Твой дорогой Н

Настроение у Блейза было паршивым ровно до того момента, пока он не перелистнул страницу Пророка, наткнувшись на расписание квиддичных матчей. Через несколько дней Холихедские гарпии играли товарищеский матч в Дюссельдорфе… Пожалуй, у него ещё был шанс получить международный портключ. Гермиона ему так и не ответила, она вообще куда-то пропала, и, по правде говоря, Блейз с опаской читал газеты по утрам. Он не хотел бы увидеть новость о скоропостижной кончине героини войны. Хорошо, письмо он отправил лишь вчера, сова не вернулась с ним, но и не принесла ответ. Как оказалось, ответ в лице Гермионы Грейнджер пришёл самостоятельно. Звон колокольчика Блейз не услышал, зато звук отодвигающегося стула заставил его поднять взгляд. — Живая, — констатировал он, скользя взглядом по её телу, — и здоровая. Теперь даже как-то неловко упрекать в отсутствии ответа на письмо, — он ухмыльнулся, а Гермиона вдруг подскочила к нему и крепко обняла со спины. — Я тоже соскучилась! Блейз настороженно осмотрел подружку, так сильно отличающуюся от своей версии примерно месячной давности. Что это с ней? Карие глаза сияли, на губах играла лёгкая улыбка… — Моего совета, гляжу, не послушала, — догадался Блейз, покачав головой. — Что? Великие маги, она буквально светилась! — Нотт у тебя на шее расписался, — Блейз поджал губы и обхватил ладонью запястье, перетянутое призрачной нитью непреложного обета. Гермиона покраснела и быстро поправила ворот белоснежного свитера, натянув его повыше. Блейз вздохнул. В яблочко. Никакого засоса на шее Гермионы он не наблюдал, но её суетное поведение говорило само за себя: что-то у них уже было. — Потом о Тео, выкладывай, что у тебя случилось? — весь её вид выражал нетерпение, но Блейз не был уверен, что она так сильно жаждет услышать его историю. Решимость начала испаряться. Что, если отсюда Гермиона пойдёт прямиком к Поттеру? — Нет, сначала расскажи, где пропадала. Я беспокоился! И Забини не врал, он действительно задумывался, куда запропастилась Гермиона, просто под гнётом собственных переживаний не всегда есть дело до заботы о ближнем. — Мы с Теодором были в командировке в Хогвартсе, — на этом моменте её скулы немного порозовели. Блейз нахмурился. — Зачем? — Кое-какое задание по работе, ничего особенного, — она легко пожала плечами и заказала кофе, постучав палочкой о сахарницу. — Кстати, у меня есть мысли о его тайне, — Гермиона одарила Блейза пронзительным взглядом. — Поделиться? Забини покачал головой. — Я не смогу ни опровергнуть, ни подтвердить без угрозы моей жизни, забыла? Или жаждешь моей смерти? — Жажду рассказа. Блейз прикусил изнутри щёку, глядя на сидящую перед ним девушку. Прежде чем начать свой рассказ, решил прижать её к стене. Маловероятно, конечно, но… — Ты с ним переспала? Гермиона поморщилась и протянула руки к плавно опустившейся перед ней чашке кофе: Клара не стала их тревожить, отлеветировав заказ. — Ты хамишь, — спокойно произнесла девушка, рассматривая кофейные завитушки на пенке, — но всё к этому идёт, — мечтательно протянула она, не отрывая взгляда от напитка. — Хотя Теодор всё-таки держит меня на расстоянии. — И потом целует, — Забини ухмыльнулся, решив избрать иную тактику в общении с ней на тему Нотта. — Посадил тебя на качельки… — Я бы сказала, на американские горки, — прошептала Гермиона, и у Блейза по коже прошла волна мурашек. Американские горки... Он глубоко вздохнул, решаясь. — Я некоторое время виделся с Джинни. Гермиона выронила из рук ложечку, которой собиралась размешать сахар в кофе. — Ты… В каком… Стой! Нет! Мерлин… — Она приходила сюда каждое утро, мы болтали. Неприлично много болтали. Блейз заметил, как Гермиона выдохнула с облегчением, и он замолчал. Опустив глаза, протянул Грейнджер белый картонный прямоугольник… И услышал тихий выдох. — Как? — Это сделала она, Гермиона, — Блейз, наконец, поднял взгляд. — Мы дурачились в фотокабинке, и она в какой-то момент просто поцеловала меня в щёку. Грейнджер, — его голос даже ему самому показался жалобным, — я влип. После этого она больше не появлялась, а я… Я просто не могу. Сам не свой. — Я вижу, — она протянула руку и накрыла его ладонь. — Блейз, мы не позволим им разбить наши сердца, — голос Гермионы звучал ободряюще, и Забини выдавил скупую улыбку. — Вот для чего ты мне была нужна, — тихо проговорил он, накрыв её ладонь своей свободной рукой. Никто из них не заметил за окном рыжеволосую девушку, на долю секунды задержавшую взгляд на их руках. *** Холихедские гарпии разгромили противников. Джинни играла яростно, так, что заслужила несколько замечаний от судьи, но ей было плевать. Она видела их. Сидели и мило ворковали в этой чёртовой кофейне. Джинни только нашла в себе силы, чтобы посмотреть Блейзу в глаза, едва ли не волоком тащила себя пить лучший в её жизни кофе, и тут… Она не понимала, почему, но злилась. Швыряла несчастный квоффл так сильно, что после игры утонула в волне комплиментов и восхищения, но даже для колдографии в колонку спортивных новостей не улыбнулась. Девочки из команды окружили её со всех сторон, и из их болтовни она поняла, что вечером её ждёт сюрприз. Да, ей приготовили девичник… *** Сама идея девичника ей нравилась, вот только настроение оказалось неподходящим. Несколько часов между игрой и праздником для невесты Джинни провела в своём номере в жалких попытках насладиться ванной. Тщетно. Рука Гермионы поверх руки Блейза прочно засела в голове, не покинув её ни во время нанесения чар гламура, ни когда Джинни застёгивала короткое кремовое платье и закрепляла на макушке маленькую милую фату — отличительный знак её сегодняшнего вечера. Она пожелала своему отражению удачи и вышла из номера, расправив плечи. Итак, у тебя девичник… *** Итак, у неё девичник в Дюссельдорфе. Блейз не понимал, отнести это совпадение к разряду подарков судьбы или к её насмешкам: он сходил на матч, оценил яростную игру Джинни, хотел было отправиться домой по обратному портключу, но тот не сработал, пришлось искать ночлег и развлечение. Нашёл два в одном: в магическом квартале Дюссельдорфа был отель «Рамора» с собственным приличным баром. Там Блейз и попивал огневиски, когда его внимание привлекла шумная компания девушек. Сначала он опознал в них некоторых членов Гарпий, а потом едва не подавился своим напитком, ведь среди них, ярких и пёстрых, выделялась своим неприлично коротким светлым платьем и дурацкой фатой на макушке Джинни. Блейз переместился в дальнюю часть зала, набросил на себя отводящие чары и решил, что просто присмотрит за ней. *** Шампанское приятно щекотало горло. Его кисловатый вкус оседал на языке и чудесным образом отгонял от Джинни дурацкие мысли… Ну, ей так казалось. Она была готова поклясться, что внимание всех присутствующих волшебников принадлежит их шумной девчачьей компании, и в особенности — ей, Джинни. Фату она давно сняла, причёска растрепалась от танцев, а ноги ныли из-за не самой удобной обуви, но её немного отпустило, дышать стало легче, пока она не заметила до мурашек знакомый, но будто ускользающий профиль в дальнем углу бара. Парень сжимал стакан и выглядел… Безумно привлекательно. Как раз в этот момент подружки завели речь о своём сексуальном опыте. Джинни слушала их вполуха, рассматривая Забини. Что он здесь забыл, интересно? Глотнув шампанского, она мельком взглянула на своих спутниц и убедилась, что они очень заняты обсуждением своих бывших, нынешних и будущих. — Я до уборной, — она поднялась на ноги, немного пошатнулась и зажмурилась. Голова совсем чуть-чуть кружилась, а растворённый в крови алкоголь подначивал на откровенную беседу, но не с членами команды. Как удачно, что он выбрал место в дальнем углу… — Нам нужно поговорить, — она тяжело опустилась на диванчик рядом с Блейзом, отчего его брови приподнялись в удивлении. — Про луна-парк. И фотокабинку. И тебя с Гермионой, — по его реакции стало очевидно, что скрыть неприязнь в голосе ей не удалось. — Продолжай, — он сделал небольшой глоток огневиски, и Джинни поймала себя на мысли, что ей срочно нужно попробовать его напиток. Она несколько затравленно обернулась на оставленную ею компанию: девушки были увлечены беседой. Жаль, она плохо колдует, когда пьяна! — Джинни? В голове шумело, Блейз опять пригубил свой напиток. Крошечная капля жидкости блеснула в уголке его рта, и в голове Уизли будто бы переключили рубильник. В луна-парке она, поддавшись порыву, поцеловала его в щёку, а сейчас… Сейчас Джинни подалась вперёд и буквально слизнула каплю огневиски с его губ. Она отстранилась буквально на пару сантиметров. Оба замерли. — Что у тебя с Гермионой? — всё-таки спросила, почти касаясь его губ своими. Блейз качнул головой, чуть задев её губы. — Мы просто дружим. — С привилегиями? Она почувствовала его ладонь на своей талии и мягко поцеловала в уголок рта. — Джинни, — его голос звучал хрипло, — не играй с огнём, — шепнул, вернув ей поцелуй. — Я сама как пламя, Блейз. *** Она ошибалась, потому что это он был пламенем, полностью оправдывая своё имя. Из бара вышли порознь, но уже в лифте Забини прижимал её к стене и едва не вылизывал покрытую веснушками шею, заставляя девушку задыхаться. Он давал ей несколько шансов прекратить это безумие, но Джинни шептала, что не в силах остановиться, и он её целовал… Смеясь и спотыкаясь, держась за руки, добрались до его номера, и Джинни лишилась платья, едва за их спинами закрылась дверь. За платьем отправилось и бельё. Блейз стоял перед ней на коленях и говорил, что не желает видеть на ней эти свадебные тряпки, а Джинни только глупо хихикала, но едва ли не подавилась воздухом, когда почувствовала, как он прокладывает дорожку поцелуев от тазовых косточек к плотно сомкнутым бёдрам. Его палец скользнул между ними вверх, и Джинни тихонько застонала, неосознанно расставив ноги шире. — Ещё чуть-чуть, милая. Джинни откинула голову на стену и повиновалась. Лёгкое касание губ сменилось более настойчивым, и девушка ещё шире расставила ноги. Губы нагло сменил язык, дразня набухший бугорок, и Джинни запустила ладонь в волосы Блейза, неосознанно притягивая его ближе. Вскрикнула, когда он по-особенному задел её чувствительное местечко. Девушка зажмурилась. Сердце колотилось как сумасшедшее, а низ живота буквально пылал. Так качественно её не вылизывали, пожалуй, никогда. Она почувствовала как слабеют ноги от такой стимуляции. — Блейз, я не могу… Не могу стоять, — собственный голос показался чужим. Стимуляция прекратилась, и Джинни подавила разочарованный вздох, однако тут же оказалась на его руках. Он осторожно опустил девушку на кровать и посмотрел ей в глаза. — Хочешь продолжить? Она не стала отвечать, просто впилась в его губы поцелуем и принялась расстёгивать его рубашку. Блейз отстранился, снял её через голову и снова приник к губам девушки. Джинни услышала звяканье пряжки ремня и внутренне подобралась, но Забини не спешил. Оторвавшись от её губ, переключился на грудь, пока немного лениво ласкал пальцами, будто давал время, чтобы она к нему привыкла. — Ты восхитительна, — горячий шёпот обжёг мочку уха. Джинни прерывисто выдохнула, прогнувшись в пояснице. — Клянусь, Уизли, ты идеальна, — он несколько ускорил движения руки. Девушка прижалась губами к его шее и вздрогнула всем телом, и Блейз убрал свою руку с её промежности. Джинни недовольно засопела, но этот звук сменился громким стоном, когда Забини очень медленно, постепенными толчками вошёл в неё, чуть качнув бёдрами из стороны в сторону. — Нежно? — спросил, обхватив ладонью её щиколотку и запечатлев на ней поцелуй. — Жестче, — выдохнула Джинни и тут же вскрикнула от его движения. — Так? — Блейз снова резко толкнулся в неё. Джинни сглотнула. — Да, — толчок, — да… — ещё, — да, Блейз, да! — Твоё желание — мой закон. Джинни всхлипнула. От грубых движений Забини поджимались пальцы на ногах, а при попытке коснуться себя он обхватил её запястье и убрал его за её голову. Свободная рука Забини тут же легла на её промежность. Джинни заскулила, выгибаясь ему навстречу. Её трясло. Трясло так, как никогда раньше. Она нашла губы Блейза и с чувством его поцеловала, когда горячая жидкость заполнила её изнутри. Мгновение спустя Джинни особенно сильно выгнулась в руках Забини, сбивчиво шепча его имя.