Любовь и сплетни

      Тэхен всегда был не только коллегой и соседом Чимина, но еще и его близким другом, а потому знал намного больше о его жизни, чем стоящие рядом в курилке сотрудники – те еще любители пообсуждать чужую личную жизнь. Чимин старался о ней особо не распространяться, но утаить от коллег его взаимоотношения с Президентом компании все же было весьма сложно. И хоть они в самом деле довольно мало времени проводили вместе в стенах офиса, этого было вполне достаточно для любителей перемыть им кости.       – Сегодня Мин снова ему чай таскал, прикинь, – фыркает омега, один из сотрудников, а затем закатывает показательно глаза, обхватывая тонкими губами фильтр сигареты и выдыхая едкий дым. – Носится с этим омегой, как с писанной торбой, превратился в каблука какого-то.       – Интересно, как вообще наш босс обратил внимание на этого Чимина? Тот же за бумажками в бухгалтерии безвылазно сидит, мышь серая, пф. Точно ноги раздвинул, чтобы привлечь внимание, – выдает второй, на что Тэхен тихо хмыкает, стоя в сторонке и потягивая свою сигарету.       О Чимине все действительно довольно плохого мнения, но лишь из зависти, которая не хуже едкого дыма растекается по телу, заполняя собой каждую трещинку. Тэхен же так не думает, ведь прекрасно знает, что именно послужило началом взаимоотношений этих двоих.        Все началось более двух лет назад, когда Чимин, мучившийся с годовым отчетом, засиделся допоздна, не заметив, когда за окнами сгустилась темная ночь. В компании уже никого не было, практически везде был погашен свет, и только он один вглядывался в экран монитора, едва ли не подставляя под веки спички, чтобы держать открытыми уставшие глаза. Но когда они все же закрылись, и он отключился, проснувшись спустя какое-то время от болезненного соприкосновения собственного лба с поверхностью стола, понял, что пора заканчивать с делами, ведь вероятность, что он наделает ошибок больше, чем должен исправить, слишком велика.        Он лениво собрал свои вещи и поплелся к лифту, надеясь, что охрана их еще не отключила, но столкнулся с полнейшим разочарованием, ведь табло были черными, а кнопка вызова не реагировала на его нажатия привычным писком. Он отчаянно заломил брови, тихо захныкав, потер уставшее лицо ладонями, размазывая макияж, и поплелся к лестнице, мысленно настраиваясь на долгий спуск вниз с пятнадцатого этажа. Он вышел на лестничную площадку и не спеша пошел вниз, уговаривая свои ноги, что затекли от долгого сидения, двигаться. И это работало целых пять этажей вниз, но, оказавшись на десятом, он сдался, решив, что заслужил немного отдыха, и уселся прямо на верхнюю ступеньку, прислонившись плечом к перилам и прикрыв глаза. Чимин уже почти уснул, ведь мозг явно принял эту небольшую передышку за сигнал, как кто-то мягко коснулся его плеча, напугав до чертиков. Чимин дернулся назад, резко распахивая глаза, и повалился на спину, забыв, что позади нет опоры. Он болезненно простонал, стукнувшись затылком о пол, и в очередной раз захныкал, проклиная и себя за трудолюбие, и годовые отчеты, и всю эту компанию во главе с ее Президентом. Правда, последние слова ему пришлось взять обратно, ведь этот самый Президент – Господин Мин – и стоял сейчас перед ним, испуганно глядя на повалившегося омегу. Он долго извинялся, потом помог подняться и составил компанию по спуску с Эвереста, рассказывая, что тоже задержался и упустил момент, когда отключили лифты.        За разговорами, вернее за болтовней Юнги и неловкими угуканьями Чимина, они довольно быстро спустились вниз, и омега вдруг осознал, что общественный транспорт в такое время уже не ходит, а ехать на такси он не очень хочет, ведь после довольно неприятного инцидента с одним из водителей он начал бояться этих желтых машин с черными шашечками. На помощь снова пришел Господин Мин, который внезапно предложил подвезти его на своей машине. Чимин долго отказывался, чувствуя себя неловко, но в конечном итоге все же согласился, принимая это предложение в качестве извинения за то, что он засиделся до глубокой ночи, ведь это именно Мину отчет понадобился так срочно.        После этой встречи они не виделись больше недели – Чимин продолжал прятаться за работой в своем небольшом кабинете, а Юнги, вероятно, и вовсе забыл о нерадивом сотруднике, который любого звука шугается и полы собой протирает вместо уборщиков. Но однажды, снова засидевшись допоздна, они столкнулись в лифте, одарив друг друга улыбками: Чимин смущенной, а Юнги какой-то слишком яркой и радостной. Он снова подвез Пака домой, а на утро омега нашел у себя на столе шоколадку с надписью “Вы слишком много работаете, не забывайте отдыхать” и смайликом в конце. Чимин хмыкнул, про себя пробормотав, что лучше бы ему зарплату повысили, но шоколадке все же улыбнулся, поделившись ею за обедом с Тэхеном.        И с того момента все начало меняться. Юнги начал проявлять знаки внимания, все чаще заглядывал в бухгалтерию, якобы по делам, но на самом деле просто каждый раз заходил к Чимину, чтобы узнать, как у него дела. Стал чаще подвозить его домой, и не просто предлагая, а настаивая. А через время и вовсе позвал на свидание, заставив Чимина сначала смущенно прикрыть ладошками глаза, потом пискнуть, что он слишком занят, и в конечном итоге вылететь пулей из машины, чуть не сбив выросший из ниоткуда фонарный столб. Юнги тогда долго смеялся, но поставил себе цель во чтобы то ни стало заполучить себе омежку, и цели все же своей добился, хоть и спустя три месяца. А затем просто окружил его заботой, теплом и любовью, купая в них омегу и одаривая самыми искренними чувствами.        Зная эту историю, Тэхену смешно слушать предположения о том, что Чимин захомутал Юнги с помощью своих раздвинутых ног и задницы. Они у него хоть и сексуальные, но достались Юнги и вовсе значительно позже, лишь спустя месяцев четыре-пять отношений, но кто же об этом знает, кроме Юнги, Чимина и, собственно, Тэхена, который все еще лучший друг.        – Я вообще в их любовь не верю, – вновь отозвался первый сотрудник после недолгой паузы, – как-то все слишком показушно. Воркуют, обнимаются при редких встречах, но химии между ними нет никакой. Я просто уверен, что они и живут раздельно, или как минимум спят в разных постелях.        Тэхен снова хмыкает про себя, мысленно отмечая, насколько же коллега не прав, ведь если бы химия между Чимином и Юнги имела цвет, то не только это здание, но и весь город уже давно бы окрасился красно-розовыми оттенками, ведь именно такой ощущалась их любовь.        В компании они в самом деле старались сильно не проявлять свои чувства, Чимин лишь изредка позволял себе коротко обнять Юнги, даже спустя полтора года отношений дико этого смущаясь и сразу убегая. Мин же в свою очередь мог иногда подойти и помассировать младшему затылок, чтобы немного расслабить, или урвать поцелуй в щеку, за что обязательно получал в ответ красные уши и шипение “Мин Юнги, на нас же смотрят!” Но когда они оказывались в кабинете, то в ход всегда шли крепкие объятия, откровенные поцелуи, признания в любви и негромкие слова: “Как же мне с тобой повезло”.       Дома у них тоже все было более чем в порядке, и Тэхен был в этом уверен, ведь жил по соседству. Они всегда вместе ходили за покупками, вместе выгуливали собаку Юнги, вместе готовили ужины и вместе засыпали в одной кровати, перед этим посвятив время не сексу, а самым настоящим занятиям любовью. Тэхен еще ни разу за полтора года не слышал от друга жалоб на своего возлюбленного и не видел его слез, причиной которых мог бы стать Мин Юнги. Вернее видел, но те всегда были из-за: “Тэ-Тэ, я так его люблю, что мне хочется плакать от переполняющих меня чувств!” Между ними любви было больше, чем между всеми парами мира вместе взятыми, и Тэхен искренне радовался за своего друга, ведь тот, как никто, заслуживал таких чистых и искренних взаимоотношений.       – Да они долго не протянут, в любом случае. Если Чимин и мог втюхаться в босса, омега все-таки, то Юнги явно не из тех, кто будет разводить эти розовые сопли. Он слишком серьезный для всего этого, и холодный, у него камень вместо сердца, – откровенно засмеялся второй мужчина, докуривая сигарету и гася окурок в пепельнице.       А здесь Тэхен даже немного согласится, ведь Господин Мин в самом деле слишком серьезный. На работе. Но он знает своего начальника и вне работы, ведь они не раз ужинали вместе, выбираясь в ресторан парами, не раз проводили время друг у друга в гостях, и даже однажды ездили вместе на выходные загород, когда Чонгук – муж Тэхена – удачно завершил свой проект. И Ким с уверенностью может сказать, что у Юнги есть сердце, и оно бьется в ритме одного единственного имени. Он может шутить, смеяться, сочувствовать и поддерживать, но когда дело касается Чимина, то этот самый “камень” едва ли не горит от любви, заласкивая омегу и даря ему лишь самое лучшее. Он заботливо укрывает его пледом, когда становится прохладно, он подкладывает в его тарелку еду, следя, чтобы возлюбленный, вечно сидящий на диетах, не остался голодным, и относит на руках в постель, когда Чимин устает и начинает клевать носом.        Тэхен не один раз слышал, как Юнги шепчет своему парню о том, как сильно его любит, видел его переживания, когда омега уехал в соседний город к родителям и несколько часов не выходил на связь. А однажды Тэхен даже вытирал его слезы, когда Пак заболел и три дня пролежал в бреду с высокой температурой. Юнги не отходил от него ни на секунду, менял ему компрессы, следил за температурой и вслушивался в его тяжелое дыхание, утирая слезы и шепотом прося Чимина быть сильным, ведь без него Мин уже просто не представляет своей жизни.       Поэтому и здесь предположения коллег слишком далеки от правды, на что в который раз Тэхен закатывает глаза.       – Да и Чимин тоже вряд ли любит, скорее всего просто денег хочет с него содрать и по службе пробиться выше, вот и все. Чистый расчет, – вновь выдает один из омег, на что Ким уже откровенно смеется, ведь логикой в этом утверждении даже не пахнет.       Чимин с Юнги уже полтора года в отношениях, но за это время Чимин не обзавелся ни новой машиной, ни новой квартирой, ни новой должностью, хотя, Тэхен уверен, стоит ему только заикнуться, что он чего-то такого хочет, Мин тут же ему это даст. Но ему это попросту не нужно, ведь никакие материальные блага не заменят искренней любви – единственного, что ему нужно от своего возлюбленного. Юнги дарит дорогие подарки, дает младшему деньги на его нужды, и Чимин это всецело принимает, ведь это желание самого Мина. Сам он практически никогда не просит, ведь достаточно много работает, чтобы обеспечить свои хотелки самостоятельно и не зависеть финансово от своего партнера. Пак порой и вовсе забывает, что состоит в отношениях с Президентом крупной компании, ведь ему совершенно не важны статусы, ему важны лишь чувства, о чем он неустанно будет повторять.        Тэхен своего друга знает предельно хорошо, а потому сомнений в том, что он любит Юнги своим огромным сердцем и чистой душой, у него нет. Чимин всегда заботится о Юнги, во всем ему помогает, следит, чтобы он не заболел и хорошо кушал, не перерабатывал. Старший стал для него опорой и поддержкой, и Чимин платит ему тем же, не позволяя сомневаться в искренности своих чувств. Между ними царит идиллия, в которую Тэ никогда не верил, но в которой каждый день убеждается, глядя на друзей. Даже с Чонгуком у него не так гладко, как у этих двоих.       – Ты чего смеешься? – щуря взгляд, разворачивается один из омег к Тэхену, второй же даже вздрагивает, ведь забыл, что в курилке есть кто-то еще.       – Да так, фантазия у вас хорошая и довольно веселая, – пожимает плечами Тэ и выбрасывает недокуренную сигарету. – Откуда вы вообще взяли всю ту ересь, которую сейчас наплели?       – Будто бы это не очевидно, – отмахивается один из мужчин.       – Для меня – нет. Для меня очевидна лишь ядовитая зависть, которая буквально сочится со всех щелей.       – Зависть? Чему? – смеется омега, даже хватаясь за живот, но только Тэхен видит его насквозь и в эту фальшь не верит. – Тому, что Президент таскает ему чай каждые полчаса и иногда подвозит домой на машине? Не смеши меня, мне тоже есть, кому чай принести.       – Ну-ну, верь в это и дальше, – коротко отвечает Тэхен, одарив сотрудников хитрой полуулыбкой, и выходит из курилки, даже и не думая объяснять, почему именно Юнги так часто носит своему возлюбленному чай.        Он более чем уверен, что омеги сейчас закурят по еще одной сигарете и примутся обсуждать уже его самого, но Киму на это глубоко плевать. Он быстро закидывает в рот мятный леденец и, вымыв в уборной руки, поднимается на пятнадцатый этаж, а затем быстро пересекает большой открытый офис и заходит наконец в небольшой кабинет Чимина. Тот, как и ожидалось, держит в руках ароматный напиток и довольно улыбается своим мыслям, а позади, массируя плечи омеги, стоит тот самый грозный и холодный Президент компании.       – И как здесь поживает любитель чаепитий? – с широкой улыбкой спрашивает он и подходит к другу, укладывая свою ладонь на чужой живот, скрытый тканью белой рубашки, и мягко его поглаживает. Тэхен ловит на себе хмурый взгляд Юнги, который явно недоволен таким своевольничеством, но в ответ лишь показывает язык, никак не пугаясь босса.       – Он балдеет, и я тоже, – довольно отвечает Чимин и делает глоток чая. – Правда я скоро лопну, и мой ребенок родится не через то место, через которое должен. Чувствую себя самоваром.       – Во-первых, любимый, не твой ребенок, а наш. Во-вторых, сейчас он точно не родится, ему еще семь месяцев потерпеть придется. А в третьих, если наш малыш хочет чая, я буду таскать ему чай. Надо будет – поставлю у тебя в кабинете тот самый самовар, хотя из тебя самовар получится явно очаровательнее, – по фактам раскладывает Юнги, продолжая свои массирующие движения, и тихо смеется на попытку Чимина возмутиться.        Тэхен любуется этой картиной и не может сдержать улыбки, ведь его друзья, кажется, самые счастливые в этом мире. После них с Чонгуком, конечно, но еще немного и Ким согласится разделить первенство с этой парочкой. И разве может человек, у которого камень вместо сердца, так светиться от мысли, что совсем скоро в их семье родится малыш? Или может человек, у которого холодный расчет и желание заполучить лишь деньги и должность, два часа плакать от счастья, увидев на тесте две полоски? Или может пара, между которой нет ни капли любви, так утопать друг в друге, забывая порой о существовании остального мира? Тэхен в этом очень сомневается, а потому множит на ноль все те слова, подслушанные в курилке. Уж он-то знает, что в них нет и капли правды.       – Эй, сладкая парочка, – обращается он к друзьям, отнимая все же свою руку от живота Чимина, тепло которого чувствуется даже сквозь рубашку, – жениться когда будете? Я не позволю, чтобы мой крестник родился вне брака!       – Тебя в крестные пока еще никто не брал, – хмыкает Юнги, на что Тэ недовольно хмурит брови, ведь его только что предали, – а насчет свадьбы…       – Ты естественно на нее приглашен, – счастливо улыбается Чимин, протягивая другу свою руку и демонстрируя симпатичное помолвочное колечко на аккуратном пальчике.  Тэхен широко распахивает глаза, хватая друга за руку и рассматривая украшение, затем переводит взгляд, что в момент сменился с обиженного на сияющий, на не менее сияющую парочку и вылетает из кабинета, буквально крича на всю компанию:       – Чонгук, они наконец-то решили пожениться!!!       Чимин громко хохочет, пока Юнги обходит его кресло, забирает чашку, чтобы поставить ее на стол, а затем поднимает своего жениха на ноги, прижимая к себе.       – Как скоро в курилке будут обсуждать наш новый статус и придумывать причины, почему мы женимся? – с улыбкой на тонких губах спрашивает Юнги, будучи естественно осведомленным обо всем, что происходит в его компании. Он поглаживает его одной рукой по пояснице, а вторую мягко прижимает к еще совсем незаметному животу, который в скором времени очаровательно округлится, превращая омегу в самый настоящий самоварчик. Чимин же несколько раз жмет плечами, так и продолжая смеяться, и просто наслаждается родными прикосновениями и искрами в любимых глазах, которые просто невозможно подделать.       – Я настолько счастлив, что мне абсолютно плевать, – отвечает Пак, приближаясь к лицу возлюбленного. – Главное, что я знаю причину нашей женитьбы.       – И какая же она? Мои деньги и твое желание выбить себе новую должность? – шутит Юнги, зная, что любимый вовсе не обидится на эти слова.       – Именно, а еще и тот факт, что я очень сильно тебя люблю, и никаких других причин мне не нужно.       – Я тоже люблю тебя, моя драгоценность. Мне стоило предложить тебе выйти за меня немного раньше, приблизительно в день, когда мы впервые встретились.       Он тянется к пухлым губам, касается их мягкости, сцеловывая немного смущенный смех, и Чимин незамедлительно отвечает, растворяясь в ласке и любви, которые преследуют его с того самого первого дня. Он счастлив здесь и сейчас, и плевать ему на слухи и фантазии сотрудников, ведь главное, что они с Юнги знают причину, по которой они вместе. А еще знает Тэхен, ведь он все еще лучший друг, коллега и сосед, который в этот самый момент выслушивает очередные безумные идеи сотрудников и тихонько про себя хихикает, запоминая все до малейших деталей, чтобы потом поведать их Юнги и Чимину, которым до этих слухов, на самом деле, нет абсолютно никакого дела. Им слишком хорошо в том мире, который они создали для себя, вплетя в него бесконечную любовь, которая теперь будет делиться на троих.