Каникулы в Ватикане

Демон шагал по коридору, его шаги отдаваться эхом в пустом, тёмном помещении. Воздух был тяжёлым, будто время остановилось, а стены впитали в себя все страхи, переживания и страдания, происходившие здесь. Он чувствовал это. В этом месте что-то не так — словно сама атмосфера наполнена чем-то мрачным и зловещим, что заставляло его насторожиться. Возможно, здесь когда-то происходили убийства, пытки, оставившие после себя невыразимые следы. Остановившись на секунду, он огляделся. Тёмные коридоры, изношенные стены, покосившиеся двери. Все это было как будто написано кровью, застывшей в этих самых кирпичах. Бельфегор с интересом задумался, сколько жертв могло быть здесь. Он был уверен, что здесь, в этих стенах, скрывается какая-то тёмная история. Призрак, возможно, встретится ему в углу или за дверью — это будет интересный разговор. Он любил узнавать, как происходят эти смерти, какие страдания были пережиты. Это могло быть любопытно, как минимум. Его воображение уже рисовало картины кровавых пыток и нечеловеческих мук, о которых можно было бы долго рассказывать. Но, несмотря на все эти мысли, Бельфегор не стал задерживаться. Он с удовольствием решил, что не будет скучать в этом мрачном месте и продолжил спускаться по лестнице. Спустившись в холл, он направился к стойке, где стояла вялая женщина, по-видимому, не ожидающая ничего интересного. Бельфегор с любопытством осмотрел витрину с закусками и напитками. Он выбрал несколько вариантов еды для Кевина, хотя и не знал, что ему понравится. Просто что-то нормальное, чтобы пророк не жаловался. Для себя же он взял пачку сигарет и бутылку виски, не забыв взять несколько закусок. *** Тем временем Кевин, несмотря на усталость, не смог уснуть. Он почти погрузился в сон, но его ночные инстинкты, развившиеся за годы в Аду, сработали. Привычка к постоянной настороженности не давала ему спокойно спать. Мелкие шорохи, почти незаметные для обычного человека, для него стали сигналом опасности. Он резко открыл глаза, раздражённо сидя на кровати, пытаясь понять, откуда исходят эти звуки. После всех тех лет, когда за ним охотились все кому не лень, Кевин научился прислушиваться к каждому звуку. Не получив ответа от темноты, он встал и направился в душ, стараясь избавиться от раздражения и попытаться хотя бы немного успокоиться. Только он собирался закрыть за собой дверь, как в номер зашёл Бельфегор с пакетом в руках. — Ты не спишь? — с усмешкой спросил он, заметив, что Кевин всё ещё не смог расслабиться. — Нет, я лунатик, поэтому разговариваю с тобой, — Кевин с сарказмом пожал плечами, продолжая искать халат и полотенце в шкафу. Бельфегор, не обращая внимания на его сарказм, подошёл к столу и поставил пакет с едой. — Я купил еду. Тут сендвичи, три вида. Я не знал, что ты любишь, и… — Не важно, главное, чтобы свежее было. Положи пока в холодильник, — отрезал Кевин, всё ещё не обращая внимания на демона, и взял полотенце. — Ты сейчас есть не будешь? — спросил Бельфегор, в то время как Кевин направлялся в ванную. — Я в душ, — Кевин кивнул, закрывая за собой дверь. — А мне с тобой можно? — с ехидной усмешкой добавил Бельфегор. Кевин, уже находясь за дверью душа, закатил глаза и не ответил. Бельфегор остался стоять в комнате, продолжая наблюдать за тем, как Кевин скрывается за дверью. Парень шагнул в душ, закрывая за собой дверь и погружаясь в тихую, почти успокаивающую темноту ванной. Струи горячей воды начали литься на его напряжённое тело, смывая усталость и раздражение, но не давая полного облегчения. Он стоял под водой, позволяя ей омывать его, скользя по коже, и, хоть его мысли всё равно не прекращали бурлить, в какой-то момент ему стало легче. Вода, словно отгоняя все тревоги, умиротворяла его, заставляя чувствовать, как напряжение уходит, пусть и не полностью. Всё вокруг было влажным, но теплая струя создавала ощущение защищённости. В этот момент Кевин понял, что вряд ли сможет заснуть — слишком много всего крутилось в голове. Но хотя бы немного он мог расслабиться, хотя бы на эти несколько минут. Неожиданно он заметил, как нежный запах шампуня, с едва уловимым ароматом орхидей, вонзается в его нос. запах шампуня был неожиданно приятным. В этом запахе было что-то умиротворяющее, настолько контрастное тому, что он привык чувствовать в Аду — кровь, сера, ужасная вонь и жара. Эти ароматы стали неотъемлемой частью его существования, и даже сейчас, стоя в ванной, он всё ещё мог ощущать их тяжёлый след в памяти. Но запах орхидей… он, странно говоря, немного отвлёк его, заставил почувствовать, что здесь, в этом грязном и убогом номере, может быть что-то свежее. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь этим моментом. Кевин не был человеком, склонным к таким мелким удовольствиям, но после всего, что он пережил, даже такой пустяк как запах шампуня мог немного поднять ему настроение. Возможно, потому что этот запах был единственным, который мог хоть как-то напомнить ему о нормальной жизни. Когда Кевин вышел из душа, его волосы были мокрыми, растрёпанными и падали на лоб, почти скрывая глаза. Белый халат, слегка промокший, висел на нём, подчёркивая бледность кожи и тени под глазами, которые стали особенно заметны на фоне тусклого света. Его лицо было усталым, словно он не выспался уже неделю, и хотя он пытался выглядеть спокойно, все равно было видно, как его мучают мысли. Он беспокойно осмотрел номер, нахмурился, заметив, что в этом месте не хватало даже самых простых удобств. С лёгким ворчанием, скорее с выражением лёгкого недовольства, чем настоящего раздражения, он произнёс: — Тут даже тапочек нет. Серьёзно? Смотрится, как склеп, и ещё и таких мелочей нет... Он оглядел номер, покачивая головой, но не от того, чтобы сильно злиться, скорее, из-за лёгкой неудовлетворённости всем этим. Кевин был устал, и это уже становилось привычкой — переживать больше, чем нужно, но не показывать это слишком ярко. В его взгляде мелькала обычная усталость от всего происходящего. Тем временем, Бельфегор, стоявший у двери, наблюдал за всем этим с ухмылкой на лице. Он забавлялся. Наконец-то Кевин ведёт себя как обычный человек, с лёгким раздражением, что, похоже, забавляло демона. — Ну, наконец-то, — тихо произнёс Бельфегор, наслаждаясь моментом. — Хоть кто-то тут стал вести себя нормально. Кевин лишь коротко взглянул на него, не сказав ни слова, и вернулся к своему беспокойному осмотру комнаты. — Твоих комментариев не хватало, — ворчливо бросил он. — Я знаю, поэтому и говорю, — с довольной усмешкой ответил Бельфегор, развалившись на стуле и наблюдая за пророком. — Тебе обязательно меня раздражать? — Кевин бросил на него уставший взгляд, но в голосе не было настоящего раздражения, скорее, лёгкая усталость. — Ну а как без этого? На этом и держатся наши отношения. Признай, мы оба давно бы умерли от скуки, — ухмылка демона стала ещё шире. Кевин вздохнул, не удостоив его ответом. Не было ни желания спорить, ни сил на пикировки. Может, хотя бы после душа удастся поспать. Хотя нет, сначала нужно что-то поесть — желудок дал о себе знать. Тем временем, Бельфегор, доставший бутылку виски из холодильника, с удовольствием сделал глоток. — Подашь сэндвич? — бросил Кевин, открывая дверцу шкафа в поисках чего-нибудь ещё полезного. — С каким вкусом? — Не важно. Бельфегор лениво потянулся к пакету, выудил оттуда сэндвич с курицей и направился к парню. Но вместо того чтобы просто протянуть еду, демон подошёл слишком близко. Слишком. Кевин от неожиданности чуть не отшатнулся, инстинктивно сделав шаг назад. Нервы снова предательски сдали. Его взгляд поднялся на Бельфегора — настороженный, почти испуганный. Что ему вдруг взбрело в голову? Демон был странно сосредоточен, почти заинтересован, как будто изучал что-то новое и необычное. — Приятно пахнешь, — наконец сказал Бельфегор, почти шёпотом. Кевин нахмурился, явно не ожидая такого заявления. — Это шампунь, — коротко отозвался он, отворачиваясь, чтобы спрятать лицо, покрывшееся румянцем от неожиданного комплимента. — Я не про него, — продолжил демон, его голос стал чуть мягче, что совсем не вязалось с его обычной манерой. — А про твой запах. Кевин замер, чуть крепче сжимая сэндвич в руках. Его взгляд метался между дверью и Бельфегором, а внутри поселилось странное, неуютное чувство. — Ты чего творишь? — его голос стал жёстче, будто защищаясь. Бельфегор лишь усмехнулся, наслаждаясь этой реакцией. Ему и самому было непонятно, что его вдруг так зацепило. Может, это был контраст? Он привык, что в аду всё пахнет одинаково — кровью, потом и серой. Грешники, живущие там годами, давно перестали замечать свои собственные запахи. Но здесь, на земле, всё было иначе. Этот едва уловимый аромат мыла и тёплой кожи был чем-то совершенно новым для него. Демон даже удивился себе — неужели люди могут так пахнуть? — Расслабься, пророк. Я просто восхищаюсь твоей человечностью, — ухмыльнулся он, отступая назад, но всё ещё внимательно наблюдая за Кевином. — Хватит, — пророк отвёл взгляд, всё ещё немного напряжённый. — Просто дай мне поесть. Бельфегор подал сэндвич, но не упустил возможности добавить: — Ты иногда слишком забавный, знаешь? Кевин лишь закатил глаза, тихо пробормотав: — А ты слишком странный.