О добре

— Том. Риддл повернул голову, без удовольствия отрываясь от завтрака, чтобы посмотреть на Дамблдора. — Какое занятие вы нашли для меня на сей раз? — спросил он, предчувствуя головную боль. — У Северуса закончились листья кровавого первоцвета, нужно пополнить запасы. Том красноречиво посмотрел в сторону Хагрида, а потом медленно повернулся обратно к Дамблдору, непрозрачно намекая, что для таких дел есть отдельный работник. — Хагрид помогает утеплять растения и расчищает берег Черного озера. Плюс ко всему, ты же знаешь, кровавые первоцветы требуют деликатного обращения. «Вам нужен темный маг, светлый директор», — подумал Том, даже не скрывая насмешки в глазах. — У меня нет времени шататься по лесу, чтобы найти ингредиенты. Кровавый первоцвет точно не входит в школьную программу, так что пусть профессор Снейп сам его покупает. — С его помощью можно сварить очень сильное восстанавливающее. Уверен, Северус поделится. Том скрипнул зубами. Старый черт знал, что у Риддла слабость к зельям с лечащим эффектом, потому что умереть от травм и превратиться в духа хотелось в последнюю очередь. — Плюс ко всему, — продолжил директор, — у вас будет отличный проводник. — Поттер — студент. Ему нельзя в Запретный лес, — скривился Том, понимая, о ком речь. — Нельзя в одиночку, но Гарри ведь будет под защитой преподавателя, — ответил Дамблдор. — Поттер вообще знает об этом? — приподнял бровь Том. — Я договорился с ним еще вчера, — довольно ответил директор. — Он не против. — Как удивительно, — усмехнулся Том и закатил глаза. — С профессором Снейпом, надеюсь, вы тоже договорились. Сомневаюсь, что он с удовольствием отдаст свои бесценные зелья. Да я и сам могу собрать кровавые первоцветы и сварить себе… — Не с теми улучшениями, что есть у Северуса, — заметил Дамблдор. К сожалению, гений в зельеварении в Хогвартсе был только один. И не Том. — И когда вы предлагаете эту прогулку? — спросил мужчина, понимая, что уже сдался. — Сегодня после уроков было бы отлично. Это не займет много времени — мистер Поттер уже нашел место. *** Том ненавидел выходить за пределы замка когда-либо, кроме лета. Он ощущал холод всем телом, и теплая одежда или заклинания не помогали. Он буквально чувствовал, как остывает, как сердце начинает биться медленнее, а силы утекают. Это не было опасно, Том вообще мог лечь в сугроб и проспать до весны, но ощущения были отвратными. — Готовы, Поттер? — спросил он, завидев на первом этаже гриффиндорца. — Да, сэр, — кивнул тот, а Риддл накинул капюшон и спрятал ладони в рукава, прежде чем выйти на улицу. Была ужасная погода: дул сильный ветер и влажность была высокой. Поттер шел в кедах, свитере и расстегнутой джинсовой куртке, будто был просто прохладный денек. От одного вида студента активизировались мурашки. Был соблазн отругать парня, сказать, что он заболеет, но Том прекрасно знал, что у Поттера конское здоровье. — Вам одолжить джинсовку? — спросил гриффиндорец, лениво улыбаясь и моргая, и Риддл не мог сказать, была ли на лице, с которого до сих пор не сошел загар, просто учтивость или самодовольство. — Нет, — коротко ответил Том, а Поттер беззвучно вздохнул. — Где вы видели первоцветы? — Да там, в глубине Запретного леса, — ответил парень, и это могло значить, что они действительно зайдут в место, где до этого не ступала нога человека (кроме Поттера, конечно). Они шли к лесу в молчании, которое не было неловким, но и не казалось приятным. У хижины Хагрида Том понял, что в связи с дождями мох, деревья будут мокрыми и слизкими, и приготовился к каплям, падающим на капюшон с иголок и листьев, запутанной пожухлой траве и влажности, от которой в лесу станет еще холоднее, а поскользнуться и сломать нос будет намного легче, чем обычно. Поттер будто услышал мысли, потому что взял Риддла под руку. — Хотя бы до леса я дойду самостоятельно, — сообщил Том, попытавшись освободиться, но Поттер, не прилагая особых усилий и никак не показывая напряжения, держал намертво. — Лучше перестраховаться, — сказал парень. — А то еще упадете, поранитесь. Тому хотелось зашипеть в ответ, но замечание было чертовски справедливым, поэтому он просто поджал губы и даже не наступил Поттеру на ногу. — Как вы вообще умудрились найти первоцвет? — спросил Риддл вместо мести. — Ходил, ходил, нашел, — ответил тот. — И где? — В подземной пещере. — Вы просто гуляли, — усмехнулся Том, наблюдая за непоколебимым лицом гриффиндорца, — и нечаянно заглянули в пещеру, где может жить что-то очень опасное? — Да, мой обычный досуг, — ответил парень, и, несмотря на серьезный тон и ровную линию губ, в его глазах что-то искрилось, намекая на шутку. Том просто вздохнул, потому что изменить этого лешего было просто невозможно. Только простить и принять. — Сколько там цветов? — спросил Риддл, жалея, что не взял шарф, потому что мантия плохо закрывала шею. — Семнадцать, — ответил парень и на недоуменный взгляд улыбнулся: — Раньше там жили акромантулы, так что логично, что земля хорошо пропиталась кровью. — Не удивлюсь, если один из ваших шрамов от первого путешествия в это место, — пробурчал Том, свободной от Поттера рукой натягивая мантию повыше. — На ноге, — улыбнулся тот. — Джинсовка, сэр? — Нет, спасибо, — так же кисло ответил Риддл, ощущая, как немеют пальцы без перчаток. — Вы знаете, почему они называются первоцветами, хотя сейчас ноябрь? — спросил он, чтобы как-то сгладить разговор — конечно, парень знал ответ, потому что он знал все, кроме школьной программы. — Потому что они расцветают в марте–апреле. Это обычные первоцветы, которые рождаются ранней весной и умирают к лету, однако если в месте их цветения пролито много магической крови, после смерти они оживают, наливаясь красным, и существуют ровно до первого марта. — Вот бы вы так ЗОТИ учили, Поттер, — сказал Том. — Я не видел вас три занятия. Три. Подряд. Не наглейте, иначе даже я могу стать вашим врагом. — Простите, сэр, — ответил парень, и Риддл не видел его лицо за своим капюшоном, но был уверен, что на тонких губах играет улыбка. — Я помогал расчищать берег озера. Но я написал все эссе. Том понял, что в какой-то степени удивлен. Ученики редко не искали оправданий, чаще мямлили и пытались задобрить. В ином случае они вели себя вызывающе, пытаясь задеть грубостью или рассказывая о правах студентов (права студентов заканчивались в классе Риддла). Гарри не прибеднялся, он говорил честно, Том был уверен, но и не хамил. — А на практике опять получите Тролль, — проворчал Том. — Как вы дожили до своих лет. Парень промолчал, но Риддл чувствовал невысказанное: «А вы как?» Рядом мелькнул красный огонек, и Моргана с разгону ударилась Поттеру в лоб. Теперь было понятно, почему у него в голове все перемешано… Белка примостилась в густой шевелюре гриффиндорца и, судя по отсутствию звуков, легла отдохнуть. Несмотря на скользкость, они ни разу не запутались в траве, не поскользнулись на мокром поваленном стволе дерева, не споткнулись о корягу. У Поттера и правда было будто благословение, которым он радостно делился. — Осталось пройти маленькое болотце, — предупредил парень. — Салазар, еще холодное болото, — сквозь зубы прошипел Том. Он уже проклял эту прогулку примерно пару сотен раз, как и каждую прогулку, где нет ровной дороги и палящего солнца. Даже Моргана поняла, что в этой части леса нечего ловить, и покинула уютное гнездышко на голове гриффиндорца. — Вы подождите, я проверю, как безопаснее, — сказал парень, отпуская локоть Риддла, а потом оглядывая его с ног до головы, чтобы оценить, выживет ли тот минуту без особой поттеровской магии. — Идите уже, — резко сказал Том, поднимая мантию обеими руками до подбородка. — Ага, только джинсовку не хочу запачкать, — сказал тот, принялся раздеваться, и на одну миллисекунду Риддл не понял, о чем речь, пока гриффиндорец не начал коситься в его сторону. — Там коряга, на нее повесьте. — Намокнет еще, а после заклинания сушки будет твердой и неприятной на ощупь, — ответил тот, медленно, очень медленно подкрадываясь к Тому с джинсовкой. — Вы замерзнете, — попытался Риддл еще раз. Это было унизительно. Одно дело — помогать Поттеру (он учитель, он должен помогать студентам), ну, или использовать его как карту, потому что это было задание от Дамблдора (и парню явно что-то перепадет). Другое — принимать помощь от малолетнего гриффиндорца. Да еще и в такой мелочи. Том самодостаточен, ему не нужно… Поттер подошел достаточно близко, чтобы накинуть огромную куртку на плечи. — Вы… эээээ… на вас она смотрится лучше, чем на палке. — Спасибо за комплимент, — почти прошипел Том, резко запахивая джинсовку, которая в его случае не особо помогла бы согреться, если бы не остаточное человеческое тепло. — Надеюсь, вы никогда не скажете такое девушке. — Это эксклюзив только для вас, — усмехнулся тот и подмигнул, прежде чем броситься по кочкам в болото, чтобы Том не достал — гриффиндорский паршивец. Поттер проскакал болота так быстро, что Риддл не успел осознать, и крикнул с другого конца: — С прошлого раза ничего не изменилось! Для него, возможно, ничего не изменилось, но Тому ступить не на ту кочку хотелось в последнюю очередь. Он уже размышлял, стоит ли показать, что он умеет летать без метлы, и стирать ли потом Поттеру память, но тот так же быстро отправился обратно. — Сейчас я вас проведу! Риддл ненавидел этот лес. Не было ничего хуже сырости, холода, мокрого слизкого мха, травы, деревьев и болота, где он точно промочит обувь. Нет, ее можно, конечно, высушить, но сам факт, что придется идти по чавкающей грязи и воде, заливающей унылую осеннюю траву, был крайне омерзителен. Том все же сделал шаг навстречу Поттеру и почувствовал, что что-то мешает идти. Он резко опустил голову, готовый уже выжечь к чертовой матери весь Запретный лес с его милыми обитателями, глядя на дьявольские силки, обвившие щиколотку. Необычные дьявольские силки, учитывая, что они росли в месте, куда проникал солнечный свет. Салазар, в этом лесу были еще и мутанты! Зря Том заикнулся про то, что нет ничего хуже сырости… Он выхватил палочку, со злостью колдуя Люмос настолько яркий, что вспышку, наверное, можно было заметить из башни замка, а самому пришлось закрыть глаза, но растению было абсолютно все равно, точнее оно начало еще быстрее извиваться и с невероятной скоростью обвило ноги, сжало талию. Том готовился использовать режущее или сразу Адское пламя, но тут вмешался Поттер, все еще пробирающийся через болото: — Не убивайте его! Я договорюсь! Том отвлекся на секунду, и за эту секунду его рука с палочкой уже стала бесполезной, потому что стебли, корни или что это вообще было ее обездвижили, а по загривку прошлись мурашки от сырости и холода, которые несло растение. Том понимал, что его оплетает с ног до головы, очки упали на землю, правый глаз оказался закрыт, и все это с такой скоростью, с какой обычные дьявольские силки никогда не действовали. Отростки начали сжиматься на груди, отчего дышать стало тяжелее. Гребаный Поттер! Если бы не он, Том бы сейчас взмахом палочки убрал пепел и пошел дальше, а не висел в воздухе непонятно под каким углом! Еще и растение начало сжимать сильнее, и казалось, что кишки полезут через рот, хотя не факт, потому что горло тоже пережало. Чертовски не хотелось, чтобы Поттер или вообще кто угодно знал, насколько Риддл силен без палочки, но сейчас выбора не было, и Том приготовился выпустить черную гниль, разъедающую все живое и питающую мертвое, притаившуюся под его кожей, бегущую по венам, но этому было не суждено сбыться, потому что хватка ослабла, Риддл плюхнулся куда-то, стало очень мокро и так холодно, что он позорно не завизжал только благодаря дьявольским силкам, все еще закрывающим лицо. — Профессор! Злой, как мантикора, Том сдержал магию огромным усилием воли. Части растения исчезли от заклинания гриффиндорца, из-за чего стало понятно, что Риддл находится в болоте, в ледяной ноябрьской воде. Он посмотрел на Поттера тем взглядом, который в свое время заставлял людей падать на колени. Парень тоже упал на колени, хватая Тома за плечи и пытаясь вытащить из болота. — Я вас убью, Поттер, — прошипел Том. — Сожгу ваш чертов лес дотла вместе с вами. — Моя Шуша, — всхлипнул парень. — Я думал, она спит. Я ее убил. — Шу… вы дали этой ошибке природы имя?! — заорал Том. — Да она может убить секунд за десять! — Но вы тоже, — сказал парень, сложив бровки домиком. — Даже быстрее. — Оно могло… оно не могло меня убить, — исправился Том, — но неважно! В этой ситуации вы беспокоитесь лишь о своей Шуше! Эта хрень его чуть не удавила, а пустоголовый гриффиндорец ноет, что убил ее в последний момент! Том чувствовал, как от холода дрожит все тело, а мантия почти полностью мокрая и тяжелая. Джинсовка Поттера тонула в болоте. Ну и поделом! Том быстро вернулся к тому месту, где был пойман мутантом, нацепил на нос очки, подобрал палочку, сжал ее, быстро обсушив себя, и направился в сторону, откуда они пришли. — Постойте! — крикнул Поттер. — А как же первоцветы?! — Снейп обойдется! — рявкнул Том. Поттер, кажется, остался, чтобы попытаться достать цветы самостоятельно, но единственное, что он сможет сделать, — уничтожить их своей магией. Хотя, судя по шелесту, он все же решил отправиться в замок. Когда парень с разбегу обнял его со спины, от удивления Том двинул ему локтем под ребра и чуть не выколол глаз палочкой. — Вы идиот?! — взвизгнул Том, пытаясь обернуться к студенту лицом. — Я мог вас убить! Поттер не обратил внимания на зарождающуюся истерику человека, которого отогнали настолько далеко от зоны комфорта впервые за много лет. Он просто как кот потерся лбом о плечо Риддла и обхватил еще крепче. — Простите, профессор, — почти прошептал он. — Я знал… я мог договориться, я просто… я просто не успел добежать. Шуша была не плохой, я никогда не думал, что убью ее… — Вы никогда не думаете об опасности, — ответил Том, резко наступая Поттеру на ногу. Тот ойкнул и разжал руки, благодаря чему Риддл вырвался из хватки и обернулся, сверля парня недовольным взглядом. Поттер смотрел своими грустными глазами, пытаясь разжалобить, и сжимал в руках очищенную джинсовую куртку. Том сделал шаг вперед, хватая парня за ухо и подтягивая к себе, чтобы четко сказать: — Если вы еще раз предпочтите моему комфорту какое-то полудохлое растение, я спалю этот лес. Вам понятно? — он сжал ухо сильнее. — Ай-ай, да! Понятно! — завопил Поттер. — Оторвете! Том разжал пальцы и развернулся, направляясь к замку. — А Снейп… — Купит, — сквозь зубы сказал Риддл и добавил резко: — Ваша куртка. — Что? — Сюда. Живо, — ответил он, протягивая руку, даже не глядя на студента. — Молчать, не шуршать, не бегать, не делать резких движений, не вздыхать и не сметь потом жаловаться, иначе вы первым узнаете, кто станет причиной уничтожения вселенной этим до тошноты мерзким днем.