Твой дорогой Н

Сердце постепенно замедляло свой бег. Гермиона ощущала, как горят щёки, когда поправляла одежду и причёску под насмешливым взглядом Нотта. Ей стало интересно, как она выглядит со стороны прямо сейчас, но сильнее волновал вопрос, что было бы, не нарушь их уединение ведьма. Гермиона прикусила губу: ну, скорее всего, она бы опустилась перед ним на колени, он вполне заслужил… в награду за свои чересчур умелые пальцы. Она выдохнула, потягиваясь. Тело ощущалось лёгким, словно пёрышко, а мысли ясным потоком текли в голове, словно она не надрывала своё сознание последние три недели. — Пойдём? Тео втянул щёки, отводя от неё взгляд. Тоже выдохнул, только как-то тяжело… Ну да, Гермиона, вообще-то пару минут назад кончила только ты. — Иди, я догоню, — Нотт взмахнул палочкой, и скомканный китель взмыл в воздух, отправившись в шкаф. Она кивнула и вышла из кабинета. Очень слабо представляла, что должен чувствовать возбуждённый мужчина, которому не позволили достичь разрядки. Рон как-то говорил ей, что это весьма болезненно… Правда, пытался манипулировать таким образом, подталкивая к первому сексу. Она слышала за спиной его шаги, точку которым поставил тихий щелчок дверного замка. Снова краска залила щеки Гермионы: позади остался мужской туалет, и она вполне могла предположить, зачем туда зашёл Теодор. Разрядка. Внутренности скрутило от спазма, потому что Гермиона отчётливо представила, как он неспешно проводит ладонью по вздутым венам от кончика до основания. Стало жарко… *** Жарко стало. Тео прижался лбом к тёмному кафелю, зажмурившись. Он всё ещё ощущал её жар на кончиках пальцев. Влага высохла, впиталась в его кожу. Вообще-то он зашёл помыть руки, но сдавленный брюками член и яркий образ раскинувшейся перед ним Грейнджер не оставили выбора… Он запечатал дверь в кабинку заклинанием. Пряжка ремня звонко ударилась о кафель, Тео с тихим стоном обхватил плоть. С нажимом провел ладонью от основания до головки. Хорошо. В его воображении кабинет остался не потревоженным, и язык Грейнджер очертил рисунок вздувшихся вен. Замечательно. Он бы даже не стал ей мешать, предоставив полную свободу действий для жадного рта. Не направлял, не хватал за волосы, полностью покорившись её воле на несколько минут. Блять, великолепно. Сердечный ритм, не успевший восстановиться после тесного контакта с Гермионой, снова сбился. Кровь шумела в ушах, рука скользила всё быстрее. В конце концов, заявиться на совещание со стояком было бы неэтично, не так ли? Грейнджер смотрела на него снизу вверх, и по её щекам текли слёзы. Видит Мерлин, Тео очень хотел бы, чтобы из-за него она плакала только так. Тело конвульсивно дёрнулось, колени подкосились. Он привалился к стене, жадно хватая ртом воздух. Грейнджер в воображении слизывала с раскрасневшихся губ белые капли… Спустя пару минут Теодор смотрел на собственное отражение. С кончиков пальцев капала вода, сердце постепенно выравнивало ритм, а мысли прояснялись. Он ухмыльнулся сам себе, покачал головой. — Ну и зачем ты это сделал, Тео? — произнёс вслух, буравя взглядом отражение. Хорошо, что шло совещание, иначе рисковал поймать чей-нибудь полный непонимания взгляд. Память услужливо подбросила образ стонущей Грейнджер. Жаль, нельзя было вообще не мыть руку, которой он её касался в самом интимном месте, доведя до экстаза. Теодор прикусил губу, прикрыв глаза. — Оставь эти мысли! Приказал сам себе, посмотрел на своё отражение и рассмеялся. — Ты только что дрочил в туалете как подросток, — он ткнул пальцем в сторону зеркала, — как ты докатился до такой жизни, Нотт?! Отражение, кстати, являло миру румяного молодого мужчину без намёка на круги под глазами. И где там Грейнджер увидела у него болезненность?.. *** В конференц-зале было прохладно и шумно. Совещание ещё не началось, и Гермиона нервно посматривала в сторону входной двери, из-за которой продолжали появляться волшебники и ведьмы. Кажется, собрали всех служащих отдела магического правопорядка. Где же Теодор? Не станет же он игнорировать это собрание? Она по обыкновению заняла ему место, ведь не первый раз их собирали. А ещё рядом с ним Гермиона чувствовала себя увереннее, особенно когда начальство начинало задавать ей вопросы относительно её работы. Она всё ещё считалась новенькой. — Здесь не занято? — Гермиона вздрогнула, столкнувшись взглядом с той самой ведьмой, что прервала их общение с Теодором. В её глазах светилось мрачное любопытство. Гермиона не могла вспомнить имя этой девушки. Она уже открыла рот, чтобы ответить, как… — Занято, — Тео бесцеремонно отпихнул ведьму в сторону и сел, положив ногу на ногу. — Мы с Грейнджер всегда сидим вместе на совещаниях. И это было правдой. Девушка хмыкнула и удалилась. Гермиона повернула голову в сторону Нотта и обомлела. Зрачки расширены, кожа буквально светилась, на скулах румянец, никаких следов усталости… Мерлин, да она буквально ощущала лёгкую вибрацию его магии! — Я так понимаю, я ничего не пропустил? — его взгляд блуждал по конференц-залу. «Ты чем в туалете занимался?!» — подумала Гермиона, и тут… Её осенило. Паззл сложился. Зелья. Определённо, это стимулирующие психотропные зелья. Всё сходится: то, как он выглядит сейчас, его поведение, лихорадочный блеск в глазах, даже непреложный обет! Конечно же Тео взял бы его с кого угодно, ведь за применение таких зелий они же и выписывают штрафы! А за изготовление прямая дорога в Азкабан! Гермиона потерялась в мыслях. И как давно? А что именно он принимает? Можно ли ему помочь? Гермиона знала, что в случае маггловских веществ это почти невозможно, и она никогда не изучала тему зависимости от зелий подробно. «Против служебных романов, Тео? Мерлин, да ты просто бережёшь меня…» Она пропустила момент, когда началось совещание. Встрепенулась, услышав усиленный сонорусом голос Гарри и подняла на него взгляд. —… анализом мисс Парабеллум выяснила, что за последние полгода загадочно скончались по меньшей мере пять девушек-маглов. Все они были обнаружены в разных частях Лондона. Туалеты баров, подворотни, заброшенные здания… В каждом случае в роду девушек когда-то имелись волшебники. Коллеги, — Гарри поправил очки, окинув взглядом сидевших волшебников. — Мы подозреваем, что в городе орудует инкуб. Гермиона нахмурилась. Инкубы — демоны, они не существуют! Но… — Демоны похоти? Разве они существуют? — скептический голос озвучил её собственные мысли. Едва ли не звенящий голос Нотта. — Демоны — нет, а вот инкубье проклятие существует, — охотно пояснил Гарри, — оно мало изучено, но у нас есть все основания полагать, что именно волшебник, поражённый им, причастен к смерти девушек. Предупредите своих близких. Мистер Фрейзер, — Гарри обратился к их начальнику, — я бы хотел, чтобы мисс Грейнджер оказала содействие аврорату в изучении природы этого явления, а мистер Нотт помог с опросами маглов. Всем известны умственные способности Гермионы, — голос Гарри отдавал теплотой, — а Теодор способен подобрать подход к любому человеку, будь то магл или волшебник. Фрейзер приподнялся с места, кивком выразив согласие с Гарри. — Дамы, — он переводил взгляд с одной девушки на другую, — настоятельно рекомендую не бродить в одиночестве по злачным местам и заказать себе аварийные портключи. Неловко говорить об этом, но они могут пригодиться, если вдруг новый знакомый… — Гарри запнулся, — ну, станет настаивать на интимной связи. Никто не засмеялся. Зал оцепенел от неизвестности. — Предполагается, что преступник — мужчина? — спросила та самая ведьма, которая прервала интимную связь Тео и Гермионы. — Почему вы так уверены? Щёки Гарри, покрытые лёгкой щетиной, заалели. — Жертвы с явными следами классической интимной связи, — подбирая слова, сказал он. — Все женского пола. Как только станет известно больше информации, мы снова соберёмся. Пока у меня всё. Задвигались ножки стульев, зазвучали голоса. Гермиона испытала знакомое чувство жажды знаний. О, она вывернет наизнанку все библиотеки, до которых доберётся! Кончики пальцев покалывало от предвкушения. Она даже забыла о своей догадке насчёт тайны Теодора. *** Жизнь превратилась в ожидание рассветов. Стоило солнцу всплыть над линией горизонта, как Блейз распахивал глаза, хватал метлу и летел, куда глядят глаза. Тело требовало нагрузки, а полет на метле не давал расслабляться мышцам, держал их в тонусе. Кроме того, свежий воздух и ветер в лицо прекрасно очищали мысли, но кое-кого выгнать из чертогов его разума им было не под силу. Джинни Уизли стала начинать свои дни с чашки кофе в его исполнении. Самая ранняя посетительница, она стабильно появлялась за стеклом кофейни ровно в семь пятьдесят девять, и Блейз с улыбкой впускал её, а затем переворачивал табличку «открыто». И они говорили… Говорили обо всём на свете, потягивая приятный напиток. Джинни почему-то не касалась больше темы свадьбы, и Забини этому был только рад. Он был убежден, что ей не идёт фамилия Поттер. Джинни Забини звучало куда лучше. Утренние свидания заряжали его на весь день. Стоило Джинни уйти, как он моментально переходил в режим ожидания следующего утра. И так по кругу. Через три недели после того, как заплаканная Гермиона уснула в его кабинете, утро неприятно удивило его отсутствием Джинни. Он ощущал себя так, словно солнце не взошло, и пребывал из-за этого в прескверном настроении. Чуть было не сорвался на новенькую официантку, перепутавшую заказы, например, и уже окрестил этот день худшим за месяц, когда колокольчик звякнул. Блейз бросил хмурый взгляд на вошедшего… Да, всё-таки солнце взошло для него и сегодня. Надо сказать, весьма хмурое солнце. Джинни плюхнулась на высокий стул. Блейз бросил на неё оценивающий взгляд и принялся за кофейное волшебство, ожидая, когда Джинни заговорит, но девушка молчала. Блейз осторожно подвинул к ней высокий стакан. — Что это? — Джинни уставилась на двухслойный напиток. На дне оранжевый, кофейный сверху… — Бамбл, — ответил Блейз. — Подсмотрел у маглов. Эспрессо с апельсиновым соком. — Как ты понял, что мне сегодня нужно что-то другое? — она обхватила аккуратно покрашенными губами трубочку. — Неплохо. — Весь твой вид кричит о том, что нужно что-то другое. Что случилось? Джинни молчала, потягивая через трубочку свой напиток. Рыжие волосы как всегда струились по плечам, красиво переливаясь на свету. — Мой жених аврор, — просто произнесла она. — Очередной выходной он на работе. У меня заканчивается отпуск. Еле уговорила его на луна-парк, но… — она махнула рукой. — И с Гермионой запретил идти. Вроде как в Лондоне завёлся маньяк. «Никаких вылазок в маггловский Лондон, милая», — передразнила его Джинни. — Хочешь, я схожу с тобой? Слова сорвались с губ раньше, чем он успел их обдумать. Их взгляды встретились. — Пойдёшь на магловские аттракционы? — шепнула Джинни и прикусила кончик трубочки. — Да. Я бывал в подобных местах, у меня много партнёров среди маглов, — Блейз улыбнулся, — они любят переговоры в неформальной обстановке. Поттер же не навесил на тебя следящие чары? Джинни покачала головой и улыбнулась. — Ты знаешь, я бы всё равно ушла туда одна, но не откажусь от компании, — она поднялась на ноги. — У тебя точно не будет проблем? — на всякий случай спросил Блейз, выходя из-за барной стойки. Джинни покачала головой. — Это вне зоны твоей ответственности, Блейз. Сердце заколотилось бешено. Джинни Уизли позвала его на прогулку! Мир перевернулся, да? Ну, один мирок точно пошатнулся, тот самый, что составлял сущность Блейза Забини. — Клара, на тебе закрытие кофейни! — громко произнёс он и, замешкавшись, поставил ладонь на собственное бедро. Чуть повернул корпус в сторону Джинни, и она — о чудо! — позволила ему взять себя под локоть. *** Огни. Как же маглы любили огни… Сияло всё: кричали неоном вывески, мигали лампочки на огромной карусели, мягко мерцала жёлтыми точками сеть, укутавшая фудкорт в луна-парке. Блейз каждый раз поражался количеству источников света у магглов, но сегодня… Сегодня он шёл под руку с самым ярким огоньком, на фоне которого меркло всё остальное. Как оказалось, Джинни воздерживалась от полётов перед свадьбой во избежание травм, но безумно скучала по ощущениям ветра в волосах и решилась на американские горки. Блейз бы с ней поспорил относительно безопасности этого аттракциона, но лишь улыбнулся, купил билеты и нащупал волшебную палочку, спрятанную в рукаве джемпера, чтобы в случае чего нарушить статут о секретности ради спасения жизни Джинни. Мало ли. Блейз работал с маглами, но не доверял им… И вот, он полетел. Второй раз за день. На такой бешеной скорости, что, будь он менее тренированным, обязательно бы опорожнил свой желудок, но вместо этого не стесняясь визжал от восторга на пару с Джинни. Ступив на твёрдую почву, они шли, цепляясь друг за друга и испытывая головокружение. — Не думала, что ты такой крикун, — хихикнула Джинни, вцепившись в его предплечье двумя руками. — Восторг! Но надо присесть. Они остановились, осматриваясь. Ни одной скамеечки поблизости… — О, фотокабинка, — воодушевленный приятным вечером Блейз указал в сторону бело-синего киоска, вход в который скрывался за плотной ширмой. — Идём. — Зачем? — Посидим и переведём дух, — беззаботно отозвался Забини. Он отвёл в сторону плотную ткань. — Дамы вперёд. Джинни плюхнулась на потёртый пуфик, Блейз присел рядом, отпустив ширму. Обстановка стала в разы интимнее… Их бёдра соприкасались. Блейз сглотнул. Джинни с интересом рассматривала внутреннее убранство фотокабинки. — А что тут делать? — Колдографироваться. Здесь в корпусе установлено что-то вроде колдоаппарата. Нужно оплатить, нажать вот сюда, покривляться и отсюда, — он указал на отверстие, — выпадет колдография. Ну, магловская, неподвижная. Занятная штука. Джинни с долей восхищения слушала его, не перебивая. — А давай попробуем? — широко улыбнувшись, предложила она. — Мерлин, папа будет в восторге, нужно его сюда привести обязательно! Так, Блейз, что нужно сделать? Забини улыбнулся. Бросил в аппарат насколько монет, нажал нужные кнопки… — Улыбнись, Джинни! Затвор щёлкнул первый раз… Джинни скорчила рожицу, а Блейз закатил глаза. Второй раз… Джинни смеялась, глядя на него. Он улыбался, невольно любуясь ею. Третий… Глаза Блейза расширились. Сердце пропустило удар. Он ощутил легкое касание немного влажных губ своей щекой. Четвёртый щелчок затвора.