Поток. Договор Сердец

      

POV Саня. 

      Покой. Вокруг ничего кроме бескрайней тьмы, тишины и блаженного безделья. Мысли текут еле-еле, никуда не надо спешить, никаких проблем нет. Ка-а-а-йф.        В какой-то момент приятную атмосферу разрушает белый огонек. Маленький, почти незаметный, но такой сцуко, доставучий! Все кружит и кружит, нудит и нудит, а стоит попытаться от него отмахнуться, как тьма неприязненно от меня отстраняется и появляется неприятный нарастающий зуд.  — ...ворю привести его в сознание невозможно! —  надрывался старческий голос. — Даже без анализов и спец оборудования видно, пациент в критическом состоянии! Мистер Хайд, прошу, объясните вашему клиенту, что всякому мракобесию должен быть предел!  — Хайд...   — Князь Фобос, доктору Фостеру трудно так быстро поверить в ваши... особенности. Не могли бы вы закрыть глаза на его непочтительное поведение?  — Хорошо, благодаря кое-кому у меня имеется схожий опыт. Однако вашему лекарю следует добросовестно исполнять свои обязанности.  — Фостер, ты все слышал?  — Все. Но хотя бы декорации и животных из этого, прости Господи, лазарета уберите.  — Нет.  — Хорошо, — обреченно ответил старческий голос и стал на пару тонов тише. — Бьют же некоторым деньги в голову. Развели какое-то сектантское логово: магия, замки, дрессированные коты, механизированные чучела... чтоб вас черти побрали.         Неимоверно бесит! И этот шум, и зуд по всему телу! Из-за них тьма и покой уходят все дальше, а эта светящаяся мошкара растет и становиться громче. Втащить бы ей с ноги...        Стоп, у меня есть нога? И тело? Не, ну конечно же есть, тело всем людям в начале жизни выдается, и нога в комплекте идет. Даже две. Но разве оно должно так болеть?        Внезапно остатки тьмы смели картины недавнего боя. Манасосущая тварь, лес опасных щупалец, смерть, дышащая мне в затылок и последняя жертва Лорда... Бранда, что дала шанс на победу. Болотная ктулха точно сдохла... может Бранду все же удалось спастись?        С затаенной надеждой я отправил волну маны по магическо-спиритической “антенне”:  — Бранд! Ответь! Бранд!        Потом повторил. Еще. И еще. Безрезультатно. Рядом было непривычно тихо и пусто, от чего нарастающее жужжание от светящейся мошкары неимоверно бесило. К прошлым голосам добавился еще один, свистящий и немного неестественный.  — Саня приходит в себя. Я его слышу. Кажется, зовет одного из своих мертвых двуногих.  — Значит лечение работает. Лекарь, приступай к осмотру Черепа. С его помощью Зверь пробудится быстрее.  — Лекарь? Да если бы Паттерсон не нарыл на меня компромат, я бы давно преподавал в Гарварде, а не исполнял прихоти всяких бандитов... кхм-кхм, прошу прощения, дайте мне пару минут. И не нужно демонстрации всех этих спецэффектов. Так...нарушение рефлексов, повышенное давление, еще и перегар. М-да, куда катится молодежь... еще и рука вся изрезана... М-да... Кхм, не берусь утверждать точно, но поверхностный осмотр указывает на инсульт. Тошнота, расширение зрачка, нарушение координации, что-то из этого замечали?   — Да, все перечисленное.  — Сколько прошло с появления первых симптомов?  — Около четырех часов.  — Плохо. Молитесь, чтобы не было осложнений. Обоих молодых людей необходимо немедленно доставить в отделение интенсивной терапии, дальнейшее лечение без своего оборудования провести не берусь.         О ком они говорят? Неужели о Лехе? Где этот придурок умудрился инсульт заработать? Неужели... Леха, злоебучий ты Гудини, дай мне только очнуться, я тебе такое “небольшое музыкальное дополнение с простеньким видеорядом” устрою!        Вспышка злости на суицидальные наклонности друга словно отбросила тьму еще дальше. Правда, ее место сразу же заняли нарастающие слабость и тягучая боль, но месте с ними росла и светящаяся мошка, жужжание которой становилось все громче и четче.  — Это уже не тебе решать. Указывай, корень этого “инсульта”, да побыстрее.  — Слушаюсь... “князь”. Вероятней всего кровоизлияние в каротидном бассейне, это здесь, либо вертебробазилярном... Бога ради, на что вы надеетесь? Вылечить его наложением рук? А?!        Стариковский голос резко стих, сменившись возней и невнятным мычанием.  — У-юй-юй-юй-и-и-и... каувах-х х-х-хера-а-авато... — разобрал я не особо четкий, но определенно Лехин голос.  — И чья это вина? — насмешливо фыркнул Фотий. — Силой ты явно не обделен. Приходи в себя и приступай к лечению Зверя.  — А? А?! Саня еще в отрубе? Ща, помогу... — через светлый шар донеслось натужное кряхтение, закончившееся бессильным выдохом. — Хрен там, руки-ноги нормально не слушаются.  — Стоит радоваться, что вообще слушаются, — проворчал старческий голос. — В вашем состоянии стоило ожидать частичного, а то и полного паралича отдельных конечностей. Уж не знаю, каким образом вы привели молодого человека в чувство, но без должного лечения ему станет только хуже. В интенсивную терапию, срочно!  — Фигушки, никуда не поеду, — в голосе Лехи промелькнули упрямые нотки. — С принцессьей помощью лечить я могу...  — Лечить?! Молодой человек, то, что вас пробудили каким-то мракобесием, не повод так наплевательски относится к своему здоровью. Вы даже рукой не в состоянии двинуть!  — Не в состоянии. Плоть слаба... но силен металл. Фотий, куда мои запасные лапки дели?  — Миранда?  — Слушаюсь.        Пару минут слышалось кряхтение вместе с металлическим позвякиванием, окончившиеся протяжным скрипом и растерянным восклицанием доктора:  — Что? Но это даже на протезы не похоже. Как? Как это управляется?  — Технически, силой мысли, — хмыкнул Леха, приближаясь ко мне. — Судя по еще желтой роже, лечить мы будем в основном печень?  — Советую еще проверить почки, легкие и поджелудочную железу, — нерешительно добавил врач. — По некоторым признакам печень еще работает, но крайне слабо. Возможны осложнения из-за нарушения обменных процессов.  — Легкие в порядке, — уверенно заявил Фотий. — Про остальное того же сказать не могу. Череп, займись почками и печенью. Лекарь, где и как глубоко расположена поджелудочная железа?        По телу прокатилось несколько волн тепла. Светящийся шар резко распух и заполонил собой все вокруг. Мгновением спустя темнота вернулась, но не глубокая и бесконечная, а обычная, от прикрытых век.  — Ох-хо-хо, — простонал я, ощущая чудовищную слабость и ноющую боль.         Стоило хотя бы немного согнуть палец как стало еще хуже: слабость и боль возросли многократно, словно неделю без передышки от булавы Ярика бегал, и та, скотина такая, каждый раз догоняла. Да даже приподнять веки и то получилось с трудом. В глаза ударил яркий свет и вскоре я разглядел знакомое помещение замкового лазарета. Над койкой склонились фигуры Лехи и Фотия, причем князь внезапно был одет не в привычную мантию, а в белый медицинский халат. Типо маскировка перед Хайдом и старичком-доктором, которые стоят за их спинами?  — Не трать силы на лишние движения, — Фотий нахмурился и перенес слабо светящиеся руки с живота на голову. — Моргни если “да” и ничего не делай, если нет. Ты сражался с убийцей магов?  “Да”  — Твое состояние — итог вашей битвы?  “Да”. Хотя, вернее будет сказать, результат моих проебов во время битвы. Бей я двойным заклинанием в первый же раз...  — Когда ты встретил тварь, она уже была таких размеров?        Подумав, оставил глаза полуприкрытыми. Все же болотная ктулха здорово вымахала в течение боя.  — Так понимаю, это значит “не совсем”. Ладно. Стоит ли ожидать в том регионе появления еще одной подобной твари?  “Нет”. Ведь откуда взяться другим пятерым идиоткам, что поднесут манасосущему монстру почти прямой доступ к силе Сердца целого мира?  — Хоть одна хорошая новость, — облегченно выдохнул Фотий. — И последнее... Стражницы. Они живы? Вернулись в свой мир? Нужно ли готовиться к ответным действиям Кандракара?  “Да”, “Да” и “Нет”, сцуко! Малолетние идиотки с шилами в жопах должны сейчас сидеть по домам в целости и сохранности.  — Значит никаких потрясений не предвидится... Хорошо. Отдыхай, подробности расскажешь позже. Череп тебя это тоже касается.  — Сон для слабых, — вяло возразил Леха, — Если можешь не спать — не спи-и-и... хр-р-р...        На последних словах его глаза закрылись, механические лапы подогнулись, и он упал на край моей койки с тихим похрапыванием.  — Не можешь, — криво усмехнулся Фотий и перевел взгляд на меня. — Как и ты.        Веки из тяжелых стали просто неподъемными. Последующие приказы князя я слышал, проваливаясь в сон.  — Миранда! Черепа переодеть, перевязать, напоить зельями и обложить лечебными артефактами. Зверя — то же, но без зелий и перевязок. Ржавый! На тебе общий надзор и командование лекарями твоего народа. Хайд! Приведи своего лекаря в чувство... 

*** 

      Пробуждение выдалось на редкость отвратным. Слабость и боль никуда не делись, так еще и “будильник” гундел не затыкаясь.  — Лежу я на койке в больничке родной, отбитый на бошку колдун молодой, — нараспев декламировал Леха, развалившись на вполне современной больничной кровати по соседству и скучающим взглядом уставившись в каменный потолок лазарета. От его руки тянулась тонкая трубка к стоящей неподалеку капельнице, а на голове, на манер шапки, развалился Ржавый, свесив лапы на щеки. — Мой трезвый товарищ, валяясь ничком, кровавые слезы льет лишь о Нем. Льет, и храпит, и дрыхнет опять, все думая, где же спирту достать.  — Аэ-эы-ы-ы, — попытался возмутиться я на такую паскудную клевету, однако, что челюсть, что язык еле шевелились.  — Саня! Наконец-то очнулся! — радостно выкрикнул Леха, едва не сбросив рыжего котейку резким движением головы.  — Мраус-с, — недовольно проворчал тот, укладываясь обратно.  — Мраус-с, — согласилась с ним Пестролистая, сидящая на моем животе. Потянувшись, она привстала и повернулась к выходу из лазарета. — Миау-у мау!  — Ми! — коротко ответили ей и из коридора донеслись быстро стихающие звуки кошачьего тыгыдыканья.  — Сам ты мраус-с, Ржавый, — хмыкнул друг и осторожно повернулся в мою сторону. — Как самочувствие? Говорить можешь?        Мог бы, говорил бы исключительно матом! Самочувствие препоганейшее, усталость адская, сил ни на что нет — чудом не сдох. Хотя да, реально чудом, все же меня Леха с Фотием вдвоем магией латали. Магией...        Ухватившись за промелькнувшую в голове мысль, потянул ману из одного из лечебных артефактов, одновременно удерживая в голове образ скара. Вскоре по телу прокатилась знакомая волна физического усиления, наполняя мышцы какой-никакой силой   — Говорить могу, — неуверенно пробормотал я, осторожно сгибая поочередно пальцы на руке. — а вот нормально двигаться нет. Слава магии усиления, хоть мелочи вроде пальцев, век и языка меня более-менее слушаются.  — Гы. Гы-гы-гы-гы-гы, — противно загоготал Леха и расплылся в ехидной улыбке. — То есть свою пипирку ты полностью контролируешь?  — Да пошел ты...  — Мра-а-а-аус-с, — обреченно протянул Ржавый и легонько стукнул лапой шутника по щеке  — Я бы и рад пойти, да здоровье не позволяет, — вздохнул Леха. — Сорян за низкокачественную шутку, но знал бы ты как мне скучно, расплакался.  — Угу, потому что страшнее скучающего Лехи твари нет? — усмехнулся я, осматриваясь вокруг.         Я, как и друг, лежал на современной больничной кровати, непонятно как оказавшейся на Метаворлде. Впрочем, капельница и неведомый аппарат медицинского назначения, от которого в мою сторону тянулась куча трубок, выбивались из картины магического средневековья еще сильнее.  — К сожалению есть, — нахмурился друг и недовольно посмотрел на медицинский агрегат.  — Скорее было. Самая стремная болотная хтонь из всех, даже хуже скаровой матери.  Слушай, а почему мне так хреново? И что это за хреновина с трубками?   — Хреновина с трубками тебе кровь от всякой пакости чистит, ибо ты, алкашина треклятая, едва не утратил самый важный орган в своем теле — печень!  — Пиздешь и провокация! Все что успел выпить — минимальный набор баффов перед битвой и антидот. Да я был трезв как стеклышко!   — После первого курса ведьмачьей продукции скорее стёкл как трезвышко, — хмыкнул друг. — Впрочем, думаю зелья печенку лишь добили, а в разнос она пошла намного раньше.  — Значит тот доктор-дед был прав? — в груди все сжалось от накатившего страха. Отказ целого органа — звучит песец жутко! — Это лечится?  — Да. С принцессьей помощью, — кивнул Леха. — Правда, сколько ты будешь отходить от желтухи и тяжких телесных — неясно. Я в сознании недолго, успел лишь перекинуться парой слов с Медио и Мирандой, когда они повязки приходили менять. Короче, пока мы валялись в отключке, нас успели порталами свозить на МРТ, рентген и Поток знает куда еще. Тебе надо серьезно подлатать печень, немного почки и поджелудочную, трещины в костях, поправить отбитость всего тела в принципе, а также почистить организм от всякого дерьма. По идее, ничего такого с чем не справиться маго-медицина.  — Ага, — облегченно выдохнул я. — А у тебя что?  — Небольшой инсульт или кровоизлияние в мозг, если по-простому. Как итог —временная потеря координации, проблемы с соображалкой и четкостью речи. Звучит жутенько, но по факту легко перекрывается постоянным поддержанием небольшого разгона кукухи и механическими лапами. Еще бы кто-нибудь их мне вернул... — друг с намеком покосился на лежащего на его голове Ржавого.  — Фырх! — презрительно фыркнул кот, всем видом показывая, что просьбу хозяина удовлетворять не намерен.  — Жлоб пушистый, — не остался в долгу Леха, после чего весело подмигнул мне. — В общем, неделька отдыха на больничном и снова за работу. А работы буде-е-е-ет...   — Будет тебе работа, не сомневайся, — заявил Фотий, быстрым шагом входя в лазарет. — Советнички, Бездна вас поглоти. Натворили дел, что первый, что второй и отлеживаются.         Усевшись с важным видом на стул рядом с нашими кроватями, князь сделал пару пассов рукой и пристально уставился сначала на меня, а потом на Леху. По прошествии некоторого времени он приподнял уголок губ в намеке на улыбку и расслабленно откинулся на спинку.  — Смотрю, от целителей Хайда все же есть какой-то толк.   — Нормальный врач и без магии тянет на волшебника, — кивнул Леха. — Княже, а не подскажешь какими судьбами в нашем магическом средневековье оказалось все это высокотехнологическое добро двадцать первого века?  — Хайд одолжил, — легко, словно о чем-то само собой разумеющемся, сказал Фотий. — Ваше скорейшее выздоровление и в его интересах тоже.  — Я правильно понимаю, легенде об учениках мага-культиватора из иного мира трынцец? — расстроено уточнил Леха.  — Благодаря вашим длинным языкам эта “легенда” уже давным-давно ушла на дно, — презрительно хмыкнул князь. — Пусть Хайд смог разузнать не слишком много, но для людей не знакомых с магией его соглядатаи отработали превосходно.  — Тц, — цокнул я, припоминая сколько всего было и должно было быть куплено через Портовое Братство. Еда, материалы, оружие, взрывчатка... очень много взрывчатки. — И что теперь?   — Теперь будем ждать вашего выздоровления и прибытия сюзерена Хайда, а после заключать полноценный торговый договор между Метаворлдом и Портовым Братством. Не дело обменивать артефакты только на еду и материалы для ваших изысканий, — предвкушающее улыбнулся Фотий.  — То есть секретность миссии просрана, но просрана удачно? — с ехидной любой уточнил Леха.   — Да, однако не для вас. Хайд уже передал мне список артефактов, которые хотел бы приобрести его сюзерен и вы определенно не обрадуетесь его длине.  — Кто вы-то, я один здесь артефактор, — тихо пробурчал Леха.   — Пока же, — полностью проигнорировал его Фотий, — начните с доклада о причинах своего недомогания. Зверь, тебе слово.  — Хорошо, — вздохнул я. — Началось все с того, что мы с Лордом... Браном встретили дежурного кота-шпиона...        Повесть о битве с болотной ктулхой заняла неожиданно много времени. То Леха, то Фотий постоянно задавали уточняющие вопросы, вроде того, куда и как меня бил монстр, как он себя вел или как быстро рос.   —... после двойной прожарки мозгов твари молнией я послал ведьм на “Землю”, а сам открыл портал на базу. Дальше вы знаете, — закончил я и расслабился, переводя дух.  — Убийца магов против Стражниц, — Фотий задумчиво погладил бородку и резко тряхнул головой. — Нет, слишком опасно. Несмотря на всю набранную мощь, тварь так и не обрела зачатков интеллекта, а значит выдрессировать ее не выйдет. Хотя... Стоит оценить тушу как полезный ингредиент.  — От следующей твари ингредиентов не останется, — хмуро предупредил я. — Куплю у Хайда пару тонн тротила и подорву к болотной матери вместе с ведьмами.  — Саня, таки откуда такая кровожадность? — с хитрой улыбочкой поинтересовался Леха. — Где ваша коммерческая жилка? Особенно когда Вилл открыла в себе талант к квинтэссенции. Мы им такой скандал сделать можем, что наши правнуки веселиться будут!  — Да пошли эти шиложопные ведьмы нахрен! Из-за них помер Бран! — от злости, я даже немного привстал с кровати. — А вы? Почему вас вообще не волнует его смерть?!  — Лорд Бран был дворянином, заслуживающим уважения даже в виде призрака, — нахмурился Фотий. — Однако на момент вашего знакомства он уже был мертв и, насколько я слышал, возвращаться к жизни посредством металлического тела намерен не был. Рано или поздно, Лорд Бран ушел бы за грань. Прими это.  — А если он умудрился уцелеть? — не сдавался я.  — Шансы ничтожно малы, — покачал головой князь. — но оно и к лучшему. Тебе напомнить, что случается с призраками, растратившими ману? Они начинают терять свою суть. Силы, навыки, воспоминания — все что их делало теми, кем они являются. В конце концов полуразумный сгусток магической силы распадается, либо оказывается съеден более удачливыми магическими тварями.   — Ясно, — глухо ответил я.        Если вспомнить Те, Ле, а также призраков, отловленных в повалах замка, то с первыми двумя даже разговора без посредничества Брана построить не получалось, а замковые вели себя как слабо осознающие окружение безумцы. Как минимум, ничего лучше голосового ввода для калькулятора от них добиться у Лехи не получилось. Кстати, Те и Ле! Что с ними?        Несколько томительных секунд ожидания и на мою “духовную антенну” пришел ответ! Один, но все же ответ!  — Сань, что за внезапные скачки настроения? — поинтересовался Леха. — Съезжающая кукуха как бы моя фишка.  — Твоя, твоя, я на нее не претендую, просто один из призраков выжил. Понимаешь? Выжил!  — Не особо, но раз ты рад, то все отлично.   — Так, не понял, — возмущенно уставился я на друга. — Объясняйся.  — Ну... — немного смутился под моим пристальным взглядом Леха. — Для меня Бран скорее... как дальний родственник, которого ни разу не видел в живую. Жил дядя Бран где-то на другом краю страны, да помер. Грустно немного, но как бы и все. Возможно, мне стоило бы вдохновиться его последними напутствиями, но опять же, смысл? Я и так буду приглядывать за Медио и помогать ему восстанавливать Аураман.    — Все с тобой ясно, скотина бесчувственная, — вздохнул я. — Хорошо, раз дела духовные тебя не интересуют, поговорим о твоей кукухе. У меня всего два вопроса: как и нахрена?  — Ой, а я тут понял причину почему у тебя печень отказывать стала, — отвел в сторону бесстыжие глаза Леха.  — Грубо работаете товарищ. Колись давай!  — Ладно, ладно, — недовольно скривился друг. — если коротко, меня подвело мое чувство прекрасного.  — А подробнее?  — Под конец выступления кончилась мана или точнее ее критически не хватало на концовку. Элион успокоилась, и “светлая сторона” мана-зарплаты не обеспечивала нужный разгон кукухи для поддержания всех иллюзорных конструктов. Вот и подумал прокачать лечебной маной не только магические мозги, но и биологические.  — Идиот, — сделал жест рука-лицо Фотий. — С каких пор “светлая” мана стала “лечебной”? Я тебя на тренировках недостаточно заклинаниями охаживал?  — В свою защиту могу сказать, что голова у меня тогда была занята просчитыванием иллюзий, да и снижать качество было никак нельзя — огрызнулся Леха. — но да, признаю, сглупил.   — Мна-а-а-а — обреченно протянул Ржавый закатив глаза.  — Мда-а-а-а, — поддержал я кота. — И что тебе помешало снизить свои аппетиты и уложиться в рамки магического бюджета, аниматор глюкнутый?  — Например то, что это был самый кульминационный момент постановки?  — И шо? Ты должен был исправить косяки двойников ведьм, а не превращать школьный спектакль в шедевр расточительного искусства.  — Рх-х-х, — недовольно проворчал Леха. — Я художник, я так вижу. У меня даже диплом о художественном образовании есть. О начальном, но есть!  — Засунуть бы тебе этот диплом знаешь куда?  — Не получится, он в другом мире!  — Вот и выпендриваться в другом мире будешь, черная дыра бюджета.  — Замолкли оба, — приказал Фотий и устало помассировал себе виски. — Череп, тебе есть что еще рассказать?  — В целом, ничего, — дернул плечами Леха. — Про двойников девчонок и ситуацию в целом Медио знает не меньше меня... О, точно! Как великий и многомудрый маг, не ответишь ли на пару вопросов глупого меня?  — Так себе лесть, однако спишу недостаток сообразительности на твое недомогание, — усмехнулся князь. — Хочешь узнать, почему ваша лечебная магия плохо работает на старых ранах? И не нужно корчить такое удивленное лицо. После твоих неосторожных обещаний сложно было не догадаться.  — Ле-е-ех? Каких еще обещаний?  —  В процессе твоего экстренного лечения выяснилось, что у Дарсии есть какой-то недуг, с которым артефакты массового производства не справились. Что-то там о химическом повреждении пятнадцать лет назад или около того. Ну, я и пообещал посмотреть, что для этого можно сделать, — отвел взгляд Леха — А что? Как минимум для Медио она не чужой человек, а разобраться с болезнью, не поддающейся обычному лечебному артефакту, нам самим будет полезно.  — Сроки какие-нибудь называл? — обреченно уточнил я.  — Вроде бы нет.  — Сойдет, как-нибудь выкрутимся. Княже, так почему магия плохо работает на старых ранах?  — Эх, и это мои лучшие лекари, — состроил величественно-скорбную мину Фотий. — Неучи каких поискать. Хорошо, внимайте. Как вам должно быть известно, обычно заклинания “лечение” и более сильное “исцеление” используют для остановки кровотечений, заживления порезов, снимания отеков, ушибов и прочих повреждений что самостоятельно излечиваются за пару-тройку недель.  — Что-то Ржавый после мясорубки портала и лурдены после облавы не особо были похожи на тех, кто мог бы “излечится самостоятельно” и за несколько лет, — возразил я.  — Не перебивай, — сурово сдвинул брови князь. — Я сказал “обычно”. Главная особенность “лечения” и “исцеления” в том, что магу достаточно выучить заклинание и применить на пострадавший участок, а дальше магия сделает все самостоятельно. Причем, при достаточной силе мага или из-за его предрасположенности, — Фотий гордо задрал подбородок, — заклинания становятся способны на куда большие свершения. Впрочем, того же можно добиться слаженной работой нескольких магов, однако такие случаи очень редки.  — Особенно, если эти маги не умеют в мультикаст, да? — задумчиво произнес Леха и иронично усмехнулся. — Вот так живешь-живешь, а потом узнаешь, что даже твои заклинания умные, один ты тупой. Княже, а как лечебное колдунство понимает как и что нужно лечить?  — По магической сути раненого.  — Эм-м-м... Типо, в магической тушке бекап хранится? — недоверчиво переспросил я.  — Не совсем понял, что ты имеешь в виду. “Лечение” и “исцеление” работают сразу по двум фронтам: формируют по магической сути основу и подстегивают естественные способности тела к восстановлению. Именно по этой причине со свежими ранами справиться легче.  — Угу, а моя бедная лапка страдает после каждого протекания по ней маны, — криво усмехнулся Леха. — Тело, ты какого хрена здорово? У меня в магических хрониках четко прописан брутальный стигмат. А ну быстро образовало сетку из кровоточащих ран!  — Доля истины в твоих словах есть, — кивнул Фотий.   — Хреновенько, — вздохнул друг и нервно прикусил губу. — И никаких альтернатив?  — Почему же? Целительство не ограничено парой заклинаний, просто для остальных необходимы долгое обучения и не менее длительная практика. Взять хотя бы заклинание диагностики: несведущему магу оно не скажет ровным счетом ничего, а опытный целитель сразу поймет, чем болен пациент и что стоит лечить в первую очередь.  — Это с его помощью ты понял, что мы идем на поправку? — догадался я.  — Да, — нехотя согласился Фотий и недовольно дернул щекой. — Однако правителю редко приходится кого-то лечить, поэтому подробности я разглядеть не могу.  — Все равно круто, — подбодрил его Леха и поинтересовался с хитрой улыбочкой. — Научишь?  — Сначала на ноги встань, болезный, — усмехнулся Фотий, вставая на ноги. — Да и некогда мне с вами рассиживаться.  — Дай рюкзак с железными лапами и я не только встану, но и по стенам ползать начну.  — Мрх-мрх-мрх-мрх-мрх! — недовольно заворчал Ржавый, зыркая на беспокойного хозяина с высоты своего насеста.  — Согласен. Отказано! — еще шире растянул губы князь. — Никаких тебе лап пока рука не восстановится. Лежи, лечись и не гневи государя!  — Ну кня-я-я-язь! Чтобы контролировать лапы много маны не нужно! Я для нормального ведения разговора да на подзарядку лечилок “светом” трачу раз в десять больше и ничего, никаких внеплановых кровотечений.  — Я подумаю, — хмыкнул Фотий. — Ржавый, проследи.  — Мра, — кивнул рыжий кошара и по-хозяйски похлопал лапой по щеке своего насеста.  — Гады вы, даром что не Седрик, — буркнул Леха и крикнул вслед князю. — Мне все равно ману с контракта куда-то девать надо, а если всю ее тратить на разгон кукухи, то для меня час в полтора-два превращается! Я со скуки свихнусь! Можно хотя бы книгу? По целительству?  — Книгу? — князь замер на пороге на пару секунд. — Будет тебе книга.  — Славься доброта князя Фобоса ныне и присно и вовеки веков, — довольно продекламировал Леха.  — Шут, — закатил глаза Фо тий, прикрывая за собой дверь лазарета.         С уходом князя в помещении стало неожиданно скучно.  Леха, с видом словившего великое просветление, пялился в потолок, Ржавый с подозрением пялился на Леху, при этом не забыв растечься у того на голове и тарахтеть так, что даже мне было слышно, Пестролистая от рыжего тоже не отставала, в меру своих мурчательно-кошачьих сил подлечивая мне печенку. Будь я поздоровей, одного присутствия мурлыкающей кошки на пузе было бы достаточно для постижения дзена, однако если ты и руку приподнять ради поглаживания котейки не можешь, становится как-то по-особому грустно. В общем, разглядывать узор на шерсти и следить за движением частей агрегата по очистке крови мне быстро надоело.  — Лех, о чем думаешь?  — О необходимости соблюдений правил безопасности магической жизнедеятельности, — задумчиво ответил мне друг, не отрывая взгляд от потолка  — Да ла-а-адно, не прошло и года, — со всей возможной иронией произнес я.  — Ага, оказывается на нашем уровне всратости магического бытия не все можно вылечить, — кивнул Леха и повернул лицо в мою сторону. — А значит какой следует вывод?  — Какой? — переспросил я, нутром чуя подвох.  — Надо прокачать лечебную магию, а потом уже с чистой совестью творить дичь!  — радостно оскалился матерый суицидник.  — Лех, давай я тебя сам пристрелю, а? — обреченно вздохнул я. — И быстрее и надежнее будет.  — Зато не так интересно, — довольно покачал головой Леха. — Расслабься, шучу я. Впредь обещаю включать мозг почаще... и не как элемент магической цепи.  — Ле-е-е-ех...   —  Ладно-ладно. Но лечебную магию и правда надо изучать. Слишком уныло лежать неделями на больничной койке, когда существует заклинание абсолютного хила.  — Опять ценные материалы сжигать будешь? — припомнил я опыты с Адским Лечилой.  — С каких пор железный лом со свалки стал для тебя сверхценным? Это, во-первых. А во-вторых... Ты проверял материалы с “Земли” на магическую прочность?  — Нет.  — И я нет. Надо проверить! Вдруг они хотя бы частично так же хороши, так те, что мы привезли с собой с нашей Земли? Тогда всеисцеляющий артефакт станет вполне реалистичным проектом!  — Понятно все с тобой, — устало откинулся я на подушку. — Великие планы строишь?  — А что еще делать в палате, как не стоить планы захвата мира? Эхе-хе-хе-хе-хе, — злобно захихикал Леха. — Не боись, и про тебя не забуду. Если что я и понял из твоего героического эпоса, так это то, что нам нужно всеми правдами и неправдами заиметь себе подобие потокоугодного попаданческого инвентаря или хотя бы сумки с расширенным пространством для ношения нашего могучего арсенала. Плюс, неплохо бы сделать антиударную защиту многоразовой, для чего можно приспособить чары скатерти-самобранки. Жаль, как они работают я до сих пор до конца не разобрался. Вроде перерисовываю руны один в один, а схема в разнос идет каждый раз по-разному.  — Весело тебе.   — Аж отсутствующие механические лапы чешутся, — подтвердил Леха. — Кстати, тебя еще интересуют причины отказа печени?  — Жги, — хмыкнул я и прикрыл глаза. Даже с физическим усилением, слабость и усталость понемногу брали свое.  — По словам врачей, у тебя в крови была куча дряни, из-за которой собственно печенка надорвалась и потребовалось ставить очищающий агрегат. А теперь вспомни, сколько раз особо токсичная болотная ктулха лапала тебя во время боя, причем иногда прямо по открытым ранам.  — Я как бы антидот перед битвой выпил, — напомнил я.  — И что? Яд болотной скотины вроде бы биологического происхождения и аннигилироваться в абсолютное ничто из-за антидота не будет. Так?   — Та-ак, — зевнул я. — Хочешь сказать, отрава накапливалась, но на меня не действовала?  — В точку. А учитывая, какой весомый мешок пиздюлей ты получил в конце, всякой дряни по твоим венам ктулха напихала предостаточно.   — М-м-м-м, — задумался я, пытаясь ухватить ускользающую от меня мысль. — А ведьмы от яда не откинутся? Они в полном контакте со щупальцами почти весь бой просидели.  — Если облик Стражниц работает по принципу облика оборотней, то не должны, — мотнул головой Леха. — Это же по факту разные тела.  — М-да? Жаль. Ладно, что-то я устал, посплю маленько.  — Ага в добрый путь, хомячина кровожадная. Просыпайся жлобным, но добрым.        “Добрым? Не проси невозможного. Никакой сон не сможет вернуть Брана”, — промелькнуло в моей голове, прежде чем физическое усиление развеялось, и я погрузился в темный омут сна.