Орео

      Лань Ванцзи никогда бы не сказал, что был счастлив в браке. Во-первых, если бы он такое сказал, ему бы никто не поверил. А если бы сказал правду, его ждала бы смачная пощёчина или порка за то, что вообще посмел.       Поэтому он молчал. Молчать — это самое безопасное, что ему оставалось.       Его муж был человеком взрослым. На двадцать лет старше его. И не самым приятным. Виной тому не только возраст.       Но родственников Ванцзи это не сильно волновало, когда они соглашались на этот брак. Им нужны были связи, и они их получили. Никто на тот момент особо не думал о его желаниях и благополучии. Они шли как что-то само собой разумеющееся.       Омега замужем? Муж богатый? Ну, так и что тебе ещё нужно, безмозглая курица. Как-то так все рассуждали. Ведь в их представлении, если у омеги есть альфа, то та несчастной быть просто не может. Нельзя.       Но он почему-то был не счастлив. Может, в этом были виноваты рухнувшие надежды после формирования омегой. А может быть, его муж, который был той ещё свиньёй.       Ванцзи, если честно, не знает. У него нет ни малейшего представления о том, как всё должно работать. Ему никто никогда не рассказывал.       Но он точно знает, что другие омеги, с которыми спит его муж, получают куда больше внимания и заботы, чем он. Просто потому, что они спят с ним за деньги, а он, увы, мужу принадлежит и, как собственность, жаловаться права не имеет. Да и некому.       Кто вообще станет его слушать?       Но в свою защиту — он пытался. Пытался сделать что-то со своей жизнью, когда понял, что в опасности. Вот только… тогда он и узнал о том, что дома безопаснее не станет. Его не просто вернут мужу, но ещё и накажут за то, что посмел того позорить.       Это случилось почти сразу после свадьбы. Ванцзи никто никогда не объяснял, как муж должен обращаться с женой. Его мать умерла раньше, чем он сформировался, отец его игнорировал, а дядя… дядя считал, что это не его работа.       Однако его брак совсем не вязался с той красивой картиной, которую рисовали в кино и романах для омег. Он даже не был похож на те сплетни, которыми делились украдкой друг с другом другие омеги на важных мероприятиях, куда его брал муж.       Если сравнивать, то его брак напоминал скорее что-то очень грустное и трагичное. И выбраться целым было ой как непросто. Даже нереально.       Конечно, после его побега в отчий дом и побоев — те прекратились. Но просто потому, что его муж начал испытывать к нему жалость после того, как увидел, что в жестокости с ним есть кому посостязаться.       Лань Цижэнь, дядя Лань Ванцзи, так отхлестал его, что теперь, если его попытаются убить, последнее место, куда он пойдёт, это родной дом.       Правда, лучше голодная смерть на улице, чем это.       Со временем Ванцзи научился жить довольно незаметно. Мужу он не мешал, так что тот в какой-то момент потерял интерес даже к тому, чтобы на нём срываться.       Иногда он просто брал его с собой на мероприятия, а остальное время проводил с любовницами в загородном доме. Не лучший, но и не худший расклад. По крайней мере у него был дом, его почти не били и особо не эксплуатировали в сексуальном плане.       К этому можно было привыкнуть. Других-то вариантов у него не было. За тот срок, что он в браке, вообще ко многому можно привыкнуть. Не только к обрюзгшему телу на соседней половине кровати, но и к тому, что весь твой день — это пустота.       Он был запертой в клетке тенью без права покинуть квартиру без сопровождения. Да и куда ему было идти? Ванцзи понятия не имел, куда может пойти омега. Может быть… в кино? Или в парк? Звучало неплохо.       Но он смутно себе представлял зачем, а главное, что ему там делать. Просто сидеть? Одному?       Для него не секрет, что муж его развлекался. Ну, он альфа, это вполне понятно. Альфам можно, они ведь устают на работе, и вообще — у них стресс. Как-то так ему объясняли, почему такая разница в распределении досуга. Не то чтобы он понимал… просто не хотелось спорить.       Начнёт спорить или задавать вопросы сверх того, что хочет слышать муж, получит по лицу. А по лицу получать неприятно. Больно и обидно.       Иногда, конечно, случался и на его улице праздник. Обычно, когда у его мужа было хорошее настроение, он мог вывезти Ванцзи куда-нибудь. В ресторан, например. На какой-нибудь концерт или представление. Не часто, но бывало.       В такие моменты он тихо радовался побыть за пределами квартиры. Посмотреть на других людей, на то, как они общаются, одеваются и прочее разное. Это было… занимательно. Ему нравилось прислушиваться к чужим разговорам, чтобы узнать что-то для себя новое. Что-то реальное.       Книги и фильмы, которые он мог прочесть и посмотреть, не давали конкретной информации о том, как люди живут. Всё же там всё было не совсем настоящее. Иначе ему, наверное, было бы проще жить, книг Ванцзи прочитал немало. Только, увы, никому из тех, кто окружал его, это было не интересно.       — Эй, Ванцзи, накинь что-нибудь и пойдём! — его муж вернулся домой раньше обычного.       Мужчина буквально ворвался в квартиру, очень порывисто и эмоционально. Он не был зол, кажется, наоборот, чем-то очень доволен.       Он редко бывал в таком настроении. Обычно его муж скорее был раздражён, когда возвращался с работы. Не желая испытывать удачу, Ванцзи закрыл книгу, которую читал, и, ничего не говоря, пошёл за верхней одеждой как мог быстро.       Два раза ему предлагать не будут.       Может быть, случилось что-то хорошее и они будут это праздновать? Или… или что-то вроде того.       Ему не совсем понятно, чего ожидать. Набросив на плечи поверх лёгкого кашемирового костюма пальто, Ванцзи вышел к мужу.       — Отлично, идём-идём, — тот, явно удовлетворённый его видом, поспешил прочь из квартиры.       Быстро обувшись в тонкие ботинки, омега поторопился следом. Стоя рядом с мужем в лифте, он привычно опустил взгляд в пол и молчал. Это то, чего от него хотели. Чтобы он не привлекал к себе внимания.       Вышли они на подземной парковке. Машина их ждала прогретая, видно, альфа, как приехал, сразу пошёл за ним, чтобы после вернуться. Ну да, они ведь куда-то собирались ехать. Правда, он так и не узнал куда.       Сев на своё место на заднем сиденье после короткого взмаха рукой от мужчины — этим жестом он обычно давал ему разрешение садиться, — Ванцзи пристегнулся.       А дальше… дальше они просто куда-то ехали.       Он не сразу понял, что что-то не так. Ванцзи совсем не знал город, в котором прожил всю свою жизнь, потому что никогда по нему не гулял просто так. Всю его жизнь его или водили, или возили, и всё время он был под чьим-то присмотром.       Такова жизнь омеги. Нельзя просто так шляться где ни попадя. А сейчас он очень был близок к этому самому ни попадя.       Сначала они долго ехали через город, пока не вклинились в большой поток машин, а после выехали в пригородную зону. За окном было темно и шёл мелкий дождь, чем меньше становилось освещения вдоль трассы, тем хуже Ванцзи понимал, что видит.       Думать о плохом не хотелось, но в голову набивались нехорошие мысли.       Наверное… наверное, они едут в загородный дом. Да, точно. Куда ещё они могут ехать по полупустой дороге, вдоль которой тянулась промышленная зона.       Однако загородный дом точно не находился в каком-то мрачном месте, и к нему не вела щебёнчатая дорога.       Машина пару раз свернула, заехала на территорию какого-то склада и остановилась на небольшой площадке. Сначала было темно, а потом впереди, через лобовое стекло, в глаза Ванцзи ударил свет от фар другой машины.       — Выходи из салона, — нервно сказал муж Ванцзи, не оборачиваясь к нему. — Живо!       — Я не… не понимаю, — тихо пробормотал омега, но всё же взялся за ручку двери, готовый ту открыть.       — Сейчас выйдешь из машины, пройдёшь вперёд и сядешь в ту, что стоит перед нами! Давай, шевелись! — альфа начал повышать голос и тяжело и громко дышать.       Для него было очевидно, что если он не выйдет из машины сам, то его вполне могут вытащить силой, если это потребуется. Но он всё ещё не мог подумать о чём-то прям плохом. Всё было странно и непонятно, да, но не больше.       Открыв дверь, Ванцзи вылез на улицу, ступая на щебенку. Дождь моросил, оседая на одежде и коже тонкой мокрой плёнкой.       Помня то, что ему сказали, он начал идти вперёд к другой машине, которая освещала его светом фар, настолько ярких, что в темноте этот свет ослеплял. Звук блокировки дверей, громкий и отчётливый, заставил его вздрогнуть. Этот звук шёл из той машины, из которой Ванцзи только что выбрался.       Кажется… кажется, у него неприятности.       Он остановился и обернулся, стараясь разглядеть за мокрым лобовым стеклом лицо своего мужа. Тот, очевидно, видя, что Ванцзи на него смотрит, начал сдавать назад, отъезжая. Похоже, он не собирался дожидаться того, что омега выполнит до конца его инструкции.       Вот только что ему ещё оставалось? Его муж уехал, оставив его неизвестно где, и рядом не было ничего и никого, кроме той машины и, вероятно, людей в ней.       Если он хотел отсюда выбраться, видимо, ему нужно бежать. Но куда? И сможет ли он убежать от внедорожника?       Очевидно, нет.       Подойдя к машине на нетвёрдых ногах, Ванцзи взялся за ручку, открывая дверь. Из салона на него пахнуло приятным глубоким ароматом хвои, дерева и специй. Внутри было темно и тепло, и, кажется, никого, кроме водителя, больше не было.       Забравшись внутрь, он сел и стал ждать, что будет дальше.       Водитель с ним не заговорил. Вместо слов он медленно опустил руку к рычагу передач и начал движение. Ванцзи мог видеть его руку, часть плеча и немного профиль. В зеркало он пока старался не смотреть.       Ехали они с незнакомцем в тишине. Ехали спокойно и плавно. Кажется, тот не хотел, чтобы омега испугался и выскочил из машины прямо на ходу.       Довольно быстро щебенка сменилась снова асфальтом. Мужчина вёз его по той же дороге в обратном направлении к городу.       Если они едут обратно, то зачем было встречаться в таком странном месте? Это что, какая-то проверка или что? Но зачем кому-то его проверять?       Ничего непонятно.       — Кто вы? — тихо спросил Ванцзи, не уверенный в том, что подавать голос хорошая идея.       — Меня зовут Вэй Усянь, — водитель отозвался быстро, легко и спокойно.       Он словно ждал, когда омега сам с ним заговорит. Но ничего, кроме ответа на вопрос, тот всё равно не дал. Значит… ему нужно спрашивать ещё?       — И… кто вы? — это имя ему не знакомо. Он не помнил среди знакомых или коллег его мужа никого с фамилией Вэй.       — С сегодняшнего дня я твой представитель, — так же спокойно и коротко ответил альфа.       — Мой представитель — это мой муж, — Ванцзи был в этом совершенно уверен. Откуда у него мог взяться какой-то другой представитель.       — Янь Суфань больше не твой муж. Он развёлся с тобой в одностороннем порядке. Теперь ты не на его попечении, — голос мужчины звучал мягко и ровно. Но это не мешало Ванцзи начать паниковать.       Его муж правда мог с ним развестись. По закону он имел на это право, если у него были причины. Например, болезнь жены или несоблюдение условий договора, а также их нарушение. Но Ванцзи ничего намеренно не нарушал! Он делал всё как ему велели!       — Это какая-то ошибка, — пробормотал он, придвигаясь неосознанно ближе к альфе, что вёл машину. — Зачем ему это?..       — Ты хочешь вернуться к нему обратно? — вопрос тем же успокаивающим тоном.       — Он же мой муж, — вопроса Ванцзи не понял.       — Хорошо, — с ним легко согласились. — А если я покажу тебе все бумаги, в которых написано, что он больше не твой муж, что тогда?       Он… он не знает. Откуда ему знать?       — А как вы стали моим представителем? — немного подумав, спросил Ванцзи.       Это ведь не так просто, стать представителем омеги. Им не может стать простой незнакомец. Для этого нужно или быть родственником, или супругом, или взять омегу на поруки, если та никому не принадлежит. Но у него, даже без суда, была семья.       — Господин Янь передал тебя мне в ходе бракоразводного процесса, — Ванцзи спросил и ему опять ответили.       И что самое страшное, такое вполне могло быть. Его муж, господин Янь, владел Ванцзи безраздельно, и если надумал с ним разводиться, мог или вернуть его семье, или передать другому альфе, если найдётся желающий.       — З-зачем? — он знал, что так поступали с провинившимися жёнами. И это обычно плохо для них заканчивалось.       — Твой муж нуждался в деньгах, а мне нужна хорошая, умная, спокойная омега. Ты ведь такой, всё правильно? — мужчина говорил очень успокаивающе. Непонятно, как у него это получалось, но своим голосом он словно убаюкивал Ванцзи.       — Зачем вам я? — хорошо, он уже не был близок начать кричать и плакать, хотя, наверное, в его ситуации стоило, это было бы совершенно нормально, учитывая… всё.       Но как-то не получалось.       — Ты из хорошей семьи, послушный, красивый, и, кажется, хотел бы большего, чем жизнь в четырёх стенах, — предположил Вэй Усянь. — Я могу дать тебе больше, чем твой бывший муж, и точно больше, чем семья, которая была бы не рада, если бы тебя им вернули.       Ванцзи даже нечего было на это сказать. Конечно, он понятия не имел, о каком таком большем ему говорили, но и поспорить с мужчиной не мог. Его семья была бы очень недовольна им, если бы с ним развелись и подбросили его обратно в отчий дом на содержание.       Никому не нужна бракованная омега. А если его не забрал другой альфа, то какая он омега, если не бракованная.       Так что… так что ему правда было нечего сказать.       — Сейчас я отвезу тебя в свой дом, отдам все документы и отвечу на любые твои вопросы, — Вэй Усянь, похоже, понял, что он не будет больше ничего говорить, и продолжил сам, объясняя, что будет дальше.       — А я… могу уйти? — неуверенно пробормотал омега.       — Ну, теоретически, да. Но зачем? — отлично, ему не сказали нет. Но задали довольно интересный вопрос.       — Зачем? — Ванцзи не совсем понял, что это значит.       — Давай откровенно. Тебе некуда идти, у тебя нет денег, нет никаких вещей. Даже если ты доберёшься до своих родственников, узнав о том, что у тебя есть поручитель, они сами отдадут тебя мне. Получается, уходить куда-то крайне глупое решение, разве нет? — со спокойным тоном Вэй Усяня на его слова нельзя было ни обидеться, ни разозлиться. Он был прав.       И осознав, насколько и в чём, Ванцзи наконец прочувствовал всю ситуацию, в которой оказался. Горячие слезы собрались крупными каплями в уголках глаз, прочерчивая мокрые дорожки на щеках.       Он плакал беззвучно, но мужчина всё равно протянул ему коробку с сухими салфетками, которая стояла у него на приборной панели.       Не то чтобы ему было страшно, но… он только что узнал, что человек, с которым он прожил около четырёх лет, просто выбросил его. Янь Суфань даже не пытался поговорить с ним. Решить вопрос или… что делают люди, когда их что-то не устраивает.       За все четыре года их брака Ванцзи никогда не делал ничего, что давало бы повод сомневаться в нём. Он терпел, был послушным и не мешал мужу жить так, как тот хотел.       Так за что?       Сам факт, что альфа, который был его мужем, просто… продал его незнакомцу, разбивал Лань Ванцзи вдребезги. Омега надеялся, что хотя бы этот человек так с ним не поступит. Ведь его семья сделала то же самое.       Они выгодно продали его. Оказывается, такое поведение было нормой для альф. Выгодно продавать и покупать то, что им принадлежит, даже если это живой человек.       Откровенно говоря, ему было плохо.       Ванцзи сидел в машине незнакомого человека и ехал с ним прямиком в неизвестность.       Вэй Усянь вывез его в район, застроенный частными домами и коттеджами. Они выглядели очень хорошо, но чем дальше они ехали, тем больше становились участки, и тем дальше тянулись изгороди и ограды.       Мужчина сбавил скорость, когда они проезжали мимо высокой каменной стены, а после остановился в конце дороги, разворачиваясь перед большой откатной дверью, за которой виднелась тускло освещённая бетонная коробка дома.       Выглядело это место странно. Не особо дружелюбно.       Здание было довольно высоким, но Ванцзи не видел ни одного окна, только большие чёрные двери и крыльцо со ступенями из светлого камня.       Пространство перед домом было маленькое, под колёсами хрустели мелкие камни. Места было так мало, что поместилась едва ли пара машин.       Заглушив двигатель, Вэй Усянь вышел первым, раскрыл зонт и открыл для Ванцзи дверь, подавая ему руку. Он бы, может быть, и отказался… но машина была высокой и ему не хватало освещения, чтобы осмотреться. Так что даже руку он принял, касаясь горячей шероховатой кожи, от которой у него по спине пробежали мурашки.       Мужчина не торопился. Господин Вэй, спокойно и неспешно держа над Ванцзи зонт, проводил его к входу в дом и отпер дверь, пропуская омегу войти первой.       И… надо сказать, дом внутри был совершенно не таким, каким можно было его представить, учитывая мрачный фасад. Снаружи дом был серым. Как обычный бетон. Внутри же он был очень светлым и просторным. В огромных пузатых кадках стояли разлапистые растения с огромными резными листьями. Стеклянная лестница поднималась на второй этаж, а за ней стояла софа и пара кресел прямо перед панорамными окнами.       — Позволишь? — Вэй Усянь напомнил о своём присутствии тихим вопросом.       Мужчина помог Ванцзи снять верхнюю одежду, вешая ту на высокую кованую вешалку.       — Идём, я приготовлю для тебя чай, — альфа вёл себя так, словно между ними не было ничего… странного.       Да. Будто это не он купил его у собственного мужа. Вэй Усянь прошёл вперёд и повернул налево в большую арку, за которой была видна ещё одна очень просторная комната.       Кажется… это и была кухня. Вернее кухня, она же столовая, она же гостиная. Кажется, единственное, на чем экономили в этом доме, это стены. Их было не так уж много.       — Садись, где тебе больше нравится, — предложил альфа, останавливаясь у скрытого в нише кухонного блока, который тянулся вдоль стены.       В доме, который Ванцзи только что потерял, тоже была кухня. Но она не была настолько большой, как эта. Там было всё необходимое для приготовления еды в условиях города. Здесь же было куда больше.       Омега сел в небольшое кресло, робко осматриваясь. Всё казалось ему очень… странным.       Мебель выглядела так, словно её привезли из антикварного салона, тяжёлые шторы лежали на полу красивыми складками, сейчас полностью отодвинутые по углам комнаты. На стенах висели картины с абстрактным рисунком градиента.       И снова панорамные окна.       Они были, частью стены, очевидно, просто Ванцзи не мог понять, кому пришло в голову сделать одну стену полностью… стеклянной.       — Отсюда есть выход на озеро, — видя, куда он смотрит, мягко произнес Вэй Усянь, ставя поднос на низкий столик между ними.       Мужчина сам наполнил чашки, позволяя Ванцзи ничего не делать. Это хорошо. У него дрожали руки, и он не был уверен, что с ним всё в порядке.       По правде… Он совсем не в порядке, и не знает, что с этим делать.       Омега без интереса смотрит документы, которые ему передаёт Вэй Усянь. Они выглядят подлинно. Бумага по образцу, все знаки совпадают, и печати с подписями на месте. Если всё правда, а он не может не сомневаться, ему ещё сложно поверить, то теперь он, получается, никому не принадлежит, и при этом у него есть поручитель.       При этом, конечно, Ванцзи всё ещё не свободен. Он просто не замужем. Это сомнительная свобода. Эфемерная.       — Значит… господин теперь мой поручитель, — медленно говорит омега, с трудом заставляя себя осознавать реальность.       — Это так, — Вэй Усянь мягко подтверждает очевидное.       — И что вы намерены делать? — на выдохе спрашивает Ванцзи. Ему немного страшно. Неизвестность пугает.       — Для начала я хотел бы обратить твоё внимание на документ, подтверждающий моё право поручителя. Как видишь, там два имени. Это не потому, что у меня их два, а потому, что у меня есть брат, и он заинтересован в тебе не меньше, чем я, — ровный спокойный голос Вэй Усяня был, похоже, его козырем в общении с людьми. Если бы не он, Ванцзи бы, наверное, бился в истерике. Ну или что-то вроде того. — Тебе не нужно переживать насчёт этого. Ни я, ни мой брат не причиним тебе вреда. И насильного добра тоже.       Чай оказался очень кстати. Омега грел руки о чашку, понемногу отпивая из неё, пока мужчина, не вдаваясь в лишние подробности, объяснял ему то, как он, собственно, здесь оказался.       Вэй Ин, брат Вэй Усяня, был тем, кто встретил Ванцзи первым, и, со слов альфы, очень переживал о его благополучии. О господине Янь ходили разные слухи. Беда в том, что все они были правдой.       И то, что тот не знал меры в алкоголе или азартных играх, и то, что у него не задалась карьера в политике, и даже про упадок фирмы несмотря на помощь всех знакомых родственников и приятелей. Янь Суфань вёл разгульный образ жизни, был мелочным, грубым и неприятным человеком.       Но с чего бы какому-то незнакомому альфе переживать о нём, даже подозревая, каков господин Янь?       — Мой брат редко интересуется кем-то. Он довольно замкнутый и закрытый человек. То, что его кто-то смог заинтересовать, очень для меня важно, ведь, кроме него, у меня больше никого нет. И, честно говоря, глядя на тебя я понимаю его интерес. Это может звучать странно, учитывая, что ты видишь меня впервые и знакомы мы не больше пары часов, но ты правда кажешься мне привлекательным, — Вэй Усянь предпочитал говорить откровенно и прямо. Это подкупало. Хоть всё сказанное и звучало для Ванцзи очень странно, ведь ему никогда не говорили ничего и близко подобного.       Альфы прежде вообще не проявляли к нему интерес. Даже его муж. Поэтому Ванцзи не очень понимал, что значит быть привлекательным для кого-либо.       Но… этот человек, Вэй Усянь, нашёл его и приложил усилия для того, чтобы он оказался здесь, просто ради своего брата. Альфы и правда удивительны. Иногда они делают такие странные вещи, которым очень сложно найти объяснение и понять их.       — Возвращаясь к твоему вопросу о том, что мы намерены делать… — Вэй Усянь взял небольшую паузу, видимо, обдумывая дальнейшие слова. — Ничего. В том смысле, что мы теперь твои представители и ты на нашем попечении, но это не значит, что мы собираемся использовать или эксплуатировать тебя. Ты можешь жить на нашей территории и использовать любые наши ресурсы по своему усмотрению. Как-то так.       В ответ Ванцзи молча моргнул, рассматривая мужчину, что сидел перед ним. Он, мягко говоря, был в замешательстве, а не мягко — был полностью растерян и понятия не имел, что говорить или делать дальше.       С ним никогда такого не было. Чтобы он был свободен в собственных действиях или выборе. Всю жизнь за него решали сначала члены семьи, а после муж, и в обществе это преподносилось как норма.       Омеги не распоряжались собственной жизнью. Это было расточительно. И сейчас ему предлагали самому выбирать что-то, но он абсолютно не видел перед собой никаких вариантов.       Мог ли он уйти? Выходит, что да, мог. Но куда?       Обратно к семье Ванцзи не хотел бы возвращаться. Главным в доме был дядя, а тот считал, что если у омеги есть законный поручитель, то он обязан держать омегу на своей территории, иначе это обременяло других. В своём доме Ванцзи был обузой. А другого дома… у него не было.       Кроме этого места, в которое его привезли только что.       — Я могу остаться здесь? — ответ был очевиден, но Ванцзи всё равно спросил.       — Да, конечно, — Вэй Усянь легко ответил. — Я бы предложил тебе поехать в город, но думаю, пока для тебя хватит потрясений. Здесь есть всё необходимое для жизни, и никого, кроме тебя, здесь не будет. Я буду навещать тебя и привезу вещи, всё, что тебе будет нужно, можешь просить всё что хочешь.       — Я буду здесь один? — дом был большим внешне, и для Ванцзи было немного странно, что ему отдавали столько пространства просто так.       Даже муж не оставлял его одного. С ним всегда были в одном пространстве люди, которые следили за домом и заодно за ним, чтобы не делал глупостей.       Ему не очень доверяли.       — Да. Тебя это беспокоит? — тон альфы стал озабоченным. Похоже, он правда собирался заботиться о нём.       Это было очень… ново. Прежде о Ванцзи заботился только один человек, его брат, но это было недолго.       — Нет, — на самом деле перспектива побыть одному его полностью устраивала.       Потому что да, для него и правда слишком много потрясений за такой короткий промежуток времени. Ему очень хотелось немного побыть в одиночестве и дать волю эмоциям. Поплакать и, может, даже покричать.       Выражать чувства для него всегда было проблемой. Особенно когда в одном с ним пространстве были посторонние люди.       — Показать тебе дом? — чай уже был выпит, и они вроде пришли к какому-то пониманию ситуации, так что предложение было вполне логичным.       И только сейчас до Ванцзи дошло, что он сидит с почти незнакомым альфой в его доме, где-то в неизвестной точке города, и ему… вполне спокойно. То есть Вэй Усянь не пугает его и не нервирует. Хотя обычно альфы вызывают иррациональное беспокойство, и это считается нормой.       Только ненормальная омега чувствует себя комфортно с незнакомцем. Считается, что нормальная как раз должна опасаться. Иначе с ней что-то не так.       Только это было довольно сомнительно. И сейчас, чувствуя, что Вэй Усянь не опасен, у Ванцзи появлялось чувство, что он жил как-то неправильно всё время до. Но оно как появилось, так же быстро и исчезло.       Вместо ответа он кивнул и позволил мужчине помочь ему осмотреться на новом месте. Первым делом ему показали настил на сваях, про который альфа уже говорил. На него можно было выйти с того места, где они сидели, — со столовой. Дверь была среди панорамных окон, и заметить её можно было только благодаря ручке.       Настил был огорожен по бокам калёным стеклом и представлял собой большое пустое пространство с выходом к воде. Летом, наверное, с него было удобно спускаться в воду.       Озеро было таким большим, что можно было даже представить, что это и не озеро вовсе, а море. Солью, конечно, не пахло, но запах пресной воды здесь тоже был довольно приятным.       Следующим местом, куда его отвели, был второй этаж. Чтобы туда попасть, они вернулись в дом, прошли к лестнице, которую он уже видел, и поднялись по ней наверх. На втором этаже была уютная открытая гостиная с парой диванов и большим телевизором. Ещё там был длинный коридор с двумя спальнями, которые, кажется, были гостевыми и пустовали.       Последним был третий этаж. Поднимаясь по лестнице, сразу попадаешь в рабочую зону, отгороженную занавесью из деревянных бусин, а сразу за ней была просторная спальня, в которой ему было немного неловко находиться. Сразу было понятно, что это хозяйская комната.       — Я могу тебя оставить? Ты в порядке? — участливо спросил Вэй Усянь.       — Да… — Ванцзи был смущён и растерян, но в целом чувствовал себя неплохо.       Они снова спустились на первый этаж. Вэй Усянь собирался уходить, а Ванцзи просто поплелся за ним следом, не спеша выпускать мужчину из поля зрения. Просто на всякий случай.       — Если тебе что-то будет нужно, позвони мне, номер я оставил рядом с телефоном, — мужчина указал ему на городской телефон, что стоял на резном комоде в прихожей рядом с огромным зеркалом в тяжёлой раме. — Я приеду завтра вечером, часам к семи, привезу одежду и другие вещи для тебя. Хорошо?       — Да, — Ванцзи кивнул.       Вэй Усянь говорил конкретно и по существу. Он называл точное время и озвучивал дальнейший план собственных действий. Это не могло не успокаивать его тревожное настроение.       Если подумать, его ведь даже не трогали. Да, ему подали руку, когда он выходил из машины, но больше ничего. Вэй Усянь держал с ним дистанцию, очевидно, чтобы не пугать ещё больше.       Осознание этой простой действительности очень повлияло на него. Ванцзи вдруг расслабился. И провожая альфу, наблюдая за тем, как тот покидает территорию, ему было значительно лучше. Не потому что тот уехал, а потому что, кажется, несмотря на всё, он был в безопасности. Ну, вроде как.       Вокруг, конечно было всё новое для него, но… заглядывая за все двери, он не нашёл ничего подозрительного. Просто хозяйственные помещения, уборные и шкафы, чаще всего пустые. Никаких прячущихся людей в темноте.       Особенно ему понравилось то, что обе гостевые спальни запирались изнутри и были вдобавок довольно маленькими.       Правда, он так и не смог устроиться в гостевой. Сон к нему не шёл, поэтому спустя пару часов он спустился на первый этаж. Сев в кресло, в котором сидел, когда они с Вэй Усянем говорили, он взял в руки одну из декоративных подушек и обнял её.       Наконец на него накатили слёзы. Он плакал, но без истерики. Просто… плакал. Потому что больно и непонятно, почему с ним опять происходит что-то ненормальное. Почему от него отказался собственный муж да ещё и так.       Да, их брак был откровенно паршивым. Они не любили друг друга ни дня, и всё же, всё же… Ведь господин Янь сам его выбрал. Даже если это и было продиктовано выгодой, у альфы был выбор. Почему он отказался от него именно таким образом…       Почему не сказал ничего…       Мог хотя бы остаться с ним честным.       Что такого Ванцзи в своей жизни сделал неправильно? Он всегда старался быть хорошим. Сначала для отца, затем для дяди, и после, как положено омеге, для мужа. И никто из них так и не дал ему ничего.       Чем он это заслужил?       Выплакав все слезы, что были, омега выпил ещё чаю и немного поел.       Вэй Усянь не обманул, в холодильнике и в шкафах было достаточно продуктов. От специй до масла и круп всё было упаковано и явно куплено недавно. Фрукты, овощи, мясо и даже рыба. Этого хватило бы для небольшой семьи, не то что для одной омеги.       О нём впервые подумали заранее. Прежде чем привести в это место. И сделал это совершенно посторонний человек, ничего о нём не знающий. Как всё-таки странно.       Взяв с кухни стакан с водой, Ванцзи пошёл обратно в спальню, чтобы постараться поспать хоть немного за ночь. Но остановившись перед коридором и немного постояв в полумраке, он пошёл не прямо, а к следующему пролёту.       Было кое-что, не дающее ему покоя. Странное чувство чего-то неправильного.       Поднявшись на третий этаж, он скользнул за штору из бусин. Пройдя рабочую зону, омега прошёл мимо небольшого дивана и кресла с подставкой для ног к большой кровати, рассматривая ту.       Обычная кровать, вроде бы. Да, большая. По бокам две тумбочки с лампами, в изножье банкетка. Всё выглядело вполне обычно, но что-то всё-таки его смущало. Продолжая осматриваться в новом для себя пространстве, Ванцзи зашёл в ванную комнату и, только глядя на полку перед зеркалом, до него наконец дошло, что именно было не так.       В подставке для зубных щёток их было две. На столешнице рядом с раковиной лежали две разные расчёски, и полотенец тоже было две разные пары.       В этой комнате были следы присутствия двух человек. Не для двух, а именно двух. Но кровать была одна.       Так… он не хочет об этом думать. Определённо не хочет. Но и уходить Ванцзи тоже не хочет. Из всех комнат в этой он чувствовал себя как-то по-особенному спокойно, и несмотря на то, что эта спальня, очевидно, занята, да ещё и хозяевами дома, он всё равно сел на постель, а после лёг поверх покрывала.       Ничего же, если он так полежит немного? Его сюда, если подумать, привезли без активного согласия, и вроде как Вэй Усянь говорил что-то там про то, что ему дадут всё, что ему нужно. Сейчас ему определённо очень нужно поспать. И как-то так вышло, что может уснуть он только в этой комнате.       Завернувшись в покрывало, омега заснул где-то посередине огромной кровати, уткнувшись головой между двух подушек. Там был стык двух разных по плотности матрасов, и ему было в этом месте очень удобно.       Ночь проходит очень быстро во сне. Как минута темноты, только длиной в несколько часов. Кажется, что мало, но часы говорят обратное.       Когда он проснулся, было начало двенадцатого, день. Свет через расшторенные окна освещал комнаты. Его было достаточно для того, чтобы ходить по лестнице, не боясь свернуть себе шею, или сидеть за столом в столовой, но половина дома всё ещё находилась в густой тени.       Это казалось Ванцзи почему-то интересным, он пока не мог понять почему.       После сна он заправил постель, возвращая ей приличный вид, и спустился в гостевую спальню, чтобы умыться и принять душ. В ящиках и небольшом шкафу нашлось всё необходимое: от запакованных в коробочки зубных щёток до новых полотенец. Как в гостиничном номере.       Его жизнь уже не казалась такой странной. Она всё ещё ей была, но после долгого сна и тихой ночи ему стало легче. Рядом никого не было, он мог делать всё что хотел. Смотреть телевизор, трогать разные вещи, которые лежали то тут, то там, есть, спать, бродить из комнаты в комнату… в общем, всё, что могло прийти в голову.       Ванцзи нашёл в доме книги, не много, но их явно читали. Посвящены они были в основном искусству, истории или истории искусства. Ещё была пара сомнительных романов с тёмными обложками, но от них веяло чем-то тревожным, так что омега не стал их читать.       Пока место, в которое привёз его Вэй Усянь, в целом ему нравилось. Однако контекст того, как он тут оказался, смущал.       Только, а что он с этим сделает? Ничего. По документам Лань Ванцзи омега, с которой развелись, и обжаловать это уже никак нельзя. Его муж воспользовался своим правом, что тут поделаешь.       Всё, что он мог, это или действовать дальше по ситуации, или пытаться как-то вернуться в понятную для себя среду. Только туда не очень хотелось. И его там, опять же, не ждут.       Несмотря на это, Ванцзи решил позвонить хотя бы старшему брату. С ним была вероятность хотя бы просто поговорить. К тому же, будет лучше, если дядя узнает новости от Лань Сичэня, а не от Ванцзи. Ему не хочется думать о том, что бы он услышал от дяди.       Набрав номер брата, Ванцзи долго считал гудки, думая, возьмёт ли Сичэнь трубку, учитывая незнакомый номер.       — Я вас слушаю, — знакомый голос из динамика заставил Ванцзи облегчённо выдохнуть.       — Брат, это Ванцзи, — он держался за трубку, как будто она могла вдруг исчезнуть.       — А-Цзи? У тебя всё хорошо? Зачем ты звонишь? — на него тут же посыпались вопросы.       — Я… Я хотел поговорить с тобой, — ах, точно, он позвонил в рабочий день, хотя сейчас почти обед, но брат, возможно, всё ещё на работе, и не факт, что ему удобно говорить.       — Что-то случилось? — тон брата стал напряжённым.       Прям как тогда, когда он пытался попросить его о помощи… Это не кончилось ничем хорошим.       — Янь Суфань… В общем, мы развелись, — набрав в грудь воздуха, выдохнул Ванцзи с небольшой заминкой.       — Как развелись? — голос Сичэня упал в тональности, будто он разом охрип. — Когда? Почему?       — Я… если честно не знаю. Я узнал об этом вчера. Он развёлся со мной, — ну, похоже, Сичэнь нашёл время с ним поговорить, раз он ещё не сказал, что слишком занят, или положил трубку.       С телефонной трубкой Ванцзи дошёл до софы и сел на мягкое сиденье, поворачиваясь к окну. Наверное, она здесь за этим и стояла, чтобы можно было вот так сидеть с видом на озеро, пока говоришь по телефону или кого-то ждёшь.       — Я ничего не понимаю, — о, ну, это вероятно нормально, учитывая ситуацию. — Где ты сейчас? Ты ещё у него дома?       — Нет, — Ванцзи тихо выдохнул. — Сичэнь, он передал меня другому альфе. Вернее, альфам.       В памяти снова всплыло то, как его вывезли из города в какое-то непонятное место и велели выметаться из машины. Без вещей, без всего. Непонятно за что и почему.       — Кому? — голос Лань Сичэня стал ещё глуше. — И где ты?       — Вэй Усяню и его брату, кажется, его зовут Вэй Ин, — Ванцзи постарался вспомнить имя второго альфы, стирая ребром ладони скатившуюся по щеке слезу. Ему снова было не очень хорошо. — Я где-то за городом. Вэй Усянь отвёз меня в свой дом, пока со мной всё в порядке. Я позвонил, чтобы попросить тебя передать это дяде.       — Ты… ты точно не знаешь, где ты? Может быть, адрес? — брат спрашивал, чем-то громыхая на заднем плане. Как будто что-то понял.       — Нет, не знаю, но тут озеро и много частных домов, — ничего больше сказать он не мог. У дома не было каких-то других особенных отличительных знаков вроде номера или таблички с адресом.       — Как давно ты там? — уровень тревоги в голосе Лань Сичэня стал ещё выше.       — Со вчерашнего вечера, — его спрашивали, он отвечал. Пока их разговор звучал странно.       Когда он просил помощи, его брат так не волновался, но сейчас почему-то он был явно очень обеспокоен. Это было немного обидно. Хотя чего уж там, не немного.       — Ты можешь рассказать мне, что именно произошло? — судя по шуму и появившемуся эху в динамике, брат куда-то шёл, и очень быстро.       — Янь Суфань пришёл домой, сказал идти с ним, мы сели в машину и куда-то поехали за город, когда мы приехали, он велел мне выйти из машины и сесть в машину к господину Вэй, а сам уехал, — если его голос и дрожал, то он отказывается признавать в этом свою вину. Ему было очень не просто рассказывать всё это, но он был должен. — Вэй Усянь дал мне свидетельство о разводе и мои документы. Он показал мне документы о представительстве, и они настоящие.       — С тобой что-нибудь сделали? — то есть того, что его вывезли чёрт знает куда и передали незнакомцу, что ли, мало? Что за вопрос такой вообще?       Ванцзи чувствовал обиду и досаду. Он начинал жалеть о том, что вообще решил позвонить брату.       — Вэй Усянь мне ничего не сделал, — ну, кроме того, что привёз в свой дом, всё объяснил, и пообещал, что позаботится о нём.       И пока он казался ему единственным адекватным человеком из всех альф, что, чёрт возьми, его окружали.       — Ничего? Ты уверен? — Сичэнь, судя по звукам, остановился где-то. Шума больше не было.       — Он привёз меня в дом, дал документы и уехал, — Ванцзи чувствовал себя грустным и глупым, и ему это совсем не нравилось.       — И всё? — услышав этот вопрос тоном, полным облегчения, Ванцзи закусил губу от обжигающей обиды, чувствуя, как снова наворачиваются слезы.       — Я позвонил, чтобы рассказать, что мы развелись. Скажи это дяде. Пока, — рублеными фразами он ответил брату и сбросил звонок, бросая телефонную трубку на колени.       Зачем он вообще позвонил? Чтобы что?       Да, рассказать брату о том, что Янь Суфань больше не его муж, это правда имело смысл. Но, чёрт возьми, разве его брат не должен был беспокоиться о том, как с ним поступили? Что вообще его волновало в их разговоре?       Он ни черта не понимал.       Телефонная трубка молчала. Она просто лежала, светя маленьким экраном, показывая время и больше ничего. Просидев на софе минут пятнадцать, омега встал, поставил её на место и пошёл в уборную, чтобы умыться холодной водой, приводя заплаканное лицо в порядок.       У него было ещё много времени до семи часов, и он решил потратить их на то, чтобы любоваться озером. Идти из дома куда-то было глупо, вокруг были только заборы и дорога. Да и лучше встретить Вэй Усяня, пока адекватнее никого всё равно не было.       С ним можно было хотя бы поговорить. По крайней мере, пока Ванцзи так думал.       Развернув кресло к окну и подтащив его поближе, омега устроился в нём с ногами, набросив на себя тонкий шерстяной плед. За окном иногда шёл дождь и рябила вода за границей настила. Этот вид понемногу его успокаивал и убаюкивал, так что вскоре он уснул в полной тишине пустого дома.       Разбудил его тихий шум. Не голоса или шаги, а тихий стук. Как будто кто-то стучал по дереву. Ещё приятно пахло. Какой-то едой.       Разлепив глаза, омега потянулся в кресле и понял, что видит перед собой тот же вид. Озеро, только теперь в сумерках. В комнате было темно, так что в окнах ничего не отражалось, но если повернуться, можно было увидеть, что кухонная зона была освещена холодным рассеивающимся светом, и там хозяйничал высокий мужчина.       Ванцзи легко узнал Вэй Усяня со спины. Тот, судя по звукам и движениям, что-то готовил. Довольно тихо и неторопливо, без суеты альфа что-то нарезал и укладывал в неглубокую форму. На плите стояла сковорода с высокими бортиками, и в ней, судя по запаху, что-то жарилось или томилось.       У него громко и бесстыдно заурчало в животе. Всё потому, что он ничего не ел за целый день, кроме, может, пары яиц и тоста с маслом на завтрак.       Выбравшись из кресла, Ванцзи привлёк внимание мужчины. Обернувшись, тот мягко, по-доброму улыбнулся. И ему почему-то стало от этой улыбки так хорошо, будто не было ничего плохого за эти дни.       — Садись за стол, скоро будет готово, — Вэй Усянь открыл разогретую духовку, чтобы поставить туда форму для запекания.       У него на поясе был завязан тёмный фартук, а рукава рубашки были закатаны до локтей, и почему-то это выглядело очень… приятно. Смутившись, Ванцзи отвёл взгляд и послушно сел за стол, стараясь не пялиться на мужчину.       Вообще-то, он никогда не видел, чтобы альфа готовил. Это было для него чем-то совершенно новым. Ещё от этого почему-то внутри было тепло. Странное чувство.       Для него никто никогда не готовил. Не считая, конечно, поваров в ресторане или дома на кухне.       — Как твоё самочувствие? — первым на стол Вэй Усянь поставил поднос с чаем.       — Я… звонил сегодня брату, — его спросили не об этом, но… он должен был об этом сказать.       — Разговор явно был не самым приятным, — непонятно, как альфа об этом догадался.       Пока они говорили, Вэй Усянь доставал посуду, расставляя её на столе. Ванцзи чувствовал себя неловко, ведь обычно это работа для омег, но ему сказали сидеть, поэтому он сидел и просто наблюдал за тем, что делал мужчина.       Еда, которую он приготовил, была очень простой, но при этом вкусной. Обычный белый рис, бульон с тофу и мясо с арахисом и запечёнными овощами. Ванцзи казалось, что он не ел ничего вкуснее за всю свою жизнь. Вероятно, это потому, что нормально он не ел уже около суток.       После того, как посуда опустела, Вэй Усянь убрал её в посудомоечную машину и запустил цикл мойки. Омега опять же не мешал мужчине хозяйничать на его же кухне.       — Итак, как всё-таки твоё самочувствие? — они вернулись к прерванному разговору.       Вернее, Вэй Усянь вернулся. Ванцзи не очень понимал, что должен был ему ответить на вполне простой вопрос.       Когда он открыл рот, чтобы всё-таки что-то сказать, то из него не вышло ничего осмысленного. Горло перехватило спазмом, а в уголках глаз защипало. Секунда — и он готов безобразно разрыдаться, сам того не желая.       Ванцзи казалось, что он достаточно выплакался. У него было время на эмоции, так почему его снова развезло да ещё и при Вэй Усяне.       — Можно тебя обнять? — от этого вопроса, заданного всё тем же мягким спокойным тоном, омега только сильнее начал всхлипывать и сопеть.       Но он не смог отказать себе в том, чтобы согласиться. Не важно, как всё это выглядит. Да, он может себе признаться, что очень хочет, чтобы его обняли. Ему очень нужно, чтобы кто-то наконец проявил к нему принятие. Давно пора, между прочим.       Получив невнятное, но вполне понятное согласие омеги, Вэй Усянь встал, подошёл к нему и легко поднял со стула на руки, что не совсем подходило определению объятий. Его унесли к дивану, усадили на мягкое сиденье, сели рядом, и вот тогда, да, обняли, прижимая к твёрдой груди.       От мужчины очень приятно пахло. Хвойный запах с нотками табака и соли успокаивал лучше, чем слова. А они оба молчали. Вэй Усянь просто гладил его по голове, перебирая волосы одной рукой, а второй обнимал со спины, придерживая, чтобы он никуда не скатывался и не съезжал.       Это продолжалось, пока его рыдания не утихли. Вот теперь, да, теперь он выплакался. А до этого, похоже, он успешно занимался самообманом. Впрочем, это, видимо, нормальное для него состояние.       — Больше никто не будет делать тебе больно. Никто не будет обижать тебя, — мягко, но уверенно пообещал Вэй Усянь.       У него было чувство, словно ему лет пять, и мама посадила его к себе на колени. Только она говорила ему подобные вещи. Но потом она умерла, и они остались только глубоко в его памяти. И только там.       А поверить, кстати, очень хотелось. Прям так, очень-очень. Вот только… пока не получалось. Слишком часто он обманывался, чтобы теперь просто так верить кому-то.       — Хочешь посмотреть, что я привёз? — слыша, что омега успокоился и теперь просто тихо сопит, спросил Вэй Усянь.       Тот только кивнул смущённо, не поднимая лица. Чего зареванную физиономию-то показывать. Она красная и опухшая, кому такое надо.       — Тогда давай ты умоешься, а я пока схожу и принесу всё сюда, хорошо? — предложил мужчина, не спеша при этом его отпускать.       Но предложение, однако, было стоящее. Так что когда он заерзал, его отпустили, и Ванцзи пошёл уже по знакомому маршруту к уборной, что была рядом с кухней. Была там одна неприметная дверь.       Да, вид у него был довольно жалкий. Осунувшееся лицо, потухший взгляд и растертая, покрытая пятнами кожа. Холодная вода несильно сделала ситуацию лучше, но стало полегче.       Когда он вернулся, у дивана стояли с десяток бумажных высоких пакетов разного размера. Их ему предложили распаковать, чтобы, видимо, было на что отвлечься.       А он и не против. Вдруг альфа снова выдаст что-то трогательное, а он опять реветь начнёт. Хватит на сегодня, пожалуй.       В пакетах была, в основном, одежда. И это кстати, а то у него не было ничего, кроме того, в чём он вчера приехал. Ходить слишком долго в одном и том же не очень чистоплотно. Ему такое не нравилось.       Только вот… а как мужчина выбирал одежду? Он же не спрашивал ничего о его размерах.       Там, конечно, не было ничего такого… и всё же.       Ему привезли пару комплектов домашней одежды, бельё, несколько мягких длинных рубашек, светлые джинсы и брюки из приятной тёплой ткани. Ещё в одном из пакетов обнаружилось длинное тёплое пальто и шарф.       Абсолютно всё было новым. И теперь это всё принадлежало ему.       — Спасибо… — что ещё он мог сказать.       — Есть ещё кое-что, — Вэй Усянь взял последний пакет, стоявший на столе, а не на полу, как другие, достал из него небольшую коробку и протянул ему.       Внутри был телефон. Такой же новый, но уже активированный и готовый к использованию.       — Я не менял стандартный пароль, только добавил в контакты свой номер, чтобы ты мог звонить и писать, если захочешь, — в телефонной книге и правда был сохранён один контакт.       А ещё теперь у него был доступ в Интернет. То есть он мог посмотреть, где всё-таки находится. Правда, не очень-то ему хотелось это делать. Зачем? Чтобы что?       — Вы… уедете? — спросив, Ванцзи понял, что всё это время обращался к мужчине не иначе как на «вы». По сути это было правильно. Но осознав это, он почувствовал себя странно.       — Можешь обращаться ко мне на «ты», — кажется, Вэй Усянь уловил его осознание. — Я должен уехать. Мне не хочется, честно говоря, но да, я уеду. Тебя беспокоит моё присутствие?       — Не беспокоит, — скорее, наоборот. Сейчас Ванцзи не был уверен, что хочет, чтобы его оставляли, но при этом он также не знает, как быть, если альфа останется.       — Я могу приехать завтра, если ты хочешь. Ненадолго, — легко предложил мужчина.       — Хорошо, — омега быстро согласился с этим предложением.       — Тогда я приеду к тебе завтра, — Вэй Усянь опять улыбнулся.       Улыбка у альфы была очень красивая. Такая… тёплая. На его щеках появились очаровательные ямочки, и Ванцзи неожиданно для себя с трудом отвёл взгляд от его лица.       — Мгм… — омега чувствовал, как краснеет.       — Да, ещё кое-что, — Вэй Усянь снова взял телефон, который купил для Ванцзи, чтобы что-то показать. — Я добавил данные своей карты, чтобы ты мог расплачиваться ей, если тебе что-то нужно. В блокноте есть дубль на всякий случай, если они вдруг сбросятся, и адрес дома для доставки.       Мужчина показал ему то, о чём говорил, на примере приложения магазина одежды. Формы для оплаты были уже заполнены — если бы ему что-то понадобилось, он мог просто нажать оплатить, никакого подтверждения не требовалось.       То есть, если подумать… Ванцзи мог даже вызвать себе такси, если кто-то из водителей захочет ехать в такую даль. Вэй Усянь дал ему возможность уйти. Опять.       Хотя правильнее будет сказать, что альфа и не пытался особо его удерживать. И это было открытием для него. Очень приятным открытием.       Все альфы, которых Ванцзи знал, пытались его контролировать. Вероятно, они считали, что он не способен принимать решения, или что ему не стоит этого делать. За него решали почти всегда. Что носить, что есть, где и как жить, где учиться, с кем общаться и как проводить время.       У него не было выбора. А Вэй Усянь так просто позволял ему выбирать.       — Тебе… обязательно уходить? — теперь Ванцзи совсем не хотелось, чтобы Вэй Усянь его оставлял.       — К сожалению, — мужчина грустно улыбнулся. — Это ненадолго. Скоро я познакомлю тебя с Вэй Ином, и если тебе не будет тревожно, то мы заберём тебя в город, и ты больше не будешь один.       Это успокаивало. Его не бросали здесь. Скорее, оберегали от слишком резкого столкновения с новой реальностью, которую омега пока смутно себе представлял.       Оказался на территории альфы, да ещё и двух. Это сложно, учитывая, что Вэй Усяня он знает всего ничего, пусть ему и хочется тому доверять.       Ванцзи помнит свои чувства, когда его забрал муж. И лучше бы он забыл это и никогда не вспоминал. Омега чувствовал себя вещью, которую выгодно купили, соблюли положенные церемонии, использовали, а после бросили.       Похоже, Вэй Усянь не хотел, чтобы он чувствовал себя так снова.       — Если тебе нравится смотреть на воду, я могу достать пару раскладных кресел и выставить их на настил. Хочешь? — мужчина, очевидно, заметил то, как омега уснул у окна в кресле.       — Хочу, — вытаскивать мебель на улицу он побоялся. Она была тяжёлой и мягкой, а на улице было сыро и часто шёл дождь.       В подсобном помещении справа от кухни стояли в основном коробки с едой и большая морозильная камера. Ещё там был установлен водонагреватель и система управления за отходами. Но помимо этого там оказалась ещё и сложенная мебель. Пара кресел и стол.       Вэй Усянь вынес их на улицу, разложил и закрепил специальными крючками, чтобы их не сносило ветром. Хоть они и были тяжёлыми на вид, над озером гулял ветер, и иногда он мог быть достаточно сильным.       Завтра, если не будет так дождливо, то Ванцзи сможет посидеть там и почитать. Это его даже воодушевляло. Всё начинало казаться таким лёгким и приятным.       Вэй Усянь с ним попрощался. Мужчина пообещал, что приедет завтра в то же время, около семи. Омега проводил его, как и вчера, наблюдая за большой машиной, выезжающей с территории. Его оставляли, но его это не пугало.       На самом деле, ему было даже вполне хорошо. У него был большой дом в собственном распоряжении, его вкусно накормили и ни в чем не ограничивали. Впервые за полжизни он чувствовал себя полностью в безопасности.       Правда. Не было дяди, который мог его наказать за то, что ему что-то не понравилось в том, как Ванцзи себя ведёт, ходит, говорит или не так ест. Не было никакого другого альфы, кто посягал бы на его пространство или безопасность. Да рядом вообще никого не было. Только тишина и спокойствие.       Думая об этом, Ванцзи решил провести остаток вечера так, как хотел давно. С миской нарезанных овощей перед телевизором.       Дома ему нельзя было смотреть телевизор вечерами. Муж включал себе новости, а после спортивный канал, и смотрел передачи до полуночи, иногда засыпая в кресле.       А ему хотелось посмотреть что-то про животных или вроде того. Он нашёл пару каналов, которые показались ему интересными. Один с документальными фильмами, а второй про природу. Они ещё и были друг за другом, так что, устроившись в кресле, он переключался между ними, когда кончались передачи, которые были ему интересны.       После, в начале двенадцатого, он выключил телевизор, сполоснул миску и, приняв душ, снова забрался на большую кровать в хозяйской спальне и уснул посередине, как и прошлой ночью.       Ему было хорошо.       Утром его ждало солнце, светящее в окна. Небо было высокое и ярко-голубое. Озеро маняще блестело внизу, окружённое зеленью.       Безоблачная погода дала ему рассмотреть дома вдалеке, которые были на другом конце озера. Их было немного, но они всё же были. В плохую погоду, вероятно, их скрывала дымка, висящая над водой.       Позавтракав, как и планировал, Ванцзи взял одну из найденных книг про искусство и сел в раскладное кресло, чтобы почитать.       Если он сможет жить хоть близко похоже с Вэй Усянем и его братом, то он бы, может, согласился поехать туда очень скоро. Не сегодня, конечно, и наверное, не завтра. Но скоро.       До самого вечера он читал, прерываясь только на еду и походы в уборную. И этого было достаточно, чтобы чувствовать себя просто прекрасно.       К семи часам, как и обещал, приехал Вэй Усянь. Альфа принес с собой пару пакетов с готовой едой и, любезно расспрашивая Ванцзи о том, как прошёл его день, они поужинали.       Мужчина, не перебивая и не переводя тему, слушал о впечатлениях омеги по поводу прочитанной книги и даже задавал ему вопросы о том, что понравилось ему больше и как он относится к той или иной эпохе искусства, про которые прочитал.       В этом альфе было явно информации побольше, чем в книжке, так что Ванцзи быстро понял, что принадлежали они, похоже, ему. Значит, Вэй Усянь интересуется искусством и историей. Это было… интересно. Все альфы, которых Ванцзи знал прежде, в основном занимались и интересовались только бизнесом или политикой.       Поэтому ему не о чем особо было с ними поговорить.       — Раз уж я приехал, давай я заберу вещи, которые нужно отнести в прачечную, — предложил Вэй Усянь.       Ванцзи не стал отказываться. В доме и правда накопилась стирка, а что с ней делать, кроме как стирать на руках, он придумать не мог. Было приятно, что альфа нашёл за него выход из этой ситуации.       Ближе к девяти он снова уехал. На этот раз Ванцзи не стал его просить приехать завтра снова. Вероятно, Вэй Усяню не очень это было удобно. Он мог один день провести полностью наедине с собой.       Хотя ближе к вечеру следующего дня абсолютно иррационально он ждал, что мужчина приедет. С шести вечера он то и дело смотрел на часы и не мог сосредоточиться на передаче про разведение карликовых кроликов. Когда с первого этажа послышался хлопок двери, он даже не стал выключать телевизор, быстрым шагом спеша в сторону лестницы.       — Я привёз вещи, — Вэй Усянь поставил на пол коробы с чистым бельём, мягко улыбаясь.       — Хорошо, — чувствуя приятное воодушевление, Ванцзи спустился, подходя ближе.       Ему было радостно. Просто от того, что мужчина приехал. Раньше у него никогда такого не было.       — Приготовить ужин? — предложил мужчина.       Ах, точно. Ужин. Омега о нём даже и не подумал.       Сам он не то чтобы готовил. Никто никогда не требовал от него этого, да и не интересовался тем, что Ванцзи мог приготовить. Он относился к числу омег-белоручек, кому по статусу готовить было не положено.       Но это и не значило, что альфы должны были себя этим утруждать.       Однако Вэй Усянь явно готовить умел, и его, похоже, перспектива не напрягала. Так что Ванцзи только кивнул в ответ, и этого было достаточно, чтобы мужчина сам пошёл в сторону кухни, а он засеменил за ним следом, как цыплёнок за большой уткой.       Наблюдать за тем, как мужчина готовил, было приятно. В этом было что-то смущающее и интересное. Ванцзи, конечно, старался совсем уж не пялиться, но у него это откровенно не выходило.       Для альфы Вэй Усянь, вдобавок, был ещё и красивым.       Он по ухоженности напоминал Ванцзи его старшего брата. Лань Сичэнь держал себя в хорошей форме. Не для эстетической привлекательности и не ради омег, а скорее, для здоровья. Но, конечно, омеги находили Лань Сичэня очень привлекательным.       Вэй Усянь наверняка тоже омегам нравился. Он был высоким и стройным, с сильными руками и широкими плечами. Хорошо одевался, от него приятно пахло, и он умел разговаривать спокойно и мягко, что очень влияло на обычно тревожных омег.       Если подумать, Ванцзи страшно было представить, какой была конкуренция за внимание такого альфы среди свободных омег.       Но при этом… Вэй Усянь сейчас был с ним. И не похоже, что был кто-то ещё.       Надо же, он этого мужчину знает не больше недели, а уже чувствует беспокойство и намёки на ревность при мысли о том, что может появиться кто-то ещё рядом с ним.       Хотя, стоит ли этому удивляться.       От таких омег, как он, требуют не быть избирательными. У них нет никакого выбора, за них всё решают родственники, и руководствуются они престижем и выгодой от потенциального брака, а не тем, нравится омеге альфа или нет.       Нравится — это не для них. Так что им обычно достаются состоявшиеся мужчины, зачастую в возрасте, которые давно не утруждают себя тем, чтобы следить за своим видом. Они носят дорогую одежду, пьют и едят сколько хотят, ведь у них достаточно денег, чтобы заткнуть ими любую омегу.       Так что для него было чем-то новым, что рядом был красивый мужчина, да ещё и заботливый. Конечно, такое не могло не быть приятным.       Ему… хотелось, чтобы Вэй Усянь побыл с ним подольше.       И он был. Мужчина навещал его каждый вечер, привозил или готовил ужин, разговаривал с ним и иногда даже смотрел какую-нибудь передачу по телевизору.       Ничего такого. Между ними было всё очень целомудренно, никаких намёков на что-то большее, чем просто посидеть на диване рядом.       Ванцзи успел привыкнуть и полностью освоиться. Он знал в доме каждый угол, где лежала та или иная вещь, которая могла быть ему нужна, и хозяин дома стал для него тоже вполне себе кем-то понятным.       — Завтра я бы хотел приехать к тебе с братом. Что ты на это скажешь? — в один из вечеров сказал Вэй Усянь.       Они сидели в гостиной зоне на втором этаже и смотрели фильм про эпоху возрождения. Как раз шла рекламная пауза, так что внимание омеги было сосредоточено полностью на мужчине.       — Хорошо… — он знал, что это должно случиться. И скорее, был готов к этому.       Что-то должно было начать меняться. Не мог же Ванцзи продолжать жить здесь в одиночестве и дальше. Это было не совсем правильно и даже немного странно несмотря на то, что его это вполне устраивало.       — Завтра у нас с ним день рождения, так что не пугайся, если он покажется тебе излишне возбуждённым. Думаю, он будет очень рад с тобой познакомиться, — Вэй Усянь редко говорил о своём брате, а Ванцзи не то чтобы о нём спрашивал.       — Ты думаешь? — ему было довольно сложно представить, что кто-то мог радоваться перспективе знакомства с ним. Но и спорить с этим Ванцзи не спешил. — Если будет праздник, мне стоит что-то приготовить?       Странно, что никто не сказал ему заранее о дне рождения. И ещё альфа сказал, что день рождения у них… У них он в один день?       — Не переживай об этом. Самый главный подарок — это то, что ты здесь, — Вэй Усянь мягко заправил прядь волос Ванцзи за ухо, легонько касаясь кончиками пальцев шеи в лёгком поглаживании. — Поверь мне, он обрадуется.       Спорить было бы странно. Да и не было слов на то, чтобы спорить. Омега так смутился, что надолго замолчал, чувствуя странное тепло в теле, от которого ему было очень, просто до неприличия приятно.       У него горели щёки и уши, и чтобы не обращать на это внимания, он продолжил смотреть в экран, и разговор сам собой прекратился.       Сложно было представить, что именно ждало его завтра. Однако он верил, что всё будет хорошо. Вэй Усянь рядом, давал ему надежду, что не даст, чтобы случилось что-то плохое.       В это Ванцзи хотелось верить.