Возрождение Узумаки

Сарада Учиха испытывала странную смесь чувств. Она, конечно, была Учихой, но никогда не была связана со своим кланом, кроме клана своей тети Микото. Сестра ее отца, она была единственной, кто всегда тянулся к ней, чтобы просто провести с ней время, и была самым дорогим для нее человеком после матери и отца... И он потерял ее. Смущало то, что она не была близка больше ни с кем из клана Учиха, даже со своим двоюродным братом Итачи. Когда к ней домой прибыл АНБУ, чтобы сообщить о том, что произошло в доме Учихи, они с матерью были потрясены этой новостью. Они оплакивали в основном тетю и невестку, но не чувствовали себя опустошенными уничтожением клана. Тогда юная Учиха вспомнила об отце... Сколько она себя помнила, он был прикован к инвалидному креслу, и она не могла сказать, знает ли он, кто он такой. По словам матери, когда она была беременна, произошла эпическая битва с неизвестным существом, в результате которой отец остался в таком состоянии - с раздробленным позвоночником и парализованным. Кроме того, в тот день он потерял левую руку, его левый глаз был запечатан неизвестным фуиндзюцу, а правый глаз, теоретически единственное окно в мир, был постоянно закрыт, потому что, казалось, его чакра постоянно расходуется и держит его в состоянии постоянного истощения. Ее семейные будни состояли из наблюдения за тем, как мать кормит отца, и в определенные моменты она заботилась о его базовых гигиенических потребностях. По этой причине, а также по многим другим причинам, маленькая черноволосая девочка очень восхищалась своей матерью, Он хотел бы иметь нормальные отношения с отцом, но, очевидно, это невозможно. "А как ты, Сарада-чан?" Чоучоу прервала размышления подруги. "Мне грустно за тетю Микото..." Ответила она с явным сожалением. "Хочешь шоколадку? Тебе станет легче..." С улыбкой предложила пухленькая девочка. "Да, спасибо, Чучу..." Обе девушки были на уроке, хотя мысли их были заняты другим. Учиха чувствовала себя виноватой в том, что не переживала из-за уничтожения клана. Ей казалось, что она должна быть расстроена, но на самом деле ей было больно только от того, что она потеряла свою дорогую тетю. Тем временем Чоучоу старалась как можно лучше утешить и поддержать подругу, хотя на самом деле ее внимание было приковано к вороноволосому Узумаки... С того дня, как ее спасли от этих хулиганов, она считала, что скоро они с Наруто станут парнем и девушкой. Ведь только тот, кто хотел видеть ее в роли девушки, мог спасти ее. На самом же деле это она влюбилась в Наруто, и он решил воспользоваться этим, чтобы встречаться с ней по определенным поводам и наставлять ее несколько иначе, чем остальных своих рабынь. После недавнего освобождения в его голове появилось множество жестоких идей, и он не мог не обратиться к Чоучоу, как к первой из многих идей. Пока что он внедрил в ее подсознание лишь несколько предложений, например, довести ее любовь к нему до крайней степени и тонко намекнуть, что у нее есть шанс стать его девушкой. В остальном он не приступал к обучению. В данный момент в этом не было необходимости. "Посмотри на Наруто-куна..." Пробормотала Чоучоу. "Он должен чувствовать то же, что и я... так безнадежно влюблен, что с трудом может это скрыть..." Сарада, услышав ее бормотание, взглянула на парня, который с заметной скукой наблюдал за уроком, который вел джоунин Асума Сарутоби. Она оглянулась на Чоучоу, которая смотрела на него так, что сердце практически вырывалось из глаз. "Как скажешь..." Ответила она с беспомощной улыбкой. Привыкшая к тому, что ее подруга такая, Сарада мягко улыбалась через свое горе. Вот почему она так любила Чоучоу, ведь та могла заставить ее улыбаться даже в самые мрачные моменты своими странными идеями. Она бесстрастно повернулась к кареглазому джоунину, который продолжал объяснять элементарное ниндзюцу, и вернулась к занятиям. Боруто, сидевший парой столов выше, смотрел на темноволосую Учиху и досадовал, что она продолжает общаться с Чучу. Сарада была слишком крута, чтобы общаться с этой толстухой, по мнению блондина Хьюги... А еще она, похоже, не возражала против идиота Наруто, которого он терпеть не мог. Причиной тому было то, что в отличие от Химавари, он знал о своем незаконном происхождении, как незаконнорожденного сына хокаге. Он не знал всей истории, но однажды узнал, когда прятался в своем доме после побега из академии и случайно подслушал разговор матери с Сандайме. Они говорили о том, что произошло между ней и Наруто из-за тайны, которая могла раскрыться во время пребывания Боруто в академии ниндзя. Хотя Наруто и Боруто выглядели по-разному из-за Кюуби, всегда оставалась вероятность, что это может всплыть наружу. Подумав об этом, Хирузен решил, что Хинате лучше всего свыкнуться с мыслью, что ей, возможно, придется жить с Кушиной, чего Хьюга очень боялась. Она знала о знаменитом взрывном характере Кушины и не знала, как та может отреагировать на то, что ее муж изменил ей. Оставалось надеяться, что все будет не так уж плохо, хотя это было несколько наивно. Хотя Боруто и не испытывал к нему ненависти, с этого момента он презирал Наруто Узумаки. Почему так получилось, что он был незаконнорожденным сыном, а его мать превратилась в какую-то домохозяйку? Только вина матери Наруто могла заставить его возненавидеть семью Узумаки. Боруто, чувствуя, что он должен быть законным сыном, был вынужден постоянно доказывать это Наруто. Не то чтобы его волновало это сообщение.