Додоканонная Эквестрия!

      Обычный день был не очень весёлым, сквозь прислугу прошли рассказы в массы. Почти весь народ государства узнал о проблемах князя, но всем было… это не так важно, многие задумались о том, что возможно надежды были ложны, и расцвет Востограда уже не как второстепенной региональной державы, а ведущей региональной державы. Но после сообщений о состоянии правящей династии появляется всё больше и больше слухов, о слабости нового князя, о его затворничестве и управлении из далека, он редко выходит из усадьбы.       От части что-то было правдой, другое лишь на половину, а что-то и полной ложью, например рассказ о том, что господин Реулий является психически не здоровым и имеет множество ужасных черт личности, хотя многие его даже в лицо не знают, но есть и те, кто очень хорошо его знают и по-настоящему общались…       — Айнц! Иди сюда! — крикнула мне мама когда я учился новому заклинанию, продвинутому телекинезу, сказали, что я достоин этого и моих сил должно хватить, но пока что я только истратил почти весь магический запас, так что пока остановлюсь и узнаю, что от меня надо.       — Айнц!       — Иду! Иду!       — Я тут пирожков напекла, можешь вот эти отнести Галеону? А то папа ушёл, а поесть не поел, хорошо.       — Да, мама — сказал я и взял корзинку пирожками.       — Только не съешь их по дороге! — сказала она мне, после того как я подошёл к двери.       — Я тебя услышал — ответил я закрывая дверь.       Отец у меня занимается изготовлением глиняной посуды, в «грязном городе», так называют улицу, где стоит огромное здание с разными отделами, цехами, отец работает в одном из них, обжиг посуды в, как он говорил: «огромных масштабах для продажи». Здесь много чего делают, платят по количеству созданных изделий, проводят проверки качества, так отсеяли работников, которые умеют делать и которые не умеют делать, таких либо выгоняли, либо отправляли учиться. Я здесь тоже учусь, правда сегодня у меня день свободен.       Продолжая идти, я прошёл улицу Единорогов и вышел на перекрёсток, оттуда я двинулся налево и на следующем повороте снова вниз, до конца «Грязной улицы», на ней было много грязных, перепачканных сажей и тому подобными вещами пони, многие меня знают, но не было как-то много поводов поговорить, я разговаривал с друзьями папы, которые здесь тоже работают.       Зайти было не проблемой, цех отца находится одним из первых, есть также табличка с надписью, здесь всё очень хорошо сделано, поэтому жалуются редко, вообще здесь работать престижно, если ваши умения хороши, то вам здесь будут рады, но украсит от сюда тяжело, охрана есть, ей платят очень хорошо, поэтому даже подкуп является задачей не из лёгких.       Зайдя в глиняный цех, я пошёл к третьему станку отца, станком называют место работы, оно включает все этапы обжига глины, придаваемая формы, также резервуар с самим материалом.       – Пап! – он не отреагировал, – Пап!       На меня удели начинали коситься пони.       – Станок номер три! – крикнул я ему почти на ухо.       – Здесь! Всё рабо… А это ты… Айнц, ты меня так не пугай, я думал опять пришли проверять – ответил он наконец-то, – чего хотел-то?       – Мама тебе пирожков напекла, с любовью – сказал я с улыбкой.       – Ох, ну положи здесь, вот сюда, нет, нет, я туда глину лишнюю иногда скидываю, положи слева, да, а то я могу и рассыпать или испачкать их когда буду форму делать.       – Хорошо, тогда я пойду?       – Да можешь идти.       Пройдя прежним маршрутом домой, мамы не оказалось, как и вёдер с водой, наверно пошла за водой, надо бы ей помочь, у неё же ноги слабые.       Снова выйдя из дома, я пошёл к ручью, мы предпочитаем воду от туда, чем ту, что поступает сюда по водоканалам к колонке, Реулий молодец, такие системы понаделал, всё равно хорошо, до сих пор не верится, что я познакомился тогда с князем… узнал когда, то вообще чуть в обморок не упал, ну не похож он был на пони из высшего общества! Ну нет в нём этого пренебрежения к обычным пони! Надеюсь с ним всё будет хорошо… говорят он заболел…       Пройдя по старым улицам, что были чисты как обычно, я направился к тому самому роднику, он как обычно тёк, а вода как и в детстве была чиста, там же увидел маму, что пыталась набрать воду, но явно было тяжело стоять.       – Мам, давай я лучше помогу? – спросил я её подойдя почти в плотную.       – Айнц, ты чтоли? Не, не, я сама – сказала она, похоже не желая показывать свою слабость, но я лучше помогу, чем буду смотреть на кобылу, которая от каждого шага немного подхрамывает.       Взяв обычным телекинезом вёдра и набрав в них воды, я поставил их около стареньких скамеек, куда попросил маму присесть, её тащить я не смогу да и не очень это культурно было бы.       – Совсем я плоха стала… только и могу что по дому работать да к Макуне за продуктами ходить…       – Не говори так, ты ещё будешь долго прыгать и бегать! – сказал я, пытаясь её подбодрить.       – Скажешь тоже… семья у нас дружная, ты у меня, хорошим вырос, защитить себя уже сам сможешь, мы свой родительский долг выполнили, теперь и отдохнуть можно. После того как мама посидела, мы пошли домой, по дороге правда она встретила подругу, тётю Винс, долго же они болтали… но домой мы всё таки вернулись, прошла половина дня.