Сын Пиковых лордов

      Шэнь Цинцю сидел на собрании верховного лорда и наблюдал, как Лю Цинге, Юэ Цинъюань, Ци Цинци, Му Цинфан и Шан Цинхуа пытаются сделать всё, что связано с бумажной работой Цин Цзин в одиночку.       Это было даже не половиной того, что ему нужно было делать с обычной бумажной работой. Он просто продвигал то, что было наиболее важным для его боевых братьев и сестер. У него всё ещё были планы перейти и проверить студенческую бумажную работу.       — Вы хотите, чтобы я помог вам всем сейчас? — спросил Шэнь Цинцю, подняв бровь и захлопнув веер.       Затем он потянулся за одной из картошек фри, нарезанной ломтиками, и откусил кусочек. Идея пришла ему в голову от его булочки, когда он видел сон.       Предположительно, они называются картофельными чипсами, они были хороши, он так и скажет. Шэнь Цинцю наблюдал, как все его боевые братья и сестры смотрели на него с жалостью, в то время как Юэ Цинъюань и Лю Цинге выглядели готовыми вот-вот отправить его домой.       — Я просто спросил, потому что ещё многое предстоит сделать.       Ци Цинци выглядел так, словно Шэнь Цинцю только что пнула щенка.       — Ты хочешь сказать, что это ещё не конец?       Она потребовала, чтобы она потерла голову, затем бросила на Юэ Цинъюаня и Лю Цинге свирепый взгляд.       Оба просто отвели глаза, затем снова посмотрели на Шэнь Цинцю.       — Тебя вообще не должно быть здесь. Тебе следует отдыхать. Какой бы сильной ты ни была, ты ждёшь ребенка, — сказал Юэ Цинъюань, отложив кисть и вздохнув.       — Он прав. Мы здесь со всем разобрались.       Слова Лю Цингэ вызвали стоны Ци Цинци и Шан Цинхуа, в то время как Му Цинфан был наготове на случай, если одно из двух отклонений Ци произойдет.       — Я думаю, если Шэнь-Шисюн хочет помочь, то он должен. В конце-концов, он лучше всех знает свою работу, — сказал Му Цинфан, улыбаясь Ци Цинци и Шан Цинхуа, которые смотрели на него, как на ангела.       «Поверьте мне, я делаю это не для вас. У меня есть причина, которая чрезвычайно важна...» — подумал Му Цинфан, продолжая улыбаться.  

***

        Шэнь Цинцю помогал с документами, пытаясь не рассмеяться. Ладно, возможно, он придирался к Шан Цинхуа, потому что у этого человека не было твёрдости характера. И с ним было легко связываться.       Шэнь Цинцю получил письмо от этого надоедливого вредителя Тяньлан Цзюня с вопросом, что подарить человеческой женщине. Шэнь Цинцю, вздыхая, потирал голову.       — Этот идиот... Почему он спрашивает меня об этом?       Шэнь Цинцю вспомнил женщину в борделе, у его Цзе-цзе, и то, что им нравилось. Шэнь Цинцю перечислил их всех и отдал письмо змее, которая сидела на его окне и вздыхала.       — Честно говоря, ни имени, ни того, как она выглядит. Он ничего не рассказывает. Опять же, он идиот. Я просто надеюсь, что он в безопасности... — Шэнь Цинцю пробормотал, глядя на свою руку.       — Люди могут быть такими мерзкими созданиями... — Шэнь Цинцю мрачно зашипел, затем схватился за живот. — Я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности, моя маленькая булочка... Ни человек, ни демон, ни божественное существо не причинит тебе вред.       Шэнь Цинцю вернулся к своему столу, сел и начал есть клубнику, покрытую шоколадом. В его пристрастии к сладкому нет ничего нового, но хотелось соленого и кислого, и эта булочка убьет его вкусовые рецепторы...       «Я не могу дождаться встречи с ним... Увидеть его лицо и подержать его в своих объятиях... Но самое главное — его имя», —Шэнь Цинцю с улыбкой подумал, продолжая есть.       — Интересно, куда убежали Ци-гэ и Цинге..?       Шэнь Цинцю потирает живот, говоря:       — Твой друг и баба — идиоты. Они не любят говорить о чувствах, но они будут любить тебя. Если они этого не сделают, я позабочусь о том, чтобы у них вообще больше не могло быть детей, — сказал Шэнь Цинцю с мрачной улыбкой, которая не коснулась его глаз.