Реальная сказка — 2

      Время стремительно бежало вперёд. Как только магические кольца покинули Средиземье, наступила Четвертая Эпоха — эпоха человека, сулившая собой время процветания.       Мы-то знаем, чего могут добиться люди, только вот какой ценой. И насколько скоро человек от колеса доберётся до двигателя внутреннего сгорания.       Люди становились основной расой во всех королевствах. Теперь уже потомки Арагорна восседали на троне Гондора. После его смерти Арвен попрощалась с детьми и ушла в почти опустевшие леса Лориэна. Через год, когда начался листопад маллорнов, её душа покинула Эа. Кира и Келеборн всё это время находились рядом. Похоронили её на заросшем эланором кургане Амрота, последнего короля Лориэна, где сто двадцать лет назад обручились два любящих сердца: Арагорн и Арвен.       — С каждым годом на душе становится всё тяжелее и тяжелее, будто прожил десять тысяч лет. Вот и Арвен покинула нас. Её душа сейчас в Мандосе. Она была прекрасным ребёнком, часто гостила и не забывала нас. А как она играла на лютне и какие сочиняла мелодии! Когда она призналась нам с Галадриэль, что полюбила человека, я понял: это замысел Валар. Только её любовь могла изменить Арагорна и наставить бродяжника на истинный путь, и он стал тем, кем стал. — Келеборн устало опустил руки и взглянул на маленькие белые цветы, что так густо росли на могиле внучки.       Кира прижалась к отцу: — Прости, что не смогла стать вам достойной дочерью.       — Это ты нас прости, что не уберегли. Мы любим тебя! — Он глубоко вздохнул. — Весна несла молодость, а сейчас в души эльфов вошла осень.       — Осень! Это не конец жизни. Может, тебе пожить в Ривенделле с внуками? За меня не беспокойся, я не одна. С уходом мамы магия покинула эти края. Источник иссяк. Со временем маллорны изменятся и потеряют свой прежний вид. Грядёт время перемен. Папа! — голос дрогнул. — Я не перенесу, если с тобой что-то случится. Прошу, пока не поздно — уплывай в Валинор. Я уговаривала её уйти на запад, но ты же знаешь свою внучку. Выбор смертной не отпустил бы её. — Кира закрыла глаза и вспомнила, как Арвен на её руках таяла, словно свеча. Боль и смертная тоска сжимали сердце. Да, эльфы не болеют, но и они не вечны.       Вечность. Знать бы, что это. Нет у неё границ, и не посчитать её временем. Может, правильно, что мы не готовы к вечности.       — Она вся в Келебриан. Вы так похожи, но вы такие разные, — владыка Лориэна скупо улыбнулся и приобнял дочь за плечо. — Как я могу покинуть родной край.       «Это не мы разные, это обстоятельства сделали нас такими», — подумала, но вслух не сказала. — Капитан последним покидает тонущее судно. Посмотри вокруг: уже никого не осталось. — На слова Киры он тяжело вздохнул. Она коснулась его холодной кисти и согрела ладонями. — Переезжай к нам, Трандуил будет рад, и мне будет спокойнее.       — Ты стала совсем взрослой, — он нежно коснулся овала её лица. — Твоя мать живёт надеждой о нашей встрече! — В голубых глазах мужчины появилась тоска, которая прожигала душу. — Кирдан ожидает каждого эльфа в Серой гавани, но боюсь, что это будет последний корабль в Валинор.       — Это так! И обратного пути не будет, Валар опустят завесу. Они закроются от всего мира. Как это по-божески. — Она замолчала и опустила глаза. — Раз ты заговорил о Кирдане, как так вышло, что у него растёт борода, неужели со временем он превратился в человека? Я не видела ни одного бородатого эльфа. — Кира представила таким Трандуила, и уголки губ слегка приподнялись.       Келеборн улыбнулся наивности дочери: — Он самый древний и мудрый из нас и достиг третьего цикла жизни. Таких, как он, не осталось в Средиземье.       — Третий и последний?! Всё-таки у эльфов есть своё время пребывания, — произнесла вслух умозаключения. — Значит, и мы, если не умрём от каких-либо факторов, то уйдём, как смертные.       — Он — один из тех, кто пробудился, а не родился. Ведь Эру создал «нерождённых» из плоти Арды. До самого пробуждения они спали в земле, пока их тела росли. И каждый из них лежал рядом со своей парой.       — Как удобно, искать не надо, — хмыкнула замыслу Илуватара. — Выходит, с самого начала были запланированы три цикла, а потом — смерть или прах к праху.       — Выходит, что так! Валар пытались создать в Средиземье бессмертные земли, но… Но вмешалась иная сила.       — Тьма.       — И они вынуждены были уйти и там, за морем, создали их для нас. Они ждали нашего пробуждения, но и Моргот ждал.       Кире очень хотелось рассказать, что Эру и Мелькор — это один творец с раздвоением. — Нам не познать добра без зла, — произнесла она. — И кто окажется злом, нам предстоит понять.       — Не думой о зле…       — Оно само придёт, — продолжила она. — Тебе не кажется, что всё в мире намеренно. Я хотела бы, чтобы ты кое-что забрал с собой.       Владыка Лориэна приподнял брови: — И что это?       Кира сняла с коня походную сумку и вытащила ларец: — Это принадлежало Феанору. Пусть его дар вернётся туда, где был создан.       Келеборн открыл крышку и увидел чёрную сферу: — Это же палантир. Откуда он у тебя?       — Давняя история. Забери его. Время эльфов закончилось. Люди создадут свои аппараты, и, поверь мне, не хуже, чем этот. Они изменят мир до неузнаваемости. Когда-нибудь в небе будут летать железные птицы, а по дорогам ездить, подобно змеям, — поезда. У каждого будет свой палантир, удобнее и легче. Совсем скоро придёт время технологий. Я это всё уже видела. Время Мелькора. Всё то, что он пытался развить в орках, он воплотит в человеке. И никакой магии, и никаких волшебников.       — Моргот?!       — Именно! Пришло его время. Валар сами отказались от Средиземья. А эльфы — они поддержали бегством. Только не говори об увядании. Насколько у людей короче век — и ничего, живут и развиваются. Нет, орков не будет, люди не потерпят такого соседства.       — Может, и вы со мной? Как же Галадриэль обрадуется.       — Мы останемся! Нельзя всем эльфам покидать Эа. Я обещала Йаванне присмотреть за её творениями.       Эльф понимающе кивнул: — Ты вновь едешь к полуросликам.       — Не могу пропустить день рождения Бильбо и Фродо. Хоббиты пока ещё помнят своих героев. — Кира слегка улыбнулась, вспоминая, как хоббитята весело встречают её возгласами: «Волшебница Кирибриан приехала!», а она дарит им представление, как делал это Гэндальф.       — Навещу могилы Бильбо и Сэма. Они прожили долгую, интересную и счастливую жизнь. Сэм семь раз по семь лет избирался мэром Шира. Ты бы видел, каким он был важным. Дети у него давно выросли и завели семьи. Пиппин и Мэри так и не женились, детей не нажили и умерли в один день. Я такой дружбы и преданности не встречала. Война кольца сильно повлияла на многих, не хочу вспоминать, но и забыть не могу, — Кира тяжело вздохнула. — Если бы Саурон только знал, что этим он разрушит и себя, и других… А может, этому было суждено сбыться. Всё по сценарию.       — Всё может быть. Пойдём, я заварю тебе чай…       Совсем скоро Келеборн переберётся с оставшимися эльфами в Ривенделл, там проживёт какое-то время. Но тоска по жене заставит покинуть Средиземье и пуститься в путь в Валинор вместе со внуками. Кира тяжело будет переживать разрыв с родными, но Трандуил своей заботой поможет справиться. Халдир останется жить в Ривенделле и присматривать за Последним приютом.       Бранд — король Дэйла — погиб во время войны. Даин — подгорный король — защищал тело Бранда, пока сам не был убит. Люди и гномы нашли спасение в Одинокой горе до тех пор, пока не узнали о победе над Сауроном. Королём Дэйла стал сын Бранда, Бард II. Эсгарот и Дэйл после войны восстановили, и не без помощи гномов. Но люди имеют привычку быстро забывать хорошее и о той помощи, что когда-то была предложена. И со временем общение с гномами сойдёт на нет. А гномы ещё глубже уйдут под землю и станут редким явлением.       Гимли какое-то время навещал Киру в лесном доме, но старость всегда берёт своё. От предложения уплыть в Валинор, как единственному гному и участнику похода, он отказался. Дружба с Леголасом продлилась до самой его смерти. Они успели побывать во всех частях света, дойти до моря, спуститься на дно глубоких пещер и подняться на самую высокую вершину. В эльфийской памяти он навечно остался рыжеволосым, смелым и добродушным гномом.       У Беорна за это время вырастут пятеро медвежат. Он будет считать себя самым счастливым на свете. И до конца жизни останется благодарным Кире за спасение из Гундабада.       Халет, праправнучка подруги, дожила до восьмидесяти лет, родила троих детей, которые успели подарить внуков и правнуков.       Человекий род продолжился, но Кира больше не вникала в жизнь людей, так как слишком близко принимала их судьбы к сердцу.       Большая часть лесных эльфов отказались покидать родное Лихолесье. Частично к ним присоединились эльфы Лориэна.       Мириэль связала свою судьбу с Галадионом и родила двоих сыновей. Амариэ, как и говорила, уплыла вместе с мужем в Валинор.       Со временем люди почувствуют власть и станут притеснять хоббитов. С каждым веком их будет оставаться всё меньше и меньше. Жестокость людей заставит полуросликов жить скрытно. Найдутся такие, кто для развлечения станет устраивать охоту на них, как на зверей. Кира будет тому свидетелем, и не раз. Но Лукас покажет им, что против силы найдётся другая сила. Со временем хоббиты утратят свои культуру и искусство. И всё благодаря человеку, который возомнит себя господином Земли.       Эпоха человека. Люди и есть то самое «иное зло», о котором говорил Гэндальф. С которым бороться никому не под силу. И нам ничего не изменить. Пришёл их час. Но! Когда-нибудь и их время подойдёт к завершению, как и время эльфов. А что будет дальше? Никто не знает.       Нам не познать добра без зла,       Не испытать минуты счастья.       Лишь постучится в дом беда —       Мир содрогнётся от ненастья.       Мы только в битве понимаем,       Что означает слово «мир»!       Из века в век себя меняем,       Бессмертья ищем эликсир.       Мы добиваемся господства,       Ведь в каждом есть своё кольцо.       Богам покажем превосходство,       И пусть земля горит огнём.       Как только цели мы достигнем —       В борьбе как будто смысла нет —       К существованию привыкнем.       Добро на зло меняет цвет.       И подойдёт к концу Эпоха,       Переболит, перегорит.       Греха мы дети и порока,       В игре вселенной — лишь гамбит.       А время течёт рекой, не замечая событий. На берегу сидит Килион и ловит рыбку. Рядом Пух — считает дни. Сегодня кот поймал сентябрь. Впереди осень. Какой будет? Никто не даст вам ответа! А вы сами можете ответить?