Ray and Kookie

      2025 год 13 марта. 04:45.       Мужчина смотрел на капли дождя, стекающие по стеклу, ведя машину по пустой дороге, что вела за границы Сеула. Он сказал родителям, что поехал искать новую семью. Он не соврал, но у него были и другие причины, чтобы уехать. Жалобы отца на последние новости стали просто невыносимыми, на его спине уже не было ни одного живого места от ударов хлыстом.       Они слишком много от него требуют!       Единственным способом избавиться от отцовского голоса было уехать из дома.       Покинув дом, он не переставая слушал радио. Абсолютно во всех новостях говорилось об убийствах. Засветился даже специальный отдел по расследованию жестоких серийных убийств — поднялся невообразимый шум о возвращении следователя, который ушёл в отставку два года назад.

      «…Спустя два года главный следователь отдела по особо тяжким — Чон Чонгук, вернулся в свою стихию. Нам удалось урвать несколько комментариев:

— Какова причина Вашего возвращения?

— Я хочу прекратить эту жестокость, что творилась безнаказанно на протяжении нескольких десятилетий… — из динамиков авто донёсся глубокий голос с лёгкой хрипотцой.

      — Вас заставил вернуться «Багул»?

— Отчасти.

— Почему Вы оставили свой пост на такое долгое время? Это из-за плена? Позволяет ли Ваше состояние работать над такими делами?

— Больше никаких комментариев!»

      — Тварь, — прорычал мужчина, давя на газ.       То, что этот следователь вернулся в Корею — напрягает. Радует, что следователь — несостоявшаяся жертва…       Но, раз он берётся за расследование — дело будет сложнее. Ведь Багул хорошо изучил его биографию, знает, что тот «вгрызается в глотку и вырывает только вместе с трахеей».       И всё-таки, мужчина хорошо себя чувствовал. Он был доволен новой украденной машиной.              Форд был более классическим, нежели старая Субару, на которой он ездил раньше. В поисках новой семьи он никогда не использовал собственную машину. Он был слишком умён, чтобы рисковать тем, что кто-то может выйти на него через автомобиль. Тем более что красть машины здесь труда не составляло. Люди часто оставляли ключи прямо в машине — в бардачке, под сидением или в любом другом очевидном месте. И, несмотря на дождь, Багул надеялся, что найдёт нужную семью.       В миг он увидел на обочине дорогой седан. Сквозь дождь были видны его включённые аварийные огни. Номера у автомобиля иностранные. Когда он, сбросив скорость, проезжал мимо машины, из окна на него глянул мужчина.       «Мне и впрямь начало везти!» — подумал он, когда на пассажирском сидении заметил женщину, а на заднем сидении двух мальчиков. Долгие размышления были ни к чему — это семья.       Багул остановился перед машиной. Было слишком ветрено для зонта, так что он накинул на голову капюшон и вылез. Когда он подошёл к той машине, мужчина опустил стекло:       — Как Вы можете так опаздывать? — раздражённо бросил отец семейства. — Я уже двадцать минут как вызвал помощь. Я полагал, Вы будете более расторопными, я же сказал, что со мной дети!       Мужчина слегка поклонился ему.       — Примите мои извинения, — сказал он. — Сегодня у нас много работы.       — Где грузовик?       — Скоро будет, простите, — ответил он. — Я могу увезти вас, куда скажете, на своей машине.       — Ладно, — недовольно проворчал мужчина. По его лицу было видно, как он всё обдумывает. Но, глянув на уставших детей в зеркало заднего вида — вздохнул. — Мы точно не собираемся продолжать здесь сидеть.       — Конечно, вы не должны. Поэтому я и здесь, вам всем нужен отдых.       — Если повредите мою машину, я подам на Вас в суд, — сказал он.       — Конечно, господин. Наши люди обо всём позаботятся.       Мужчина первым вылез из седана, накинув на голову капюшон пальто. Следом за ним подтянулась женщина, укутавшись в куртку. Мужчина подошёл к пассажирской двери и взял на руки младшего ребёнка. Старший сам вылез, но тут же вцепился в руку матери, сурово смотря на Багула исподлобья.       — А сколько лет вашим детям? — поинтересовался он.       — Младшему шесть, а старшему девять, — холодно ответил мужчина.       «Идеально», — ухмыльнулся Багул и бросил ехидный взгляд на младшего ребёнка, что посапывал на руках матери.       — Вам придётся ответить за такое низкое качество обслуживания, — женщина фыркнула.       — Кто-нибудь точно ответит, — ответил Багул. — Всё будет хорошо, — сказал он ей.       Когда женщина с детьми села в авто Багула, он достал из кармана баллончик и совсем тихо подобрался к мужчине. В момент, когда тот свалился с ног — Багул увидел, в какой панике женщина пыталась выбраться из автомобиля, но попытки были тщетны. Они сами попались на уловку. Сами подписали себе приговор, заговорив с вавилонским демоном.       — Моя фортуна сегодня на высоте, — ухмыльнулся Багул и широким шагом направился к машине.       Лофт. 14 марта. 06:23.       Чонгук морщится, когда на левой щеке, шраме, где кожа слишком чувствительная, ощущаются холодные шершавые пальцы, что поглаживают нежно-нежно, практически невесомо.       Мужчина с лёгким раздражением приоткрывает глаза и сразу натыкается на янтарные, что смотрят с нежностью и долей волнения.       — Привет, — шепчет мужчина и подаётся в сторону руки, что накрывает его слабое место.       — Привет, — бархатно шепчут в ответ. — Я привёз пасту от Джин-хёна.       — Мгм, — мычит Чон и аккуратно приподнимается, старается выпутать свою руку из хватки девушки медленно, так, чтобы не потревожить её сон.       Когда Чонгук поднимается с постели — накрывает Юну одеялом, не забыв оставить родительский поцелуй на волосах, что так приятно пахнут лавандой.       — Не расскажешь? — спрашивает Ким, приобнимая Чона за талию, когда они вяло плетутся на кухню.       — Сначала мне нужно проснуться, — сонным голосом басит Чонгук и утыкается носом во влажные после душа волосы парня. — Мм, обожаю твой запах…       — Ха, — улыбается широко. — Что ещё любишь?       — Всего тебя, — целует в щёку и отпускает своего Лучика, садится за стол бросая взгляд на контейнеры, а что самое главное и нужное — кофе. — Когда приехал?       — Час назад, — Тэхён садится напротив мужчины и сразу берёт палочки, закидывая кусок помидора в рот. — Сначала смыл с себя вчерашний день, а потом приготовил нам кофе, — берёт чашку с тем самым кофе и делает глоток, прикрывая глаза от наслаждения. — Так, — поднимает глаза. — Я слушаю…       — Ха-а, — вздыхает Чонгук и ладонью зачесывает волосы назад. — С Чимином проблема, но это больше… Ох, чёрт, — бросает тяжелую голову на руку, уперевшись в стол. — Юна прошла осмотр у женского доктора и результаты не очень…       — Она, кхм… Не может…       — Да, а теперь вспомни, как Чимин хочет детей, — устало вздыхает.       — Понятно, — с уст Тэхёна слетает измученный выдох. — Что мы будем делать? — задаёт волнующий вопрос и смачно причмокивает от уровня вкусноты пасты.       — Сначала с Чимином поговорю, — кивает себе Чонгук и подбородок большим пальцем чешет.       — А поподробней? — зыркает с опасностью в глазах.       — Ха-а, не буду я его трогать, просто нужно вправить немного мозги, хотя… И его могу понять, — вздыхает. — Но то, что Юна из-за него страдает, явно ожесточает наш разговор. И, — прикрывает глаза, собираясь с мыслями. — Нужно, чтобы ты поговорил с ней… Как психолог…       Тэхён застывает с палочками возле рта и резко поднимает глаза.       — Не понял, — бормочет.       — Я пришёл домой и застал её с порезанным бедром, окровавленным лезвием и на грани истерики! — повышает тон от той злости и волнения, что пережил вчера. Он всё ещё не отошёл…       Выпить так и не удалось.       — Селфхарм? — скорее констатирует факт. — Ладно, я займусь этим, и…       — Телефон, — кивает в сторону гаджета, что начал вибрировать.       — А вот и пропажа, — усмехается Ким и снимает вызов, включая камеру.       — Я скуча-аю по вам! — орёт в динамик Вонгиль, а Чон закатывает глаза.       Этот парень — что-то с чем-то. Ходячий позитив, но хороший человек, которому правда можно доверять.       — А мы нет, — фыркает Тэхен. — Я всё ещё зол.       — Не обращай внимания, Вонгиль, он скучает, — палит контору Чонгук, кидая довольный взгляд на Тэхёна, что недовольно пожирает его глазами.       — Правда?       — Ага, — Чонгук уворачивается от салфетки.       — Ладно, ладно, я скучаю, — сдаётся Ким. — Ты как там?       — Завтра будет новое слушание твоих, — Вонгиль мигом переключается в режим адвоката. — Не волнуйся, я всё улажу.       — Уверен, что хочешь влезать в это? Пусть это и на один раз, но… Это преступный мир.       Тэхён правда не хотел ввязывать в это друга, но ситуация вынудила. А лучшего адвоката, чем Вонгиль, в Чикаго не отыскать. Да и, тот сам согласился… Но даже не подозревает, в какое болото добровольно лезет.       — Тэ, ты мой друг, мне пофиг, чем ты занимаешься и в каком мире обитаешь. Если тебе нужна помощь — я не останусь в стороне.       — Ох, ладно. Но если тебе будет нужна помощь, знай, что сможешь обратиться ко мне, — журит пальцем.       — Знаю, — улыбается Вонглиль. — Как вы?       — Нормально, не хорошо, конечно, но жить можно…       — Я отойду, — шепчет Чонгук, показывая экран смартфона, где высветился контакт — «Чимин».       Тэхён хмурит брови, но кивает, давая добро. Радует, что это разговор по телефону, плюс, он сможет спасти Чимина, просто отобрав смартфон у старшего.       — Нам нужно поговорить, — зло говорит Чонгук, без приветствия.       — Я знаю, — тяжелый вздох, что наполнен усталостью заполняет динамик телефона. — Но сейчас есть дела поважнее…       — Тэхён, — Чонгук подходит к парню сзади, кивая в знак приветствия Вонгилю.       — Мм? — поворачивает голову к мужчине.       — Багул объявился.       — Чёрт!       07:59.       — Как прошёл разговор? — Тэхён бросает взгляд на профиль Чона, что сосредоточенно ведёт машину.       — Мы не успели поговорить, — монотонно отвечает старший. — Но ему не убежать от этого.       — Гук, ты же знаешь, что его поведение — обычная защитная реакция, эта новость и его с ног сбила, — Тэхён корпусом поворачивается к мужчине и кладёт ладонь на бедро, водит по черной ткани карго, успокаивая. — Я знаю, что Юна и её здоровье тебе важнее, но они пара. Такому место быть в их отношениях…       — Но она вредила себе! — рявкает Чонгук, сразу поджимая губы. — Прости.       — А ты не думал, что это не единственная причина такому состоянию? — начинает издалека, потому что ещё пару дней назад Чимин обращался к нему с этим вопросом.       — К чему ты клонишь? — останавливается на светофоре и переводит хмурый взгляд.       — Сам подумай, долго гадать не нужно.       — Я?       — Ссора с тобой стала толчком к такому, а отъезд усугубил.       — Ты уже знал об этом?       — Почти, но у меня не было возможности с ней поговорить, — опускает глаза. — Я написал Чимину о том, что случилось. После всего, пусть он приедет к нам и заберет её. Им нужно поговорить, а потом делай с ним, что хочешь, — откидывается на сидение. — Договорились? — кидает взгляд на слишком угрюмого Чона, что бросает взгляды в боковое зеркало. — Гук?       — За нами хвост, — зло говорит мужчина и прибавляет газу.       — Уверен? — Тэхён оборачивается назад и замечает чёрный тонированный BMW через машину позади них.       — Не хочу оказаться правым, но сейчас проверим. Держись, — мужчина резко сворачивает на заправку, но не останавливается, проезжает мимо стойки и сворачивает обратно на дорогу.       BMW следует за ними.       — Блять! — выругивается и бьёт по газам, сжимая руль двумя руками.       — Как думаешь, кто это?       — Это может быть любой из моих врагов. Все давно в курсе, что я вернулся. А могут быть и подстилки мэра.       — Ты в курсе?! — Тэхён резко разворачивается к мужчине.       — А ты думал, я правда ушёл от дел Стаи? — усмехается, идёт на обгон. — Нет. Это и моя семья, о которой я должен заботиться. Плюс, спасибо твоим урокам.       — Я уже второй раз сожалею, что научил хакерству, но… ты знаешь всю историю с мэром?       — Нет, я знаю, что там есть что-то глубже, связанное с Нам-хёном и Джин-хёном, но я подожду. Подожду, когда они мне всё сами расскажут.       — И ты не злишься?       — А почему должен? — пожимает плечами. — Мы не в тех отношениях.       — Ладно, — уныло отвечает. — Что мы будем делать? — Ким снова оборачивается. Джип набирает скорости и пристраивается сзади.       — Звони Намджуну, без его помощи мы не справимся, — Чон не хочет этого признавать, но это правда. Он не в том положении. Будь он один — окей, можно пойти во все тяжкие. Нет, с ним Тэхён, и старший не знает, сколько людей в машине и чем они вооружены.       А Тэхён даже в такой стрессовой ситуации улыбается, потому что это шаг на сближение короля и принца.       Центральный парк Сеула. 09:11.       — Почему опоздали? — Юнги заботливо приподнял ленту для Чона и Кима.       — От хвоста избавлялись, — отрезает мужчина и вырывается вперёд, туда, где уже работает команда во главе с Хосоком.       — Чего?! — Мин нагоняет Чонгука.       — А ты думал, моё возвращение так легко пройдёт? — бросает взгляд на патологоанатома. — Не забывай, что я всё ещё считаюсь Доберманом, пусть и не убиваю сейчас, — делает акцент на последнем слове, потому что, если эти нападки продолжатся и будут страдать близкие — начнётся кровавый период. — Вспомни, сколько людей полегло от моей руки.       — Понял, не рычи, — ворчит Юнги и уже жалеет, что начал этот разговор.       — Рассказывай, — мужчина надевает перчатки, переводит взгляд на лавочку, возле которой лежит два трупа; женщина и мужчина — семейная пара.       — Чимин занимается поиском информации об именах, скорее всего, это были туристы, — Юнги подводит их к трупам родителей. — Всё как в прошлый раз: та же одежда, сидели в обнимку, — перечисляет Мин. — В руке матери был цветок хризантемы, — вздыхает тяжко. — Как видишь, кустов этого цветка тут много, поэтому мы всё ещё ищем младшего ребенка.       — Причина смерти?       — На первый взгляд — удушение. Но в участке я проведу более детальный осмотр. У меня есть сомнения, — доложил Юнги.       — Хорошо, — кивнул Чонгук и присел на корточки возле женщины. — Как думаешь, когда они умерли? — припускает воротник на шее жертвы, осматривает следы от верёвки.       — Пока что не могу сказать точно, но, думаю, так же как и с другими — несколько часов…       — Нашли!       Мужчины повернулись на голос Хосока, который упал на колени возле небольшой ямы, а спустя всего секунду на его руках оказался небольшой свёрток.       — Господи, — помощник Юнги схватился за живот и убежал к ближайшему кусту цветов.       — Что там? — Тэхён первым подошёл к Хосоку.       Чон старший с сожалением помотал головой и аккуратно положил развёрнутый свёрток на чёрный мешок.       — Ублюдок, — прошипел Тэхён.       Когда Чонгук подошёл поближе — его тело пробило мурашками. На ребёнке живого места не было. Всё его тело, включая лицо, покрыто порезами, они точно не несли смертельной опасности, больше боль.       Изуродованный труп мальчика в лучах солнца казался розовым. Солнце только что выглянуло из-за туч, и небольшое озеро, рядом с которым положили труп, отражал его прекрасное золотое сияние.       «Однажды придёт день, когда я снова смогу наслаждаться рассветом», — подумал Чонгук.       Но когда он придёт — он не имел ни малейшего понятия. А пока небо затягивалось облаками, и Чон уже слышал вдалеке раскаты грома. Скоро начнётся дождь. А он не спал практически всю ночь и ужасно устал. Если он не ляжет спать в скором времени, он может наделать ошибок.       «Он убил не по плану», — снова подумал он.       Но что изменилось? Что заставило убить раньше срока?       Тут его как молнией ударило предчувствие, он распахнул глаза. Чонгук посмотрел на изуродованное тело.       — Я кое-что понял, Тэхён, — сказал он не дыша.       — Что ты понял?       — Он разозлился, потому что…       — Это был приказ? — закончил за него Ким.       — Вы о чём? — Хосок шатаясь поднялся на ноги.       — Ему кто-то приказывает, раньше он убивал с разницей в полгода. Сколько времени прошло с прошлого убийства? — Чонгук посмотрел на Чимина, что подошёл к ним.       — Меньше четырёх месяцев, — доложил парень.       — Это были приказы. Данное убийство похоже на гнев, словно он делает это не из собственного побуждения. Будто ему сказали убить раньше. Тут видна незавершённость, в особенности, убийство младшего ребенка. Он…       — Гос… Гос… Господин Чон! — завизжал помощник на весь парк.       — Что?!       — Тут это, — помощник спотыкаясь отошёл в сторону.       Когда огромный куст лилий показался на глаза Чону, тот на секунду впал в ступор от того, что сердце пробило непонятным чувством тоски, но стоило глазам опуститься вниз — мужчина замер.       На него смотрели зелёные напуганные глаза.       — Чёрт, — Чонгук изо всех ног бросился к ребёнку, но не успел, малыш увидел своего младшего брата.       — Damon… — прошептал мальчик, а потом его глаза закрылись, но он не успел упасть, его подхватили крепкие руки и прижали к груди, а сверху накинули нагретую телом ткань чёрной ветровки.       10:12.       — Это их старший сын — Ричард Колтон, — сказал Юнги, когда Чонгук садился в чёрный джип. — Мы осмотрели его, с ним всё в порядке, в физическом плане, а вот в психологическом...       — Я разберусь, но не тут, — Тэхён положил свою руку на плечо патологоанатома. — Мы уезжаем в участок, а вы сворачивайтесь.       — Понял, босс.       — Будьте осторожны, — напоследок сказал Чон, когда Юнги закрыл дверь внедорожника.       — Ты правда думаешь, что Багул следует приказам? — спросил Тэхён и вырулил на дорогу.       — Я уверен в этом. Чувствую его злость из-за того, что всё пошло не по его плану, но и ослушаться он не может, — задумчиво сказал мужчина.       — Что с мальчиком? — парень бросил грустный взгляд на ребёнка.       — Нужно, чтобы ты поговорил с ним, а потом его заберёт служба, — мужчина накрыл голову мальчика пледом. — Он наш единственный свидетель.       — Мне кажется, из этого ничего не выйдет, — замотал головой Ким.       — Ты о чём?       — В участке поговорим, а пока поспи немного, — парень погладил мужчину по бедру. — Выглядишь уставшим.              — Мгм, — легко согласился Чонгук и прикрыл глаза, прижав мальчика к своей груди.       Центральный полицейский участок Сеула. 17:45.       — Где Чимин? — спрашивает Юнги, когда заходит в наблюдательную.       — Поехал забирать Юну из лофта, — пусто отвечает Чон.       Его взгляд прикован к огромному окну, что выходит в комнату для допросов, в которой Тэхён разговаривал с Ричардом.       — Сколько он уже с ним? — Мин присаживается в кресло, тяжело вздыхая.       — Полтора часа.       — Изменения есть?       — Ничего, — вздыхает Чонгук и опирается бедром о стол, поворачиваясь к патологоанатому. — Такое уже было?       — Да, всего раз, — кивает Юнги. — В 2021 году. Семья Пак. Старшего сына нашли в канаве, недалеко от родителей, он был в отключке из-за снотворного.       — Что произошло с ним?       — Он попал в больницу для душевнобольных, — Тэхён вошел в небольшую комнатку, тихо закрыв за собой дверь.       — Ну как? — Чон поднимает взгляд на младшего.       — Чист. Чист как белый лист, — парень заправляет выпавшие пряди за ухо. — Он ничего не помнит. Не говорит. Мальчик тупо сломан.       — Понятно, — мужчина выпрямляется. — Пошли в кабинет, нам нужно обсудить это убийство.       — А как же Ричард? — Тэхён смотрит на мальчика, что сидел за столом и смотрел в пустоту.       Это страшно, когда вчерашний ребёнок, который радовался путешествию в другую страну, стал призраком без эмоций и чувств.       — Через два часа за ним приедет агент, больше мы ничем не можем ему помочь.       — Ладно, — понуро ответил парень. — Знаешь, — Тэхён поймал мужчину за руку, когда тот хотел выйти вслед за Юнги.       — Мм? — Чонгук остановился и повернулся лицом к парню.       — История Ричарда натолкнула меня на одну мысль о твоём прошлом.       — Подробней?       — Что если, ты тоже стал свидетелем чего-то такого? — задумчиво тянет Тэхён. — Вдруг ты так же, как и Ричард, видел убийство своих родителей? Тогда это объясняет твои изменения в памяти.       — Хм, возможно… Как думаешь, эти воспоминания можно вернуть?       — Не уверен.       — Ладно, — подходит к парню, обнимая за плечи. — Пошли.       18:30.       Хосок кивнул остальным и устало плюхнулся на кресло возле доски с данными.       — И так, что у вас? — Чонгук наклонился вперёд и сложил руки в замок на столе, выжидая.       — Мари Колтон и Дейв Колтон — родители, — Юнги повесил фотографию, сделанную Чимином, на доску. — Женщине 45, мужчине — 49. Старший сын Ричард Колтон — девять лет, — возле фотографии родителей Мин повесил фото детей, которую сделали, скорее всего, на отдыхе. — Младший — Дэймон Колтон — шесть, — указывает ручкой на жертву, что обнимал старшего брата.       — Какая национальность?       — Британцы, — ответил Хосок. — Ему всё равно на национальность, если ты об этом подумал. У него были и другие.       — Понял, — кивнул. — Дальше.       — Вот тут я соглашусь с тем, что он был зол, — Юнги указал на Чона ручкой. — Он сорвался, причём на всех.       — Что ты имеешь в виду? — Чонгук нахмурился.       — Родители умерли не от удушения. Следы от верёвки посмертные, — Мин повесил другие фото, сделанные непосредственно после вскрытия. — Мать умерла от сердечного приступа, а отец умер от внутреннего кровотечения в последствии избиения, — он вывесил фото тела мужчины.       На теле Дейва Колтона были множественные побои, синяки размером с футбольный мяч. Мин прав — на мужчине согнали злость.       — Но всё равно — родителям повезло.       — Что с младшим?       — Смертельным было внутреннее обезглавливание, но он бы так и так умер от потери крови. Я насчитал двадцать пять колотых ран и тридцать один порез на его теле, — дрогнувшим голосом сказал Юнги. — Он резал его тело словно бумагу. Порезы были первыми, затем колотые, а потом обезглавливание с перерезанием горла. Честно? Я не знаю, как он дожил до последнего.       — Может, что-то колол?       — Я отправил кровь на проверку. У меня всё, — сказал Юнги и молча сел в кресло, утонув в своих мыслях. Сегодня он точно не уснёт, не после такого убийства.       — Ладно, — спустя долгую паузу подытожил Чонгук. — Думаю, на сегодня мы закончим на этом. Нам всем нужен отдых.       — Мне нужно набухаться, — резко сказал Юнги и, не удостоив никого прощанием, вылетел из кабинета.       — Я буду с ним, — Хосок вяло поднялся на ноги. — А вы поезжайте домой. Вы безвылазно сидели тут несколько дней подряд.       — Хорошо.       — Чонгук!       Мужчина услышал знакомый голос, поэтому поднялся на ноги и вышел из кабинета.       — Господин Ли? — Чон удивлённо посмотрел на детектива.       — Давно не виделись, — улыбнулся Донук.       — Давно, — согласился Чон и пожал руку мужчине.       — Я не буду тебя задерживать и перейду сразу к делу. Как ты и просил, я нашёл следователя, который занимался расследованием Багула, вот дело на него, — он протянул ему папку. — Сан Шиху, завтра он должен приехать сюда.       — Спасибо, господин Ли.       — Чонгук, для тебя всё что угодно, и даже незаконное, — улыбнулся мужчина и, кивнув им на прощение, ушёл.       — Домой? — спросил Тэхён.       — Домой, — кивнул Чонгук и бросил папку на стол Тэхёна.       Они слишком устали. Им нужен отдых. Им нужно спустить пар.       23:45.       Тэхён шипит от боли, когда спиной врезается в стенку лифта. Чонгук вжимает его своим телом в холодную стену лифта, наощупь нажимая на кнопку двадцать третьего этажа. Мужчина целует напористо, сразу проникая языком, сжимает бёдра так, что останутся следы, но Киму это нравится. Ему нравится носить отметины Чона на своём теле.       Мужчина подаётся бёдрами вперёд, и Ким чувствует, насколько старший заведён.       — Сегодня был чертовский тяжёлый день, — басит мужчина, спускаясь к шее психолога.       — Соглашусь…мм, — мычит парень, когда боль от укуса на шее заставляет сжать пальцы на плечах старшего.       — Нам нужно спустить пар.       — Определённо. Мы зайдём дальше?       — Больше, чем ты думаешь, — ухмыляется мужчина, снова впиваясь в губы.       — Чонгук! — парень отталкивает от себя старшего, когда лифт останавливается на девятнадцатом этаже.       — Сука! — шёпотом ворчит Чон и встаёт возле парня.       В лифт заходит парочка в годах, мило улыбается Чону, тот уважительно кивает, проклиная день, когда передумал сделать персональный лифт.       Тэхён смотрит на профиль старшего; поджатые губы, острые скулы, сощуренные глаза — злится. Парень слегка поднимается на носки и придвигается к уху мужчины.       — Он продолжает стоять? — низким бархатным голосом шепчет, а Чонгук вспыхивает ещё больше.       — Хочешь проверить? — его губ касается оскал. Это сулит ничего хорошего для Кима.       Парень вздрагивает всем телом, когда его пах накрывает ладонь мужчины, поглаживая. Он пожалел о том, что надел джинсы, потому что ощущения притуплены, но и этого хватает, чтобы он откинул голову назад, ударяясь затылком.       — Блять, — шипит.       Клуб «Wild flower» 23:56.       — Ты как? — Хосок достаёт из бара ещё одну бутылку виски.       — Хос, — Юнги поднимает пугающе пустые глаза. — Ему всего шесть. Шесть, блять! — стакан летит в стену, а Чон только качает головой.       Чонгук простит. Всё равно не пользуется этим кабинетом.       — Юнги, — мужчина садится возле Мина и ставит бутылку перед ним на стол.       — И даже стакан не дашь? — хрипло усмехается, но бутылку открывает и сразу делает несколько больших глотков прямо из горла.       — Смысл? — откидывается на спинку. — Всё равно наши посиделки не закончатся одной бутылкой.       — Тебя Сохи ждёт, — отдаёт бутылку Чону.       — Она знает, что случилось, тем более, Тэхён попросил её взломать кое-что, так что мой «хакер в юбке» засел у себя в студии, — пожимает плечами и делает глоток поморщившись.       — Прости, — голос Мина поломанный, точно такой же, как и сердце. — Я доставляю проблемы…       Хосок отчётливо слышит дрожь и совсем тихие всхлипы.       Говорят, мужчины не плачут? Плачут, ещё как! Особенно после того, как видели изуродованное тело шестилетнего ребёнка.       — Я с тобой, брат, — Хосок кладёт свою ладонь на дрожащее плечо Мина и слегка поглаживает. — Я с тобой, — тише говорит он, а всхлипы Юнги становятся только громче.       Лофт. 23:58.       Тэхён ногой захлопывает дверь и толкает старшего в гостиную. Глаза парня пугают Чона, он никогда не видел в этих янтарных глазах такого желания. Такое пугающее, от этого мурашки сковывали тело, но волна возбуждения заставляла ноги подгибаться.       Ким на ходу сбрасывал с себя одежду, заставляя мужчину судорожно хватать воздух ртом. Когда на Тэхёне остались только чёрные джинсы — Чонгук замер, уперевшись ногами о диван в гостиной. Мужчина даже насладиться этим видом не успел, его сразу повалили спиной на тот самый кожаный диван.       Тэхён, словно изголодавшийся зверь, разрывал на старшем одежду, не забывая покрывать оголявшиеся участки нежными поцелуями, что граничили с его напористостью.       — Тэхён, — зовёт мужчина. — Тэ, стой, — отодвигает младшего от себя.       — Что такое? — хрипит Тэхён.       — Перед этим… нам нужно серьёзно поговорить, я уже не могу молчать, — слова теряются за частыми вздохами и волнением, что несвойственно мужчине.       — Ты меня пугаешь, — хмурит брови парень и наклоняется к лицу Чона, нежно целуя в левую щёку. — Я слушаю.       — Я хочу тебя, но, — отводит взгляд от пронзительных янтарных глаз. — Не так, как это было раньше.       — А как? Что ты хочешь попробовать?       — Ну, — прикрывает глаза и делает глубокий вдох, перед тем как быстро выпалить. — Я хочу сменить роли. Хочу попробовать на себе позицию пассива.       — Чего?!       Когда парень полностью переварил слова старшего, руки его подвели, от чего он свалился прямиком на пол.       — Тэхён! — заходится в смехе мужчина, а младший лежит на спине, осознавая, что этот день и ночь — самые сложные и лучшие в его жизни.

Ночь лишь наступила.