Сенку, ты возьмёшь ВсОШ

      В десятом классе Сенку поступил в лицей с физмат уклоном. Он не то чтобы хотел, но во-первых Бьякуя хотел, а во-вторых почему бы и нет?       Бьякуя сказал:       — Сенку, ты конечно очень умный, но если ты не будешь готовиться к ЕГЭ, то ты не сдашь его (о да). В этом лицее хорошая подготовка и учатся такие же умные ребята, как и ты.       Его друзья из прошлой школы всё равно ушли по колледжам в этом году, поэтому его впринципе ничего и не держало в ней. Со сдачей экзаменов он мог бы и сам справится, но его привлекло то, что в лицее могли оказаться «умные ребята», как выразился Бьякуя.       Как бы не так.       С первого же сентября у них не было общей линейки. С первого сентября у них было восемь уроков. Или, как здесь говорят, четыре пары.       Ребята там, конечно, были умнее среднего, но до уровня Сенку не дотягивали. Это… очень печально. Особенно печально то, что в лицее больше нельзя отлынивать. Здесь ругают за опоздания, за школьную форму, учителя требуют больше да и домашки много задают. В общем отстой.       Но учителя здесь были правда неплохие. Особенно физик. Оказывается, он доктор наук, который работает в роскосмосе. Причём он преподаёт только у одного класса, и пары у него в основном с утра, потом он убегает на свою работу. Но в дни, когда у него выходные, физики либо нет, либо кроме физики едва есть другие предметы (слава, если не математика).       Приходить в лицей было большой ошибкой.       Всё началось с того, что в сентябре всех поголовно заставили регистрироваться на школьный этап ВсОШ по математике и физике. Сенку это очень удивило, потому что в его прошлой школе никто и не говорил про олимпиады. Опыт участвовать в олимпиадах у него был только в детском садике. Но он даже не помнил это.       Самые «крутые» парни лицея первым делом спросили у новенького, сколько у него олимпиад.       — Какая разница?       — Ха! Ты, что, не писал олимпиады?       — Нет, а зачем их писать?       — Что ты в этом лицее тогда делаешь вообще? Пишут олимпиады чтобы получить БВИ, конечно.       — БВИ?       Парня быстро просветили в олимпиадные дела.       — Не знал, что можно поступать без ЕГЭ…       Интересный здесь, конечно, образ местного «крутого» парня: мальчик в рубашечке и узких классических брюках. Хах. Сенку это даже больше нравилось. По крайней мере, они умные.

…

      — Сукаа… Хули тут так много уроков… Девять, а то и десять уроков в день это не норма, вы в курсе? — сказал он однокласснику, когда они вместе пошли смотреть расписание на завтрашний день (из-за того, что многие учителя работают не только в лицее, но и в университетах, постоянного расписания нет).       Сенку не матерился раньше так часто. А что, лицей вынуждает. С этим ебанутым расписанием.

…

      В классе гробовая тишина. Гробовая, потому что чокнутый физик даёт гробовые задачи у доски. И поставил уже трём ученикам двойки за решение задач. А это только начало пары. А их сегодня будет три...       — Ишигами Сенку, к доске, — холодно сказал доктор Уингфилд.       В классе всё также тихо. Сенку направился к доске. Отчего-то сердце стало биться сильнее. С чего бы? Он ведь спокойно решал все задачи, которые дали на этом уроке...       Доктор Уингфилд, сидя на своём учительском кресле, показал ученику листочек с задачей. Обычная механика. Сенку взял листочек и стал писать решение на доске. Он без труда расписал второй закон Ньютона, закон сохранения энергии, закон сохранения импульса, момент вращения, сопротивление воздуха... Да, задача была мудреная, но если всё по порядку расписать, то её можно решить.       Ишигами закрыл маркер колпачком и посмотрел на доктора. Тот уже внимательно разглядывал его решение. Все одноклассники тоже смотрели в ожидании на учителя.       — Пять, — тихо сказал доктор, записывая оценку в журнал.       — Да как?! — послышалось с задней парты. Это был одноклассник, которому до Сенку поставили два.       Ксено недовольно посмотрел на невежливого ученика.       — Он, в отличие от тебя, учит теорию, — упрёк его доктор. На что ученик раздражённо закатил глаза.       — Ого, Сенку, как ты решил эту задачу?.. — спросил сосед по парте Хром, когда Ишигами вернулся на своё место. Он лишь пожал плечами на этот бессмысленный вопрос.       После шести уроков физики подряд, Ксено подозвал к себе Сенку и стал говорить, что важно участвовать в перечневых олимпиадах, и что сейчас уже надо регистрироваться. А ещё посоветовал готовиться к региону уже сейчас.       — Погоди, у тебя, что, нет автопрохода на регион?..       — Я не писал олимпиады раньше.       Ксено удивлённо поднял брови, скептично смотря на ученика. Он явно не ожидал, что такой талант пропадает зря.       — У тебя же хорошо получается решать задачки. Готовься.       И Ксено отпустил его. Чего он хотел — непонятно.       И почему все так помешаны на олимпиадах? Сенку вот было не в кайф так много уроков. У него не оставалось сил на изучение той науки, которая ему нравилась. Настоящей науки, а не этого недоразумения. Ему больше нравилось заниматься прикладной наукой, собирать что-то, химичить… Но никак не это. Наверное, это такая взрослая жизнь.

…

      Ксено стал давать ему дополнительные олимпиадные задачи на дом. В том числе и по астрономии. Но со временем понял, что с астрономией парень справлялся в разы хуже, поэтому, вместо астрономии, стал давать ему ещё больше физики.       Сенку стало интересно решать некоторые задачи. И ему даже понравилось такое трепетное внимание к его интеллекту со стороны учителя. Остальные учителя были более спокойны в этом плане. Например, математик ко всем одинаково относился и даже не вызывал никого к доске на уроках. Как Сенку объяснили, их класс более слабый по математике, зато самый сильный по физике (он и без того это понял).       Помимо физики, Сенку решил участвовать в олимпиадах по математике, химии и биологии. Он считал, что безупречно разбирается в них и без труда сможет «взять БВИ», как любят выражаться лицеисты. Однако при подготовке он заметил, что может решить не все задачи, особенно из закла всероса.       Он стал учиться больше, чем раньше. Не знал он, что то, что было раньше, по меркам лицея не считается за учёбу.       Хотя, на удивление, химия и биология были чрезвычайно слабыми в лицее. По ощущениям, даже слабее, чем в прошлой школе. А вот информатика была очень жёсткой. Сенку тратил всё оставшееся время после физики на контесты (завидую, если не знаете это слово). Какого хуя, это даже не его профиль. Но кол за несделанный контест не хотелось получать. И всем плевать, что по закону эту оценку нельзя ставить. Тем более не хотелось получать кол на контрольной. Ну правда, кто он такой, чтобы не решить какие-то там задачки?       Это уже третий контест за сентябрь… Динамическое программирование. Ладно, в этот раз он до середины октября.       Ну нет, информатика это точно не его. Нормальные школьники вообще не должны проходить такие темы… Этого нет на ЕГЭ. Это даже не во всех вузах проходят. Так зачем они это решают?.. Ах да, точно. Олимпиады. На олимпиаду по информатике тоже заставили записаться.

…

      — Сенку, ты опять за компом сидишь? Уже второй час ночи, — сказал Бьякуя, зайдя ночью в комнату сына.       «Сижу за компом?! Я, сука, контест решаю, который закроется через двадцать минут. Осталась одна задачка». Сенку проглотил мат, который так и хотел вырваться изо рта.       — Отвали, — простонал он.

…

      Все школьные этапы написаны, результаты пришли. По всем предметам он набрал или почти набрал высший балл. Потихоньку он привык к новой учебной обстановке, даже смог вытянуть все оценки на «отлично» (даже по физ-ре, на которой надо было пыхтеть).       И вот, первая четверть в физмат лицее подходит к концу. Теперь он наконец сможет отдо-       — Те, кто проходит на муниципальный этап по физике, будут ходить на осенний интенсив на каникулах.       Сука.