Позови меня с собой

      Алёна проснулась от громкого разговора Кирилла с кем-то за дверью. Потерев заспанные глаза, потянулась к тумбочке, где лежали наручные часы Золотарёва, которые он, схватив мобильник, удаляясь из спальни, надеть на запястье не успел: стрелки на них показывали полседьмого утра.       Со свадьбы Беловых они уехали вчера одними из последних, отказавшись от предложения Космоса задержаться и, вместе со всей их шумной компанией, сопроводить молодых до новой квартиры. Вернее, отказалась Алёна, а Кирилл поддержал её в этом. Возможно, он бы и сумел переубедить жену остаться ещё, если бы не Пчёлкин, возникающий у него всё время практически перед носом.       К тому же, его до сих пор напрягали слёзы девушки, которые она пыталась скрыть от него, вернувшись после перекура в банкетный зал. Он прекрасно понимал, что это — дело рук Пчёлы, которого не удалось обнаружить на своём месте в тот момент, когда Алёна удалилась на улицу.       И только Золотарёв собирался отправиться на поиски супруги, тактично извинившись за прерванную беседу перед тёткой Белова, как она вернулась сама: тушь слегка размазалась, глаза покраснели — Кирилл догадался, что это явно не из-за весенней прохлады. На все его вопросы Алёна лишь отмахивалась.       — Может, скажешь, наконец, что произошло?       — Не важно, — просто ответила девушка, пытаясь расправиться с заедающей молнией на платье. — Помоги лучше.       — Не важно? — Переспросил он, выполнив её просьбу. Алёна по-прежнему не смотрела на него, стоя к нему спиной, поэтому Кириллу пришлось заставить её взглянуть ему в глаза, разворачивая за локоть лицом к себе. — Хочешь сказать, я не имею права знать, что стряслось?       — Я не хочу сейчас разговаривать. Тем более, на эту тему, — она попыталась обойти его, однако, Золотарёв дорогу перегородил.       — Я хочу. И пока ты не скажешь, в чём причина твоих слёз — не уйдёшь отсюда. Если этот мудак обидел тебя…       — Никто меня не обижал, — перебила девушка и, вздохнув, добавила чуть решительнее: — и вообще, Витя здесь ни при чём.       — Получается, всего-навсего так совпало, что он вышел за тобой следом, якобы перекурить, а потом ты возвращаешься хер пойми в каком состоянии, утверждая, что Пчёлкин к этому никакого отношения не имеет? Я тебе не верю.       — Товарищ следователь, я, вроде как, не на допросе, чтобы показания жертвы давать. Ты бы ещё лампой мне в лицо посветил, прям как в кино.       — Но мы с тобой, Алён, не в каком-то идиотском фильме. Если для тебя его появление — чепуха, то для меня это не так. Я не хочу, чтобы он всё испортил.       — Что именно он может испортить?       — Наши отношения, — Кирилл мягко прикоснулся к её щеке. — Я же не дурак. И не слепой. Видел, как он глазел на тебя.       — Никто на меня не глазел. Да, мы с ним действительно разговаривали, когда я была на улице. И всё.       — То есть, теперь ты не отрицаешь, что плакала из-за него? Что он сказал?       — Кирилл, я прошу тебя, — она взяла его руку в свою, надеясь, что сможет успокоить и отвести от этой темы. — Давай ты не будешь накручивать себя?       — Я просто хочу, чтобы всё оставалось, как прежде, без чужих вмешательств.       — Никто никуда вмешиваться не будет.       — Обещаешь? — Кирилл был сейчас чем-то похож на маленького ребёнка. Он примерно так же выбивал в детстве обещание у мамы, клянча, чтобы не идти в садик или школу.       — Обещаю.       Алёне был необходим своеобразный щит, который мог бы защитить её от Вити. И Золотарёв, на правах мужа, на эту роль подходил идеально. Поэтому, данное ему обещание было как раз на руку.       Накинув поверх сорочки халат, она двинулась из спальни по длинному коридору, минуя коробки с вещами, которые всё никак руки не доходили разобрать.       Кабинет мужа пустовал, обнаружить его удалось на кухне, нервно нарезающего круги по пространству. На столе остывал свежезаваренный кофе, в пепельнице тлела сигарета. Остановившись за углом, Алёна прислушалась к разговору — судя по обрывкам, Кирилл на что-то злился. Пожалуй, будет лучше сейчас на глаза ему не попадаться.       — Объясни мне, как такое могло произойти?! — Нервно спросил он, сжимая телефонную трубку. — Тебя зачем на это дело поставили?       — Кирилл Львович, я правда не знаю, как так могло получится, — испуганно ответил мужской голос на том конце. — Я спецом лампочку перед этим выкрутил и разбил, только бы не видно было нихрена, леску натянул под ногами, чтобы в глаза сильно не бросалась. А этот гад, видимо, неладное что-то учуял.       — Олух ты, понимаешь, Сень? Самый натуральный, — Золотарёв потянулся к сигарете, делая затяжку. — С таким простым делом только дурак бы не справился.       — Что теперь будет?       — Не знаю, — выдохнув сигаретный дым в открытую форточку, Кирилл пожал плечами. — Евгеньевичу всё равно отчитываться нужно будет, он ждёт ответа.       — Белов сегодня улетает куда-то. Вроде как, вместе с Филом на съёмки. Я из аэропорта могу позвонить ему, чтобы лишний раз мобилой не светить. Вкратце передам, как всё было.       — Молодец, что хоть это смекаешь, — усмехнулся молодой человек. — Ладно, тогда до звонка. Держи меня в курсе всего.       Сбросив вызов, Кирилл резко обернулся, явно не ожидая увидеть Алёну, которая не успела юркнуть обратно в спальню, так и оставшись стоять на месте, заслушавшись чужим разговором.       — Чего не спишь?       — Ты меня разбудил, — подойдя к нему, ответила девушка, — мог бы быть и потише.       — Извини, не хотел. Это по работе.       — Что-то случилось?       — Не бери в голову, всё нормально, — Кирилл медленно провёл кончиками пальцев по её выступающим ключицам. Было в её заспанном виде что-то притягательное и манящее. — Есть предложение вернуться обратно в кровать и наверстать упущенное за эту ночь.       — Опять ты с темы съехал. Почему я из тебя всегда клешнями вытягивать должна? — Уворачиваясь от настырного поцелуя в шею, спросила Золотарёва. Ей порядком поднадоело, что муж моментами делает из неё дурочку.       — Ты с самого утра хочешь спорить?       — Я не спорю, мне просто интересно. От тебя, например, никогда ничего не скрыть.       — Так мне по профессии всё и про всех знать положено. — Перестав осыпать её ключицы поцелуями, он отпрянул, глядя ей в глаза. Сумела же Алёна испортить столь интимный момент, абсолютно ненужными сейчас разговорами. — Ладно, раз уж тебя мой вариант развития событий не заинтересовал, тогда буду проводить время в гордом одиночестве.       Кирилл, подхватив со стола пачку сигарет и телефон, удалился из кухни, оставляя девушку в полнейшем замешательстве. Неужто, в работе милиционера может быть что-то столь секретное, что он не может приоткрыть завесу тайны?       Золотарёва тяжело вздохнула, бросив взгляд на настенные часы. С момента, как она покинула пределы нагретой постели, прошло всего десять минут, однако, сон уже отступил. Тем более, после своеобразной перепалки находиться с Кириллом в одной комнате не очень-то и хотелось. Ничего не оставалось, кроме как вновь вскипятить чайник и — повторяя ритуал мужа, — закурить, расслабляя нервы.       К тому же, им сегодня вновь предстоит встреча с Беловыми. Саша, на радостях от подаренной квартиры, пригласил их с Кириллом к ним на дачу, отметить второй день свадьбы, так сказать, узким кругом. Алёна до сих пор не могла взять в толк, как так быстро Золотарёв сумел войти в этот круг, что за столь короткий срок стал приравниваться чуть ли не к члену семьи?       В целом, провести время на воздухе и пообщаться с той же Томой, которая ещё при первой встрече сумела расположить к себе, было затеей весьма недурной. Если бы не Пчёлкин. Она и думать боялась, что может сегодня взбрести ему в голову под действием коньяка. Может, он опять не побрезгует наговорить ей кучу гадостей, только в этот раз ещё и при всей компании?       Если такой расклад сбудется, то, кроме как на Кирилла, ей рассчитать больше не на кого. Не зря же она дала вчерашним вечером ему обещание? И если Золотарёв действительно хочет, чтобы между ними вновь не выросла та пропасть, которой удалось слегка сгладиться ко второму году их брака — не стоит сидеть, сложа руки.       К сожалению, Золотарёвой, за всё то время, что они с Кириллом вместе, так и не удалось изучить все его методы, которыми он может руководствоваться для достижения своих целей.       Хотя, даже будь она осведомлена, вряд ли бы у неё получилось его остановить.

***

      Витя метался уз угла в угол, чем-то напоминая сошедшего с ума зверя, которого насильно поместили в клетку, заперев на все возможные замки, вдобавок лишив пищи. Он уже сбился со счёта, какая сигарета, за последние тридцать минут, без дела тлела между пальцев, после чего её ждала та же участь, что и предыдущие — едва огонёк доходил до фильтра, окурок оказывался в мусорном ведре.       Как бы Пчёла ни пытался себя успокаивать, но, после встречи с Алёной, он буквально не находил себе места. Еда, заботливо приготовленная Катей, не лезла в горло; да чего уж там, если он и спать-то толком нормально не мог? Стоило только закрыть глаза, как под веками, будто специально, всплывала картинка танца четы Золотарёвых на недавней свадьбе Беловых.       — Чё ты, труженица, пыхтишь тут? — В кабинет бесцеремонно ввалился Космос, тут же садясь в кожаное кресло и забрасывая длинные ноги на стол.       — В отличие от некоторых, я работаю. — Огрызнулся Витя. — И культяпки свои убери, лазишь чёрти где, только грязь мне тут развезёшь.       — Злой ты, Пчёлкин! — Космос, разочарованно вздохнув, ноги с поверхности всё же убрал. — Что-то случилось?       — Человека жду одного.       — Бабу, что ли, снял сюда? — Хохотнул Холмогоров. — И молчишь, блин!       — Баран, — недовольно пробурчал в ответ голубоглазый.       — Можно? — Стоило только вспомнить, как раздался долгожданный стук в дверь.       — Заходи давай, — ответил Витя, ослабив галстук. Он разочарованно вздохнул, отмечая, что пачка сигарет опустела — последнюю он выбросил, едва только успел поджечь. — Чё долго так?       — Пробки, Виктор Павлович. — Молодой парень, чуть старше самого Пчёлы, прошёл вглубь кабинета, останавливаясь напротив стола. — Представляете, — обратился он уже к Холмогорову, — баран какой-то подрезал, чуть в бочину не влетел мне.       — Э, Никитос, ты меньше языком чеши, — встрял Пчёлкин, обращая на себя внимание, — чего нарыл там?       — Ничего особенного, кстати, — присаживаясь на стул, парень расстегнул молнию байкерской куртки. — Кирилл Золотарёв — сын Льва Золотарёва, бывшего первого секретаря Харьковского горкома. Школу окончил с отличием, как и институт внутренних дел. Сразу после выпуска, женился на Алёне Говоровой. Она дочка отцовского товарища — те, вроде как, с юности знакомы, вот и дети их вместе росли.       На словах об Алёне, у Вити внутри всё сжалось. Неужели она действительно всё время врала ему о том, что любит его? Возможно, он просто послужил ей обычным предметом для того, чтобы отвлечься от этого Кирилла?       «А ты сам, Пчёлкин, не так поступаешь по отношению к Кате?» — Внутренний голос разума задавал ему этот вопрос уже не впервые, и всякий раз мужчина предпочитал умалчивать, отмахиваться.       А зря. Потому что можно сколько угодно убегать от других, от прошлого, от настоящего, но от себя ты никогда и никуда убежать не сможешь. И эту философию мужчине ещё предстояло понять в будущем. Кто-то наверху уже заготовил бумеранг в виде лука, и первая стрела была мастерски выпущена в тот момент, когда он снова увидел её — ту, о которой, как ни старался, так и не смог забыть за эти долгие мучительные три года.       — И? Чем он занимается, выяснил?       — Вроде как, транзитом цветного металла. — Никита почесал затылок. — Нелегальным, конечно.       — Чё-то не сходится, — Витя облокотился о подоконник, задумчиво глядя в окно. — Как может сын партийной шишки нелегально гнать металл через границу?       — Так жизнь-то вон меняется как: спать ложишься — одно, а утром просыпаешься, и от бывшей страны Советов только одно упоминание.       — Ладно, с этим потом. Что ещё есть?       — Это всё.       — Как всё? — Переспросил Пчёла. Ему казалось, что за то время, что он отвёл, можно было копнуть и поглубже, чем выведать скупую, и известную почти каждому, информацию.       — Ну, Виктор Павлович, сами же должны понимать, что любые данные, касающиеся тех лиц, — он указал пальцем в потолок, многозначительно выделив последние два слова, — контролируются настолько, что даже муха лишний раз не подлетит.       — Я тебе бабла мало, что ли, отвалил?       — Денег вполне достаточно и дело тут вовсе не в них.       — А в чём тогда?       — Мне лишние проблемы не нужны. Сунусь туда — велика вероятность, что голова отлетит сразу. Ещё и узнают, кто за за мной стоит.       — Ну так найди мне человека, который сможет узнать всё от и до! Мне нужно это, понимаешь? — Витя резко встал с насиженного места. Опять в нём просыпалась та неконтролируемая ярость, с которой он в моменте ничего поделать не мог. — Я хочу знать об этом чёртовом Золотарёве всё! И о жене его мне тоже новости нужны.       — Ничем больше не могу помочь, извините. — Никита встал следом, передёрнув плечами. — Если вам этот Кирилл так мозолит глаза, лучше наймите киллера, чтобы без лишних заморочек обойтись.       — Да я этого выблядка скорее сам придушу нахер, — буркнул себе под нос Витя, стоило только молодому человеку покинуть кабинет, пожав на прощание руку Холмогорову.       Последний же, всё это время, внимательно наблюдал за ситуацией, отслеживая эмоции друга. И что-то здесь было явно не чисто.       — Пчёлкин, ничерта не пойму, чё ты к Кирюхе пристал, а? Нормальный же мужик, а ты бочку катишь без причины.       — Это личное, не парься.       — Какое нахер «личное»? Ты его видел один раз всего — и то, весь вечер на свадьбе морду корчил, чем-то недовольный был.       Витя тяжело вздохнул, вновь отвернувшись в окно. Вся эта ситуация тяготила его до безумия. Умом он понимал, что лезть к Золотарёвым не следует — у них своя жизнь, возможно, даже весьма счастливая, но хотелось разобраться во всём лично.       — Или там не всё так просто, а? — Продолжил свою речь Космос. — Нахера нам нужны партнёры, если у них бабы красивые? Да, Пчёл?       — Кос, хорош. — Голубоглазый недовольно цокнул. — Дай сигарету, башка трещит с самого утра.       — Ты на вопрос не ответил. — Брюнет протянул ему начатую ранее пачку «Мальборо». — Я слышал, как ты Катюхе говорил, что знаешь их.       — Это всё потому, что уши у тебя, чудище ты инопланетное, как у слона. — Витя взмахнул руками воздух, показывая в невесомости эту часть тела. — Бабка базарная ты, ей-богу…       — Зато мимо меня мошка не пролетит никогда, всё услышу! — Кос шутливо стукнул кулаком по столу. — Так чего там, всё-таки, с Золотарёвыми? Или ты с лучшим другом, с которым огонь и воду прошёл, делиться не хочешь?       Тяжесть на душе была столь велика, что необходимо было излить это кому-то: Фил, которому он первому обо всём поведал ещё в восемьдесят девятом, ещё утром укатил на съёмки в другой город; Саня тоже, стоило им расправиться с виновным во вчерашнем взрыве, покинул их общество, напоминая, что вечером они с Олей ждут всех на даче, в том числе и Золотарёвых. Поэтому, оставался лишь Космос.       Витя поведал ему всё: начиная моментом знакомства с Алёной, заканчивая их разговором на свадьбе. Вдвоём они скурили только начатую Холмогоровым пачку сигарет.       — И чё делать думаешь?       — Не знаю, — Пчёлкин, пожалуй, впервые в жизни, действительно не знал, что предпринять. С одной стороны, лучшим решением было забить на ситуацию, но с другой… Витя боялся себе признаться, что чувства к Говоровой всё ещё сидят глубоко внутри, спрятавшись подальше.       — Ну, теперь я понимаю, чего у тебя зуб на Кирилла. — Кос потушил окурок. — Считай, бабу у тебя увёл.       — Ты можешь так не называть её?       — Ладно-ладно, — брюнет поднял обе руки вверх, — не бабу, а девушку. Катюхе ты рассказал?       — Да щас, я дурак по-твоему? Она спрашивала, конечно. Но поделиться этим с ней — значит, подорвать доверие.       — Так-то, конечно, оно так… — Кос задумался, затянувшись очередной сигаретой, и, выдыхая сизый дым из лёгких, вынес вердикт: — Ты вчера так на эту Алёну глазел, только слепой бы не заметил, чуть ли не раздевал взглядом. А в голове, небось, уже все позы с ней перепробовал.       Витя глухо рассмеялся. В этом и было отличие его друзей: Валера давал советы, руководствуясь сердцем, и Пчёлкину, на удивление, они казались более действенными, нежели фразы Холмогорова, который и в отношениях-то особо не был никогда.       — Ты всё об одном.       — Давно в святоши заделался, Пчёл? — Друзья рассмеялись. — У тебя на роже всё и так написано. И вообще, сам же говорил, что западло так из-за женщин переживать, помнишь?       А может, Космос в чём-то действительно прав? Повлиять на ситуацию он уже никак не может, поэтому, пожалуй, единственное, что остаётся — принять и отпустить.       Но получится ли?

***

      Если бы Алёна умела телепортироваться, то, с превеликим удовольствием, воспользовалась этой возможностью. Они только подъезжали к загородному дому Беловых, а ей уже хотелось скрыться куда подальше ото всех. Саша, как гостеприимный хозяин, встретил их у самых ворот, приветливо улыбаясь и крепко сжимая руку супруги.       — Мы опять самые последние, что ли? — Спросил Кирилл, оказываясь в просторной беседке.       Космос уже вовсю командовал шашлыком, заверяя всех присутствующих, что лучше него не приготовит никто, и развлекал своими шутками Тамару, которая в этот вечер будет без Валеры — на съёмках ему придётся пробыть пару-тройку дней.       — Пчёла с Катюхой не приехали ещё. — Ответил Белов, принимая из рук Холмогорова рюмку водки, встречаясь с недовольным взглядом Оли. Скрипачке явно не нравилось, что муж решил начать пить, когда ещё даже закуска не была готова. — Так что располагайтесь.       — Сань, клянусь, если этот пчеловод жало своё вовремя не притащит сюда — хрен ему, а не выпивка. — Встрял Космос, недовольно размахивая полотенцем. — А то знаю я его — нажрётся щас и всё.       — Пойду овощи помою пока, — бывшая Сурикова закатила глаза, перекладывая из пакета в миску ароматный сладкий перец, огурцы и помидоры.       — Я помогу тебе, — Алёна тоже решила удалиться из беседки. Слушать, каким Пчёлкин бывает в пьяном состоянии, сейчас хотелось меньше всего. Она очень надеялась, что сегодня Витя до такого себя не доведёт — нетрезвых людей девушка боялась ещё с детства.       Увы, но алкоголь в мужском организме — не самое ужасное, что может произойти в ближайшие часы.       — Ты чего, Оль, всё нормально? — Взволнованно спросила Тамара, отправившаяся вместе с ними, оставляя мужское трио наедине. Глядя, как у Беловой всё буквально валится из рук, нетрудно было догадаться, что её что-то гложет.       — Я не хочу жить там, а Саша будто не слышит. Мол, подарок пацанов и всё такое.       Оля и не думала, что, сразу после свадьбы, они могут столкнуться с недопониманием. Муж, действительно, словно игнорировал её просьбы подыскать другое жильё. Да, пускай новая квартира будет не в центре Москвы — чего уж там, девушка, будучи абсолютно не привередливой, согласилась бы и на хрущёвку, где-то на окраине, только чтобы скрыться от этой устрашающей реальности как можно дальше.       — А что случилось? — Поинтересовалась Алёна, вопросительно глядя на девушек. Золотарёва поняла, что, возможно, не стоило задавать этот вопрос, судя по тому, как Оля недовольно цокнула, потерев виски.       — Возле квартиры кто-то гранату подложил. Хорошо, что Саша вовремя заметил, неизвестно, во что бы это могло вылиться, — вкратце поведала Филатова.       — Выяснили, кто это сделал?       — Судя по тому, что я услышала от Валеры — выяснили. Но он меня в детали не посвящал особо, — блондинка опустила взгляд в пол. Хотя Фил и участвовал в делал Бригады меньше остальных, отдавая предпочтение каскадёрству, она за него всё равно очень переживала. Особенно в те моменты, когда он мог сорваться среди ночи после телефонного звонка. — Сашка же вообще сначала на Витю подумал.       — Ничего такого он не думал! — Тут же воскликнула Белова, встав на защиту мужа. — Просто так совпало.       — Он поэтому его ударил? — Задала ответный вопрос Тамара, изогнув бровь и сложа руки на груди. — Бросился, не разобравшись.       Витя, безусловно, за эти года изменился, однако, даже сейчас Алёна могла с уверенностью заявить, что Пчёлкин ни за что своих друзей не предал бы. Но разве Золотарёва имела право что-то предъявлять в его защиту? Для всех присутствующих, они — чужие люди, состоящие в отношениях с другими. Со стороны это выглядело бы весьма странно, начни она, зная Пчёлкина, якобы чуть больше суток, отстаивать его права.       — Я же говорю, что это случайность. Витя под горячую руку попал.       — А будь у Саши пистолет в этот момент — выстрелил бы?       — Том, ты глупостей не болтай, будь добра. — Оля злобно зыркнула на Филатову. — Валера, думаешь, поступил иначе, если бы и тебе опасность угрожала? Или Кирилл, например? — Теперь уже недовольство отразилось и на Алёне, которая молча наблюдала за словесной перепалкой. — Не надо делать из моего мужа монстра.       — Я не стану ничего говорить о Валере, но ты, Оль, была прекрасно осведомлена, за кого замуж шла, — Золотарёва решила больше не отмалчиваться.       Белова не вызывала в ней никаких чувств, напротив, слегка даже раздражала своей ведомостью, поэтому было почти что необходимо сбить с неё спесь, чтобы скрипачка понимала, что Алёна — не та, которую можно упрекнуть словесно.       — Да, Кирилл далеко не идеален, но ни одного своего друга, за всё то время, которое мы с ним вместе, он не посчитал предателем.       — Девчонки, ну где вы там застряли? — С улицы, будто спасение, прозвучал громкий голос Холмогорова. — Тут уже готово всё.       Алёна, понимая, что продолжать разговор бессмысленно, покинула пределы кухни, оставляя Белову, хмурившую брови, и растерянную Тамару одних. Возможно, ей бы и удалось расслабиться, и перевести внимание на что-то другое, если бы не «вовремя» подоспевший Пчёлкин, со своей спутницей.       Сейчас, глядя на него, Золотарёва вновь разглядела в нём того самого беззаботного юношу, который чуть не разбил ей нос, когда она выходила из своего подъезда, не в столь далёком восемьдесят восьмом: кудрявые волосы слегка растрепались от ветра, не было официоза в одежде, как в прошлую их встречу, сегодня — спортивный костюм с расстёгнутой кофтой и чёрная футболка.       — Ай! — Потёрла она ушибленное место.       — Упс, красавица, осторожно. А то так и без своего маленького носика остаться можешь.       — Не смешно, — пробурчала девушка, — смотреть вперёд нужно, так и убить недалеко.       — А сама чего по сторонам не смотришь? Первая налетела на меня, ещё и жалуется.       Алёна подняла, наконец, взгляд вверх, встречаясь с голубыми глазами, такими же, как у неё самой. Они ярко блестели, даже несмотря на мрачность погоды.       — А вы со всеми сразу на «ты»? — Девушка приподняла брови вверх. Она не привыкла с незнакомцами общаться в неформальном тоне.       — Со всеми, — нагло улыбнулся голубоглазый, — особенно с такими малышками.       Говорова оглядела парня. Явно старше её всего на пару лет, был одет слегка небрежно: голубые джинсы, обычная футболка, поверх тёмно-синяя олимпийка с какой-то нашивкой на груди; на голове красовалась кепка козырьком назад, из-под которой, чуть намокнув от дождя, торчали кудрявые волосы, завязанные резинкой.       Он был далеко не из тех, кто всю жизнь присутствовал в её окружении. Даже по одежде был заметен статус, что говорил о его происхождении из небогатой семьи. Хотя, Алёна сама не любила оценивать, как говорится, «по одёжке».       — Ну, давайте садиться уже, жрать охота! — Воскликнул Космос, потирая ладони. — Пчёл, только вас, блин, и ждали, ё-моё!       — Тебе, Космосила, лишь бы брюхо набить своё, — хохотнул Витя, хлопнув друга по животу, — чревоугодие — грех!       — Вот кому-кому, но только не тебе, пчелиный, о грехах затирать… — Кос потёр место ушиба. — Мы только на блуде до утра задержимся, если тебя в пример начнём приводить.       Все дружно засмеялись, в том числе и Кирилл, старающийся изо всех сил не подавать виду, насколько же сильно его раздражает Пчёлкин, как и, в целом, вся компания. Пожалуй, единственные, кому данная шутка была неприятна — Алёна и Катя. И если первая любое проявление эмоций сдержать смогла, то вот Яхонтова недовольно закатила глаза.       Она уже привыкла, что парни порой забывают о том, что в их обществе находятся женщины, и могут отпускать разного рода непристойные шутки, но иногда это переходило всякую грань. Как, например, однажды, когда Космос не постеснялся в её присутствии рассказывать об их с Витей похождениях: именно тогда, Кате поневоле пришлось услышать увлекательный рассказ о том, как товарищи сняли одну девчонку на двоих, развлекаясь с ней всю ночь напролёт.       — Всё нормально? — Кирилл, отмечая её нахмуренный вид, шепнул ей на ухо, обнимая в привычном жесте за талию. — Тебя как будто лимон целиком съесть заставили.       — Да, нормально. — Соврала Алёна, решив не посвящать его в перепалку с Олей. — Голова чего-то разболелась.       — Приляжешь, может?       — Не хочу.       Самое ужасное во всей этой вакханалии — находиться рядом с Витей. Сидеть за круглым столом, практически на расстоянии вытянутой руки, улыбаться, делать вид, что они — просто знакомые; и что всё отлично. Опять держать лицо и притворяться, что её не выворачивает наизнанку от рук Кирилла на своих плечах.       Алёна на алкоголь никогда не наседала, всегда ограничиваясь бокалом-другим вина либо шампанского, но сегодня он служил чуть ли не единственным спасением в этой патовой ситуации. Ей нужно расслабиться и отпустить ситуацию. Но возможно ли это сделать, когда Пчёла, при любом удобном случае, чуть ли не прожигает её взглядом? Ещё немного — и Золотарёва просто свихнётся.       Алёна не заметила, как осталась в беседке в гордом одиночестве. Спиртные напитки разогнали кровь и все решили пойти танцевать под какую-то ритмичную заграничную мелодию. Кирилл галантно пригласил скучающую Тамару, спросив перед этим у супруги, не против ли она. Оля утонула в объятиях Саши, а Кате досталась кандидатура уже хорошо выпившего Космоса. Пчёлкин куда-то запропастился.       Поёжившись от холода, Золотарёва решила набросить что-то на плечи. Хорошо, что, как раз на случай ветра, она додумалась взять с собой нечто более тёплое, поскольку в футболке с коротким рукавом простуда была бы ей гарантирована. Но и тут, как назло, судьба решила преподнести ей ещё одно испытание.       Зайдя в гостиную, у окна она обнаружила фигуру Пчёлкина, разговаривающего с кем-то по телефону. Витя, услышав шорохи за спиной, тут же обернулся — абонент на том конце провода уже не имел для него никакого значения. Алёна, быстро схватив кофту, — благо, та висела на спинке стула, сразу у входа в комнату — тут же поспешила ретироваться, но мужской голос окликнул её.       — Я потом перезвоню. — Сбросив вызов и откинув телефонную трубку на диван, Пчёла двинулся в её сторону. — Алён, стой.       Она не стала останавливаться, лишь желая побыстрее оказаться на улице. Там Витя уж точно её трогать не станет. По крайней мере, на это была большая ставка — вряд ли ему нужны лишние проблемы.       — Да погоди ты! — Вите удалось её нагнать уже около входной двери, когда девушка была буквально в миллиметре от того, чтобы положить ладонь на ручку. Он схватил Алёну за предплечье, разворачивая лицом к себе.       — Чего тебе?       — Я поговорить хотел.       — Поговорить? — Золотарёва усмехнулась. — Ты в прошлый раз уже всё сказал. Так что лучше отпусти и я пойду.       — Прости, — неожиданно выпалил Пчёлкин и слова эти были явно не тем, что она ожидала услышать.       — Ты за что именно извиняешься?       — Я тогда наговорил тебе всякого, ненужного; на самом деле, не хотел тебя обидеть.       — Ты серьёзно, Пчёлкин? — Алёне удалось выдернуть локоть. — Думаешь, те гадости, которые я от тебя услышала — самое худшее, что ты мог сделать в отношении меня?       — Я сделал? Это ты, как самый настоящий глупый и избалованный ребёнок, ушла от ответственности.       — Что же ты тогда был со мной, раз уж я столь к жизни не приспособлена? Или думал, может, что благодаря моему папе сможешь чего-то добиться? — Алёна чуть ли не выплёвывала ему это в лицо. Хотелось сказать что-то колючее, как и он ей вчера. — Ты немощный, Витя. И единственное, что ты можешь — заниматься беззаконием, как и все твои друзья-бандиты.       — Как же ты, вся такая гордая, позволила себе опуститься и сесть за стол с бандитами? — Пчёлкин едко улыбнулся. — Или муж заставил, м? Хотя, у вас же там всё по очень большим чувствам? Ты в рот ему заглядываешь, наверное, Говорова? Так и ждёшь, пока он очередную указку выдаст тебе?       — По твоему, извинения должны выглядеть именно так? — Алёна усмехнулась. Зря, похоже, в глубине души она понадеялась, что Витя решил это сделать с абсолютно искренними намерениями.       — Ты первая начала.       — Говоришь, как законченная обиженка, — Золотарёва не заметила, в какой момент Пчёлкин оказался слишком близко. Настолько, насколько не должен приближаться к замужней девушке. — Отойди.       — Не хочу. — Он покачал головой. — Или что, Кирилл твой, думаешь, пристрелит меня?       Золотарёв, будто почувствовавший неладное, закончив танцевать с Томой, решил проверить, куда же запропастилась его жена. На улице её обнаружить не удалось, как тут Саша поведал, что видел, как Алёна шла в направлении дома. Кирилл буквально застыл около двери, стоило услышать голос Пчёлкина. Послушав пару весьма неприятных реплик, он решил покинуть своё убежище, понимая, что девушку одну в такой ситуации лучше не оставлять.       — Не мешаю?       — Мешаешь, — цокнув, ответил Витя.       Алёна даже слова вымолвить не успела, буквально за секунду между мужчинами случилась перепалка.       — Так что свали по-доброму. Мы разговариваем.       — А о чём ты можешь разговаривать с моей женой? — Кирилл усмехнулся, нарочито выделив последние два слова. Подойдя ближе, он отодвинул Алёну в сторону, закрыв своей спиной. — Может, поделишься? Мне тоже интересно.       — Кирилл, не нужно, прошу тебя. — Девушка мягко прикоснулась к его плечу. — Давай уйдём отсюда? — Подожди, — он коротко взглянул на неё, — я хочу услышать ответ.       — Да так. — Пчёлкин пожал плечами. — Просто решил твоей жене напомнить, как она когда-то кончала подо мной. Предложил даже повторить, думаю, ей с тобой такого испытать не удалось до сих пор. Жаль вот, отказалась. Видимо, жалеет тебя, бедолагу.       Алёна громко завизжала, прищурив глаза, когда кулак Кирилла со всей силы столкнулся с лицом Пчёлкина. Драка завязалась молниеносно. Она, перебарывая страх, быстро смекнула, что просто стоять и наблюдать за этим — идея не из лучших. Особенно, если учитывать факт того, что оба мужчины имеют при себе огнестрел. Исходом потасовки могут быть не только ссадины на лице, но и нечто более серьёзное.       Выскочив на улицу, Алёна явно напугала всех своим голосом, крикнув, что они сейчас убьют друг друга. Уже хорошо пьяные, Саша с Космосом сразу поняли, о ком речь. Строго приказав Кате, Оле и Томе сидеть в беседке, отправились на место разборок. Яхонтова тут же подскочила с места, наплевав на все запреты.       За это время Витя с Кириллом превратили лица друг друга чуть ли не в кровавое месиво. Каждый из них был уверен, что ещё секунда — и он потянется за пистолетом. Пожалуй, если бы не вовремя подоспевшие товарищи, так бы и случилось.       Разнять удалось не сразу. Золотарёву хотелось выплеснуть всю свою злость и ненависть, скопившуюся за годы к Пчёлкину, а слова последнего послужили своего рода толчком к этому. Витя отчего-то горько усмехнулся, сплёвывая кровавый сгусток на пол и глядя на то, как Алёна прижимается к Кириллу, изо всех сил стараясь сдерживать слёзы.       — Вы чё разбушевались? Совсем охерели уже?! — Саша, поручив Холмогорову найти аптечку, стоял между двух явных врагов. Белов оставался единственным, кто не знал обо всей ситуации между Пчёлой и Алёной, но догадаться, кто именно послужил причиной раздора, было нетрудно. — Устроили тут петушиные бои без правил!       Катя порывалась обработать кровавые раны на лице своего молодого человека, но тот лишь откинул от лица её ладонь, недовольно хмурясь от навязчивости. Ему сейчас лучше всего побыть одному, остудить голову и привести мысли в порядок.       — Вечер окончен. — Вздохнув, оповестил Саша только что подошедшим Оле и Томе. Последние две были напуганы не меньше Алёны и Кати. — Давайте расходиться, завтра со всем разберёмся.       Сон упорно не шёл. Алёна не знала, спал ли уже Кирилл, но дыхание было ровным, в темноте она видела, как размеренно вздымается его грудь. Удивительно, но почему-то сейчас она чувствовала себя виноватой: сама пообещала ему перед этим, что появление в их жизни Вити никак на браке не отразится. Не нужно было оставаться там с Пчёлкиным, пытаясь что-то выяснить. Возможно, уйди она сразу, драки удалось бы избежать. Убирая с лица мужа кровь, девушка пыталась завести разговор, но Кирилл, после долгого молчания, просто ответил, что на диалог он сейчас не настроен.       Встав с нагретой постели, Золотарёва решила выпить стакан прохладной воды, чтобы хоть как-то отрезвить голову. В доме стояла гробовая тишина — слышно было лишь ход настенных часов, показывающих пол третьего ночи, и мелкий дождь, барабанящий по подоконнику за окном.       Почти что залпом выпив жидкость, Алёна поставила стакан на полку и, развернувшись, чтобы вернуться в спальню, чуть ли не вскрикнула от неожиданности и испуга. В проходе стояла Катя, внимательно её разглядывая. Яхонтовой тоже заснуть всё никак не удавалось, сегодняшняя ситуация чуть подкосила девушку — в голове был ворох различных мыслей, не дававший отключиться.       — Привет, — первой произнесла Золотарёва полу-шепотом.       — Привет. — Без лишней эмоциональности, ответила блондинка. — Не спится?       — Пить захотела, — Алёна заламывала пальцы за спиной, надеясь не выдать своего волнения перед Катей.       Да и из-за чего ей переживать? Вот уж кому-кому, а ей она точно ничего плохого не сделала.       — Что между вами? — Неожиданно выпалила Яхонтова, продолжая сверлить взглядом. Она буквально сходила с ума — из Вити и слово вытянуть было невозможно, особенно после случившегося; от любых вопросов мужчина упорно отбивался. Но Катя ведь не глупая, она ещё на свадьбе поняла, что для него Золотарёвы — не просто старые знакомые, в особенности — Алёна, и сегодняшний вечер лишь послужил очередным тому подтверждением.       — Ты о чём?       — О вас с Витей.       — Между нами ничего нет.              — А мне так не кажется. Он мне рассказал, что вы были знакомы. — Катя подошла ближе, останавливаясь в паре шагов от Алёны. — Давно знаете друг друга?       — Если ты хочешь узнать что-то конкретное — спроси у него самого, хотя, вряд ли он захочет чем-то подобным делиться. А я на глупые вопросы отвечать не собираюсь, тем более ночью. Так что извини. — Золотарёва обошла её, намереваясь вернуться обратно в спальню и поскорей заснуть.       — Что бы между вами ни происходило когда-то, пообещай мне, — донёсся Алёне в спину голос Кати, — что ты не будешь у меня его забирать. Он мне очень дорог. Я люблю его.       Я люблю его.       — Можешь не беспокоиться. — Брюнетка обернулась. — У меня есть муж, которого я тоже люблю и Витя мне не нужен.       — Так ты обещаешь?       — Обещаю.       Слишком уж много обещаний одна дала за прошедшие сутки. Сможет ли сдержать все без исключений?