-то руки. Он хмыкнул, ему даже оборачиваться не пришлось, чтобы понять, кто это. В нос ударил приторный запах зефира О Сону. — Как ты попал сюда? Это закрытый клуб, и посторонних не пускают, — спросил альфа заплетающимся языком. Схватив стакан, он выпил его до дна и развернулся в пол-оборота к незваному гостю. — Я подкупил охранника, деньги в этом мире решают всё, малыш, — омега провёл пальчиком по груди Чонгука. — Уходи, мне не до тебя сейчас, — Чон снова отвернулся от блондина, показав бармену, чтобы тот повторил. Бармен с легкостью налил новую порцию янтарной жидкости. — Ну, зайчонок, — надул свои накрашенные губки омега. — Я просил тебя не называть меня так, — альфа снова развернулся, сверкая обсидиановыми глазами. — Пошел вон отсюда, — крикнул Гук, швырнув стакан об пол. Осколки разлетелись в разные стороны вместе с остатками коньяка. Омега пискнул и посмотрел на старшего. — Это всё из-за него, да? Из-за Тэхёна? Да что ты в нём нашёл? Ни рожи, ни кожи, он даже не пахнет! — на весь клуб верещал Сону, топая ногами. — Не смей, сука, даже имени его произносить. Если тебя что-то не устраивает, вали к другому, — Чонгук резко встал со стула, схватил омегу за горло и притянул к своему лицу. Его глаза сверкали злобой, а глаза омеги — паникой. Он вцепился пальцами в руку альфы, пытаясь убрать её. — И если ты, мразь, его хоть пальцем тронешь, я тебе их переломаю, — Чонгук оттолкнул Сону от себя, и тот шлёпнулся на задницу, смотря на альфу со слезами на глазах. Кинув несколько крупных купюр на стойку, Чон развернулся и пошёл на выход.