Серенити 4. Побочный эффект

      Отлет из Зодиака не принес облегчения, да Кай на него и не рассчитывал. Он не хотел улетать, но и оставаться не хотел - синтет слишком хорошо себя знал, чтобы понимать, насколько это дурная затея.       — Мне нужно сходить проверить фотонный двигатель, а то я не очень доверяю сенсорам, — Кай поднялся, механическим жестом зачесав волосы назад пальцами, — там высокая радиация, поэтому подожди тут, хорошо? — Он кивнул своему спутнику, даже больше — новому напарнику и, почти неслышно ступая, пересек отсек управления и скрылся в техкоридоре.       Узкий, прямой и длинный, почти всегда с открытой дверью - Терри видел, как Кай походя заглянул в свою переделанную из склада комнату и оставил там форменную куртку, потом прошел дальше и скрылся в люке в полу, оставив распахнутой крышку.       Гордон остался в «Серенити» с собой наедине.       Первой мыслью было последовать за Каем, но Терри остался в своем кресле, понимая, что человеку… и синтету наверняка тоже… временами хочется побыть в одиночестве.       Ему и самому стоило бы разобраться в себе, подумать о том, как быть дальше. Раньше Терренс Гордон считал, что его жизнь распланирована на многие годы вперед, и он жил свою жизнь, с уверенностью глядя в будущее.              Сейчас же будущее казалось сокрыто туманом. Он понятия не имел, куда Кай его везет, что ждет по прилету. Как воспримут Терри соплеменники Кая? Как он сам сойдется в новыми людьми?       Мысль об оставшемся на Зодиаке Пауке Терри гнал прочь. Все. Кончено. Вырвать из сердца и забыть… Только как можно вырвать собственное сердце?       

***

      Серый спустился в двигательный отсек, прошелся по опоясывающим светящийся синим защитный кожух настилам и безвольно сполз по стене рядом с контрольной панелью. Тщательно запираемые все это время эмоции рвались наружу, и сейчас, когда он уже точно летел домой, сил для того, чтобы их сдерживать, не осталось.       Он кричал, как раненый зверь, и крик этот, многократно отразившись, запутался в оплетающих округлые стены отсека коммуникациях. Там, снаружи, где остался человек, которого синтет забрал с собой, этого не было слышно, но здесь…       Двенадцатый кричал, бессвязно выговаривая синему сиянию все то, что так тяжело было носить в себе, всю несправедливость и подлость, что свалились на его плечи, всю боль…       В конце концов, он просто сжался в комок и тихо всхлипывал, пока не смог успокоиться достаточно, чтобы суметь подняться.       Кай повесил на место подсумок с дневником Зейна, который когда-то забрали, но не посмел пока открыть его, боясь, что снова сломается, раздавленный грузом не пережитой, даже спустя столько лет, боли потери.       Зейн обожал фотонные двигатели. Потому он тут… Как память…       — Ты всегда со мной, да, Красавчик? — Кай потер мочку уха, где недоставало серьги, и всхлипнул, — я все еще скучаю…

***

      Прошло довольно много времени, а Кай все еще не возвращался. Сколько можно проверять этот фотонный двигатель? Гордон не разбирался в устройстве межпланетных кораблей, поэтому понятия не имел, как долго синтет может отсутствовать. Терри догадывался — тот наверняка прячется сейчас от человека, дабы скрыть нахлынувшие после расставания с Адлером эмоции.       Терренс несколько раз подрывался со своего места — он то хотел мчать утешать синтета, то уговаривал себя не лезть с утешениями. Он и сам пребывал в некотором раздрае… И даже не потеря Паука была тому причиной. Скорее, Гордона пугало будущее.       Чтобы не гонять по кругу тревожные мысли, Терри решил приготовить перекус. В конце концов, пара сандвичей никогда не повредит.       Пищевой автомат выдал по два сандвича на брата и по большой кружке крепкого кофе. Теперь, когда Терри счел свою миссию выполненной, он решительно не знал, куда себя девать. От нечего делать бывший телохранитель принялся рассматривать звездные скопления, проплывающие мимо их корабля в иллюминаторе. Но и это занятие скоро ему наскучило.       «Блонди, ну где ты там?» — буркнул он себе под нос, покосившись на остывающий кофе.       Кай показался примерно через полчаса, его припухшие глаза красноречиво говорили о том, что он там не только показатели проверял. Синтет плюхнулся в свободное кресло и безвольно в нем растекся.       — Не любовь, а ебля в жопу… — проговорил он на русском, вспомнив, как сам выговаривал Терри за его привязанность к тому, кто не хочет его рядом. Взгляд упал на бодигарда, и Кай немного смущенно улыбнулся: — Ты как? После решения, полностью изменившего твою жизнь?       — Еб-ля-вжо-пу… — по складам произнес Терренс и смущенно фыркнул. Он не настолько хорошо знал язык, чтобы понимать идиомы, но то, что сказал синтет, звучало забавно. — Иди ко мне, — Гордон похлопал по коленке, приглашая Кая занять это теплое местечко. Он не был хорош в том, чтобы утешать того, кто только что лил слезы, но видок у Блонди был разнесчастный. Вряд ли делу можно было помочь сандвичами с кофе.       Кай запустил руку под свое кресло, нажал рычажок, и оно поехало в сторону по рэйлу, пока не уперлось в то, в котором восседал Терренс.       — Я сейчас слишком большой, чтоб сидеть у тебя на ручках, Амбер, — морф прикрыл глаза, улыбнувшись. Он сполз в сторону и положил голову мужчине на плечо. — Я дал кофе остыть, да? — Кай только сейчас обратил внимание, — прости.       — Полагаю, это не самое страшное, что ты мог бы сделать, — Терри постарался придать своему голосу шутливый тон, одновременно поглаживая ладонью белобрысую макушку. — Хочешь поговорить? О фотонном двигателе… И зачем тебе понадобилось срочно его проверять.       — Я не уверен… — Кай прикрыл глаза, — боюсь наговорить лишнего… на фоне прочего я все равно утащил с собой главное сокровище, — широкая ладонь легла Терри на шею. Без форменной куртки на широком торсе осталась только тонкая черная борцовка.       — Я просто еще должен был вернуть на место одну вещичку, которую у меня чуть не увели… Да и… эта хреновина правда может перегреться, а мы вышли в затяжной прыжок, и если что-то случится по пути, то мы останемся в ебаном нигде.       — Вряд ли я услышу что-то на самом деле шокирующее, — Терри задумчиво перебирал пальцами светлые пряди. Он сейчас и чувствовал себя именно в «ебаном нигде». Так далеко бодигард еще никогда не забирался. — Но если не хочешь, я в душу не полезу, — Гордон не стал вырывать из Кая клещами то, что он хотел бы скрыть. — И я залез бы тебе в штаны, но что-то мне подсказывает — сейчас ты предпочел бы, чтобы я держал свои руки при себе.       — Я расскажу, если ты расскажешь, а мои штаны всегда в твоем распоряжении, — синтет поднял лицо к напарнику и послал поцелуйчик. — Просто прорвало. Ты бы десять лет держался, я бы посмотрел, как тебя корежить стало.       — Стало бы, — признался Терренс, делая вид, что поймал пальцами воздушный поцелуй. — На твоем месте, да с твоими способностями, я бы расхуярил все и всех, а не только императора Ксандра и кусок дворца. И в первую очередь распрекрасного Маркуса Абрахама Адлера. Он выдернул тебя из привычной жизни. Он заставил тебя поверить. А в итоге что? Он за десять лет, пока ты в плену был, даже жопу не почесал, чтобы найти тебя…       Этниец умолк, видя расстроенное выражение лица своего напарника. Не стоило бы заводить разговор об Айсберге. Он же знал, как Кай реагирует на эту императорскую финтифлюшку.       — Прости, Блонди. Не сдержался, — Терри коснулся губами теплого виска. Обещаю — однажды я перестану хуесосить этого королевского обмудка… то есть прекрасного принца.       — Да не извиняйся, — Кай запустил руку Терри в волосы, мягко поглаживая по затылку, — меня так размотало просто потому, что я разочарован. В нем, в себе. Даже в этом страшном-ужасном Пауке, про которого мне рассказывали сказки. А в итоге… Я не знаю… Создалось ощущение, что из всех, с кем я взаимодействовал там, простую просьбу по-хорошему выполнить и сказать все как есть в состоянии только ты и Тай. Да и… Джей с Марком друг друга стоят, тут ничего не попишешь.       — Не вини Джея, — по привычке принялся заступаться за бывшего подопечного Терренс. — Ты прав в том, что все эти сказки про «страшного-ужасного» — не более, чем выдумки. Ему часто приходилось запускать обе свои руки в дерьмо по самые плечи, так что… Да и всю жизнь на государственной службе… Все эти интриги… На самом деле он… Джейсон классический пример хорошего человека на дерьмовой работе. И разве не он был вместе с Марком, когда тот примчал выдергивать тебя из той лабы. А Тай… Я плохо его знаю, так что не мне судить.       — Джей меня обманул. Пообещал, глядя в глаза, и не сделал, и из-за этого нам пришлось лететь на Полар, понимаешь? Из-за чего, в конечном итоге, у меня случилась перегрузка. Я тоже всю жизнь, можно сказать, на государственной службе, и что? И тоже проваливался в дерьмо по уши. Это его не оправдывает. — Кай ровно сел в кресле и, вытянув руку, забрал уже давно остывший кофе. — Надеюсь, они друг с другом хоть иначе обращаются, чем со всеми остальными.       — Ты имеешь право сердиться, Блонди, — не стал спорить Гордон. — И я не говорил, что Джей — ангел во плоти. Он такой, какой есть. Как и ты. Как и все мы. Скажешь, ты не оставлял после себя разбитые сердца и сломанные судьбы? Но это все неважно. Уже нет. И знаешь… Пошли они все! Пусть все что было — останется там, на Зодиаке.       — То, что с нами происходит, делает нас теми, кто мы есть, Амбер, — Кай прихлебнул из чашки и пососал нижнюю губу, — нельзя забывать. А теперь я еще и на опыте своем понял, что то, что случилось однажды, вовсе не обязательно повторится снова. И все это важно. Каждый, кого я положил на своем пути, и каждый кого спас или не спас, для меня важно во всяком случае. — Он чуть прищурился, хитро глядя на напарника, — хотя некоторые, кого я бы хотел положить, все еще коптят небо… Как-то так. За Ксандра и Алекса мне не стыдно.       — За Ксандра и Алекса я выдал бы тебе по ордену Полара и Этны соответственно, — Гордон поднял вверх большие пальцы. — Но раз уж я не уполномочен раздавать награды… Как насчет поцелуя, Блонди? И не воздушного, не отвертишься.       — Теперь ты мой напарник, так что… — Серый отставил кружку и поднялся, протягивая Терренсу руки. — Знай, что сношения с искусственными формами жизни строго запрещены в Земных филиалах, в колониальных такого запрета нет. Обычно всем на это плевать, но если что-то пойдет не так, то этим ткнут в морду, поэтому лучше не попадаться на записи. — Кай притянул его к себе и зашептал на ухо: — И места, где мы уединялись ранее с тобой — там мертвые зоны камер.       — В таком случае… — Гордон опустил ладони на крепкие ягодицы синтета, — нам нужно в мертвую зону прямо сейчас.       Его губы нашли губы Кая — и плевать Терренс хотел на камеры. Впиваясь в чужой рот долгим поцелуем, он думал только о том, как потрясающе чувствовать вкус этих губ, как это восхитительно, когда Кай стонет чуть слышно и потирается всем своим большим гибким телом.       — Быстрее, Блонди, — выдохнул Терри, прерывая поцелуй. — А то я завалю тебя на себя прямо здесь.       Двенадцатый поволок любовника за собой в маленькую комнатку, задвинул за ними дверь и опустил фиксатор, чтобы ИИ и ее боты так просто не смогли к ним вторгнуться. Он тут же развернул и прижал к двери Терри, припав губами к шее, лаская и покусывая, одновременно расстегивая и стаскивая куртку.       Вместе с жаром дыхания уходили все тяжелые мысли, отступали, становились незначительными.       Он действительно скучал, даже находясь с Марком, мысли то и дело возвращались к Гордону. Да, это не любовь, но точно лекарство от болезненного прошлого, и какое же сладкое лекарство.       Терри громко стонал, подставляя шею под влажные поцелуи. Торопливо шарил по груди Кая, жалея, что не может дотронуться до горячей кожи прямо сейчас. Зарычав, накрыл одной ладонью пах, пальцами второй руки пытаясь как можно быстрее расстегнуть штаны, скрывающие от Терренса все то, чего он так желал коснуться.       Это было совсем не так… Ощущалось по-другому. Не как с Джейсоном. Гордон растворялся в этом человеке, рискуя однажды потерять себя самого. С Каем Терренс чувствовал — он мог приобрести что-то большее.       — Мой…— вырвался шепоток, когда синтет на секунду оторвался, чтоб глотнуть воздуха.       — Твой, — согласился Терренс, не раздумывая. Оказалось, что это так здорово — не принадлежать Пауку.

***

      За окном была кромешная темнота, прерываемая иногда яркими всполохами, которые проносились мимо, оставляя только фантомный светящийся след.       После того, как парочка немного насытилась друг другом и вдоволь отоспалась, после таких нагрузок на организмы, они условным утром выбрались в основной отсек. После завтрака Селеста снова подала голос и взяла Терренса в оборот. Для начала у него были взяты тесты на совместимость, чтобы понять, чем ему грозит «излишняя близость», как выразилась БОИИ, с его напарником-синтетом, а дальше начался процесс подготовки.       Гордон был не первым и не последним, кто покинул родной мир, чтоб пополнить ряды МИК, и потому было достаточное количество готовых материалов для изучения: вводные, путеводители, инструктажи и прочее-прочее-прочее.       Кай сидел рядом с ним и пояснял, что требовалось, хотя большую часть времени попросту не отсвечивал, занимаясь отчетами, или просто что-то писал в небольшой планшет, уложив на бывшего бодигарда босые стопы, да таскал кофе и перекус. Особенно отвлекало то, что, когда у него был выбор, Кай носил только афгани с низкой, даже очень низкой посадкой.       Когда очередная порция информации оказывалась усвоена, они переключались на музыку или кино, с удивлением Гордон обнаружил, что Кай умеет танцевать и, мало того, делает это даже с удовольствием, хотя времени на развлечения было не особенно много, как минимум потому, что при первой возможности Гордон тащил дразнившего его синтета в мертвую зону камер.       И вот, спустя расчетное время, «Серенити» вышла из прыжка чуть дальше лунной орбиты, и за окном появилась приближающаяся Земля в орбитальном кольце из станций и верфей, однако шарообразный корабль прошел мимо и опустился в атмосферу.       — У нас в кампусе подземный ангар для кораблей подразделения, чтобы далеко не пришлось тащить то, что привез, — пояснил Кай, пряча в карман серой униформы, в которую они оба снова влезли, свою читалку. — Так что можно посмотреть на город с высоты, а прогулка будет позже…       Терренс с любопытством выглянул в окно, но тут же вернул взгляд Каю. Он был благодарен синтету за то, что тот взял на себя труд растолковать этнийцу, что его ждет по прибытии. И сейчас, если Гордон и испытывал некоторое волнение, то не подавал виду.       Сделалось немного грустно. Пока они вдвоем с Блонди болтались в космосе, чередуя секс с разговорами по душам и по делу, все представлялось несколько иначе. Как будто Терренс слетал в небольшой отпуск. И в любую минуту может повернуть назад.       Сейчас же, когда в иллюминаторе показалась чужая планета, он вдруг отчетливо понял — назад пути нет. Все закончилось. Вся его прошлая жизнь. Не просто за тысячи миль — в другом измерении осталось все, что было дорого: Джейсон, Этна, близкие ему люди…       Он переплел их с Каем пальцы.       — Давай сразу к делу, Блонди, — попросил он. — Экскурсию устроить ты мне всегда успеешь.       — Конечно, — Кай посмотрел на него и приобнял, легко коснувшись губ поцелуем, — все будет в порядке, — не удержался он от банальности, понимая, что вдруг накатил мандраж.       Совершенно иррациональное волнение, ведь он уже все устроил, все проверил, осталось только ступить на землю. И если для Кая прошло 10 лет, то здесь немногим больше года, не все даже могли заметить отсутствие.       Серенити опустилась еще ниже, уже стали четко видны очертания зданий, космические лифты тянули тросы в небо, мимо пролетали небольшие суда. И еще ниже, на большую площадку внутри комплекса зданий, которая разъехалась в сторону десятком лепестков, а после снова сомкнулась, спрятав побитый жизнью шарик.       — Мы прибыли. Мистер Фостер ожидает вас с напарником в шестнадцатой секции.       Терренс вертел бы головой на все 360 градусов, если бы позволяла анатомия — такое все вокруг было необычное, так хотелось рассмотреть получше то, что окружало этнийца. Было очевидно, что это место в разы превосходит родной Зодиак по уровню развития. И то, что Терри станет частью этой цивилизации, волновало и внушало оптимизм.       — Дааааа, Блонди… — протянул Гордон, проследив взглядом удаляющийся корабль необычной формы, — тебе придется потратить на экскурсию гораздо больше времени, чем… Слушай! Как у вас тут здорово!       Они прошли через обширный ангар, где в видимом пространстве была еще одна «Серенити», тогда как их корабль быстро скрылся за открывшимися обширными воротами и к нему уже двигался небольшой паровозик из кара с прицепами, с группой мало похожих на людей андроидов, восседающей на нем. Кай поднял ладонь и помахал техникам, те помахали в ответ.       Они прошли по коридору к лифтам, где наткнулись на группу из троих в такой же серой форме, по номерам на нашивках стало понятно, что это тоже синтеты — двое мужчин и женщина. Кай не дал даже особенно их рассмотреть и дернул Гордона в сторону, закрывая собой.       — Маленькая серая мышка, ты все-таки вернулся? Приволок еще одного аборигена?       Кай только опустил глаза и поджал губы, но ничего не ответил, стараясь проскочить мимо, останавливать его не стали, а вслед донеслись смешки.       — Может, им вломить? — нахмурился Гордон. Он не желал начинать свое пребывание на новом месте с потасовки, но и терпеть подобное обращение был не намерен.       — Я с ними не справлюсь, даже с каждым по отдельности, а уж со всеми сразу так и подавно, — Кай нетерпеливо потыкал в кнопку лифта. — Это Восьмой и Четвертый, они постоянно цепляются, не обращай внимания. Я просто не на очень хорошем счету…       Стало обидно, что именно эта компания попалась по пути. Ну почему не Макс, с которым Двенадцатый был дружен, почему обязательно Манфред? Дверь открылась, и они вошли в небольшой лифт с зеркальными стенами, который поднял их на уровень земли.       Лабораторный кампус не отличался особой футуристичностью и, если бы не видневшиеся вдалеке шпили небоскребов и тросы лифтов, мало бы отличался от привычного Гордону.       — Ты? Не справишься? — удивился Гордон. Ему казалось, что если уж синтету удалось раскидать охрану Алекса Ламберта и убить его самого… Да и Джейсон рассказывал небылицы, услышанные им от Маркуса. А тут… Всего-то два хлюпика.        Однако, Терри не стал развивать тему. Кай лучше знает, на что способны его соплеменники.       — Этот мистер… Фостер? — уточнил Терренс. — Он тут всем заправляет? Ты бы намекнул, к чему нам готовиться, Блонди.       — Нет, он даже не глава отдела. Мистер Фостер мой личный куратор. — Серый показал направление, и они пошли вдоль короткой аллеи, где на лавочках сидели лаборанты в белых халатах. — Нас было всего 12 базовых моделей, сейчас осталось 10. Мы разбиты на четыре группы, у каждой есть свой куратор, он отвечает за все, что касается выбора заданий, условий содержания, психического и физического здоровья. Мы первые из нынешнего поколения синтетов, но все еще не устарели морально, ну и опыт опять же. Я подаю ему все отчеты и тому подобное. Он будет и твоим непосредственным начальником и так как тут, можно сказать… а-а-а…— он рассмеялся, — я забыл слово, — в общем есть один начальник, на остальных можно плевать, даже если они выше по уровню. Вообще он хороший человек, понимающий. Мирится со всеми моими заскоками, например, брать напарников из местных в миссии можно только мне.       — Раз так, то проблем быть не должно? — предположил Терренс.       Не то, чтобы он опасался какой бы то ни было проблемы, но все же это был совершенно иной мир. И то, чем планировал заниматься Гордон впоследствии, совсем не походило на его прежнюю службу. Что ж… Он решил для себя, что готов к новой жизни.       — Если бы неприятности были, то он бы прилетел на посадочную площадку и устроил разнос прямо там. Единственное, пожалуйста, просто пропускай мимо ушей все, что касается его отношения к синтетам. В смысле... для него мы просто устройства: да, очень сложные, почти совершенные, но он не верит, что вот это все, — Серый покрутил пальцем показывая на свое лицо, — не имитация. И… Он буквально видел, как я впервые очнулся в своей колбе в биореакторе, так что если этот дед до сих пор так считает, то и переубедить его уже попросту не выйдет.       — А этот дед не боится, что однажды ты или кто-то из твоих товарищей-синтетов… Что вы можете просто сожрать его? Блонди! Но это же на самом деле так — вы совершенны. Вы сильнее людей, вы можете больше… Почему вы это терпите?       — Нас мало, мы не способны к самостоятельному размножению, дезорганизованы и нестабильны. Ну и… Большинство все устраивает, — Двенадцатый пожал плечами. — Те, у кого есть кластер, вполне самодостаточны в нем, это я тут такой во всех местах особенный, ну и… То, что Фостер такой, не значит, что все такие. Есть формы искусственной жизни, что получили гражданские права. Некоторые типы ИИ например. И у таких, как я, будут, надо только время, причем времени этого осталось где-то лет 20, если все сложится благоприятно.       — Мне достался самый особенный, правда? — Терри притянул к себе синтета и поцеловал украдкой. — Во всех местах… — вспомнилась вдруг та их близость, когда Кай… Когда его член увеличился и… Ох! Лучше не вспоминать, а то мистер Фостер может неправильно его понять.       — Да, все так. Особенный и с кучей побочных эффектов, дефектов и все прочего, — Серый чуть смущенно улыбнулся.       — Тогда веди меня к своему страшному и ужасному мистеру Фостеру, — поиграл бровями Терренс. Ему вдруг стало легко. Так легко, как давно уже не было. Будущее не страшило. Напротив — будоражило. Так хотелось поскорее разобраться в том, как устроен этот мир. И вновь подняться на борт «Серенити». Вместе с Каем.

***

      После долгого разговора с куратором, подписания всех документов, разрешения формальностей и так далее и тому подобное, Терри выдали ключ-карту от скромных апартаментов в кампусе, где он должен был заночевать, прежде чем завтра утром отправиться на переподготовку, требующуюся для начала работы агентом.       Туда же свезли все его вещи на время ремонта «Серенити-2», который, как выяснилось, после всего произошедшего должен был занять как минимум пару месяцев.       — Ну что ж, — они снова вышли на улицу в ранний прохладный вечер, и Кай вдруг почувствовал себя неловко от того, что хотел предложить, — У нас есть еще немного времени… Хочешь, сходим куда-нибудь? Я тут знаю один неплохой ресторанчик.       Терри не был голоден. Да и не хотелось тратить время на еду и… разговоры. Конечно, у него были тысячи вопросов, и он все еще не до конца представлял, что ему ожидать от предстоящего обучения. Но Кай… У них еще будет время, они наговорятся обо всем на свете. Сейчас же…       — А маленькой квартирки с удобной кроватью ты не знаешь? — шепнул он на ушко синтету. — И может быть, в твоем ресторанчике существует такая простая вещь, как доставка, ммм?       — Перед тобой дивный новый мир, а ты хочешь сосредоточится на одной конкретной заднице? — синтет игриво прищурился и повел напарника в сторону проходной. — Сейчас посмотрим, что у нас тут есть.       Он достал свой коммуникатор и открыл карты. Терренсу оставили его браслет, пообещав, что в ближайшие дни просто зальют прошивку, чтобы он заработал с местными системами связи и сетью, а Кай, как выяснилось, именно что предпочитал это несколько ретроградное устройство с дисплеем, даже когда у него был выбор.

***

      Квартирку они нашли. И доставка у ресторанчика вполне себе обнаружилась, но вот спокойно поужинать у них как-то не получилось и поели они уже только под утро, после ночи, проведенной в жарких объятьях.       — Именно об этой конкретной заднице я буду грезить долгими одинокими вечерами в учебке, — признался Терренс, не желая отрывать ладони от заласканных этой ночью ягодиц. И поймав взгляд синтета, признался: — Кажется, это и впрямь происходит со мной.       Кай взглянул с некоторым непониманием, и Терри поспешил объяснить:       — Я никогда не думал, что могу быть с кем-то и чувствовать себя свободным. Понимаешь?       Морф продолжал молча буравить его взглядом серых глаз.       — Я всегда думал, что счастье — это принадлежать кому-то. А с тобой… Блонди, с тобой я принадлежу самому себе, но мои мысли только о тебе. Я путанно объясняю, да?       — Нет, я понимаю, — Кай провел рукой вдоль тела, — но если ты переключишь мысли на кого-то еще, я не буду в обиде, так что вовсе не обязательно устраивать себе целибат на все это время, — он насмешливо сощурился, глядя, как любовник изменился в лице. — Расслабься, Амбер, я от тебя никуда не денусь. На самом деле, я скорее всего даже не начну скучать. С большой долей вероятности, если меня не возьмет в оборот Карпин, я дождусь тебя в стазисе.       — Главное дождись, ладно? — попросил Гордон. Погладив Кая по щеке, он с огромной неохотой вылез из кровати. До начала занятий оставалось не так уж много времени, и Терри боялся опоздать. Взглянув на часы, он решил, что лучше потратить оставшиеся минуты на что-то более приятное, чем завтрак.       — Быстренько… В душе. Да, Блонди? — и он потащил смеющегося синтета в ванную.       — Да, Амбер, — Кай послушно пошел следом, улыбаясь во все зубы.       В потоках горячей воды он прижал любовника к стене, замыкая поцелуй, проводя ладонями по рельефу тела, впитывая каждый изгиб, запоминая ощущения. Он упивался им, и это «кажется, это и впрямь происходит со мной» относилось и к нему самому. Он больше был не один. Рядом оказался Гордон, и от того возвращение домой не отдавалось болью. То, что ждало впереди, вызывало только радостное нетерпение, и, пожалуй, впервые в жизни Кай бы сам согласился на стазис, чтобы не ждать возвращения напарника эти три месяца, что Терри проведет в учебке.       Они прощались впопыхах, и потому прощание не отдавало грустью. Терренс говорил «до свидания», твердо уверенный, что оно скоро состоится. Он был уверен, что им предстоит долгая дорога.