Верни мне меня

Твои дьяволы—

Мои дьяволы.

Стук маленьких каблучков раздавался по мраморному полу и заполнял собой все пространство. Золотые локоны развевались от бега и попадали в лицо, закрывая тем самым обзор для детского глаза. Негде спрятаться, высокие мраморные колонны с лепниной, хрустальные вазы, которые старше всех вместе взятых в замке. В маленьких детских ручках крепко держится книга, посвященная самым популярным военным тактикам всех эпох. Девочка слышит шаги сзади и решает все-таки встать за одну из колонн, но не успевает. Подбежавший белокурый молодой человек, примерно лет четырнадцати, берет ее на руки: —Попалась, маленькая воровка, —улыбаясь, говорит мальчик. —Ева, тебе не стоило так быстро бежать. Посмотри, твоя прическа испортилась, да и к тому же, ты могла сильно упасть из-за этой неудобной обуви. Ведь говорил я матушке, что еще рано тебе носить подобные вещи. Девочка лет восьми была одета в бордовый сарафанчик, который обрамлялся белым воротничком, по краям ворота располагались вышитые симметричным узором бусины. Под бежевые гольфы были надеты туфельки с еле заметным каблучком. Длинные блондинистые волосы собраны в косу, но из-за бега многие пряди выпали, что делало девочку похожей на маленького взъерошенного цыпленка. — Микаэль, мне уже восемь лет, все в моем возрасте начинают носить небольшой каблук. Я принцесса и обязана соответствовать всем правилам.—гордо подняв маленькую белокурую головку, сообщает девочка.—Да и к тому же, ты перестал со мной играть, вечно с книжками сидишь. Я лучше этого твоего “ Тактическое военное пособие». — Милая, моя сестренка, я бы отдал все на свете, чтобы проводить с тобой больше времени, как минимум для того, чтобы обучить тебя правильному склонению слов, но не могу. Ева, я будущий король нашего с тобой королевства. Мне нужно учиться, чтобы стать достойным преемником отца. Поэтому отдай книгу, как только я освобожусь, мы с тобой продолжим обучение фехтованию. Юноша практически дотянулся до спрятанной за спиной девочки книги, как вдруг она перебежала к соседней колонне. — Позволь и мне тогда обучаться тем же дисциплинам, что и ты. Я хочу помочь тебе с королевством в будущем. Мне скучно на своих уроках по вышивке и чтению детских сказок. Хочу большего. Не хочу быть простой принцессой. Хочу быть полезной тебе и своему народу. Хочу доказать всем, что могу тоже быть сильной! С этими словами Ева стукнула каблучком по полу, чем вызвала улыбку на лице брата. Микаэль уже в свои четырнадцать был хорош собой: белокурые волосы, голубые глаза, которые смотрят будто в самую душу, но стоит мальчику улыбнуться, обнажив свои торчащие клычки—эффект леденящего взгляда исчезает. Юноша был не по годам смышлен и с самого детства мечтал занять трон. Отец всегда брал мальчика на различные строевые смотры и парады, обучал самостоятельно всем тонкостям управления страной. Очень часто к ним присоединялась и маленькая Ева, которой всегда нравилось подражать во всем Микаэлю. Отец не был против, так как считал, что для дочери это лишь игры и возможность побыть с братом. Поэтому Ева с Микаэелем всегда шли рука об руку, хоть девочка и была младше на шесть лет, ее эрудиции и смышлености могли бы позавидовать многие ровесники мальчика. Брату было с ней интересно, и он старался брать сестру с собой на все возможные королевские мероприятия, предназначенные лишь для наследников трона. Так девочка начала приобщаться к государственным делам. Просьба о совместном обучении не была для мальчика новостью. Он ждал, когда отец сам предложит подобный формат, но Ева его опередила. Оставалось самое сложное-добиться соглашения и убедить всех в том, что обучать сестру, как вторую полноправную наследницу трона является правильным решением. —Я попробую убедить отца и совет священной луны, но не могу ничего тебе обещать. Их разговор и возможность Евы прыгнуть от радости на брата не удались, так как в коридоре мелькнуло лицо пожилого учителя Микаэеля. Увидев преподавателя, юноша моментально скрыл улыбку, играющую на лице при разговоре с сестрой, выпрямил спину и стал ожидать указаний от мужчины, успев подмигнуть при этом Еве, чтобы та тоже приняла подобающую позу. —Принцесса Ева, добрый день, —поклонившись, начал мужчина, —У вас разве не должны сейчас проходить занятия? Как, впрочем, и у Микаэля, который на данный момент прохлаждается в коридоре вместо того, чтобы изучать тактики великих полководцев. Вас ждет наказание молодой человек, отправляйтесь в учебный корпус немедля. Оставшись наедине с Евой, мужчина продолжил: —А книжку Вы ему все-таки потом верните, Ева, а то он так и будет бегать за вами и не успеет ее прочесть. — Так вы знали, что он не виноват и все равно его наказали? Зачем? — обиженно спросила девочка. —Молодая госпожа, он будущий король огромного королевства, пусть привыкает к несправедливостям и жизненным сложностям на таких вот примерах. Пусть хранит его душу святая Архея, я желаю, чтобы это были единственные несправедливости в его жизни. Ева в пол уха слушала, о чем говорил учитель. Она все думала о том, как можно уговорить отца и совет принять ее как новую ученицу. Ей казалось это чем-то невозможным, но слова брата о том, что он поговорит насчет нее, загорались в ней словно маленький огонек в камине. Заметив неуверенность и отстраненность собеседницы учитель спросил: —Молодая Госпожа, все в порядке? Вы какая-то растерянная сегодня. Вас что-то гложет? Поделитесь со мной, дитя. Я постараюсь Вам помочь. — Учитель Авалон, как Вы думаете, я бы могла учиться тем же предметам, что и Микаэль? —закусив губу, спросила девочка. —Ты хочешь стать королевой вместо брата? — понизив голос, спросил мужчина. —Нет, что Вы. Я не хочу отнимать трон, который по праву принадлежит Микаэлю. Просто, мне хочется быть полезной и в случае чего ему помогать. —Милая Ева, Вы очень наивны в силу своего возраста. Вам невозможно обучаться наравне с братом, ведь начнется борьба за власть в высших кругах. Многие дома захотят примкнуть к Вам, дабы потом манипулировать властью из Ваших рук. Вам невозможно обучаться гласно наравне с братом. Ваша участь, как ни крути, это выйти за какого-нибудь принца, чтобы позже установить дипломатические отношения с соседними королевствами. —Но я не хочу этого, —закричала Ева.— Должен быть другой способ, я не буду чьей-то куклой! Оглянувшись, мужчина приблизился к Еве и шепнул на ухо: —Тогда уговорите отца обучаться тайно, только так у Вас может появиться шанс на свободу, девочка. Мне пора на урок, Вам тоже не советую прогуливать и порочить тем самым титул принцессы. Настоящая правительница должна быть хорошо образованна. Оставшись одна в просторном коридоре, Еве показалось, что кто-то стоял в самом начале за колонной, но было слишком далеко, поэтому девочка благополучно забыла об этом и ушла в учебный корпус.

…

Дорога заняла намного больше времени, чем планировала Ева. Она не заметила как уснула и лишь, когда Аддэт прикоснулась к плечу, чтобы разбудить ее, смогла окончательно проснуться. Первое, что увидела девушка — это высокий кирпичный собор, шпили которого уходили далеко в небо, казалось еще немного, и они проткнут облака. Солнечные лучи заглядывали в ажурные окна, украшенные стрельчатыми арками. Казалось бы, это был обычный, ничем не примечательный среди остальных католический собор, если бы не одно «но». В центральном окне круглой формы, красовалась выложенная стеклом звезда. Этот знак вызвал у Евы непонятный трепет и волнение, но она постаралась, зарыть его глубоко у себя в голове и выглядеть как можно непринужденнее. Дело близилось к вечеру, девушка даже пожалела, что не сказала Феликсу о долгой поездке, но потом вспомнила утреннюю сцену, которую он устроил, и отбросила эти мысли. Аддэт все это время стояла около машины, давая Еве привыкнуть к обстановке. Девушка со стороны казалась растерянной и ей не хотелось ее тревожить сразу после сна. Лишь спустя пару минут Аддэт заговорила: —Впечатляющий вид, согласны? Внутри еще красивее, поверьте. —Не понимаю, как я согласилась поехать с Вами в такую даль. Мы знакомы всего ничего, и Вы могли бы спокойно убить меня во сне, используете гипноз на мне? —усмехнувшись, спросила девушка. —Как видите, Вы живы. Решила оставить Вашу смерть на потом, — подмигнув, сказала девушка. — Предлагаю войти внутрь, здесь ловить нечего. С этими словами, Аддэт протянула Еве руку предлагая зайти. На пальцах девушки было множество колец, но одно привлекло Еву больше всего: серебряный перстень в виде ворона. Вместо глаз у птицы были драгоценные камни: в одном обсидиан, в другом рубин. Девушке показалось это смутно знакомым, но она решила не предавать этому значения. —Если меня убьют внутри, знайте, что я буду приходить к Вам в ваших страшных снах и петь. И поверьте на слово, пою я плохо. Внутри собор оказался намного величественнее: глянцевый мраморный пол, деревянные резные лавочки для слушания молебна, а в самом центре большое витражное окно в пол. Подойдя поближе к нему, Ева замерла. На витраже изображена блондинистая девушка, волосы который собраны в низкий пучок и одетая в зелёный камзол с пришитыми к нему золотыми эполетами. На рукавах вышивка различных узоров золотыми нитями, но главная деталь- снова звезды. В этот раз вышитые на одежде. Девушка оседлала белоснежного коня, покорно склонившего перед ней голову. Фон был выложен цветным стеклом, из которого вырисовывалось солнце со множеством лучей. Чем дольше Ева смотрела на витраж, тем больше у нее начинала болеть голова. В сознании начали мелькать различные картины с ее участием: вот она среди солдат восседает на коне, призывая их служить ей верой и правдой. Вот она стоит на одном колене перед священником и дает присягу своему народу. Вот она видит нож, который через секунду в нее вонзается неизвестным в плаще. Ева не выдерживает этого потока мыслей и скатывается на холодный пол. Ей страшно. Страшно от того, что она видит чужую жизнь, и не понимает откуда у нее подобные воспоминания. Аддэт моментально оказывается рядом и садиться около Евы на пол. —Я, кажется, схожу с ума, в голове образы меня, в которых я никогда не была. Мне страшно. Не хочу стать душевнобольной. Запишешь меня к себе на прием, вдруг со мной действительное что-то не то. —положив голову на плечо Аддэт, сказала Ева. —Ева, успокойтесь. Все в порядке. Давайте я помогу Вам подняться и присесть на скамейку. Пол холодный, можно простудиться, тогда в горячке действительно будут непонятные и страшные образы, не советую испытывать судьбу. Расскажите мне, что Вы видите. Аддэт взяла Еву под руку и помогла присесть. Ева полулежала на ее плече, так как голова все еще адски раскалывалась. Прикрыв глаза девушка начала рассказ: она поведала, что ей снились сны, где она королева (о присутствии Аддэт во сне девушка решила умолчать), рассказала о том, где видит себя в детстве с братом, которого никогда не существовало, что все это кажется ей бредом сумасшедшего из-за плохого сна в последнее время и ссор с мужем. Ева даже подумывала о том, чтобы перестать читать на некоторое время, предполагая, что это книги на нее так влияют. Ей требовались ответы, которые она отчаянно хотела найти сейчас в глазах Аддэт. Закончив свой рассказ, Ева спросила: —Я сошла с ума, скажи мне честно? —подняв голову с плеча девушки, проронила Ева. —Помнишь, я сказала о том, что церковь даст ответы на интересующие тебя вопросы? Может это именно то, что ты искала? Вдруг Еву будто окатило ледяной водой. Почему она вообще здесь находится? Зачем Аддэт притащила ее в этот собор, почему не удивляется ее воспоминаниям. Как после всего рассказа она продолжает адекватно воспринимать Еву. Любой другой человек сразу бы сделал простое умозаключение состоящие из одного слова- “ сумасшедшая». Явно, что-то не так. Все это выглядит несуразно и становится не по себе. Солнце зашло за облака, и церковь погрузилась во мрак естественного света. Различные фрески уже не казались произведением искусства, а наоборот нагоняли жути. —Аддэт, зачем ты меня сюда привела? —полушепотом спросила девушка. —Ева, ты начинаешь вспоминать, поэтому мы здесь. Оглянись вокруг, посмотри на расписанные витражи и фрески, не возникает ли у тебя чувства дежавю? —О каком чувстве дежавю идет речь? Я впервые в этом месте. Ты же квалифицированный психолог, почему принимаешь мой рассказ за чистую монету, я же выгляжу больной со стороны, какого черта мы вообще здесь забыли?! — переходя уже на крик, спросила Ева.—Знаешь что, оставайся здесь сколько хочешь и ищи ответы на свои вопросы в одиночестве. Я поняла, что у вас какая-то секта, с Милтонами разберусь сама. Ты явно не дашь мне ответов, которые я так хочу услышать. От злости щеки Евы покраснели. Ее раздражало, что Аддэт молчит и не оправдывается. Теперь ее загадочность казалась чем-то нездоровым. Членство в какой-то элитной секте для богачей все объясняло. На ужине девушка увидела молодую пару, которую захотела завербовать, только и всего, а Ева, по дурости, и наивности, поехала непонятно куда, да и к тому же невесть с кем. Глаза Аддэт были холодные. Во время монолога Евы девушка встала и оперлась спиной на стену, скрестив при этом руки, губы были сомкнуты, а намека на улыбку и в помине теперь не было. Аддэт выглядела волчицей, которая заманила кролика в ловушку. Движимая злостью, Ева встала со скамьи и подошла к ней. Ткнув пальцем ей в плечо, девушка сказала: —Не думайте, что сможете меня одурачить, Аддэт Блер. Я не собираюсь развлекать вас и участвовать в непонятных сектантских движениях. Оставьте меня и больше не ищите, иначе столкнётесь с проблемами. Поверьте, у меня есть все, чтобы лишить Вас всего! По церкви эхом раздался смех Аддэт. Ева развернулась, чтобы уйти, но девушка толкнула ее в сторону витражного окна, заставив повернуться к нему лицом. —Смотри внимательно, Ева, в конечном счете ты вернешься сюда, — подойдя вплотную к девушке и убрав прядь блондинистых волос за ухо, Аддэт прошептала, — Грешница всегда следует по пятам за своими грехами. Чтобы уничтожить меня, тебе придется уничтожить и себя, задумайся об этом. После этого Аддэт развернулась и покинула церковь. Ева все еще стояла лицом к злополучному витражу, когда услышала, шум уезжающей машины. —Больная…