Четыре наследника Тёмного Лорда

По белоснежной коже аккуратно ползли кончики пальцев. С виду это напоминало молочную гладь, в которую неспешно, по капле добавляли ароматный кофе. Ладонь сползла вдоль позвоночника к линии бёдер, и рот машинально наполнился слюной, а внизу живота появилось волнение, от которого мышцы хаотично сократились и плоть под бельём дернулась, упираясь в грубую ткань. Чёрные локоны рассыпались по плечам и спине, когда ведьма откинула голову назад и протяжно, громко выдохнула. Лучики вечернего солнца, пробивающиеся сквозь тяжёлые портьеры в спальню, путались в девичьих волосах и оставляли игривые отблески в янтарно-золотых глазах. Горло сдавило, в груди появилось лёгкое жжение, и Блейз встрепенулся в кресле, стоящем напротив камина, чуть не спихнув с себя любопытную Рихтер, оглаживающую его грудь пальцами. — Уснул, малыш? — Сама слезешь или помочь? — скривился итальянец. — Хочешь, чтобы я повернулась спиной? — невинно поинтересовалась Розмари. Брезгливо поморщившись, Забини сделал короткий глоток воздуха, и неуёмная домогательница слетела на пол. Она недовольно пискнула и, фыркнув, легла навзничь. — Гостеприимство у тебя не очень развито. — А у тебя тактичность и чувство личного пространства, но я не жалуюсь. — Какой неприхотливый. — Когда вы вернулись? — не желая продолжать личные разговоры, Блейз отвернулся. — Всё прошло успешно? — Более чем, — знакомый приятный голос раздался над ухом, заставив вздрогнуть. Обернувшись, мулат упёрся взглядом в свою фантазию, и его щёки вспыхнули. Пэнси опёрлась локтем на спинку кресла и перевела взор на распластавшуюся на полу Рихтер: — Если ты всё ещё хочешь её сжечь, то я не против. — Правда? — удивлённо выпалил Блейз, но быстро понял, что его тон прозвучал слишком инициативно, и откашлялся. — Значит, с алхимиками всё в порядке? — Настолько, насколько это могло быть, — лениво выдохнула Паркинсон и направилась к дивану рядом, — среди живых глаз, наблюдающих из банки, трупа домашней дрессированной курицы и экспрессивного грека с замашками экспедитора. — Это был большой громовой подорлик, — приподнявшись на локтях, хмыкнула Розмари. — Модифицированный волшебными зоологами вид из магловского мира. — Ага, а потом он откинул крылья, и его снова модифицировали алхимики, — поёжившись, ведьма перекинула пару подушек на другую сторону и уселась рядом с подлокотником. — Как им вообще пришло в голову откапывать что-то из земли? — Можно чуть точнее? — сосредоточенно поинтересовался Забини. — Да не откапывают они их, — согнув ноги в коленях, Рихтер села и лениво потянулась. — Они заказывают обученных животных со спецнавыками живыми, а убивают их уже непосредственно перед инициацией в химер. — И такие... у всех алхимиков есть? — с подозрением уточнил Блейз. — Ну да. Можно и несколькими обзавестись, — усмехнулась Розмари. — Крови то у них достаточно. — М-м-м? — недоумённо протянул хозяин дома. — Химер нужно регулярно кормить, — закатив глаза, уточнила Рихтер. — А питаются они каждую луну и только кровью своего владельца. Обычный маг от такого питомца просто сдохнет. «Если не умеет обманывать свой организм…» — поджав губы, подумал Забини и прикусил щеку. — А их можно завести и вне клана? — прищурился он. — Твой интерес меня настораживает, — изобразив тошноту, вклинилась Пэнси. — Оно же выглядит как… мерзость. — Чисто в теории мо-о-ожно… — прикидывая в уме варианты, Розмари покачала головой из стороны в сторону, — но это слишком муторно.… Да и не принято кланам делиться друг с дружкой такой силой — это нарушает целый ряд законов. — Ну да, — машинально произнёс Блейз, задумавшись, — ну да… — Эх, пить бы тебе поменьше, шоколадка, — поднимаясь на ноги, бросила она и прошла мимо, — был бы более интересным собеседником. Итальянец не стал никак реагировать и подавил в себе жуткое желание съязвить. Эта женщина вообще вряд ли умела разговаривать с людьми дольше получаса, а затем ей было жизненно необходимо подержаться за чей-нибудь член. Уизли ещё неделю после её визита на полигон краснели и отводили взгляд, когда встречались глазами. Выглядело забавно, но детали знать не хотелось. — Ты можешь не утруждаться и не погружаться в нюансы существования кланов так скрупулёзно, — уперевшись щекой в тыльную сторону ладони, устало протянула Паркинсон. — Они так спокойны не только потому, что мы не сможем никому рассказать лишнего, но и забудем всё, как только метаморф уедет. Особые полномочия, — выдавила она, — все дела. — Я предполагал что-то подобное, — напряжённо выдохнул Забини и потёр переносицу. — Память останется только у членов ковенов? — Так безопаснее, — пожала плечами ведьма и вывела пальцами свободной руки невидимый узор на подлокотнике. — А ты не думал стать одним из них? — Нет, — неловко ответил Блейз и замялся. — Я о семье начал задумываться…А для неё приключения не особо нужны. Зажмурившись, он даже не сразу поверил, что всё-таки набрался смелости сказать это вслух, но его облегчение было недолгим. Пауза слишком сильно затянулась, и, переступив нарастающий страх, мулат посмотрел на Пэнси и нервно сглотнул. Она выглядела весьма растерянной и отрешённой. — Я как раз хотела сказать, что сейчас не лучшее время для свиданий, — она сжала пальцы и продолжила: — Возможно, я немного поторопилась… — Я понял, — сухо перебил её волшебник, натужно стараясь сохранить своё рассыпавшееся самообладание. — Я бы не хотела, чтобы наша дружба испортилась из-за… — Всё нормально, — уставившись на пламя в камине, протараторил Забини. Разочарование в себе так глубоко проникло в кости, что он больше не готов был слушать Паркинсон. Скорее всего он сможет спокойно выслушать её завтра… Или послезавтра. А может, через пару месяцев, но точно не сейчас. У Блейза не было инстинкта завоевателя. Он не умел напирать и брать штурмом, как Нотт, не обладал умением выжидать необходимый момент, как Малфой. Он вообще не понимал, что нужно делать и как пересечь ту самую невидимую грань, после которой друзьями остаться уже невозможно. Мулату даже показалось, что он не создан для этого. Он прекрасно понимал, как, в случае необходимости, завоевать Германию, но совершенно не представлял, как правильно донести женщине свою симпатию. От глубокого вдоха справа захотелось выпить. Грамм триста, а лучше всю бутылку. — Если ты хочешь поговорить… — Не хочу, — отрезал Забини, поднимаясь из кресла. — У меня есть некоторые дела. Но думаю, Гермиона будет рада тебя видеть. — А что она здесь делает? — Долгая история. Как раз она тебе её и расскажет. — Прекрасная идея… — Пэнси натужно улыбнулась и резко встала, удивлённо уставившись в сторону двери. — Драко? Блейз свёл брови вместе и, проследив направление её взгляда, наткнулся на легилимента. Не то чтобы он не ожидал увидеть его в своём доме, но точно не думал, что может увидеть его без сопровождения. Целостность рук и ног не давала ему и капли самостоятельности. Его по-прежнему била непрерывная дрожь, и колени подкашивались, но он впервые за последний месяц выглядел осознанно. — П-п-п… — Драко растянул эту букву так сильно, что, казалось, забыл остальной алфавит, но, сильно зажмурившись, всё же выдавил: — …ривет. — Салазар… — выпалила Пэнси, сделав пару нерешительных шагов в его сторону, — Он что… нас узнаёт? Мулат непонимающе покачал головой из стороны в сторону, даже не пытаясь найти ответ на её вопрос. Стенки его черепа вибрировали от нарастающего напряжения, а ладони начали потеть. Он должен был порадоваться за друга, но его грудь так сильно сдавила печаль, что Забини еле хватало сил не взорваться прямо сейчас. — А не-е дол-жен? — аристократ с трудом выдавил из себя слова и пошатнулся. Несмотря на отсутствие синяков и впалых щёк, он выглядел болезненно. Издалека было видно, насколько сильно его трясёт. Он даже не с первого раза смог найти опору и черканул локтём по стене. Ведьма сразу направилась к нему, подхватив за предплечье. Уголки его губ приподнимались и опускались, а мышцы на щеках подёргивались, словно он не справлялся со своей мимикой или не понимал, какую эмоцию хотел выразить. — Мистер Малфой! Мистер Малфой… — выскочившая с лестницы взбудораженная сиделка замерла в коридоре, увидев напряжённое лицо хозяина дома. — Простите, буквально на минуточку вышла. — Ничего, — подходя ближе, бросил ей Забини и перевёл взгляд на Драко. — Как ты себя чувствуешь? Где-нибудь болит? Чего-нибудь хочешь? Тот недоумённо моргнул, словно словил перегрузку, и покачнулся, пытаясь то ли вспомнить слова, то ли выдавить из себя какие-то звуки. — Не дави, — приподняв бровь, фыркнула Пэнси и потянула растерянного Малфоя к камину. — Нам определённо нужно присесть. — Хорошо, — согласился Блейз, — я пока найду Амелию. Ведьма коротко кивнула и сосредоточилась на плохо ориентирующемся в пространстве друге. Медленными, но верными шагами они направились к дивану, а итальянец подошёл ближе к замявшейся сиделке. — Мадам Малфой отправилась принять ванную, — тихо проговорила та и почти беззвучно ойкнула, когда Забини перехватил её за предплечье. — Мне нужно приготовить лекарства. — Ещё раз, — он сдавил пальцы сильнее, — он останется один, у вас будут большие проблемы. Я понятно объясняю? Взбудораженная ведьма нервно кивнула и спешно посеменила прочь. Мулат недовольно выдохнул, взъерошил волосы и обернулся на Драко, неловко усаживающегося, шатающегося из стороны в сторону. Периферическое зрение зацепило поглаживающую его по спине Паркинсон, и в виски ударила кровь. Блейз проскочил лестницу с такой скоростью, что почти забыл о том, куда вообще шёл. Дверь рабочего кабинета захлопнулась за его спиной, и он большими шагами направился к шкафу. Ручка дверцы стукнулась о стенку, и крышка мгновенно слетела с бутылки, отскочила от пола и покатилась куда-то под стол. Если бы не воспрявший из неадеквата Драко, то итальянец принял бы что-нибудь покрепче и в виде порошка, но разум, увы, ему сегодня ещё пригодится. Горючая жидкость стекла по пищеводу прямо в желудок, поджигая на своём пути все сентиментальные клетки. Тяжело выдохнув пары алкоголя, Забини упёрся лбом в деревянную поверхность, раздражённо ёбнув по шкафу кулаком. В ушах зазвенело. Кажется, за спиной раскрошились стеклянные подсвечники, и осколки истерично попадали с полок на пол. Гадко. Отвратительно. Глупо. — Движения такие же горячие, как и кровь, — знакомый звонкий голосок прокатился холодом по спине, и Блейз ошарашенно обернулся. Стоящая слева от двери Паркинсон парой пальцев закрыла дверь, внимательно изучая Блейза взглядом. — Было не заперто, я подумала, что мы можем договорить. — А как же… — Благоверная выскочила из ванной, как только услышала хорошие новости от виноватой сиделки, — с лёгкой иронией проговорила она, неспешно подходя к нему, — даже пену смыть не успела. Из-за горечи виски на языке во рту начала скапливаться слюна. В тусклом свете оставшихся целыми свечей Забини не смог разобрать выражение её лица. Всё вокруг показалось ему нелепой насмешкой, и стыд за слабость накрывал его всё сильнее. Каждое движение её тела чудилось непривычным и странным, а атмосфера вокруг никак не помогала сосредоточиться. — Такая долгая, тщательная подготовка, планирование…— её пальцы порхнули поверх мужской груди к шее, и на губах появилась двусмысленная улыбка, — а до наступления так и не дойдёт? Мозг коротнуло, и под кожей появилось чувство невыносимого жжения. Её ладонь скользнула выше, притягивая мулата к себе, и тот машинально подался вперёд, почти вдавив ведьму в шкаф. Неосторожный поцелуй становился всё более вязким и затянутым, пробуждая сонное желание под одеждой. С каждой секундой становилось так легко и одновременно невыносимо, словно нутро полыхало где-то под рёбрами. Мягкие губы отдавали привкусом ванили и патоки, а лёгкие наполнил запах миндаля. По венам едкими навязчивыми импульсами растекалось возбуждение, кочуя из одной части тела в другую. Он почувствовал чужие прикосновения ниже пояса, и мышцы таза истерично сократились. Кислорода стало не хватать. Слишком быстро и неправильно. Игла осознания вошла в темечко и прошибла разум насквозь. Реальность треснула, и неприязнь расползлась по всему телу в то же мгновение. Обхватив хрупкую шею рукой, он отстранился и сдавил пульсирующую плоть под пальцами так сильно, что ведьма не успела ничего предпринять. — Ещё раз, что-то подобное сделаешь, — медленно, полушёпотом проговорил Забини, глядя в белые глаза, — я сожгу твоё родовое поместье в Кёльне, — он с отвращением поморщился и вытер рот тыльной стороной ладони, — а потом отловлю оставшиеся отростки вашего клана и верну их обратно в землю. Отпустив Рихтер, Забини отступил прочь, демонстративно отряхивая руки. Ещё не хватало, чтобы кто-то из незваных гостей копался в его голове. Любой подобный выпад может стоить жизни не только ему, но и близким людям. Блейз притянул к себе открытую бутылку виски и прикрыл глаза, успокаивая разбушевавшиеся гормоны. — Чувство юмора у тебя, конечно, херовое, — хрипло проговорила Розмари, рвано хватая воздух губами. — Значит, твой потрёпанный кошками шпион выжил и теперь путешествует по Германии? — Ты ещё здесь? — буркнул мулат. — И так ты принимаешь руку помощи… — обиженным тоном проговорила она, отдышавшись. — Я, между прочим, старалась, как могла. — В жопу свои старания засунь, — сделав ещё один глоток, хмыкнул Забини. — Докопайся до кого-нибудь другого. Меня твои потуги не интересуют. — Вообще-то, — прогуливаясь по комнате, многозначительно протянула Рихтер, — ты должен быть мне благодарен, что я прервала твои невнятные попытки ухаживать до того, как ты неисправимо накосячил, — она запрыгнула на стол и, устроившись поудобнее, забрала у своего собеседника бутылку. — Не слышу благодарности. — А ты точно хочешь выйти из этого дома живой? — убрав руки в карманы брюк, поинтересовался Блейз. — Т-ш-ш, — вытянув вперёд указательный палец, она принюхалась к содержимому стеклянной ёмкости и немного отпила. — Фу, дрянь какая, — она поставила бутылку и продолжила: — Может, ты забыл, но я напомню: ты девственник. И если распоряжаться своим большим мозгом ты умеешь, то членом нет, — на её губах появилась лукавая улыбка, — а я готова помочь не только с хреновой теорией, но и с практикой. — Я не собираюсь с тобой… — Прародители, упасите, — подняв ладони, перебила Розмари. — Я без основательной подготовки тебе свою вагину не доверю. И спать со мной не надо. Зато я знаю, с какой стороны стоит брать неприступную крепость. — Ты будешь последней, кому я доверю свою личную жизнь. — Как знаешь, — грустно фыркнула она и надула губы. — Тогда, может, ты сам знаешь, что делать? — звенящее молчание послужило ей ответом, и немка прикусила нижнюю губу. — Тогда не вижу повода отказывать милой и дружелюбной мне. — Тебе это зачем? — сухо спросил Забини. — Мне скучно, — цокнула языком ведьма и закатила глаза, — а смотреть на твои томные страдания — весьма заунывное занятие. — Переживёшь, — равнодушно бросил он. — Тогда я могу навестить вашего очухавшегося правителя, — она игриво соскользнула со стола и направилась к двери. — Он наверняка будет рад меня видеть. — Валяй, Амелия мокрого места от тебя не оставит. — А успеет ли? — бросила Рихтер из-за спины. — Не сегодня, так завтра, а может, послезавтра... — Стой, — раздражённо рявкнул Блейз. Вступать в конфликт, когда ситуация и без того накалена, было паршивой идеей, а эта взбалмошная девица могла организовать уйму проблем одним своим присутствием рядом с Драко, терпение вейлы и так болталось на волоске. — Делай, что хочешь, но к Малфою не приближайся. — Как здорово, что мы пришли к компромиссу! — остановившись, по-детски захлопала в ладоши Розмари. — Это называется шантаж, — безэмоционально ответил Забини. — Не придирайся, — отмахнулась она и задумчиво приложила палец к губам. — Но для нашего продуктивного сотрудничества мне надо знать одну вещь. — Фирму моих трусов? — саркастично хмыкнул он. — Это позже, — приподняв бровь, парировала она и сложила руки на груди. — Как ты относишься к детям?