Герогазм 1999

Стэн Эдгар смотрит на роскошный загородный особняк с холодным отвращением. Не просто надменно и с превосходством, как он смотрит на всех вокруг, не с ледяными презрением, как на идиота со сверх-силами, который на пике славы умудрился загубить свою блестящую карьеру таким громким публичным скандалом, что даже Vought не посчитали целесообразным пытаться его отмазать, а так, будто перед ним возвышается куча дерьма высотой в три этажа. Ради нынешнего президента огромной многомиллиардной корпорации Стэнфорду Эдгару приходилось делать много вещей и принимать немало решений, которые он бы не назвал лично для себя приятными. Сегодняшний день явно возглавит личный топ его невзгод во имя карьеры. Он уже ненавидит этот день, а ведь он пока ещё даже ничего не сделал, не вышел из машины, не ступил на порог глубоко отвратительного ему места, не преодолел вызывающе-красную дверь... У него даже нет приглашения... У него, к счастью, нет НА ЭТО приглашения... Стэнфорд медленно выдыхает. Надевает на лицо дежурную приветливую улыбку, при этом взгляд остаётся убийственным. Личный водитель распахивает перед ним дверь. Президент Vought медленно выбирается из салона. Неспешной, уверенной походкой идёт по подъездной дорожке к крыльцу. Он в своем дорогом черном деловом костюме выглядит крайне неуместно на фоне двух подпирающие дверь суперов, одетых в черные ремни... По правде говоря, больше раздетых, чем одетых... Чёртов Солдатик. Чёртова Либерти. Vought за последние полвека не раз пытались пресечь этот укоренившийся праздник разврата. Если только это просочится в прессу, компания потеряет сотни миллионов долларов только в короткие сроки, а в будущем потери могут составить миллиарды. Кто, блядь, станет покупать детские хлопья или спортивную одежду, украшенную лицом известного извращенца? А если в категорию извращенцев перейдёт добрая половина из самых ярких звёзд? Даже представить страшно, что могло бы быть... но так как вычистить этот галюшник так и не удалось, осталось взять под контроль. Территория по периметру особняка тщательно охраняется по периметру службой безопасности Vought, а ведущая к особняку дорога перекрыта для всех посторонних, кто не является супером и не имеет специального приглашения. - Приглашение. - смерив его недоброжелательным взглядом, требовально басит здоровяк со стальной кожей. Стэн Эдгар, глядя на него снизу вверх, но при этом без капли подобострастия, смеривает его таким взглядом, будто планирует сдать на повторное сырьё и прикидывает, есть ли в нем ценные металлы. Улыбка на лице Стэнфорда становится шире, при этом взгляд ещё убийственнее. Охрана корпорации пропустила его машину к особняку без лишних проволочек. Молодцы. Знают своё место. А вот эти двое, настолько незначительные, что их имена Эдгар не помнит, по всей видимости, не дружат с реальностью. - Господа, я - генеральный директор компании Vought. Мне не требуется приглашение. - любезно уведомляет он. Будь его любезность ядом, она отравила бы почву и воду целого американского штата. К огромному удивлению Эдгара, его общеизвестный авторитет не срабатывает на парочке богомерзких извращенцев. - Нет приглашения - нет дороги вперёд. Улыбка Стэнфорда застывает. В голове быстро вращаются мысли, преимущественно нецензурные. Всё то, что он никогда не позволит себе сказать вслух, ведь говорить такое - значит уронить самоуважение в грязь и расписаться в собственной несостоятельности. Чёртов-чёртов Солдатик... Его золотые годы - давно минувшие дни, а Vought до сих пор страдает от последствий его разгульного образа жизни. - Господа, позвольте вам объяснить... - Стэн добавляет в голос мягкости. Об эту мягкость раскололся бы Экскалибур. Приходится играть очень грязно. Солдатик, согласно отчётам, на данный момент находится на тайной мисси в Майами, помогает ЦРУ, и в Нью-Йорке будет на раньше завтрашнего дня, так что можно себе позволить жёсткий блеф. Эдгар достает из внутреннего кармана пиджака фотографию Хоумлендера. На снимке ему шестнадцать. Показывает фото своим оппонентам. - ...у вас тут несовершеннолетний сын Солдатика, которого папочка очень любит и бережёт от всех своих пороков. - бессовестно врёт Стэнфорд. - А вы его впустили. Понимаете, насколько это деликатное дело? Охранники обеспокоенно переглядываются друг с другом. На массивных лицах отражается беспокойство - как раз нужная реакция, чтобы дожать. - Я тихо зайду. Заберу ребёнка и о вашей ошибке никто не узнает. Уговор? Перед генеральным директором Vought распахивают вульгарно-красные двери и он ступает на красную дорожку прихожей, как на персональный эшафот.