Исследования, которые еще не проводились

- Ах... Дж.. Джейс... п- пгоди... Шорох одежды перекрывал шум дыхания и скрип столешницы, которая не была расчитана на вес двух тел взрослых мужчин. - Боже, Вик, прости меня... тебе больно? Прости, я... Блуждающие в полнейшем хаосе одежды руки по широкой спине, остановились, и одна резко вернулась к лицу парня, которое покрывала отростающая, почти двухдневная жесткая щетина. Тонкие пальцы, костлявые и худые, как все тело мужчины, сжались на подбородке и его рука дернулась, поднимая вес головы парня, заставляя смотреть в глаза. - Если ты еще раз остановишься и начнешь извиняться, я просто вытолкаю тебя из этой комнаты остывать в холодный коридор... Шипящий голос переходящий на хриплый шепот из- за возбужденной отдышки гипнотизировал, однако янтарные глаза вовсе туманили рассудок. Мерцающие, словно звезды видимые с башен, они блестели отсветом от единственной лампы стоящей за спиной, буквально чудом, не свалившейся на пол, как это произошло со всеми записями, книгами, документами и остальными вещами, сметенными минуты назад, освобождая место для поясницы мужчины, чью уперли в столешницу, а затем вовсе усадили верхом, словно маленького, подтянув вверх обхватив широкими, блядски изнизаными венами, руками работяги за тонкую, ломанную талию. - Хм.. я... - Замолчи сиюминутно... ты не сделаешь мне больно... точно не ты, Джейс... Руки, которые постоянно влекли его, умело, контрастно умело, на фоне самого Вика, шустро справлялись с его форменной одеждой. Руки, которые он уже множество раз ощущал раньше, излучали тот же жар. Огонь рожденный в этих ладонях, плавил кожу сквозь слои ткани форменного костюма даже от случайных прикосновений, которые были 'обычными'. Что говорить, когда стоило огрубелой коже едва задеть оголенные участки его тела... Он уже видел силу сжатия этих пальцев, когда всего одной рукой перемещалось что- либо безгранично тяжелое для него, но не весящее ничего для хозяина этого орудия пыток его фантазии. Он наблюдал как пальцы игриво постукивали по изумительно тонкой, изящной талии Мел, которая позволяла этим касаниям происходить долго, много и удостоверялась, что их не прервут, в частности им лично. Он перехватывал взгляд женщины и был уверен на триллион процентов, его собственные глаза горели так же в эти моменты. И он ненавидел свою беспомощность в такие моменты, ведь он просто сливался с окружающей средой, словно хамелеон и вспомнили о нем лишь в моменты, когда они были лишь вдвоем. В собственном пространстве. Неприкосновенном. Запретном. Здесь, в этой комнате, их невозможно было прервать или отвлечь, даже если город рушился бы. И Бог свидетель, к какой выдержке и стойкости понадобилось прибегнуть, чтобы в разгар шумной вечеринки, когда его вывели в зал, чтобы представить, как того самого партнера, который был неотьемлемой частью всего, о чем присутствующие только- что узнавали, он смог вымолвить нечто связное из стандартных необходимых слов, чтобы наконец иметь возможность сбежать от туда и вздохнуть с облегчением. Однако облегчение не длилось долго. В коридорах, безумно длинных, извилистых, каменных и хреново, на самом деле, освещенных, его нагнали и пьяным дыханием что- то говорили почти в самое ухо, ведь Джейсу, черт бы побрал его проклятую улыбку, сквозь которую проглядывались изумительно- привлекательно- острые клычки, было мало удерживать его локоть, он посчитал, что необходимо столь интимно давить на него своим ростом, сгибаясь в шее, для того, чтобы сказать: - Вик, ты устал? Я вот безумно, знаешь... - пьяный смех словно шелест листьев, - я пройдусь с тобой. И его потащили неведомо куда. Нет, ведомо. Они шли знакомыми коридорами, в их отрезанный всего- то, какими- то дверьми- личный мирок. Если бы он ослеп, он бы прошел здесь ни разу, ни на что, не наткнувшись. Но с ним сейчас шел неустойчиво и даже как- то рассеянно, выпивший Джейс, который от чего- то был хуже слепца, цеплял углы плечами и спотыкался на порожках, которые Вик преодолевал тысячекратно без проблем. А он, на секунду, имел причину в виде трости и больной ноги. И ему ничего не оставалось, кроме как позволить руке Джейса быть переброшенной через его плечо, а он мог приобнять парня и ковыляя в разы медленнее обычного, шагать прямо, за них двоих. - Почему ты настолько пьян? Сколько тебе пришлось пить? Куда смотрела Мел? Вик неосознанно позволил себе озвучить мысль, которая обычно оставалась не сказанной, в задворках его мыслительного процесса. Он не видел шальной взгляд подобный дикому зверю, который сорвался с цепи, но затаился, чтобы не вспугнуть свою жертву. Нет. Не так. Он не видел горящей надежды во взгляде парня и чего- то вроде тоски. Решение, которое было принято и именно оно заглушалось количеством выпитого, чтобы не сорваться и не испортить задуманное. Мел не смогла его остановить, хотя она пыталась. О, она знала, она всегда все знает, видит и понимает. Ей не нужны слова. Она умеет читать тело, она знает привычки и имеет пугающую черту предугадывать шаги людей, основываясь на их сегодняшнем настроении. Джейс такого не умел и поэтому скрыть что- либо от этой женщины для него было нереально. А вот напиться, чтобы был повод свалить как можно раньше, легче простого. - Я просто хотел отпраздновать и потеряв счет бокалам, не отказывался выпить ни с кем из гостей. Неожиданно их было так много сегодня, знаешь, мы ведь молодцы, смогли предоставить им хороший повод для этой вечеринки. - Джейс, ты... очень мило, конечно, я тоже рад, что все получилось, однако следовало воздержаться и не перепивать. Ответом ему был хмык и жалобное бормотание, которое обычно он слушал, когда Джейс был уставшим до изнеможения и бреда. Вик качнул головой думая о том, что отругает этого негодяя по утру, когда алкоголь, возможно, выветрится из его разумной, временами, головы. Стоило им дойти до их кабинета- мастерской, Вик не ощущающий нависающей угрозы, прошел первым, чтобы налить воды алкоголику, который зная свою меру, игнорировал ее сегодня. Джейс мастерски щелкнул задвижкой в замке, и ему хватило пары шагов, что бы пересечь пространство комнаты. Вик обернулся со стаканом в руке, второй он как обычно опирался на свою трость, и его глаза широко расширились, а стакан выскользнул из тонких, угловатых пальцев со звоном разбиваясь об пол. Его лицо обхватили руками и абсолютно беспощадно, неконтролируемо, тягуче целовали. Вкус выпитого вина. Вязкая слюна. Упругий язык. Жар, неописуемо горячий чужой рот и его последний выдох, который вырвался от неожиданности удивленным 'ах'. Ноги перестали его держать в то же мгновение и инстинкт не позволил ему рухнуть, словно безвольной кукле на пол, он схватился за плечо парня, сжимая одежду того с такой силой, которую раньше не прикладывал никогда и ни к чему. - Джейс! Когда его губы снова были свободны от укусов, а чужой язык покинул его рот, оставляя между их губами прозрачную ниточку слюны, которую парень слизал с собственных губ на столько развратно, на сколько даже фантазий Виктора не хватало представить, не то, что бы увидеть. Он ошарашенно поднял глаза с губ парня и посмотрел в потемневшие глаза напротив. И это было зря. Если бы Виктора не держали буквально за голову, он бы наверно снова мог упасть. Его прошибло таким разрядом, что скрутило в солнечном сплетении, натурально повело без единой капли выпитого алкоголя. В секунду он потерялся в глазах мужчины, которые он видел тысячи раз. Тысячи раз он смотрел на него и мог делать то, что делал до этого. Но не сейчас. Ему стало трудно дышать. Голова закружилась и его трости, которую он никогда в жизни не отпускал, даже если падал, внезапно не оказалась под рукой. Джейс заметил, что мужчина в его руках дрожит и перехватив того за плечи, придержал, подводя к столу позади них. - Я выпил так много, потому что не знал как справиться с этим... всем этим. Мне бесконечно жаль, я хотел спросить тебя, могу ли я сделать это, я хотел поговорить, но... Голова Джейса опустилась и он стал выглядеть в разы меньше, казался таким хрупким и не защещенным, захотелось обнять его, прижать и успокоить, подбодрить, быть нежным и осторожным, как с подобранным щенком. Виктор проморгался, что это за чувство? Он тот, кого всегда жалеют. Он тот, кто лезет из кожи вон, переубеждая всех вокруг, что не нуждается в помощи и защите. И теперь он может дать это кому- то другому? - Все хорошо, Джейс. Виктор осторожно, медленно поднял руки и акуратно, словно касался оголенных проводов, четко не видя в полумраке, дотрагиваясь до рук парня, положил ладони на его согнутую, словно под весом целой горы, спину, прижимая парня теснее к себе. Обернув своими руками, он утешал и его, и себя, прикрыв глаза, примерялся к размеру чужого тела, к его теплу, слушал тихое дыхание и мог чувствовать неровное сердцебиение, хотя его собственное почему- то наоборот, было ровным как никогда раньше и к тому же, он почему- то, чувствовал себя таким всемогущим в этот момент. Он словно покорил вершину, достиг такого желанного успеха. Неясное чувство радости и эйфории будоражили. Его кидало то в жар, то в холод. - Если бы ты спросил... я бы наверно сделал все, чтобы этого избежать. Наконец ответил он и спина под его ладонями дрогнула. Наполненные неверием и тоской глаза снова посмотрели прямо в его душу. - Почему? Я... я сделал это зря, так? Вина и испуг еще никогда не читались на этом лице так отчетливо. Виктор и сам опешил, он не это имел в виду. - Нет. Он был груб, пытаясь прервать мысли, которые точно заведут пьяного Джейса не туда и он не сможет потом пробиться сквозь это недопонимание. Виктор так же медленно погладил плечи парня, наконец имея неограниченный доступ, что бы изучить, ощутить то, что раньше было для него недоступным, запредельным, не его. Джейс выглядел еще более растерянно, кусая нижнюю губу и Виктор прикрыл веки, чтобы не отвлечься на это его действие, которое другая сторона точно использовала осознанно, понимая как это может повлиять на него. - Я хотел сказать, что твои слова только застали бы меня в расплох и я смог бы убежать. Я не смог бы обидеть тебя отказом, ты же знаешь... я не из числа смельчаков. Поэтому хорошо, что ты предусмотрительно сначала закрыл двери. Это было очень хитро, Джейс. Взгляд Виктора замерцал и дыхание Джейса сперло, он плохо соображал до, но сейчас им руководили желания обладать и сдерживаемая долгое время похоть. Он приблизился к Виктору закинув руку за спину того и одним размашистым движением сбросил все, что лежало на столе. Ворох бумажек разлетелся салютом, медленно оседая на пол извадая приглушенный шелест. Виктора прострелило болью, когда его так неожиданно прижали к краю стола и ему пришлось отклониться назад, что бы иметь для себя немного пространства. Однако Джейс покончив со столешницей вжавшись коленом между ног Виктора, вернул свои руки на его талию и приложив каплю силы, подсадил того и Виктор не успел придти в себя, как его рот снова оказался под властью чужого напористого языка. Он не знал как целоваться. Пробовал однажды, да, наблюдал, да. Но он не знал как целуется Джейс. Представлял трилиарды раз, но первый поцелуй случился так неожиданно, оглушив его до такой степени, что он ничего не запомнил, а сейчас он чувствовал, как его медленно сьедают. Джейс был настойчив, но мягким, осторожным, медленно поглощал. Виктор закатил глаза отклоняясь назад под напором и они рухнули на стол полностью. Рука Джейса удерживала затылок Виктора, такая большая широкая ладонь, ее хватило, что бы большой палец тер щеку и скулы, очертил брови и ресницы и медленно сполз к губам. Целуя так, словно извлекает из Виктора душу, он давил большим пальцем проникая в рот, цепляя зубы Виктора и мешая своим же губам. Виктор не мог пошевелиться, его парализовало неведомое ранее чувство, голова опустела, он не соображал, просто не мог, все что он знал, это мокрый язык Джейса, который вытворял что- то, что не возможно было описать словами из книг, которые читал Виктор, он знал только, что от этого им обоим хорошо. Так же он знал парочку слов жаргона из нижнего города и они как ни кстати, подходили для этого как никогда лучше. Охринительно. Пиздецки хорошо. Виктор вернулся в реальность от собственных задыхающихся стонов. Его грудь пылала изнутри, нехватка воздуха туманила зрение и звон в ушах перекрывал голос Джейса. Он слышал как парень без устали повторяет извинения и это начинало подбешивать. Виктор не любил слышать извинения от людей, ведь обычно это следовало за тем, что кто- то случайно или нет, задевал его трость и обычно, он прикладывал много усилий, чтобы сохранить равновесие и не распластаться по середине дороги на виду у всех этих... людей. Но извинения Джейса были другого характера. Он судорожно повторял как заведенный, иногда, видимо, даже не отслеживая, что говорит. Его пальцы работали быстро, пуговицы покидали петли и жилетка мужчины, а затем и рубашка, расстегнутая просто по середине, не вытащенная полностью из под ремня брюк и галстук, оставшийся затянутым на шее, продолжали быть помехами рукам парня. Джейс обхватил талию мужчины двумя руками и под частично расстегнутой рубашкой проглядывалась бледная кожа и тугие ремни жесткого корсета. О, Боже, он... никогда раньше не позволял никому вот так разглядывать, прикасаться, трогать беспрепятственно и всегда считал, что позволит это только если умрет. Но теперь он едва мог утихомирить дыхание, чтобы его грудь не вздымалась так часто, дав Джейсу необходимое количество времени, чтобы касаться, трогать. Его большие пальцы отодвигая края рубашки мягко оглаживали конструкцию корсета и попадавшуюся по траектории оголенную кожу. - Как тебе не холодно со всеми этими ремнями и застежками.... Задавался вопросом Джейс. Он видел как Вик глубоко втягивает воздух ртом, как его грудь и живот медленно напрягаются вздымаясь, позволяя ткани расходиться, показывая немного больше, чем мог сдвинуть пальцами Джейс и затем возвращая все к прежнему виду, пряча от его глаз обратно. - Я привык. К трости тоже. В целом и не замечаю даже. Тихо ответил Виктор. Он никогда не оставлял вопросы Джейса без ответа, даже если они не требовали этого. Джейс снова смотрел Виктору в глаза. Тот лежал приподнявшись на локтях и наблюдал за тем, что именно делает с его телом парень. - Могу я зайти дальше? Если тебе будет некомфортно, я обещаю, я остановлюсь и мы все прекратим. В ту же секунду. Виктор смотрел из подо лба, его этот взгляд, волнительный, осторожный, он пробует почву, на сколько безопасно, чтобы ступить. Он всегда так смотрит, когда должен увериться в том, что Джейс сейчас внимателно его слушает. И понимает его. - Ты хочешь этого, Джейс? Именно этого? Со мной... меня? Слова срывались с губ Виктора до того, как он успевал пропустить эти ранее неозвученные мысли через фильтр адекватности. - Я понимаю, я не на столько надежный, как хотелось бы, я даже не представляю, какой я в твоих глазах... но я правда хочу. С тобой. Тебя. Он замер произнося последнее с таким нажимом хриплым голосом, словно мгновение и голос сорвется. И он онемеет. Виктор хмурил брови. Расстегнутая рубашка сползла и это холодило часть его груди и живота. Его спина немного затекла в неудобной позе, а колено Джейса все еще упиралось между ног и Виктор, страшно даже подумать об этом, чересчур ощущал давление в низу живота. Но все это меркло перед тем, чье тело прижимало его к столу. Чьи руки обвивали талию. Глаза кого смотрели на него так, что он забывал дышать. Глаза, которые он сравнивал с хекстеком, когда тот излучал чистейшую магию. И сейчас эта магия была направлена только на него одного. Джейс снова потянулся, чтобы поцеловать его, но Виктор приложил ладонь к лицу Джейса, не даваясь ему. - Постой... позволь мне тоже задать вопрос. Что на счет Мел? Как ты пришел к... ко мне? Неуверенность Виктора никогда не касалась его взглядов, убеждений и изобретений. Но когда дело касалась его лично, Джейс очень хотел, что бы этот человек увидел себя его глазами и перестал принижать себя. - Мел... а что с ней? Ладонь Виктора очень мягко поцеловали и ему пришлось убрать руку от лица Джейса, что бы не провоцировать того еще на какие- либо поползновения в его сторону. - Вы ведь спали, неужели ты просто так расстанешься с этой женщиной? Джейс моментально напрягся. - Мы с ней никогда не встречались, Вик, так что я ни с кем не должен расставаться. Умоляю, прекрати думать сейчас. Что мне с тобой сделать, чтобы ты забыл обо всем? Заданный шепотом вопрос Джейса, который наклонился к шее Виктора оставляя нежные поцелуи на ней, возымел обратный эффект. Виктор был немного напуган вопросом, который звучал как угроза. - А что ты хочешь, кхм, со мной сделать? Я в принципе не представлял, что со мной можно... что со мной кому- либо захочеться провести время вот так. Виктор, чувствуя себя совершенно неловко, решил снова сесть, поэтому привстал, заставляя Джейса тоже разогнуть спину. Парень по щенячьи круглыми глазами непонимающе смотрел на него. - Если ты позволишь, я лучше покажу. Перемена в тоне Джейса снова заставила желудок Виктора сделать кульбит и в этот раз было здорово, что он уже сидел. - Хорошо. Но, давай договоримся, если мне действительно будет нужно, чтобы ты остановился, я тебе об этом скажу. Не нужно так опекать меня, я не фарфоровая кукла. Строгий взгляд Виктора, отчитывающий Джейса, всегда заставлял его кровь бурлить и отливать от головы в другое место. И Джейс был счастлив, что наконец смог добиться того, что в этой ситуации теперь ЭТО ему скрывать не нужно. - Ты ценнее фарфоровой куклы. Джейс прижался к виску Виктора в целомудренном и таком нежном поцелуе, что Виктор на мгновение растерялся, не зная куда деть руки. Но это продлилось не долго, Джейс уже переключился на его пояс и брюки, расстегивая все разом, успевая при этом оставлять горячие поцелуи на лице мужчины, не целясь в определенное место, просто делая повинуясь желанию. Брюки были расстегнуты и Джейс закончил начатое ранее, расстегнул пуговицы рубашки Виктора снизу и отшвырнул ее полы в разные стороны, оголяя живот и корсет, который впивался своими краями в тазовые косточки мужчины. Джейс потратил еще мгновение, чтобы поглазеть, он провел одной рукой приложив ладонь к корсету на животе Виктора, затем завел руку ему за спину создавая опору, что бы мужчине было на что опереться. Второй рукой он оглаживал левую ногу Виктора, которая была без облачений в поддерживающий металический каркас. Виктор вздрагивал не в силах переварить каждое касание парня. Он видел как широкая ладонь сжималась на его колене, с нажимом ползла вверх, одной руки Джейса было достаточно, что бы обхватить всю верхнюю часть ноги от внешней части бедра, где был его мизинец, ко внутренней, где Джейс надавил большим пальцем. Мужчина был поглощен зрелищем, как и сам Джейс. Виктор был болезненно худощав, острые кости торчали из под кожи, делая его фигуру угловатой и чеканной, будто художник делал его набросок в стили геометрии для будущей скульптуры из мрамора. Рука Джейса замерла, когда перешла на бедро и легла на самую упругую часть, ягодицы, сжав несколько раз пальцы, впиваясь ими до ощутимой боли. Но сразу же вернулась к паху и Джейс смело оттянул резинку нижнего белья мужчины, чтобы так же осторожно и трепетно запусть ладонь под ткань. Виктор больше не следил за рукой парня, он не мог оторвать взгляда от приоткрытых в предвкушении губ, четко очерченых скул, носа и широких бровей. Мужчина ощутил мягкое прикосновение чужой руки, но его затуманенный рассудок был под влиянием первых пришедших в голову мыслей. И он сам протянул руку к лицу, которое очень хотелось ощутить под подушечками пальцев, ежековатость щетины оправдала его представления. Колючая, будто касаешься электричества. Джейс как верный пес, любящий нежиться под рукой хозяина, прижался щекой к мягкой ладони Виктора, прикрыв глаза, он шумно выдохнул. Он приблизился к мужчине и прислонился к его лбу своим. Его взгляд блуждал по телу и лицу Виктора, когда он понял, что может действовать смелее, надавил на резинку нижнего белья и Виктор задохнулся вздохом прикрыв глаза. Джейс же не мог не смотреть. Он действительно ждал момента, чтобы увидеть. Трогать своими руками и видеть, как чужая плоть смотриться в его руке. Это было слишком для одного раза. Их дыхание смешалось, они цеплялись носами и Джейс едва мог сдержать себя, чтобы снова так же неосторожно не повалить Виктора на спину и ускориться. Мужчина не позволял стонам реализоваться, он судорожно выдыхал с усилием, через закушенную губу и язык, которым то и дело проходился по губам, чтобы хоть как- то разбавить шквал ощущений раздирающих его. Рука Джейса ощущалась как расплавленное железо, огненно- горячая и шершавая, грубая, неритмичная, он всегда таким был, сумбурным и не отдающим отчет в большинстве своих действий. - Джейс... Шепот полный волнения и просьбы и Джейс осмелился поднять глаза, чтобы его тут же пленило мерцанием янтаря. - Поцелуй меня... И он поцеловал. Плечи парня снова обхватили и он прижал тело мужчины к себе так близко, что его рука зажатая между их телами едва могла двигаться. Виктор дернулся и прикусил язык парня, его обычно тихий голос впервые звучал так ярко и звонко. Джейс дышал как загнанная лошадь, он уронил голову на плечо мужчины пытаясь справиться с цветными кругами перед глазами. - Джейс? Чужой голос снова был тихим и настороженным. - М? Отозвался он не в силах пошевелиться сейчас. - Ты... Виктор не представлял как задать подобный вопрос и уместно ли вообще такое спрашивать. - Да. Ты стонал мне прямо в ухо и терся об меня коленом, поэтому мне не пришлось даже прикасаться к себе... твоими стараниями, Вик. Джейс все же повернулся, чтобы посмотреть на мужчину обвиняя того в своей слабости. Виктор был слишком ошеломлен услышанным. Ничего из этого он не заметил, чтобы делал. Но он был рад, что они пришли к этому вдвоем. Как и ко всему прочему, в принципе. - Вик... я все еще могу продолжить? Мужчина растерянно посмотрел на парня, который снова был полон сил и излучал непристойную ауру, которая плохо влияла на его разум. - Я не знаю, Джейс. Середина ночи, нам стоит отдохнуть. Столько работы, ты же не хоч... Виктор не был болтливым и обычно ему хватало короткого предложения, чтобы выразить свои мысли. Однако сейчас он не справился и Джейс не был убежден им. Он просто снова целовал мужчину, вновь опракидывая того на стол. - Я настаиваю, Вик. У нас еще есть половина ночи. В этот раз Джейс стянул свой галстук и сбросил верх формы на пол, оголяя торс и свои невообразимо широкие плечи. - Я еще не все тебе показал... Мужчина не знал, куда смотреть или точнее куда не смотреть, не в силах вести сопротивление. Его галстук и верхняя одежда так же покинули его тело с помощью чужих рук и Виктор окончательно расслабился позволяя себе немного сдуреть, отпуская поводья уносясь в это безумие. * - Прошу, ах... Джейс... Пальцы бессильно скользили по оголенным плечам и бицепсам, не имея возможности ухватиться за что- либо. - Ну же, пожалуйста.... ах... мнм.... Стол подвергался такому испытанию впервые за все года, которые он служил в этом кабинете обычным предметом мебели и никак не был предназначен для таких действий, скрипел и глухо ударялся о стену, когда лежащий на нем мужчина был чересчур активным. - Джейс, черт, посмотри на меня! Ха... мм... Виктору удалось дозваться парня и Джейс, который был увлечен процессом, к котрому относился еще серьезнее и бдительнее, чем когда эксперементировал с Аркейном, все же поднял взгляд на мужчину и нарочно медленно, наблюдая за изменяющейся мимикой лица Виктора, извлек из него свои пальцы, которыми растягивал тугие мышцы и стенки кишечника. И выражение удовольствия на лице и тихий стонущий выдох не разочаровали представления Джейса. Виктор согласившийся на компромис, не знал, на что он соглашается, поэтому теперь ему было одновременно до безумия хорошо. Но так же он сгорал от стыда и неловкости. От куда Джейс всего этого понабрался? Как долго он об этом думал? Он все это время представля, что сделает это с ним, с Виктором? Он заведомо готовился и хорошо знал как подступиться к нему или это Виктор незаметно для себя позволял парню так много, что тот теперь вообще берегов не видит. Точнее нагло игнорирует и делает все по своему. С каких пор он такой настойчивый и внимательный? А самое паршивое чувство возникало от триклятого вопроса, с ней... он был таким же? Она ведь не калека, возможно опьянение пройдет и Джейс поймет, что с ним сложно. С ним тяжело. Его тело требует особого отношения и крайней осторожности. Что говорить о характере. Виктор хорошо осознавал, на сколько он стервозен и упрям. Хотелось рвать волосы на голове, чтобы эти контрастные мысли перестали кидать его из огня да в полымя. Он просто хотел получить капельку, откровенно заслуженного, тяжким трудом и усилиями, счастья. Немного, хватит и этого, спонтанного, обескураживающего раза, лишь бы его не оставили здесь одного, жалеть и ненавидеть свои чувства. И себя самого. - Тебе не больно? Джейс обещал не спрашивать, но не мог не спросить. Он подхватил под коленом больную ногу Вика, закидывая ее на локоть своей руки, чтобы получить доступ и больше пространства. Второй ногой Виктор упирался на стул, который Джейс подставил для удобства. Джейс был так досконален и увлечен растяжкой по причине того, что если бы он отвлекся на вид мужчины в его руках, то точно бы позорно спустил второй раз не коснувшись себя. Джейс часто наблюдал за тем, как его напарник справляется с каркасом на своей ноге и он высматривал меру нагрузки, которую Вик выдержит. Он не мог не представлять, как было бы удобнее Вику, какая поза была бы комфортна для него, чтобы Джейс не сделал ему больно. Не усугубил и не испортил момент. Не напугал. И в эти минуты ему понадобилось вспоминать множество формул и заумных слов в своей голове, чтобы не слышать как произносится его имя. Как меняется тон с нежных прозьб, на командный, Господи, Виктор мог бы повеливать людьми, если бы захотел, используя этот властный, приказной тон. Даже мать Мел не имела столько власти над людьми, сколько бы имел Вик произнося всего лишь свое имя. - Я правда тебя разболавал, Джейс? Или ты игнорируешь мои просьбы на зло? Хочешь разозлить меня? Виктор сузил глаза и выглядел... веселым. Он наклонил голову немного на бок и его растрепанная прическа, потерявшая пристойный вид стараниями Джейса, лохматилась прядями, которые падали на лицо мужчины, пряча под собой потемневший взгляд. - Я... нет... черт... Джейс хмыкнул виновато опустив глаза вниз. - Я остановил тебя, потому что мы можем пройти дальше, Джейс. - Но, Вик, это очень важно, я не могу своими же руками навредить тебе. - Конечно ты этого не сделаешь. Пока что, благодаря твоим рукам, мне было очень хорошо. Виктор прижал костяшки пальцев своей руки к губам, завороженно наблюдая за тем, как гаснет любое сопротивление в глазах парня и он смиряется с доводами мужчины. Виктор не был манипулятором, но Джейс был из тех, кем было слишком просто управлять, если подобрать нужные рычаги. И Виктор не разбирался в людях как в своих изобретениях, однако он научился понимать Джейса и выучил его слабые места. Похвала работала безотказно. Он не увлекался этим, ведь любое может приесться и перестанет работать. К тому же, не всегда у него было настроение играть в эту игру. Но он смог признаться себе, что ему сносит голову то, как он может влиять на Джейса и стоит в такие моменты поманить его пальчиком, Джейс с огромным удовольствием окажется на коленях перед ним. Пока что, это фигуральное выражение, но Виктор обязательно проверит свою теорию на практике однажды. - Пожалуйста, покажи то, что обещал мне, Джейс. Виктор знал, что напрашивается, но честно, не было ни единой клеточки в его теле сейчас, которая бы отказалась от происходящего. От Джейса. Джейс протрезвел почти сразу, когда еще впервые поцеловал Виктора. Он так не волновался никогда в жизни. Не считая моментов, когда Виктор был так близко и он мог бы переступить черту в любой момент, но боялся до смерти разрушить то, что между ними есть сейчас, даже если это обычное партнерство и дружба по интересам. Так же он очень радовался своей безупречной памяти, ведь в самый нужный момент он боялся напортачить и сделать что- то не так. Да, Джейс прочел достаточно литературы по медицине, изучая строение тел мужчин для лучшего понимания физиологии. В конце концов, с девушкой ему было проще, все происходило по наитию и в какой- то степени Мел вела его. С Виктором все было иначе, ведь Джейс уверен, мужчина даже ради интереса не разбирался бы с подобным вопросом в свободное время. А Джейсу пришлось. Он провел целое расследование, так же уделил отдельное внимание особенности тела Виктора, чтобы понять его травму, понять как много он сможет сделать и чего ему следует избежать. Еще Джейс пытался найти кого- то, кто рассказал бы ему о том, как происходит секс между мужчинами, но не смог преодолеть смущение. Обошелся какими- то записями, где упоминалось вскольз об анальном сексе, его плюсах и возможных травмах при неосторожном обращении. Почти неделя ушла на то, чтобы Джейс перестал краснеть от одного взгляда на Виктора, после всего прочитанного. После он еще долго не мог посмотреть в глаза мужчине, ведь в его фантазиях появился целый новый пласт для полета мыслей. Виктор счел тогда, что Джейс просто переработал и волнуется о предстоящих мероприятиях и не тревожил его лишний раз. И вот момент, которого ждал Джейс, притерпивая все тернистые препятствия, настал. Виктор снова лежал на спине и впервые не замечал того, что ему было неудобно лежать. Все его мысли были обращенны к тому, что он никак не мог разрешить себе представить, а теперь осознать, что это происходит. Член Джейса он не видел. Изначально захотелось посмотреть, но остатки здравости остановили его, ведь если он увидит, может испугаться и не захочет продолжать. Сладкое неведенье оставляло много места для полета фантазии и предвкушения. Ох, это не было сравнимо с пальцами, которые до этого казались ему чересчур. Вот теперь это точно было чересчур. - Не сжимайся, прошу. Дыши и расслабся, иначе я не попаду внутрь. Джейс немного согнулся в спине и тихо говорил с Виктором. Мужчина прикрыл глаза тыльной стороной ладони, а второй рукой держался за предплечье Джейса. Ему было страшно. Непривычно. Болело и еще медленность сбивала весь настрой. Джейс понял, что одних слов мало и отпустив свою плоть, которую придерживал свободной рукой, переместил руку на плоть мужчины. Он мягко обхватил сжимая пальцы вокруг и Виктор дернулся неожидая прикосновений. Когда Джейс двигался к головке проходясь по ней большим пальцем, он сам проталкивался внутрь тела и это работало. - Ты же не скрываешь там отросток как у коня, верно? Шептал Виктор, по его щекам сбегали слезинки и он кривился, переживая болючие ощущения. Джейс знал, что он и правда слишком большой для первого раза, тем более, поэтому делал все, чтобы не спешить. Но вопрос мужчины его позабавил. - Я могу вынуть и показать тебе, Вик. Виктор снова дернулся. - Ох... не стоит... я и так все чувствую. Джейс воспринял это как комплимент, хотя прекрасно знал, что язык на котором общался Виктор- это сарказм. Джейс тормозил и давал время привыкнуть. Это выводило Виктора, который утопал в неприятных острых болючих ощущениях и был готов стерпеть, чтобы почувствовать что- то более приятное наконец. - Мм... Джейс, сделай это быстро... я уже не могу... Он катался по столу туда- сюда, страдая от того, что не мог избежать этих ощущений и к тому же Джейс удерживал его чересчур крепко. Джейс тоже уже не мог. Он терпел настолько, что у него начало ныть в паху, словно через мгновение он лопнет. Его сокрушало мыслью о том, что он это сделал. Он вогнал свой член в Виктора и это не его непристойные фантазии и влажные сны. И признаться, он был на грани того, о чем просил Вик и почти сорвался, но Вик успел его попросить и теперь это не будет грубостью. - Я так хотел этого... ты не представляешь как сильно мне сносит голову то, чем мы с тобой занимаемся, Виктор... - Ах! Джейс немного качнул бедрами и с нажимом двинул тазом вперед, проталкиваясь одним размашистым движением, заполняя собой мужчину, по его ощущения , до самого желудка. Виктор задохнулся вскриком и его выгнуло в спине, крепежи карсета заскрипели и он зашипел снося боль. Джейс отвел локоть на котором держалась нога Вика в каркасе, давая себе пространство, что бы наклониться к такому желанному притягательному телу мужчины и от переизбытка чувств он мог лишь впиться зубами в тонкую бледную кожу под кадыком Виктора, неосознанно протолкнувшись еще глубже. - Это больно, Джейс, - прошипел Виктор кривя губы и сжимая веки, - ты что, необузданное животное? Он впился пальцами в кожу головы Джейса, оттягивая его за волосы, но это не давало никакого эффекта. Джейс натурально кусал его и он чувствовал как лопнула кожа под зубами этого неотесанного мужлана. Было так разрывающе горячо там, внизу. Он слышал жутко непристойный хлопок, когда столкнулись бедра Джейса и его ягодицы. А еще его кольнуло болью в спине, из- за чего он дернулся избегая этого, но это привело к тому, что член парня внутри него скользил и он отчетливо ощущал каждый миллиметр внутри себя. - Боже, Джейс.... Он хотел перечислить синонимы слов невероятно, восхитительно, чудестно, блаженно, но воздух покинул его легкие и он не смог вдохнуть снова, потому что Джейс так же резко вышел из него, а затем вогнал заново под другим углом и это привело к цветным кругам перед глазами Виктора. И Джейса тоже. - Ты слишком узкий, прекрати сжимать, прошу, Вик... Джейс помнил только о том, что ему нельзя делать резких движений, пока Виктор был в его руках, но он терял рассудок от жара, от тугости, от звуков, которые исдавал трепетный голос, которым Джейс обычно упивался, позволяя выговориться Виктору, когда его посещала Муза. Когда он посмотрел на кровоточащий укус на шее Виктора это только раззодорило его и Джейс потерялся в том, что просто вбивался в тело мужчины, постоянно почти выскальзывая из- за не совсем подходящей позы. Стоило ему немного наклониться, как Виктор хватал его за волосы на затылке и этим он делал себе же больно, наваливая на себя вес тела Джейса. Было сумбурно. Было неритмично. Он больше не щадил того, кому обещал не навредить. Звуки слились в нарастающий шум. Перед глазами поочередно мелькали то губы, то бледная кожа, выступающие под ней ключицы, ореол сосков, к которым Джейсу было сложнее присосаться как пиявка, потому что его подбородок цеплял ремни корсета Вика и тот пыхтел и бил его по плечам, ведь его тело прошибало током от стольких стимуляций одновременно. Джейс не помнил момента, когда оргазм подступил и его согнуло пополам, что он даже не успел осознать и выйти из тела Вика. Виктор был в бреду, кончил почти сразу и все остальное время его разум просто находился в прострации полностью поглощенный новыми ощущениями. Джейс лизнул кожу где- то в районе ключиц Виктора, просто на автомате, он все еще был не в себе. Виктор лежал так, словно его сбросили с высоты и он расплостался мертвым грузом, раскинув руки, а его рот остался немного приоткрытым. - Вик... Вик, ты в порядке? Джейс приподнялся и двинул бедрами освобождаясь от тягучего плена и стоило ему посмотреть на то, как его член покидает Виктора, он буквально набух заново. Виктор замычал изворачиваясь всем телом. - В порядке... я не знаю... я не чувствую большую часть тела... Виктор обнаружил себя обессиленным настолько, что даже рукой не мог пошевелить. - Сенсорная перегрузка... и истощение, я думаю. А вот мозги заработали по старинке. А лучше бы не работали, потому что его по новой накрыло смущением и стыдом. Джейс осторожно свел ноги Виктора и подтянул того к себе, поднял мужчину со стола на руки и казалось, не испытывая усталости, зашел в боковую комнату. Здесь стоял небольшой диванчик, на котором обычно отдыхал Виктор, для Джейса он был сравни креслу и совершенно не подходил для отдыха. - Прости меня, я представлял, что мы сделаем это на кровати, а не на столе... ты как? Джейс все еще был в форменных брюках, которые конечно же не застегивал. Он присел рядом с Виктором и положил ладонь на его щеку. Подозрительная бледность его напарника пугала. - Мм... просто мне нужно немного отдохнуть, я, как ты знаешь, не имел таких физических нагрузок ранее. Джейс выдохнул и выудил из тумбочки рядом плед, накрывая им мужчину. - Я уберусь там немного, а ты можешь отдохнуть. Джейс встал и наконец привел в порядок хотя бы свои брюки, но и они были испачканы и влажное пятно расползлось даже до штанины. Его живот и грудь были так же в семени, как и торс, и корсет Виктора. Джейс вздохнул. Это намного больше чем он представлял, он не ожидал, что получится зайти так далеко. - Не уходи. Схватив его за руку с большим трудом, Виктор сжал пальцы на его запястье, которые заметно дрожали. Джейс не знал, это было от перенапряжения или холода. - Я не уйду. Ответил Джейс и наклонился к Виктору целуя в этот раз с нежной осторожностью. Усталось взяла верх совсем неожиданно и Виктор сам не заметил, как отключился убаюканный мирным дыханием Джейса, который присел рядом с ним на диванчике, уложив мужчину на себя, т.к. места для них двоих здесь совершенно не было. * Утро Джейса наступало в очень разных местах и он ничуть не удивился, очнувшись в боковой комнате их с Виктором кабинета- мастерской. Его расслабленный вид спустя секунду преобразился. Он наконец проснулся достаточно, чтобы вспомнить почему он здесь и что кое- кого здесь не хватает! Джейс поднялся и хотел окрикнуть своего напарника, но вовремя сообразил, что Виктор возможно в это время находится у себя дома, оставив его здесь сразу после того, как проснулся. Джейс осмотрел себя и заметил несколько укусов на своем левом плече. Он ухмыльнулся. Вчера он даже не заметил, как об него точили зубки. Это показалось ему таким милым, но стоило представить в какой момент Виктор мог оставить эти укусы, Джейс понял, что может разбудить не только свою фантазию, но и некоторые части тела. А ему все еще нужно было вернуться к себе. Его рубашка, жилетка и галстук очень предусмотрительно лежали на спинке стула и Джейс точно знает, что оставлял он их не здесь. Он не мог представить, как Вик мог так много двигаться после вчерашнего. Джейс осознавал свою вину, он правда вчера переборщил. Он был чересчур настойчив потеряв голову. В кабинете послышались неровные скрипящие шаги, слишком индивидуальные, что бы Джейс мог спутать идущего человека хоть с кем- то. Джейс подошел к двери и дернул ее желая немедленно увидеть мужчину, которого и не надеялся уже встретить, думая, что тот сбежал от него, наверно даже навсегда. - Вик? Ты в порядке? Перед ним стоял немного испуганный Виктор и держал кружку с кофе. - Да, Джейс. Спасибо за заботу. Твой кофе. Напряжение в воздухе в эти мгновения, пока говорил Виктор, можно было бы резать ножом. Джейс почти задохнулся, пытаясь совладать с хаотичностью мыслей и тем, что он в конце концов хотел выразить словами. Качнув головой он сделал широкий шаг к мужчине, взял из его рук чашку, которая была очень горячей, но честно, он не ощущал этого тепла вовсе. Второй рукой он обхватил мужчину за талию и действовал так быстро, что Виктор даже если бы и хотел сопротивляться, не успел и подумать об этом. Он целовал осторожно, размерянно. Виктор заморгал, не успевая переходить от шока к удовольствию и обратно. Их же могут застать прямо так! Целующимися! Уже ведь не ночь... Виктор промычал в поцелуй и захлопал по плечу Джейса, но голая кожа парня обжигала его ладони и он млея от того, на сколько разнятся ощущения от вчерашних голодных поцелуев и этого, такого томного. Виктор сжал пальцы свободной руки на плече Джейса отвечая так же спокойно, как до этого ответил парню словами. Джейс помог добраться Виктору до диванчика и сел прямо в его ногах, отказываясь переместиться с пола куда- либо еще. - Я не уйду. Я проснулся здесь один и решил, что ты ушел, пока я спал. На мгновение мое сердце было разбито. - Ты всегда был склонен драматизировать и преувеличивать еще до того, как разберешься в ситуации. Неужели в твоих глазах я не достоин и капли доверия? Джейс уложил голову на здоровое колено мужчины и водил пальцем по железным скобам обвернутым вокруг второй ноги Виктора. - Я так думал не из- за того, что не доверяю тебе. А из- за того, что я был несдержан и наверняка обидел тебя... мне очень жаль, Вик... Виктор свел свои густые брови к переносице, из- за чего его янтарные глаза потемнели в полумраке комнаты. Никто не раздвигал шторы и не включал свет. Только лучи утреннего солнца падающие из круглого окна их кабинета- мастерской. - Ты такой глупый, когда дело касается людей. Посмотри на меня, прошу. Виктор провел по волосам парня прочесывая спутанные пряди и невольно вздрогнул, вспоминая как хватался за них ночью, наверняка выдрав достаточно, чтобы быть виновным в раннем облысении Джейса. Джейс не смог поднять глаза на Виктора, он боялся, что мужчина скажет ему проваливать в ту же секунду. - Джейс, ну же, подыми голову. Тон Виктора изменился на приказной, он всегда говорит с ним так, когда Джейс упрямится и не слушает его доводов. Он не может ослушаться, надрессированный, словно пес, он знает, что есть черта, которую лучше не переходить и не злить мужчину. Виктор осторожно обхватил лицо парня ладонями и смотрел на него сверху вниз, что было привычно для них. В их мастерской они очень часто задерживались по несколько дней и ночей подряд. Поэтому, когда Джейс уставал, он мог садиться прямо на пол, так же как сейчас, подле ног Виктора и они продолжали свои обсуждения или наоборот, немного отклонялись от текущих вопросов и обсуждали другие темы, тесно связанные с их исследованиями и разработками. Джейсу было привычнее смотреть на Виктора находясь ниже его, так он чувствовал, что между ними нет разницы, которую в них видят окружающие их люди, которые побаивались Джейса, но Виктора максимум жалели, больше- игнорировали. - Я согласен, произошедшее ночью было неожиданностью. И я хотел бы сбежать и сделать вид, что ничего не было. Что это все было сном. Но я не могу поступить так с тобой. Свои чувства я бы еще смог похоронить. Но если бы я хотя бы на секунду увидел твое печальное лицо... я склонен избегать такого сценария. - А твоя нога? Как ты можешь так спокойно носить мне кофе? Виктор все еще удерживал голову Джейса и тихо вздохнул. - Я знаю, что ты заботишься обо мне. Но не стоит считать меня совсем никчемным. Думаешь, как я жил до этого? Постоянная боль преследует меня с детства. Она часть моей жизни. Поэтому незачем надумывать лишнего. Я говорил, ты не причинишь мне боли. И я не врал. Джейс привстал на коленях вытягиваясь и их лица с Виктором сравнялись. - Я не желаю причинять тебе больше боли. Прошу, если из- за моих действий тебе будет некомфортно хотя бы на одну десятую части от сотни, скажи мне об этом, ладно? Просто позволь мне быть чересчур бдительным хотя бы в этом. Я не хочу унизить тебя, напоминая об этом... Джейс огладил колено, зажатое в тиски железяк. - Я просто должен удостовериться, что не сделал хуже. Не тебе, Вик... Виктор опустил глаза на руку Джейса, лежащую на его ноге так интимно. И вернул взгляд на парня. - Ладно. Это приемлимо, я согласен. Но прекрати труситься надо мной как над хекстеком... я намного устойчивее этого. Джейс улыбнулся одними губами заметно расслабляясь. - Спасибо за кофе. Я очень люблю, когда его завариваешь именно ты. - О, правда? А что еще тебе нравится получать лично из моих рук? - Все что угодно... Джейс приблизился нависая над мужчиной, который вжался в спинку дивана всем телом. - Даже если я стукну тебя своей тростью? - Даже если стукнешь так, что она сломается, Вик... главное, что это будешь именно ты... Он снова целовал мужчину сжимая его запястья и двигаясь руками вверх по предплечьям, перекинув руки к шее и наконец охватил голову, удерживая Виктора за затылок и под нижней челюстью. - Кстати, Вик, позволь мне кое- что увидеть... Виктор тяжело отходил от каждого их поцелуя, не зная, привыкнет ли он к этому ощущению электрического разряда по всему телу или же это будет перманентное его состояние теперь навсегда. - Что именно ты хочешь увидеть? Непонимающе уточнил Виктор. - Такой же... только на тебе. Джейс указательным пальце тыкал в укусы оставленные Виктором на его плече. Виктор отвел взгляд, прячась от последствий собственной несдержанности. - Мне они нравятся. Не расстраивайся, Вик... это очень... заводит. Прошептал Джейс почти в самое ухо мужчины, расстегивая его ворот рубашки и расправляя ту по мере того, как пуговицы покидают петли одна за другой. - Ох... только посмотри... как ты там вчера меня назвал? Необузданное... ? Джейс продолжал шептать на ухо Виктора, расстегивая его форменную рубашку и стягивая ту с плечь, оголяя синеватую кожу испещренную алеющими пятнами. - Животное. Ты точно, необузданный, как дикий кабан, Джейс. Виктор пряча смущение, говорил грубо и резко, ругая парня. - Мне очень жаль, но именно ты делаешь меня таким, Вик. Я теряю голову и сверепею... Хмыкнул Джейс облизав часть ключицы, где было чуть меньше пятен- засосов. - Что я слышу, обвинение? Ха! Если не секрет, может поделишься как тебя бы охарактеризовал некто иной, м? Виктор в пылу не мог уследить за теми мыслями, которые не должен был озвучивать. Джейс сузил глаза. Виктор снова упоминает Мел и имеет право. Но что волнует Джейса, должен ли он сказать правду или это только больше разозлит мужчину и возможно, приведет к ссоре? Джейс облизал губы и шире открыл рот снова впиваясь в нежную кожу, невидящую солнца. - Ха... Джейс! Виктор выгнулся в спине едва не сорвавшись на стон. Его тело все еще было размякшим и податливым. Оно помнило прикосновения рук Джейса, жар исходящий от него, настойчивость в его движениях. - Меня бы назвали грубым неотесанным мужланом, который не видит разницы между молотом и железом в наковальне и телом человека. Джейс снова зализвал особо рваные засосы, которые покрылись тонкой коркой запекшейся крови. - Не могу не согласиться. Ты и правда не видишь... Тяжело дыша ответил Виктор, ему приходится закусывать указательный палец, чтобы быть менее шумным. - Прости меня... но с тобой я знаю, что могу быть собой... всегда это знал... Джейс никогда не играл определенную роль находясь в компании Виктора. Ему не нужно было выглядеть сильным, в минуты когда он был слаб и не нужно было притворятся непонимающим тупицей, чтобы угодить, когда он прекрасно видел к чему ведет другой человек. Виктор видел его насквозь, тогда как Мел, он позволял видеть в себе то, что она хотела увидеть. - Боже, Джейс... Руки Джейса все это время были заняты, стоило ему расправиться с рубашкой Виктора, как на очередь попали брюки мужчины. Виктор спрятал лицо в сгибе локтя не в силах больше контролировать ни одну клеточку своего тела. Ему было приятно, хорошо и еще куча нецензурных слов, которые снова всплывали в его голове вместе с яркими пятнами перед глазами, потому что он зажмурил веки так сильно, лишь бы не видеть то, как развратно смотрится полуобнаженный Джейс между его ног , сжимающий в своей широкой ладони его член. Виктор расслабил руку и откинулся на спинку дивана, в этот раз снова не чувствуя ничего. - Кофе? Джейс сидел между его ног и отпивал из кружки с его же фото на ней и улыбался до коликов в боку Виктора, радостно и слащаво. - Мгм... Не в силах говорить промычал Виктор и Джейс снова отпил и потянулся к нему с очень хитрым и самодовольным выражением на лице. Виктор впервые в жизни пил кофе из чьего- то рта... после чего целовался и это повторялось еще дюжину раз. Действительно, необузданно.