Кривые строчки на полях блокнота (я тебя люблю)

— Привет, Веснушка, это Кир. — Я знаю, мы уже разговаривали вчера и позавчера. — Встретимся? — Нет. Я занят. — Опять? — досадливо произносит Кирилл. — У людей бывают личные дела. Знаешь? — Можно я тебе ещё раз сегодня напишу или позвоню? — Как хочешь. С наступлением сумерек Кирилл снова набирает номер Славы. Почему-то ему невыносимо сильно хочется узнать этого человека поближе. И не просто через соцсети или информацию в гугле, а чтобы Слава сам рассказал о себе. — Привет, Веснуха! Как ты? — Мои имя Слава, дубина. — Ты тоже можешь придумать мне кличку. Как насчёт Аполлон? Я красив, как Аполлон, и мягок, словно синтепон! — Ты ненормальный? — Если только совсем чуть-чуть. Кирилл слышит тихий, еле различимый смешок. И странное чувство счастья чуть не разрывает грудную клетку. — Могу я поинтересоваться у тебя кое о чём личном? — Конечно. — Вы с Мариной вместе? — С чего ты взял? — Она держала тебя за руку. — Мы просто хорошие друзья. Так бывает, Слав. Они иногда держатся за руки и даже обнимаются. Кирилл осознаёт, что давно нравится Марине. Однако, старайся не старайся, а ответить взаимностью никак не может. Он пытается. Правда пытается. Но проведённая черта возвышается, как десятиэтажный кирпичный забор. И почему-то, когда он думает о Славе, забор покрывается трещинами, а когда о Марине, то добавляется ещё пара кирпичей. — И всё? — И всё. А почему ты спрашиваешь? — Просто так. — Никто не задаёт такие вопросы просто так. — А я задаю. — Хорошо, допустим, тебе можно. Давай ещё. Мне нравится, что ты интересуешься. На короткое мгновение образуется тишина. Кирилл отводит трубку от уха в сторону, боясь что связь нестабильна, но вскоре снова звучит мягкий голос Славы. — Ты когда-нибудь думал о своём месте в этом мире? — Э-м, — протягивает Кирилл. — Не хочешь, не отвечай. — Слав, мне восемнадцать. Я вообще ни о чём не думаю. А ты? — А я постоянно.